Близость.

      Наруто чувствовал, что устал. Измотал себя бесконечными сомнениями, смутными образами. Хината подарила ему двух детей, он безмерно любил свою семью, но… Вот уже полгода не мог подарить любовь жене физически. Они списывали это на напряженность работы, на недосып от ночных капризов маленькой Химавари… Хината стойко держалась, но Наруто было плохо от самого себя. Так что он предпочитал реже возвращаться домой, либо приходить днем — тогда не было нужды ложиться в одну постель и чувствовать себя никчемным.       Что самое дурацкое — с мужским естеством все было в порядке. Порой ему снились яркие сны, и он просыпался с ноющим стояком или и вовсе уже кончившим. Рядом мирно спала жена, и Узумаки торопливо шел в душ, где доводил себя до долгожданного оргазма. Это ощущалось странно — будто кто-то во сне почти доводил его до пика, а потом заставлял проснуться, полного желания. Кто именно ему снился — оставалось загадкой, по пробуждении он не помнил ничего.       Мысли разбудить жену и довести «дело» до конца с ней даже не возникало — он опасался, что возбуждение моментально схлынет, и тогда им обоим будет еще больнее.       — Расслабься, Наруто, давай хотя бы один вечер отдохнем, — позвал его мужской голос, и блондин, озадаченно моргнув, повернул голову на звук.       — Прости, Гаара, задумался.       — Ты выглядишь измученным, — внимательно смотрел на него мужчина.       — Говорит мне человек с вечными мешками под глазами, — попытался отшутиться Наруто.       Они сидели в домашнем офуро Гаары — огромная емкость из камня, наполненная горячей водой, напоминала привычные каждому источники. Но они здесь были только вдвоем, под открытым небом на территории дома кадзекаге. Рядом с краем стоял низкий столик с едой и питьем и коврики с подушками для сиденья. На дворе была осень, но в солнечной Суне словно все еще стояло лето.       — Я с ними считай что родился, а вот ты нет, — пожал плечами собеседник.       — Твоя правда, — кивнул Наруто. — Да просто… Обещай, что не будешь смеяться, — Гаара вновь перевел на него немигающий взгляд, и Узумаки чуть не рассмеялся сам, — ах да, о чем это я. Просто это щекотливая тема… Но кому еще, как не моему другу с тем же уровнем ответственности, я могу про такое рассказать без страха, да? — нервно хмыкнул он, зажмуриваясь.       И он рассказал. О том, что на жену не стоит, хотя она невероятная красавица, и что неясный призрак во снах доводит его почти до оргазма гораздо лучше женских прелестей. И что ему безумно гадко от себя, но он чего только ни перепробовал — ничего не помогло.       Гаара выслушал его, как всегда, с учтивым вниманием, не перебивая.       — Уф… Аж камень с души, — признался хокаге, неловко взъерошивая подмокшую шевелюру. — Мало кому можно доверить такое… Вот как-то так. Я ничтожество, да? — отвел он в сторону глаза с виноватым видом.       — Нет, — немедленно отозвался Гаара, и Наруто поднял на него робкий взгляд. — Жизнь, как и наши чувства, непредсказуема. Может, ты перегорел… А может… Думаю, самое главное здесь то, что ты все еще отличный отец и муж, верно? Пусть этот аспект отношений сейчас…упущен. Ты уважаешь жену и ценишь ее, как партнера. А плотские желания… Это последнее дело, как по мне.       — Спасибо, Гаара, — искренне улыбается Наруто, — надеюсь, я все еще такой отец и муж, как ты описал. Насчет желаний… Не уверен, что считаю так же. Думаю, когда любишь — то и близости хочется всегда, разве нет? Поэтому я и испугался — вдруг разлюбил Хинату. Хотя ты, наверное, по-другому на такое смотришь, ты ведь холост, — беспечно закивал он.       