Yellow flag (Crash expected)
22 июня 2025 г., 23:28
Примечания:
Я просто оставлю это тут.
***
После Канады 2025.
Когда Ландо вступал в борьбу за чемпионство он знал что будет нелегко. Он себя морально готовил и когда в прошлом году пытался бороться с Максом то тогда все ощущалось как-то проще. Вероятно, всё пошло по наклонной из-за того, как Зак успел в очередном сезоне DTS наречь текущий сезон «эрой Норриса» и все как с катушек слетели. Давление стало настолько колоссальным, что состояние стало похоже на то, будто кто-то потряс банку с лимонадом и резко открыл крышку. Взрыв и фонтан неминуем. Ну, не справляется Ландо с таким количеством внимания к своей персоне и что ему теперь, разорваться? Ошибка за ошибкой, а Уилл, видимо, успел когда-то сходить на курсы первой психологической помощи, раз стал пытаться успокаивать его в прямом эфире. Не то чтобы это помогало избегать ошибок, совсем нет, иногда даже только хуже делало. И в этот раз все пошло под откос. Ну вот как можно было допустить такую оплошность? Попытка обогнать Оскара не увенчалась успехом, стена, сломанная подвеска и вылет на последних кругах. Обидно до безумия, но и Ландо не семь лет, чтобы бросать шлем на асфальт и в истерике бить ногами то карт, то дорожное покрытие. Вновь ошибка. Собственная ошибка. Предполагал ведь, что Оскар не пропустит, но все равно настойчиво лез вперед, в надежде обойти. Блять, даже не за подиум сражались. А могли двумя машинами еще очков привезти для Кубка Конструкторов, чтобы получить максимальный отрыв, пока это возможно. Мерседес дышат в спину, стабильность Джорджа и неплохие результаты новичка Антонелли раз за разом производят фурор, Феррари тоже не отстают, хотя у них не все так гладко, даже Ред Булл смотрятся неплохо. — Эй, Оск, — прокравшись за спинами тех, кто пока давал интервью, Ландо только едва коснулся плеча Пиастри, но тот будто почувствовал его присутствие и обернулся чуть раньше, — прости меня. — Виновато опустил голову Норрис, протягивая руку. — Все в порядке, — приулыбнулся Пиастри, меняясь в лице с уставшего задумчивого выражения на короткую но искреннюю улыбку, от которой тепло растекалось в груди чем-то родным и светлым. Оскар в ответ пожал руку, а пальцы-то расцеплять не хотелось совсем, но так нужно. Норрис коротко кивнул, мол услышал и принял, и тут же скрылся за ближайшим углом — Оскар моргнуть даже не успел. Что-то в былом спокойствии Пиастри надломилось. Раз за разом наблюдая за сокомандником и его неверными действиями, что зачастую приводили то к несильным повреждениям, то к полноценной аварии, Оскар не испытывал никакого удовлетворения. Головой он понимал, что Зак и Стелла хотят невозможного и что одновременно за один год двух чемпионов возвести на пьедестал не выйдет, но глаза Норриса говорили о многом и глядя в них становилось тошно. Глаза не лгут, а маска спокойствия Пиастри каждый раз давала трещину, когда он видел Норриса таким. Разбитым, как болид оставленный сегодня на прямой, потускневшим, от чего в горло образовывался ком. Он хочет, чтобы тот светился как самая яркая звезда на ночном небе, радовался и улыбался так, как наверно даже Риккардо никогда не улыбался. И улыбался ему, Оскару, искренне, но не грустно, испытывая душевные терзания, а от очередного подиума или даже после достойной борьбы за первое место. С Ландо поговорить хотелось до безумия. Да, тот пытался не показывать своего депрессивного настроя все время, но Оскар знал. Проницателен, черт возьми, хотя сам малоэмоционален на публику. — Что, не удалось его выцепить? — Лили сидела в комнате Оскара в моторхоуме, теребя в руках чехол телефона. Лили — самая прекрасная девушка на свете, с которой Оскару повезло когда-либо встречаться. Понимающая с полуслова, нежная, но умеющая постоять за себя и, да простит его Господь, Пиастри просто иногда даже завидует сестре. — Оскар, тебе не нужно притворяться передо мной. — Прости, что трачу твое время. — Ну вообще-то если бы не ты, то у меня шансов попасть в Макларен, как инженера, было бы немного, — посмеялась девушка. — Вообще забавно всё то, что все нарекли нас парой, хотя мы с тобой просто друзья, а встречаюсь я с Хэтти. — Представляю, какой резонанс это всё вызовет, стоит утечь подобному в сеть. — Ты не о том сейчас думаешь, Оскар. — Хихикнула Лили, набирая очередную смс. — Дружеский совет: не откладывай это на потом. Потом может и не быть, особенно с вашей-то профессией.***
