Театро делла Перголла

Сегодня тот самый день. Это будет повторяться снова и снова. Всегда повторяется. Дивное утро.       Статный, элегантный мужчина в летах ступил на пристань для премиум клиентов порта Данте Б.Фасцелл, дал пару долларов мальчику «парковщику» и самостоятельно проверив швартовные узлы вгляделся в даль, щурясь от лучей восходящего солнца.       Майами славный город. Ганнибалу всегда он нравился. Смешение кубинской, мексиканской и американской культур создавало несравненную сюрреалистическую атмосферу. Даже сюда с набережной доносятся звуки мариачи и запах свежеприготовленных хот-догов. Ганнибал прикрывает глаза, вдыхая какофонию ароматов - это будет хороший день. Его путь лежит в гастрономию за деликатесами, у портного ждут несколько пошитых костюмов и сорочек, а в антикварную лавку обещали доставить прелестнейший столик выполненный из красного дерева и маркетри, и на всё про всё у него всего один день.       Времени чрезвычайно мало.       К заходу солнца он должен быть дома.       Уилл редко отпускает его с острова «расправить» плечи, почувствовать дуновение привычной жизни, ведь они всё ещё находятся в розыске и он, следуя своему эгоистичному желанию дожить с Ганнибалом до глубокой старости, всячески ограничивает его вылазки в США. Однако, Ганнибал бы не был великим манипулятором если бы хотя бы раз в месяц не совершал тур в Майами для прогулки.       Это был уже второй.       Уилл злился, но, что он мог сделать против ласковых глаз и обещания быть осторожным.       Да, охотничий сезон на них всё ещё открыт. Его здесь знают исключительно как аргентинца - потомка бежавших после второй мировой войны немцев, поэтому никого не смущает его испанский с западно-европейским акцентом. Ганнибал поправляет шпляпу-панаму и направляется в город.       Высокие дома, шум города, разношёрстная толпа с печатью на лицах порока и радости опьяняют. Он легко проходит пару кварталов и ныряет в скрытый от людских глаз испанский уголок. - Сеньор Освальд, вы сегодня рано, но вам повезло, - щебечет, невысокая приятная хозяйка магазина, - молодое португальское только вчера доставили, а вы только взгляните на эти наисвежайшие трюфели, Кариньо.       Ганнибал улыбается, вдыхает витающие в воздухе ароматы специй, иссохшего дерева и сыра. - Грасиос, - он берёт всё, а так же заказывает доставку к яхте ящика выдержанного пива и бренди для Уилла. Делает пару фотографий. Благодарная хозяйка преподносит Ганнибалу небольшой презент в виде традиционного стеклянного кувшина с оливковым маслом. Он рассыпается в благодарностях делает пару шагов назад и, обернувшись к двери, сталкивается с другим словно ниоткуда взявшимся посетителем. Хозяйка охотает, а из рук Ганнибала выскакивает кувшин и с громким стуком разбивается. Капли масла везде, и на полу, и на кожаных туфлях, малые капли заметы и на брюках. - Ох, сеньор Бохес, ничего не трогайте, - кричит взволнованно хозяйка, - Эохеньё, дорогой, скорей сюда, помоги мне.       Из подсобки появляется муж хозяйки, так же красноречиво охает и спешит помочь своей расторопной супруге. В магазине витает приятная тёплая суета. У Ганнибала, в груди разливается что-то непривычно нежное, и он улыбается. Виновник же происшествия, невнимательный посетитель, не проникается происходящим, а стоит ошарашенный не прекращая сверлит Ганнибала взглядом. Поворот корпусом с заинтересованным взглядом в его сторону, и незнакомец исчезает на улице. Ганнибал провожает его взглядом через окно, стараясь запечатлеть его образ в памяти, так, на всякий случай. - Сеньор Бохес, какая досада, - привлекает к себе внимание хозяйка магазина, вытирая руки о передник. - Не беспокойтесь об этом, - уверяет Ганнибал. - Это всего лишь масло. Обязательно приобрету его у Вас в другой раз. Обещаю. - Вы слишком добры, - хозяйка взмахивает руками. - Хорхе! - Окликает она юношу на пороге, - Помоги сеньору с покупками сегодня! Это мой сын! - гордо заявляет она Ганнибалу. Он и не против, помощник ему сегодня не помешает.       