Царство Мёртвых

- Я служу, - и это слово Сестра Битвы со штормболтером выделила особенно чётко, - только одному господину: Ему-на-Терре, взирающему на нас с Золотого Трона. Но в твоих словах есть правда, сержант. Все мы, так или иначе, связаны с одним из инквизиторов, что стояли у истоков Ангелов Ночи. С Романо Палео. Однако, знания о вашем первом предводителе я получила не от него, а из архивов Эриоха, равно как и из редких бесед с теми, кто знал Гавина Сорнери лично. И там о нём хранят память как о достойном воине и верном слуге Повелителя Человечества, а потому, я не сомневаюсь что в своём посмертии он занял достойное место под Его светоносным стягом. Равно как и скорблю о принесённой им высшей жертве. Это же я могу сказать и об эпистолярии Янтаре. Они оба - достойные сыновья Коракса. И утрата старшего библиария, должно быть, стала для Ангелов Ночи действительно невосполнимой потерей. За такой короткий срок, едва ли он мог успеть подготовить себе замену, равно как и просто организовать библиариум, наладив обучение псайкеров. Могу я спросить о том, как вы вышли из этой ситуации? - Промедлив, Сестра Битвы чуть наклонила голову на бок. - И, соблюдая приличия, сержант, мог бы ты представить нас тому, кто будет выслушивать твой доклад по возвращении на "Коладу"? Осведомлённость собеседницы заставила Тито слегка напрячься внутренне, внешне выдав лишь легкое удивление. Эта женщина была в главной крепости Караула Смерти, куда мало кто знает путь, и говорила с теми, кто служил там вместе с первым магистром. Значит, влияние инквизитора Палео, несмотря на то, что он относился к Ордо Еретикус, было достаточно высоким, чтобы попасть туда со свитой и дать им такой широкий доступ к закрытой даже для других десантников информации. Мог ли именно он снабдить Вульфа инструментами, которые привели к гибели Гавина Сорнери, стоило выяснить, раз уж предоставлялась такая возможность. Тито успокоил своё разогревшееся от воспоминаний и жажды мести сердце, а затем медленно кивнул, глядя на Сестру Битвы. - Благодарю тебя за искренность, сестра, - произнёс он, стараясь удержать мысли и возмездии глубоко внутри, но лицо его всё равно стало жестче. - Весь орден скорбит об утрате первого магистра и старшего библиария. Я тогда же потерял в боях половину своего отделения, но тираниды заплатили за это сполна. А покровители Вульфа еще заплатят, хотел бы добавить он, однако промолчал, слыша как заёрзали его братья за спиной, наверняка испытывающие схожие чувства. Кроме того, его слегка напрягло то, что она озвучила принадлежность обоих погибших сыновей Коракса, благодаря которым их орден официально считался наследником Гвардии Ворона. Конечно, большинство боевых братьев тоже так думало, а тайна их истинного наследия доверялась лишь небольшому кругу, но подобное выделение было явно неспроста. - А отвечая на твои вопросы... среди нас нет псайкеров, потому брат-​эпистолярий Янтарь был только советником магистра Сорнери, - оповестил он женщину, слегка нахмурившись. - И я старший офицер ордена в этой миссии. - Сержант, вы помните своего Отца? — вдруг спросила серафима, неторопливо перебирая адамантовые бусины четок. - Какой он был? Подобный вопрос можно было сравнить с ударом под дых. В первое мгновение Тито понятия не имел как реагировать, ощущая, как его снова выводят из равновесия, но затем собрался, поскольку понял этот вопрос, как продолжение упоминания Корвуса Коракса другой сестрой. Они совершенно точно знали секрет их происхождения и пытались понять, просочилась ли эта информация Тито Милару или он всё еще верит в легенду, как большая часть ордена. Странной, конечно, была постановка вопроса, поскольку Терру и примарха помнил лишь старик Савелий, но они то этого не знали, потому сержант увел свои мысли от этой темы и перестроил их в другую сторону, чтобы соответствовать образу, который рисовал покойный эпистолярий Янтарь. Затем он насколько мог мягко кивнул, ощущая, как его щеки розовеют, что было, наверное, впервые с того времени, как Эктор Хиренес, первый летописец ордена и текущий губернатор Фрации, задавал личные вопросы, записывая его историю. - Он был простым рабочим на нижних палубах грузового