Обдумать все то немногое, что ему сказала Лили вышло не сразу. В номер он вернулся довольно-таки поздно, даже при условии что раньше чем Ландо покинул паддок. Скрыться от фанатов тяжело, думать о вероятно невзаимных чувствах еще тяжелее. Как подросток, ей-богу. Костяшками он коротко, но не совсем громко, постучал в дверь номера, что был почти по соседству с номером Пиастри. Дверь открыли не сразу, а заспанное, чем-то напоминающее кошачью мордочку, лицо выглянуло в приоткрытую дверь. — Что, Оск, номером ошибся? — Ландо разглядев расфокусированным ото сна взглядом того, кто его потревожил, расплылся в улыбке. — Твой дальше по коридору. — Ты что, спал? — Первое, что выдал Пиастри, чутка залипнув на подобную картину. Не каждый день видишь сокомандника сонным, а и так вечно буйные кудряшки в еще более растормашенном состоянии. — Нет, резко решил послать нахрен все свои принципы, которые я создал перед началом борьбы за титул, и надраться в хлам, — наигранно приподнял уголки губ Норрис. Оскар захотел ударить себя ладонью по лицу. Идиотский вопрос на самом-то деле. — Извини, тупой вопрос. — Да брось, — Ландо пожал плечом, — с кем не бывает. Заходи. И Пиастри проскользнул, закрывая за собой. — Ты ведь понимаешь, что не твоя ошибка и грызть себя за это бессмысленно? — Спокойно спросил Оскар. — Моя и только моя, — понуро опустил голову Норрис. — Сорян еще раз, что тебе чуть гонку не испортил. — Чувак, я переслушивал радиопереговоры — тебе разрешили атаковать. Мостик должен был тебя остановить, им куда больше видно, чем нам с тобой. — Оска-а-ар, я не хочу об этом спорить сейчас — что сделано, то сделано, — развернувшись нахмурился Норрис, а глаза оказавшись в темноте стали куда более выразительными. «В полутьме еще лучше выглядит, Чертила,» — но свои мысли австралиец не озвучил. — Кстати, хочешь прикол? — Ландо прошел к расстеленной постели и забрался вглубь садясь по-турецки, разве что в белоснежное одеяло как в кокон не завернулся. — А? — Какие-то фанатки написали мне в директ… — Да ладно, — в своей манере ответил Оскар и закатил глаза. — Не может такого быть. — Ты дослушай сначала, — насупился британец, отыскав свой телефон под толщей одеяла. — Так вот, фанатки-то написали, но написали они мне на русском. Вот я и подумал, что может ты мне переведешь? — Переводчик теперь бесполезное приложение? — Ну, тебя вообще-то Роб пытался русскому научить. Если верить тем видео, что повсплывали в Инстаграме и ТикТоке, да и почему бы былое не вспомнить, м? — Давай сюда, — вытянул из рук телефон Пиастри и присел на самый край, подтянув под себя одну ногу. Любопытство взяло верх, только бы там не была какая-нибудь похабщина, а то от фанатов чего только не ожидаешь увидеть. Норрис приблизился поближе, выглядывая из-за плеча Пиастри, словно мог прочитать то, что до этого не мог прочитать как минимум минут двадцать до прихода Оскара. Почему не использовал переводчик? Пробовал использовать, но тот выдавал какую-то откровенную херню. Когда Ландо едва не соприкоснулся рельефным торсом со спиной Оскара, то по телу пробежал табун мурашек. Ну не может подобное действие так сильно коробить Пиастри… Или может? — Если я правильно перевёл, то тебя хотят выкрасть и мозги вправить на место. Чтоб больше подобной херней не занимался, — оглянулся на друга через плечо австралиец. — От русских это реально принимается как угроза, — Норрис отлип от друга и рухнул на спину поверх простыней. — Я думаю это не больше, чем типичный русский сарказм. — Они это умеют? — Поверь мне на слово, — Оскар дотянулся до тумбочки и откинул телефон на поверхность. — К тому же, ты тот еще любитель драматизировать. — О, спасибо что напомнил. К слову, я еще посмеялся с того момента, что все