Долговязый патлатый юноша выглядит недовольным, но деваться ему некуда. Он покорно следует за любимым покупателем Мамми.       В ателье так же сеньора Освальда Бохес встречают как старого друга. Коренастый портной крепко жмёт ему руку и зорким глазом отмечает, что Ганнибал немного набрал в весе. Примерка костюмов затягивается. - Минут 40, сэр, и брюки на вас сядут идеально.       Делать нечего, Ганнибал с удобством устраивается на хозяйском диване в дальнем углу ателье за кофейным столиком. Здесь он так же позволяет себе насладиться знакомыми, родными ароматами дорогих тканей и кожи. Хорхе подсаживается рядом. - Мамми говорит, что вы доктор. - Был когда-то, - Ганнибал давно не практиковал, поэтому заинтересовано продолжил. - Тебя что-то беспокоит? - Мария, - Хорхе покрывается легким румянцем, - не понимаю её.       Ганнибал садиться на край дивана, вглядываясь в чистое юношеское лицо. Ему хочется снисходительно улыбнуться, ведь вероятнее всего проблема не стоит его внимания. Первая любовь, когда ты только пробуешь на вкус новые взрослые чувства. Стараешься понять, что это и как на это реагировать. Проверяешь границы дозволенного, и осознаешь на что ты готов ради получения объекта вожделения. - Я больше имел дело с психическими расстройствами, - Ганнибал серьёзен, - думаешь я компетентен в вопросах любви? - в глазах играют чертята. - Мамми, так же упоминала, что вы со своей супругой уже очень давно, и весьма ей преданы, хоть она и странная. Не любит вино, да и карнавалы. - Действительно, странная, - от невольно возникшего в воображении образа Уилла в платье фламенко Ганнибал не может сдержать улыбку. - Красный был бы к лицу. - Мария ничего не говорит прямо. Она... - Хорхе, начинает свой сбивчивый рассказ о неопределившейся даме сердца. Он в пылу эмоций и не замечает, как Ганнибал уже не смотрит на него, а из-за его плеча наблюдает за посетителем оглядывающим ателье. Он знаком ему. Это он, из бакалейной лавки. Тогда Ганнибал не успел хорошо разглядеть его лицо, но он узнал фигуру и небольшую раскоординацию движений. Не заметив Ганнибала из-за вешалок посетитель стремительно покинул ателье так же как и вошёл. Разумнее всего было бы вернуться сейчас же на лодку, и покинуть Майями, но Ганнибалу любопытно. Он соскучился по драйву охоты. Глубокий вздох, Уилл будет не доволен. - Вы думаете всё плохо, доктор? - видимо, приняв выражение чувств Ганнибала на свой счёт немного отчаянно спросил Хорхе, - Она не любит меня? - Это знает только она. - И что мне делать? - Ничего, - Ганнибал полностью включается в работу, - душевные страдания часть взросления и если я тебе сейчас разъясню ситуацию с позиции взрослого, уже прошедшего этот путь, ты эмоционально не вырастишь и не сможешь построить отношения, которые тебе нужны. - Хорхе хмурится, - Всё идёт так как и должно быть. И единственное, что я могу тебе посоветовать не как врач, а как мужчина: если считаешь, что она достойна подвига - соверши его, но помни, что ты его совершаешь не для неё, а для себя. Не жди ничего в ответ. - Наверно... Спасибо, Дон Бохес, - Хорхе тупит глаза. Дети, маленькие влюблённые дети. Как это прекрасно. Ганнибал надеется, что правильные психологические установки помогут мальчику, и одновременно немного сожалеет, что никогда сам им не следовал. Совсем чуть-чуть, самую малость, очень глубоко в душе.       Портной выносит к ним уже упакованные костюмы, сорочики. Ганнибал немного задумался и берёт ещё пару алых рубашек с жабо, но не своего размера.       