корабля типа Локи, - ответил Тито, а затем его губы изогнулись в несколько смущенной улыбке. - Это было неожиданно, сестра, но не думаю, что стоит затрагивать столь личные темы и дальше, у нас есть долг и более насущные темы для обсуждения. - Не волнуйся, сержант, мы обсудим связь и сотрудничество, - жестом ладони привлёк к себе внимание излучающий ауру властности инквизитор Ноктус. - Но сначала ты должен выслушать меня: ты псайкер и если ты этого ещё не знаешь, то ты псайкер необученный. В отсутствии наставника и санкционирования ты представляешь опасность для себя, своего отделения и своего корабля. Ты мне веришь? Вопрос завис в воздухе, потому что по ангару пролетели звуки бега тяжёлых, окованных сталью ботинок, которые носил тот самый священник, которого Ангелы Ночи встретили ранее в компании имперских штрумовиков. В этот раз бородатый силач был один, его увесистый эвисцератор висел за плечами, а в руках были свиток и письменные принадлежности, с которыми он спешил к месту разговора. Этот отвлекающий фактор дал возможность Ангелу Ночи подольше подумать. Выходило, что о прорастании дара успел узнать тот псайкер до того, как Тито смог его остановить. Значит, осмотр души с его стороны был сродни таковому Хранителя Тишины Авелана, который и отметил его после событий в поясе Вечной Ночи. Сержант Милар нахмурился, гадая, как быть. О том, что с ним в этом плане работали Хранители Тишины, никто из братьев еще не знал, но и скрывать это сейчас было уже невозможно. Тито прекрасно знал отношение Империума к несанкционированным псайкерам и, хотя на Астартес это не распространялось, даже среди ангелов смерти требовалось принадлежать к какой-то группе, которая гарантировала надёжность носителя связанной с варпом силы. Время признаться пришло, хотя Милар знал, что у него из-за этого будет тяжелый разговор с братьями. - Я не псайкер, а кандидат в Хранители Тишины. Это опасно, ты прав, инквизитор Ноктус, но меня подготовили к тому, чтобы контролировать зверя внутри себя, - кивнул он, а затем взглядом указал на четверых десантников, что стояли за ним. - И, если я оступлюсь, мои братья будут рядом, чтобы помочь мне. Тито почти что кожей ощущал взгляды братьев на себе. Он был предводителем группы из разных отделений, которые выступили против мгновенной казни оступившихся, и именно он добился того, чтобы таких сначала изолировали, а потом пытались спасти, изгоняя скверну из их тела и души. Если он станет одним из Хранителей Тишины, то не просто перестанет быть сержантом своего отделения, но и вряд ли сможет дальше возглавлять своеобразную оппозицию хранителям душ ордена. Переход его из одного стана в другой стал бы серьёзным ударом и он пытался избежать этого любой ценой. Потому и подавлял свой дар всеми силами, отказываясь даже минимально черпать силы варпа. - Что бы ни случилось, не поддавайся уговорам из-за грани, сержант, - всё же напомнил ему инквизитор Аргентум. Будто сержант без него не знал чем это заканчивается, будто он не видел братьев, что поддались голосам из-за пелены. Слишком живы были перед глазами картины того, как после кровавой резни с тиранидами брат убивает брата, чтобы рисковать собой или теми, кто составлял теперь его отделение. - Я знаю свои клятвы и понимаю опасность, инквизитор, - произнёс он, сжав кулаки до хруста, так что даже совершенно лишенный эмпатии человек понял бы, что тема для него слишком серьёзная, чтобы продолжать её обсуждение. Возможно, Ноктус возразил бы, но до них наконец добрался массивный священник и преклонил колено перед Тито, протягивая свиток с письменными принадлежностями. - Что мне с этим делать? - поинтересовался Тито Милар, скованно улыбаясь, поскольку это напоминало начальное обращение с ним со стороны денщика. - Мудрость, - ответил дед Анфим, не дерзая поднять глаза. - Вы - орден Его благословенных воинов. Вы посетили такую тьму космоса и сражались с ужасами, которых мой разум не в силах представить. Поделитесь опытом прожитых вами столетий войны, напишите мудрость, скопленную вами или вашими братьями. Тито моргнул, гадая, этот старик шутит или серьёзно, а затем понял, что, вероятно, он, в отличие от Сестры Битвы, не в курсе, что у Ангелов Ночи, по крайней мере присутствующих тут, нет столетий опыта за плечами. Сержант, подумав секунду что написать, принял свиток с письменными принадлежностями и аккуратным каллиграфическим почерком начертал довольно длинное изречение, поставив в конце подпись в виде инициалов Х.