Юность всё прощает

Как только Виногорский проснулся, то закрыл шторы, дабы Женя не встал вместе с ним. Он не хотел этого разговора, поэтому старался оттянуть этот момент. Теперь квартира была пропитана только острыми воспоминания, впивающиеся под кожу как осколки, так и не тронутые в коридоре. Илья быстро взял пару бумажных полотенец и начал собирать бутылки. Но он совсем не подумал, и встал на пол голыми коленями, от чего пару мелких осколков впились в кожу. Виногорский продолжал убирать и выкидывать осколки, будто-бы выкидывал и все воспоминания. Осколки были убраны, коридор выглядел по прежнему, но острые ощущения не покинули Илью. В некоторых моментах ему казалось что его опять трогают, чувствовал прикосновения, вздрагивал, бил себя, и так по кругу. Бесконечная цепочка из галлюцинаций не давала ему покоя, как и окрававленые коленки, они всё ещё до невозможности болели, хотя, казалось бы, Илья вытащил все стеклышки. Было принято решение уйти, проветриться, пока у него есть время, пока не проснулся Шварц. Виногорский осторожно приоткрыл дверь, огляделся, и вышел в коридор. Всунув ноги в ботинки, Илья старался как можно аккуратнее захлопнуть входную дверь. Виногорский выдохнул и полез на крышу, давно он на ней был. Это место вызывало сразу кучу смешанных чувств, и вроде, ему нужно было бежать, подальше от Жени, или совсем из города. Но что-то держало его, не давая уйти. Илья, свесив ноги, сидел и наблюдал за всеми сверху. Он не знал, как надо вести себя после этой ситуации, всё это было не по его воле, по-хорошему, нужно обратиться в полицию, но Женю он всё ещё любил. Ему просто не хватает смелости. В голове сплывали фразы: "он не специально", "по пьяне", но звучали они как глупое оправдание. Вообще Виногорский был за то, что бы насильникам давали пожизненный срок в тюрьме, а сейчас даже не мог никому сказать что он подвергся насилию. Сильный ветер обдувал лицо, и спутывал и так непослушные кудри. Погода не сильно радовала, асфальт размыли лужи, после ночного дождя с грозой. Пустота пожирала Илью изнутри, и таким же пустым взглядом он смотрел на город. Все дома знакомы, и крыша знакомая, но чувство внутри душило его, и это чувство перерастало в желание. В это время Шварц проснулся от хлопка и холодного воздуха, окно открылось само по-себе. Женя обнаружил рядом пустое место, хотя во сне чётко помнил что было тепло. Шварц медленно приходил в себя, пытался вспомнить что вчера происходило, и воспоминания одно за другим вспывали в голове. С каждой такой картинкой в голове глаза расширались всё больше и больше, пока его взгляд не зацепили белые капли на тёмном постельном белье. Бешеная пуля выстрелила, в тот же миг голова больно затрещала. Женя выстроил цепочку воспоминаний в голове, как выпил, как разбил пару бутылок, как силой затащил Илью в машину, и что делал ночью. Шварц быстро нащупал телефон под подушкой, но там он только нашёл пришедший штраф на почту, камера со светофора запечатлила как его машина летела на красный свет. Несмотря на больную голову Женя прошёлся по квартире, но Ильи будто бы и не было. Шварц выдохнул, когда увидел вещи Виногорского в комнате, значит далеко не ушёл. И что-то тянуло его на крышу, будто он знал что Илья обязательно будет там, поэтому Женя быстро оделся и вышел из квартиры. И он оказался прав, Виногорский сидел там. Шварц аккуратно подошёл сзади, и присел рядом на корточки. Илья дрогнул, обернулся, и сразу же отвернулся обратно. Выглядело смешно, Женя давно понял, что Виногорский большой ребёнок, капризный, и не ждущий помощи, мол, "я сам". Но вот самому Илье было не до смеха. –Иль, прости меня, я так виноват. Виногорский не отвечал, да и он не знал что можно ответить. Женя зацепил взгляд на коленях Ильи, они были в царапинах, и кажется раны начинали гнить. Он хотел дотронуться, но как только провёл пальцем, то Виногорский зашипел и зажмурился, одёрнул руку Шварца и опустил голову. –Извини..