Изысканный узор из маркертри очаровывает Ганнибала. Тонкая работа мастера заставляет приблизиться совсем близко к поверхности столика. Плавные линии шпона разных сортов дерева словно кистью нанесены на безупречную поверхность красного дерева. - Сэр, прошу вас, воздержитесь от лобызания стола. Ему 300 лет. - надменно замечает консультант антикварного магазина. Ганнибал кривит губы. Взгляд стекленеет. - Да, что с ним будет. Он же покрыт лаком, - вот так просто Хорхе разреживает атмосферу, и проводит по столу пальцем. - Сэр! - Я беру его, - Ганнибал кивает хозяину магазина, который стоит вдалеке за прилавком, и обращаясь к консультанту, - Можно вашу визитку? Как я понял вы большой знаток своего дела, буду рекомендовать вас своим друзьям-антикварам.       Сомнения мелькают в глазах консультанта, но жажда наживы сильнее их. Довольный Ганнибал, уже прикидывающий каким именно образом почтит его память, убирает визитку во внутренний карман льняного блейзера, и не замечает как с улицы всё это время за ним наблюдал светловолосый юноша, чуть старше Хорхе с небольшой раскоординацией движений.       День близился к вечеру. Хорхе, не привыкший работать руками, и Ганнибал, совершенно уже отвыкший от перетаскивания тяжестей без происшествий доставляют покупки на пристань. Аккуратно, вдвоём спускают их в лодку. Хорхе потирает шею. - Сеньор, у вас красивая яхта, - Ганнибал, кивает, даёт ему щедро на чай и исчезает в недрах своего судна, пристраивая покупки, - и название красивое - «Матильда». Дон Бохес, вы слышали, что в Гранд Опера сегодня вечером «Вильгельм Телль»? - Россини? - выныривает из каюты заинтересованный Ганнибал, придерживая панаму. - Да, на гастролях из самой Флоренции из Театро делла Пеголла. - Перголла, - поправил Ганнибал, задумавшись.       Идея остаться до полуночи, и окунуться в светскую жизнь Майями так притягательна. Как он давно не слышал приличные звуки музыки. Уилл, конечно доставлял ему огромное удовольствие своим музицированием на фортепьяно, но Россини в исполнении оркестра из самой, так любимой Ганнибалом, Флоренции ни с чем не сравнимая роскошь. - Спасибо, Хорхе. Ступай домой, думаю Мамми уже заждалась тебя к ужину. - Спасибо, и вам, дон Бохес. Это был интересный, познавательный день. - юноша, кивает и спешит с пристани к своей любящей семье.       Отказать себе в роскоши Ганнибал никогда не мог, особенно сейчас, когда всё его нутро требовало изысканной атмосферы богемской жизни. Да, впрочем, возможная опасность вечера только подстёгивала его решительность. Глубокий вздох и Ганнибал уже переодевается в более подходящий новый костюм. Уилл поймёт.       Пару минут.       Такси.       Билетная касса.       Бархатное кресло и Ганнибала переполняют волны удовольствия от звучания струнных и медных духовых. Он в них растворяется полностью, а грандиозный величественный финал собирает его обратно. Браво. Ни о чём не жалеет. Это было прекрасно. Покидает Оперу он совершенно расслабленным и довольным. На волне эйфории он решает пройтись по сверкающим ночным улицам Майями.       Теплый вечерний ветер трепал ласково челку, а в голове всё ещё звучали звуки Россини, когда Ганнибал почувствовал укол в шею и повалился наземь.       Уже давно Ганибал не просыпался от нюхательной соли. Яркий свет нескольких прожекторов слепит глаза, каменный стол холодит обнаженную кожу, движения сковывает пищевая пленка. Любопытно.       Светловолосый молодой мужчина со скальпелем в руке с интересом наблюдает за ним. Обходит вокруг стола не прерывая зрительного контакта. На нем странного вида передник, и прозрачная маска. Ганнибал улавливает знакомую технику. - Ты всё предусмотрел, - с толикой отеческого участия заключает Ганнибал. - Что? Впрочем, тебе даже не любопытно почему ты здесь? - мужчина останавливается у изголовья, прикрывая собой один из прожекторов, - Ты - Ганнибал Лектер, убивший и употребивший столько невинных людей, и, - он машет перед глазами Ганнибала визиткой консультанта антикварного магазина, - планирующий новое преступление.       