Гаара неопределенно качнул головой, и на том тема была закрыта.       Спустя время они подкрепились и изрядно выпили саке — кадзекаге не шутил, он действительно намеревался отдохнуть как следует. По мере повышения градуса Наруто краснел, становился активным и шумным, и только горячая вода в офуро сбивала эту активность, расслабляя тело.       Гаара же лишь слегка смягчился от выпитого — черты лица стали мягче, и взгляд будто подернулся дымкой. Он смотрел на Наруто, без стеснения разглядывая румянец, в которых тонули полоски на щеках.       В голове Узумаки был легкий туман, а тело было приятно тяжелым и легким одновременно. Он знал, что наутро встанет без похмелья благодаря регенерации Курамы, так что без зазрения совести хлестал саке не хуже бабули Цунаде. Он перевел озорной взгляд на Гаару, и невольно залип. Тот пристально, почти гипнотически, смотрел на него, уперев одну руку себе в висок.       Внутри внезапно стало еще жарче. «Он красивый», — мелькнула неожиданная мысль. Наруто благоговейно залип на контраст винных волос с бледной кожей, на острые ключицы, темные горошины сосков на абсолютно безволосой мужской груди.       — Наруто, — тихо произнес Гаара, и блондина пробрало до мурашек. Кадзекаге придвинулся ближе к нему по скрытой под водой каменной скамье, и их лица теперь едва ли разделяло сантиметров десять. Близость обнаженного — мужского! — тела неожиданно взволновала. — А давай кое-что проверим. Это может помочь тебе с твоей…проблемой.       — А?.. — словно зачарованный, отозвался Узумаки. — Давай. Что?       — Просто чувствуй, — тихо прошелестел Гаара, и в следующий миг коснулся своими губами раскрытых губ Наруто.       Хокаге затаил дыхание, ощущая скольжение мягких губ на своих, вслушиваясь в тихое взволнованное дыхание давнего друга. Гаара положил руку ему на плечо, провел ею до шеи, приласкал влажную кожу пальцами и зарылся ими в светлые волосы.       — Что чувствуешь? — интимным шепотом поинтересовался Гаара прямо в ухо, тут же покрывая его поцелуями, опаляя горячим воздухом. Пальцы сжали прядки чуть сильнее, поцелуи вернулись на лицо и пробежались от скулы обратно к губам.       — Приятно, — выдохнул Наруто, ощущая, как по позвоночнику бежит горячая волна, и член стремительно каменеет.       Узумаки отвечает на поцелуй, и Гараа низко стонет, наконец получая отдачу. Наруто трясет от этого сладкого звука, и он властно тянет парня на себя, впиваясь пальцами в точеные плечи, лаская худые ребра и ощущая, как перекатываются жилистые мышцы под пальцами. Ничего общего с женским мягким телом, и это безумно заводит, обжигая нервы желанием.       — Наруто, — выдыхает ему томно мужчина прямо в губы, и в одно мгновение седлает его колени, прижимаясь ближе, кожа к коже. Соприкосновение эрекций под водой высекает искры из глаз обоих, и они страстно, яростно целуются, сплетаясь языками.       — Хочу видеть тебя целиком, — рычит ему в губы Наруто, и, подхватывая мужчину под ягодицы — выбивая еще один гортанный стон — он выносит его к низкому столику, тут же укладывая на ковры и нависая сверху.       С них обоих течет вода — капли стекают по обнаженным телам, поблескивают в неверном свете домашних фонарей, очерчивают литые мышцы на теле и притягивают взгляд. Наруто действительно рассматривает — подушечкой большого пальца касается приоткрытых губ, ведет рукой ниже, по шее и торсу, к каменно стоящему члену — что уж, кадзекаге есть чем гордиться.       