Т.Т., а затем с пояснением о том, что это один из основных догматов ордена, вернул пергамент священнику, который мог прочитать следующее: "Справедливость без силы – немощь. Сила без справедливости – тирания. Действуй, когда на твоей стороне сила и справедливость. Выжидай и изучай, когда силы мало. Меняй намерения, когда они несправедливы." - О, благодарю вас, ангелы! - расширившиеся глаза священника явно показывали, что он рад такому подарку. - Если наши пути на поверхности планеты поведут в один и тот же улей, мы можем высадиться вместе. Исторически, моя группа крайне эффективна в контроле союзных псайкеров. - Заговорил вновь инквизитор, когда с просьбой священника Тито разобрался, разбивая надежды сержанта на то, что тот отступился от своего настойчивого желания залезть собеседнику под кожу. Милар понял, что от Инквизиции теперь будет сложно избавится, но это давало ему и определённые возможности узнать о них больше или спровоцировать на действия, которые поставят их из неопределённого статуса в ранг врагов или друзей. - У меня нет информации о том, что собой представляет или представлял Церберус Прайм, кроме общего понимания, что это был окраинный мир-​улей. Наше судно предназначено для разведки, потому его авгуры мощнее потенциальных вражеских, а двигатели способны уменьшить и рассеять выбросы тепла, что делает "Коладу" малозаметной. Кроме того "Крыло Мрака" оснащено маскировочными генераторами, что позволит нам незамеченными спуститься с орбиты. Если у вас нет схожих средств маскировки, совместная высадка будет для нас невыгодна, - пояснил он четко и быстро, после чего скривил губы в подобии улыбки. - И я рад, что твоя группа может вас с Декстером контролировать. Если решите перебраться для более надёжной и скрытной высадки на "Коладу", я буду меньше волноваться о людях, которые дали клятвы верности Ангелам Ночи. Несколько мгновений Тито Милар сверлил Ноктуса взглядом, а затем продолжил уже мягче, поскольку их статус всё еще был неопределённым и колебаться мог в любую сторону. - Я верю, что у Императора есть план на каждого из нас, инквизитор, и если мы так встретились в этой далёкой системе, а твоё имя перекликается с названием моего ордена, это определённо входит в Его замысел, но чем это закончится для каждого из нас зависит не только от Его воли, а и от того, как мы её понимаем и какие решения принимаем. Если эта тирада и произвела на инквизитора впечатление, то внешне это отразилось буквально никак. - Я принимаю твоё приглашение, сержант, но учти, что абордаж произошёл внезапно и не всё наше снаряжение готово к высадке прямо сейчас. Если ты вынужден покинуть нас сейчас, установит связь и донесёт мою волю Дзета. Вы сработаетесь, - ответил Ноктус ровно, так что понять его эмоции и отношение было крайне проблематично. Тито согласно кивнул, уже планируя следующие шаги. - Принято. У нас еще есть время до выхода на орбиту Церберуса Прайм, так что вы успеете подготовиться и перебраться к нам. "Колада" будет оставаться в режиме вокс-​молчания до возникновения экстренных ситуаций. На такой случай нам пригодится отдельный канал и шифр для связи с вами, - снова кивнул десантник, после чего водрузил обратно на голову шлем модели Корвус и с коротким шипящим звуком загерметизировал его, так что следующие слова звучали уже более грозно через динамики шлема. - "Стрела Юпитера" пусть следует за "Коладой" на краю досягаемости авгуров. До встречи на борту, Агенты Трона. Милар ударил по нагруднику кулаком, после чего вместе с боевыми братьями развернулся и пошагал к передней рампе Громового Ястреба, остановившись под конец лишь для того, чтобы дождаться отправленного с ними скитария. - Нам нужно будет поговорить, брат, - проходя мимо него, произнёс в вокс отделения брат Бовинос, и Турн с Ханваком поддержали это хмыканьем и ворчанием. - Обязательно, братья, - ответил Милар, понимая, что это таки будет тяжело.