Губы Ганнибала подёргиваются легкой улыбкой. Ему льстит, что его узнали, признают, боятся, что готовы убить даже после нескольких лет затишья. И столь изощренно, потратив по всей видимости немалые усилия для подготовки места преступления. Ответственный, умный убийца. - Не будешь молить о пощаде? - на это Ганнибал как может пожимает плечами. - Разве не продуктивнее для тебя это время потратить на общение? Убить меня можешь в любой момент. Как тебя зовут? - мужчина хмурится, - это не вежливо. Ты же знаешь моё имя. - Декстер, - Ганнибал видит как рука со скальпелем опускается на стол. - Приятно познакомится. Полагаю, я у тебя не первый, - назвавшийся Декстером еле уловимо кивает, словно загипнотизированный янтарным взглядом Ганнибала, - как ты пришёл к такой концепции? Весьма изобретательно. Чисто, без следов. Молодец. - Кожа не скользит на пленке, сколько бы преступник не елозил, - мужчина тупит взгляд. - В первый раз не совсем получилось, было весьма не красиво, тогда, с той медсестрой. - Расскажи мне о нём, - ласковый низкий голос опытного психотерапевта обволакивает, - чем вынудила «та» медсестра тебя убить её. Что ты почувствовал после? Удовлетворение? Жажду? - Спокойствие, - Декстер присаживается на корточки кладя подбородок на ладони, - но понял, что этого недостаточно. Мой Тёмный попутчик жаждет большего, - задумавшись провел пальцем по плёнке. - И он жаждет, - Декстер резко поднимается с ехидной улыбкой, - тебя!       Не успевает скальпель вонзиться в грудь Ганнибла, как его хозяин получает точный удар в основание черепа и падает без сознания в руки Уилла Грэма. - Мерзость какая, - возмущается Уилл оттаскивая тело в сторону, - по малолеткам пошёл. - сажает Декстера в угол, проверяет пульс, связывает руки. - Хочу отметить, что это именно он первый проявил интерес, - Уилл фыркает и махом залезает на стол, седлая бедра Ганнибла и кладя руки на грудь. Сжимает ладони, смотрит пристально в глаза. Злиться. - С чего ты решил, что у тебя есть право не держать данное мне обещание? - Ганнибал молчит, но глаза его начинают темнеть. Лёгкое возбуждение прокатывает по телу от приятного давления и столь яростного взгляда. Ганнибал пытается пошевелиться, ему хочется прикоснуться. Уилл замечает. Понимает. Свирепеет и хватает Ганнибала на шею. - Восхитительно, - выдыхает восторженно Ганнибал и старается держать зрительный контакт до последнего, но силы его оставляют. Уилл не даёт ему отключиться, убирает руки. Тяжело дышит. - Ты обещал, что будешь осторожен, обещал, что вернёшься до заката, - Уилл прижимается ухом к груди, - я думал, что тебя схватили, убили, а оказывается, - он снова нависает теперь позволяя себе сжать с силой лишь плечи, - что мой благоверный весь день таскался по городу с мальчишкой, а на десерт наградил себя Оперой, игнорируя данное мне слово. Игнорируя меня, мои чувства. Я был на волоске от решения, что бы оставить тебя этому недоманьяку. - Ты наблюдал, - Ганнибал ахает, но не от сожаления, - тебе было интересно, что он со мной сделает? - Уилл закатывает глаза. - Хотел бы просто убить, сделал бы это там, в переулке. - Восхитительно. - Повторяешься, - на лице Уилла появляется хищная улыбка. - Твоё нынешнее положение открывает мне некие перспективы.       К разочарованию Ганнибала, Уилл покидает его бёдра - без него становится пусто и холодно. Одиноко. - Я вернусь, - бросает Уилл и прикрывает глаза Ганнибала его же пиджаком.       