–Прошептал Женя. Шварц сел рядом с Ильёй и накинул ему на плечи куртку, что взял с собой. Виногорский не взял ни одной тёплой вещи с собой, вышел в растянутой футболки Жени и шортах. Между ними повисла тишина, и никто их них не смел её нарушить, это было что-то вроде извинений, Илья впитывал её и потихоньку снимал напряжение. –А тебе не будет холодно? –Мне? Нет конечно, главное ты не замёрзни. Это было первыми маленькими шагами, как учится ходить ребёнок, неуверенно, немного боясь. Щварц прижимал тело Ильи к себе, Виногорский не жался в ответ, всё ещё боялся, всё ещё не доверял, но так было явно теплее. –Илюша, – Начал Женя – Я такой идиот, мне очень жаль, и я даже представить не могу, как было больно тебе. Извини меня, я знаю, что этого будет мало, но я не знаю, простишь ли ты меня. Сердце Ильи начинало биться быстрее, он и сам не знал что делать. Он точно влюбился, как никогда раньше. Ему до ужаса не хватало Жени, как воздуха. Но была проблема, взаимно ли он влюбился? И надежд Илья уже не строил. –У тебя это был первый раз? Виногорский молча покивал головой. Женя закрыл лицо руками и протёр глаза. Хотелось сложить весь мир к ногам Илюше, не только сейчас, ещё до этого. Шварц никогда не успевал обдумать свои решения, когда в голове вспыхивал огонек, то он просто делал. Раньше, это казалось ему романтично, что такой он решительный, но сейчас он чувствовал отвращение к самому себе, и никакой романтикой тут и не пахло. Хотелось упасть Илье в колени, извиниться сто раз, даже больше. Хотелось выкинуть весь алкоголь что был припрятан на кухне, вообще больше не пить. А больше всего хотелось что б Виногорский перестал быть таким манящим, таким красивым и умиляющем. Всё время хотелось взять и зацеловать его, соединять из веснушек созвездия, скрыть от всего мира и оберегать. Последнее казалось уже нездоровой любовью, но Женя не мог ничего с этим поделать. –Ты мне не безразличен, Иль. Ты стал чем-то большем. Илья покраснел и пытался увести взгляд, но попытки были безуспешны. –Мне нужно немного времени, давай домой пожалуйста, я замерз. –Я вижу –Это было правда видно, Виногорский дрожал как кленовый листик– А ещё я вижу что твои раны гниют. –Так это всё таки гниение? -Угу. Шварц помог подняться Илье на ноги, Виногорский же в свою очередь чувствовал себя инвалидом. Он больно промычал как только почувствовал под ногами опору, колени безумно болели, было больнее, когда холодный воздух дул прямо в раны. Женя не сдержался и подхватил Илью на руки. Виногорский ухватился руками ему за шею, и уткнулся лицом ему в грудь. Сейчас Илье было жутко стыдно и страшно. –Как пушинка, Иль. –Заткнись.. Женя тихо рассмеялся себе под нос, но в ответ ничего не ответил, даже в таком грубом слове, он уловил нежность, потому что это было сказано Ильёй. И, то-ли Виногорский так сладко говорил, то-ли Шварц сошёл с него с ума. *** –Подожди ещё немного.. В одной руке Женя держал пинцет, а в другой ладонь Ильи. Виногорский шипел и плакал, доставать осколки с колен было мало приятным занятием. Стиснув зубы Илья пытался не застонать от боли, но ему помогало что Женя разрешил сжимать ему руку, кусать, бить и делать все что угодно. По ощущениям Ильи, он должен был уже десять раз сломать пальцы Жене, пока вкладывал всю силу и боль в руку. Шварц же был сосредоточен на коленях Ильи, у него была чёткая цель–достать все стеклышки. –Вот чёрт тебя побрал убирать эти стёкла.. Виногорский хотел что-то буркнуть в ответ, но сдержался, он и так уже расцарапал и до посинения сжал Жене руку. –Вот и всё! Ты молодец.– Шварц доклеил последний пластырь на коленку. Илья выдохнул и утёр слёзы с лица. -Спасибо.. Виногорский встал, чуть не упав, начал хромая идти к себе в комнату. На это Женя тихо рассмеялся –Дойдёшь хоть, калека? –Дойду. Было тяжело, но Илья хотел быть самостоятельным, Женя слишком избаловал его тем, что постоянно таскал на руках. Ему хотелось что б Шварц понял, что он не маленький ребёночек, за которым нужно глаз да глаз. Но как на зло пол ушёл из под ног Ильи, Женя опять как призрак подкрался сзади и подхватил его. –Точно? –Ну всё, Женя, хватит, я не маленький, поставь на место! -Сейчас донесу и обязательно поставлю на место. Всё это казалось Шварцу смешным, особенно то, как Илья не мог попросить помощи, хотел быть взрослым, даже с больными коленями. Как только Илью опустили на кровать, Шварц скрылся за дверьми комнаты, оставляя Виногорского совсем одного. Виногорский сразу же улёгся и накрылся одеялом, дома у Жени они были тяжёлыми, поэтому засыпал Илья в один миг. Но сейчас в сон совсем не клонило, учитывая то, что встал Виногорский рано. Илья листал телеграмм и отвечал друзьям на сообщения, и он всё ещё не решался написать о том, что произошло, да и делать это по переписке было не