Лицо Гаары смущенно пылает — Узумаки впервые видит его таким открытым и уязвимым, и от этого внутри ревет собственническое ликование. Он вновь приникает к его губам в жадном поцелуе, льнет всем телом, ловит стоны и стонет в ответ, сжимая в руках дрожащего, распаленного Гаару, что так сладко выдыхает его имя и дрожит, дрожит, дрожит…       — Кто же знал, что ты такой вкусный, — урчит Наруто, вылизывая бледную шею, и наградой становится новый стон, в ответ на который Узумаки невольно рычит, с силой сжимая чужие бедра и толкаясь членом в стояк партнера. Они оба несдержанно вскрикивают. Гаара шарит рукой на столике, и наконец впихивает в руку блондина баночку с маслом. Долго разгадывать шараду не приходится, тем более что мужчина разводит свои бедра шире и смущенно прячет взгляд, кусая губы.       — Уверен? — последние крупицы контроля вот-вот утекут сквозь пальцы, и Наруто дает шанс, пока еще может остановиться. Зеленые глаза заглядывают в его голубые, и Гаара низко произносит:       — Возьми меня.       Крупицы тают вместе с мыслями о правильности происходящего. Смуглые пальцы щедро мажут маслом по сжатой дырочке, и один ныряет внутрь, преодолевая сопротивление.       Гаара не издает ни звука, старается расслабиться под поцелуями, что скользят по его шее и лицу. Он вслушивается в горячечный шепот на ухо, внимает властным прикосновениям, о которых буквально сегодня не смел и мечтать.       Когда в нем двигаются уже три пальца, а задница чуть привыкла ко вторжению, это начинает приносить удовольствие — все еще на грани с болью, и все же Гаара тихо постанывает, вцепившись пальцами в сильные плечи Наруто. Тот чуть отстраняется и завороженно смотрит на то, как его пальцы исчезают внутри мужчины и вновь появляются, выворачивая края дырочки наружу.       — Хочу войти в тебя, — хрипло шепчет Наруто и переводит почти безумный взгляд на лицо Гаары, что смотрит на него из-под ресниц. — Давно так не хотел. Боже.       — Трахни меня, — шепчет сухими губами Гаара, и разочарованно стонет, когда пальцы покидают его тело.       Наруто разводит его ноги шире, напоследок дразняще двигает в нем всего одним пальцем — безумие, как этого мало! — и наконец вставляет головку, придерживая одной рукой член, а другой крепко прижимая Гаару к земле за бедро. Он довольно быстро оказывается внутри него на всю длину, и задний двор оглашается двумя грудными стонами.       — Какой ты тесный, — бормочет Наруто, уткнувшись в шею Гаары и навалившись на него всем телом. — Так хорошо… В тебе так хорошо… — он совершает первые фрикции, и они вновь стонут в унисон. — А тебе? Гаара? — зовет он его, все быстрее вбиваясь в жаркую глубину, крепко прижимая партнера к земле сильными руками и заполняя его собой до краев.       — Да… Даа… — едва слышно выдыхает Гаара, распахнутыми глазами глядя в небо над собой и пытаясь подмахнуть задницей навстречу таранящему члену. — Нару-то… Быстрее, трахни меня сильнее, прошу-у-у-у… — он срывается на позорный скулеж, когда мужчина исполняет просьбу, и ему кажется, будто он слился с ним, растворился в бесконечности, и во всем теле горячо, и остро, и мучительно-сладко.       Он прогибается в спине, и слышит восторженное бормотание Наруто, после которого тот вновь впивается в его губы голодным поцелуем.       — Я сейчас… Наруто… — и вновь срывается на стон, на крик и вопль, и бурно кончает, выгибаясь под Наруто, под яростным и сильным телом, что втрахивает его в ковер и рычит, пробирая до самого нутра.       Узумаки кончает следом через несколько фрикций. Гаара чувствует, как горячая сперма наполняет его, и дрожащие губы разъезжаются в улыбке, пока они оба пытаются перевести дух.              Его придавливает к земле горячее тело его первого в жизни друга. И сегодня он подарил ему близость, о которой он не посмел бы просить никогда. И которую всегда втайне желал.