Неприятное чувство беспомощности заставляет Ганнибала напрячься всем телом дабы высвободиться, но безуспешно. Он извивается, пытается согнуть руки. Невольно кряхтит. - Тише-тише, - вдруг слышит Ганнибал и его ухо обдаёт горячий шёпот, - ты же слышал Декстера: кожа не скользит, а за счёт упругости все твои усилия напрасны. Великолепная находка, - выдыхает Уилл и задней стороной скальпеля медленно проводит по оголённому животу. По нему пробегают мурашки. Ганнибал ловит ртом воздух. Лезвие скользит по бедру, обводит коленную чашечку. Уилл прикасается плоской стороной лезвия внутренней части бедра, надавливая, оставляет лёгкий порез. Дыхание Ганнибала сбивается. Лезвие отпечатывается на другом бедре — порез. Маленькие капельки крови Уилл собирает пальцем и со смачным звуком втягивает его в рот. Ганнибыл облизывается и приоткрывает рот. Плёнка уже не может скрывать его возбуждение, чего Уилл и добивался. Не тревожа плёнку он ведёт скальпелем вверх по бедру к паху, и невесомо надавливая лезвием обводит бугорок. Верхний слой плёнки рвётся. Ганнибал замирает. Уилл аккуратно, повторяет круг, но надавливая сильнее. Теперь лишь один слой тонкой плёнки отделяет член Ганнибала от скальпеля. Уилл свободную руку запускает Ганнибалу в волосы, и сжимая ладонь с силой тянет, заставляя запрокинуть голову, говорит в самые губы: - Как думаешь, Гесслер, промахнусь ли я мимо яблока? - Стреляй, Телль, - хрипит Ганнибал. Обведя языком по губам открытый рот, Уилл целует и одновременно, не глядя разрезает последний слой плёнки. Ганнибала сводит судорога. Из уголка рта течёт слюна, по члену - обильная сперма. Уилл довольный своей выходкой, снова забирается на него. Нависает, берёт лицо его в свои ладони и целует, покачиваясь от удовольствия. Убирает пиджак и наслаждается тёмным подёрнутым влажной пеленой взглядом. Прикусывает губу. Возбуждённо выдыхает. - Позволь мне, - умоляет Ганнибал, - коснуться тебя, - и снова пытается пошевелить руками.       Не желая прекращать пытку, Уилл с чувством явного превосходства качает головой. О чём-то думает, берёт пиджак и бросает на голову всё ещё находящемуся без сознания Декстеру. - Мне так будет спокойнее, - поясняет он и приподнимаясь на коленях, расстёгивает ширинку. Ганнибал наблюдает с явным вожделением, он несколько раз сглатывает, облизывает губы и немного высовывает язык. Уилл подползает ближе, но мешают зафиксированные руки Ганнибала. Разочарованный стон. - Давай же, - Ганнибал не сводит своего голодного взгляда. Пару отчаянных взмахов лезвия и Ганнибал скользит своими ледяными ладонями по горячему телу Уилла пододвигая ближе к себе. Секунда на синхронизацию дыхания и возбуждённый член Уилла погружается в горячий влажный плен рта Ганнибала. Поясница прогибается, по ней к ягодицам, оставляя красные следы, опускаются ладони Ганнибала. Они жмут, ласкают в такт умелому языку. Уилл раскачивается, полностью отдаётся ощущениям и в пылу удовольствия, силясь сдержать стон, прикусывает до крови фалангу указательного пальца и щедро наполняет рот Ганнибала своим семенем. Ганнибал резко садиться, поддерживая расслабленного Уилла за спину и грязно целует. Сперма стекает по подбородку, шее, но Ганнибал не стремиться от неё избавиться, а наоборот с удовольствием слизывает до чиста. Уилл не отстаёт от него и так же избавляет от следов своего оргазма щеку и подбородок Ганнибала, но не останавливается на этом и спускается ниже, на грудь и захватывает губами сосок. Прикусывает, теперь уже Ганнибал издаёт низкий стон. Понимая к чему всё это приведет, Ганнибал скользит ладонью по спине Уилла и останавливается на копчике, слега массируя подушечками пальцев.       Уилл чуть привстаёт на колеях, и не отвлекаясь от вылизывания груди, подаётся вперёд, прогибаясь предоставляет лучший доступ. Кудрявые волосы на затылке щекочут нос Ганнибала, он немного их приглаживает, облизывает несколько своих пальцев и с жарким выдохом проникает в Уилла. Тот, замирает, но быстро возвращается к своему занятию и подаётся всем телом назад. Ганнибал целует его макушку, и начинает наращивать темп. В какой-то момент Уилл легко прикусывает сосок, рука Ганнибала дергается и оба пальца до упора оказываются внутри. Уилл подаётся вперёд ссаживая себя и устанавливает зрительный контакт. Ганнибал кивает и тогда Уилл, направляя в себя твёрдый член Ганнибала, медленно опускается вниз, расслабляется. Закрывает глаза и опираясь на колени Ганнибала, открывает