Рисование.

Уже прошёл год с момента, как капитан «Воронов», Рико Морияма, погиб. Фанаты обожали Рико, но даже любя, они не знали настоящей тайны смерти своего кумира. Однако все уже забыли Рико и возвысили новые две лучших команды — «Лисы» и «Троянцы». Нил — новичок, но охравший всех своей игрой, стал лучшим нападающим в спорте экси! Кевин — ферзь, любимчик фанатов, тоже не стоит в тени, хотя кто мы такие, чтобы так говорить о нём? Кевин был лучшим! Эндрю — бывший Монстр, а теперь голкипер. «Лисы» стали уникальными и лучшими! А их великолепный тренер — Дэвид Ваймак. Он для них как отец, дающий им каждый раз шанс и спасая их из любой проблемы! «Троянцы» — ну просто милейшая команда с уникальными игроками! К ним уже как год перевели новичка — Жана Моро. Жан — француз, а также бывший игрок «Вороны Эдгара Алана», состоящий в Свите под номером «3». Джереми Нокс — солнышко, а не капитан, один из лучших и поддерживающих в команде. *** Жан молча сидел на кровати в комнате. Француз сидел один, уткнувшись чтением книги, которую он купил в ближайшем книжном магазинчике. Жан любил читать и считал, что они манят в какой-то мир, подобие мира фантазии, которого не существует. Магазинчик так и назывался «Мир чтения». Однако даже это совпадение Жана не затронуло, сейчас он был занят чтением книги с увлекающим сюжетом. Вдруг в комнату ворвался никто иной, как Джереми, несущий в руках вещи. Жан поднял взор с листа, где была напечатана очередная глава. Француз мигом заметил в руках Джереми две бумаги, два карандаша, а также Моро заметил яркую и пронзительную улыбку Нокса. Жан смотрел то на листы бумаги и на простые карандаши, то на Джереми. Моро недопонил и взглядом намекнул: «Зачем?». Джереми поставил на маленький столик бумагу и карандаши, даже не переставая улыбаться. Жан уже думал, что что-то не так. Джереми взглянул на Жана и пронзил того ослепительными голубыми глазами. — Жан, а давай порисуем? — вдруг воскликнул Джереми, попутно садясь на край кровати Жана. Жан с удивлением посмотрел на Джереми. Сначала он хотел возразить, но замолчал, подбирая ответ на заданный вопрос. Жан запнулся. — Давай попробуем, но не жди что-то достойно красивого, — ответил целиком француз с акцентом. Джереми улыбнулся шире и в весёлом темпе отдал Жану листок и карандаш и сам себе взял. Жан повертел между пальцев карандаш, смотря на совершенно чистый и белый лист бумаги. Моро молчал, но, не стерпев молчания, заговорил: — Что рисовать будем? — с французским акцентом проговорил Жан, мурча, когда произносил букву «р». Джереми привык слышать акцент номера 29, но до сих пор умилялся с этого.   — Я это предвидел, — произнёс с весёлой и задорной улыбкой блондин, — О! Может, нарисуем друг друга?    — Неплохая идея, — чуть тихо проговорил француз и принялся за дело. Джереми последовал примером и так же начал рисовать. Жан долго смотрел на Джереми, рассматривая его и замечая каждую деталь. Джереми смотрел то на Моро, то на лист, где вырисовывался рисунок. Закончив, парни переглянулись. Джереми продолжал улыбаться, а Жан был спокоен. — Давай ты покажешь первый? — с улыбкой произнёс Джереми и, получив одобрительный кивок от Жана, раскрывает челюсть от увиденного. Жан показал: рисунок был тщательно проработан, детали все в точь-в-точь, и рисунок был идеален, градиенты были крайне аккуратно наложены.   — Что-то не так? — спросил Жан, смотря на удивлённого Джереми. У Жана был целый портрет, сделанный так, будто бы напечатанный.    — Ах-и-реть, — по слогам произнёс Джереми всё ещё находясь в шоковом состоянии. Немного отойдя от этого состояния, Джереми показал свой рисунок. Рисунок был, конечно, красивый, но неопрятный, более размазанный, и не особо сходились детали. Джереми чуть сглотнул слюну, уже успевшую накопиться в его горле. Блондин боялся, что Жан обидится, увидев не очень красивый портрет. Жан мягко улыбнулся, рассматривая рисунок. Он аккуратно положил свои руки на плечи Джереми. Не успел и сказать, как Джереми начал и довольно нервно: — Жан, если тебе не нравится, то я пойму, — начал блондин, но его отвлёкли объятия от Моро. Жан обнял Джереми, обхватив руками шею Джереми. Джереми мягко улыбнулся и обнял в ответ Жана. — Это мило, — прошептал Жан на французском, а Джереми не поняв, усмехнулся. — Чего, чего? — спросил Джереми улыбаясь. — Говорю: мило, — ответил с французским акцентом парень, — Джереми, рисунок мне понравился, даже если он на первый взгляд выглядит неопрятно, но это сделано с душой. Забыл, что сам говорил мне? — Жан мягко улыбнулся. — Я многое тебе говорил, — признался Нокс и продолжил улыбаться. — Верно, но ты говорил мне, что «не суди книгу по обложке», связь чувствуешь? — Жан чуть отстранился, чтобы посмотреть в глаза Джереми: — Не важно, какой у тебя рисунок, главное, какую ты душу и любовь вложил. — Ты прав, снова. — Не я прав, а ты.