массово проклинают Росберга, типа: «Чувак, нахера ты сделал селфи на прямой?» — Веришь в подобные проклятья? — Я не могу быть капельку суеверным? Пиастри пожал плечами и отвернулся от Ландо, взглядом цепляясь за бутылку вина. Открытую и что отливала в полутьме глубоким цветом изумруда. «То есть не врал, выходит.» — Оск, — спустя пару минут молчания и тихого копошения в собственном одеяле позвал Норрис. — М? — Могу тебя попросить об одном дебильном одолжении? — И каком же? — Я могу на тебя лечь? Оскар недоверчиво оглянулся через плечо на парня. Потом обратно глянул на почти пустую бутылку вина. Вновь перевел взгляд обратно. — Ландо, скажи честно, ты совсем? — Не хочешь, так и скажи, — пробубнел в ответ Норрис, зарываясь поглубже в одеяло. — Я что-то высказал против? — Пиастри мгновенно закрыл рот, осознавая что только что сморозил. Черт бы его побрал, блять. — Ты и «за» как будто желанием не горишь, — Ландо едва ворочил заплетающимся языком. Немного отползя повыше к подушкам и улегшись по-человечески британец распахнул одеяло. — Залезай. И Оскар залез, не забыв перед этим скинуть обувь. По велению сердца или из-за помутнения рассудка — один хрен знает, почему он это сделал. Главное что тепло, хорошо. Существует мнение, что Ландо Норрис обладает какой-то странной атмосферой, как бы выразились в соцсетях — вайбами золотистого ретривера, но только единицы знали, что когда он находит кого-то, с кем ему, Ландо, комфортно, то он трансформируется в ленивого и домашнего кота, перетекающего от миски с кормом к любимому месту на солнышке. И такие моменты изредка, но ловили те, кто был довольно близок к нему: будучи в команде с Дэном таких ситуаций почти не было, поскольку тот был и остается в качестве «старшего брата», с Карлосом это больше походило на дружеский флирт, на который испанец довольно резво отвечал и от чего в интернете поползли различные слухи, но больше всего подобных моментов, особенно скрытых от глаз многоуважаемой публики, можно было насчитать с Пиастри. То когда слишком надоедают люди они вдвоем уходят в излюбленное место, где самое главное их трудно отыскать, и просто либо говорят ни о чем, либо наслаждаются приятной тишиной в компании друг друга, когда кто-то из них двоих иногда разбавляет атмосферу показом мемного рилса из Инстаграма, то вдвоем участвуют в различных видео от креативной группы, где по настоящему чувствуется что-то большее, то просто идут куда-то, пока одному скучно проводить время дома в одиночку, а второй просто идет следом и обычно при таких обстоятельствах первым выступал Ландо, а Оскар был тем человеком, что «легок на подъем» хотя по нему и не скажешь. Странно, что в их жизни это стало чуть ли не традицией, особенно на неделях, без гонок. Успевали соскучиться друг по другу? Постойте, у них двоих вроде как есть партнеры по отношениям. Ландо, честно, о Магуи даже и думать не хотел — хороший пиар ход, но только в одну сторону. Для него это плюс только в том, что никто не пристает с расспросами и навязчивыми желаниями. А как же Оскар? У него же вроде как есть девушка, отношения с которой он держит за семью печатями… Ландо хотел потрясти головой, начинающей болеть то ли от количества выпитого вина, то ли от размышлений, но не смог. Незаметно для себя медленно переполз вплотную к Пиастри и улегся у него на груди, а тот и не особо возмущался. Во всяком случае не скинул с себя пьяного товарища по команде — уже не плохо. — Ландо, — тихо, полушепотом позвал Оскар и Норрис лениво приоткрыл один глаз. — А хотя… Спи дальше, утром поговорим, когда протрезвеешь. Ландо лишь что-то неразборчиво угукнул и тихо засопел. Оскар взглянул на потолок, думая о чем-то непостижимом, а пальцы сами потонули в этих и без того взлохмаченных кудряшках. Разговор наутро выйдет, предположительно, не очень тяжелым, но вероятно довольно-таки смущающим, но все это будет завтра. Пиастри выдохнул и потянулся свободной рукой до выключателя последнего источника теплого нережущего глаз света и тыкнул на него, слыша характерный щелчок и сразу же погружаясь в кромешную тьму.
