Люблю тебя, Колян

— Капсайз, колян, капсайз, братишка мой. Люблю тебя колян. Щя приду, тебя в гримерке трахну — проговорив предложения, серков повернулся к своим зрителям и продолжил вести концерт. Концерт проходил замечательно, даже очень. Вечно включенные камеры, прыгающие под треки подростки, вытянутые вверх руки. После завершения своего очередного выступления, Марк сразу отправился в гримерку. Зайдя в комнату, он увидел своего друга, развалившегося на маленьком диванчике, листающего тик ток. Мэдкид плюхнулся на диванчик, пока капсайз адекватно усаживался. — Колян, помнишь что я на сцене говорил? — нежным тоном произнес мэдкид. — пхахах, дадада, у фанаток хуй встал давно — кинул недопонявший намёка капсайз, немного приподнимаясь с диванчика, садясь в удобное положение Он подумал что это шутка? — пронеслось в голове у старшего Последний подошел ближе к Коле. Немного подумав, тот положил руку на щеку сидящему, вводя в быстрый первый поцелуй. Повторив так несколько раз. Марк положил свои руки на плечи темноволосого, чуть надавливая на них. Коля не сразу понял к чему этот жест, но когда давление становится сильнее, он больше не в силах держаться на ногах. Мамаев все таки упал на колени. Недолго думая Коля провел рукой по члену светловолосого через ткань штанов. Марк роняет изломанный стон и закидывает голову назад от удовольствия. Мамаев ухмыльнулся и стянул с бедр серкова ненужный элемент одежды, рука проскользила под резинку боксеров. Коля снял боксеры, тем самым открыв вид на вставший член. Смыкая губы в кольцо парень обхватывает разгоряченную плоть и проводит языком по всей длине, иногда давя на разбухшую головку. Марк кусает губы стараясь сдерживать громкие стоны, но на долго его все равно не хватает. Через несколько минут Коля чувствует как чужой член у него во рту начинает набухать, что говорит о скорой разрядке. Ускоряя движения ртом, он и не замечает как белесая жидкость вытекает ему на язык, а серков за секунду до экстаза громко простанывает имя человека снизу. Сплёвывая сперму со рта, они снова сплетаются в поцелуе, в котором, всё же, так много недосказанности. Да и сказать один из них не сможет, ведь боязнь потери столь прекрасной(?) дружбы сильнее. Но кто же знал, что Марк влюблен в человека, который сам же делал ему только что минет.