всего себя на обозрение. Восхитительный вид, Ганнибалу стоит большой выдержки не начать двигаться. Он ждёт. Он уважает желание Уилла вести сегодня. Покачивая бёдрами, Уилл членом Ганнибала находит у себя заветную горошину простаты. Замирает, и взмахивает бедрами вверх, Ганнибал заключает его член в кольцо своих пальцев. Уилл стонет, его темп ускоряется. Ганнибал свободной ладонью ведёт вверх по вздымающемся бедру, с которой тут же с силой переплетается пальцами ладонь Уилла. Толчки становятся резче, агрессивнее, стоны громче, Уилл откидывается назад и изливается в руку Ганнибала. Секунда на перевести дыхание и Уилл уже наклоняясь вперёд, всасывая пару пальцев испачканной руки, возвращается к прежнему темпу. - Давай же, - улыбается Уилл, - в меня.       Ганнибал теряет контроль, и хватая Уилла за бёдра, насаживает на свой член и замирает, с низким рыком. - Хороший мальчик, - шепчет Уилл и довольно вылизывает влажный от пота висок Ганнибала. Засасывает мочку уха. По телу Ганнибала повторно пробегают волны удовольствия. Он с хрипотой выдыхает и притягивает Уилла для поцелуя. Благодарно вылизывает рот, прикусывает подбородок и замирает у шеи, наслаждаясь ароматом любимого человека. Уилл гладит его по голове, крепко прижимает к себе другой. - Спасибо, что нашёл меня, - Ганнибал ведёт кончиком носа по чувствительной коже шеи. - Спасибо, что беспокоишься обо мне. - отстраняется, устанавливая зрительный контакт. - Спасибо, что любишь меня.       Уилл улыбается, качает головой и нежно, прикасаясь ладонью к щеке Ганнибала, легко целует в нос и отстраняется. - Нам пора, - магия разрушена. Они снова оказываются в заброшенном доме, на окраине Майями с бессознательным телом маньяка-недоучки на полу. - Его точно оставлять здесь нельзя, - Уилл поднимется на ноги, и Ганнибал с животным вожделением провожает, стекающие по внутреннему бедру белые капли. - Да, - соглашается Уилл и, замечая реакцию Ганнибала, наклонившись, собирает пару капель на палец, проводит по его губам, позволяя облизать свой палец, - слишком много наших ДНК. - Уилл нарочито вычурно кривит губы и округляет глаза. - Сжечь, - Ганнибал садиться на край стола, сейчас он кажется чрезвычайно холодным и грязным. Обшарпанная комната без Уилла рядом вызывает лишь отвращение. Надо скорее домой, он смеряет взглядом фигуру своего спутника жизни. Тот осматривает его вещи: новые брюки летят в Ганнибала, а вот рубашка задерживается в его руках. - У тебя нет выбора, - произносит Уилл и начинает ею себя протирать, вызывающе глядя на него. Ганнибал, медленно спускается со стола и во всём своём обнажённом великолепии подходит вплотную. - Выбор есть всегда. Я мог бы тебя вылизать, - тянется поцеловать, но Уилл уворачивается и начинает также вытирать и его запачканный живот, проходится рукой с тканью по члену, останавливается. Ганнибал предпринимает ещё попытку дотянуться до его губ, но и сейчас Уилл обходит его. - Дома, - Уилл оборачивается, - обещаю сможешь отделать меня как Бог черепаху, а сейчас у нас другие задачи на повестке дня.       Позже, вспоминая этот день, Ганнибал находит его одним из самых прекрасных за последнее время. Полный впечатлений, адреналина и животного секса с его героем - Уиллом. Дом они тогда благополучно сожгли, а начинающего маньяка Уилл уговорил не убивать, ведь благодаря ему они оба получили море удовольствия. Декстер же очнулся в доках, совершенно голый, но с запиской в руке, в которой Ганнибал красочно уверял его, что второй попытки лучше не предпринимать, ведь он теперь знает всё о его родных, и месте жительства. Впрочем, Ганнибал так же не отказал себе в небольшой похвале и пожелании успехов в дальнейших делах. В лаборатории записка была изучена вдоль и поперёк, но кроме своих потожировых Декстер на ней ничего не обнаружил. Убрал дело в долгий ящик, но не оставил размышлений о том кто же его собственно тогда вырубил?