очень. Но Илья не торопился говорить это всем, предпочёл оставить в тайне, поэтому не подавал ввиду, что что-то не так. Ему нравилось, что сейчас у него выходные, в школе каникулы, и можно немного расслабиться. Виногорский продолжал обдумывать те слова Жени. Мысль о том, что Шварц видит его чем то большем немного пугала, хотя, не этого ли он хотел? Но, признаваться после такого, скорее было немного не корректно, Илья всё ещё находился в страхе, боясь, что эта ночь окажется такой же. Но где-то внутри себя, в Виногорском расплывалось приятное чувство того, что Женя проявляет больше тактильности. Как бы его не мучали воспоминания с такими чужими руками под кофтой, он понимал, что алкоголь сильно влияет на разум. Илья как дурачок лежал и улыбался своим мыслям, даже отложил телефон, и полностью погрузился в свой мир фантазий. И у него это даже вышло, его особенность возвращалась обратно, теперь внешний мир его не так пугал, когда он мог фантазировать. Из своей другой реальности его выдернул хлопок двери. Илья подумал что кто-то пришёл, и стал прислушиваться. Но никаких звуков больше не было, Женя ушёл? Виногорский поднялся на свои больные колени и пытаясь идти быстрее направился в комнату Шварца. Да, у него пока что выходило не очень, но прогресс был. Илья открыл дверь, но там было пусто, в комнате убрано, кровать заправлена, как будто Шварца тут никогда и не было. Виногорский поплелся на балкон, он знал, что скорее Женя наругает его, но сейчас ему было все равно. Как только Илья вышел то сразу почувствовал холод, выглянув вниз, он увидел как захлопывается дверь машины Жени, и тут же уезжает. Виногорский тут же расслабился, но только куда поехал Женя–он не знал. Илья зашёл обратно в тёплую комнату, закрыв за собой балкон. Комната выглядела совсем не так, как ночью. Шварц поменял постельное белье, собрал все раскиданые вещи. И теперь тут было уютно. Виногорский присел на кровать, надеясь, что имеет полное право находиться тут. В воздухе витали нотки духов Жени, от чего Илью окутывали приятные ощущения. Виногорский окинул всю комнату взглядом, тут ничего особенного не было, так же привычно, но будто что-то поменялось. И тут Илью озарило, той рамки с фоткой не было, не было фотки его девушки. Хотя, казалось бы, он ее не собирался убирать. Это все было до ужаса плохо, но Виногорского тянуло открыть тумбу, посмотреть, что там есть. Илья открыл первый ящик и сразу покраснел, "лучше бы не смотрел". На дне ящика лежали пару презервативов, но рядом лежала перекись, та, которой Женя обрабатывал раны Илье. Ещё тут были пачки пластырей, обычные, и ещё какие-то цветные..с животными. Тут Виногорский перевел взгляд на свои коленки, а на коленях красовались те самые цветные пластыри, на которые Илья особо не обратил внимание. В следующем ящике лежало пару тюбиков, кажется..со смазкой. Илья напрягся, и исследовал остальное наполнение. Тут были кучи фоток, на них снизу были подписаны даты, и Женя выглядел на них довольно счастливо. Под горой всех фотографий лежала последняя, где Шварц был чуть ли не полуголый, Виногорский остановился на ней, рассматривал сильные руки, торс, его лицо. Илья тут же закрыл ящик обратно с хлопком. "Хватит, пожалуй.." Но его так же манил последний ящик, он был неиследован и интересовал больше всего. Виногорский поклялся себе что посмотрит одним глазком и всё. И он оказался прав, на дне ящика лежала рамка с той самой фоткой, но, кажется, кроме неё тут ничего не было? Илья поднял рамку с фоткой, а под ней оказался ещё один снимок. Это оказалось фотка с бара, которую Илья даже не помнил. На ней был уже веселенький Илья и уже сильно выпивший Рома. Фотка выглядела очень живой, весёлой, и скорее, её ему дал Юра. Виногорский помнил, что Борисов часто таскает с собой фотоаппарат, но конкретно эту фотку он не помнил. Но, только что она делала на дне ящика у Жени? Тепло внутри него превратилось в жар, и появилось срочное желание Жени, он нужен был прямо сейчас. Илья мог бы позвонить ему, но только номера телефона Шварца не было. Но внутри Виногорского разжигался огонек, хотелось сейчас Женю рядом. Виногорский подовляв в себе это желание, поэтому быстро уложил все вещи обратно в тумбу и вышел из комнаты. Илья зашёл обратно к себе, тут было всё по обычному. Виногорский понимал, что квартира не его, поэтому особо не раскидывал вещи. Илья дошёл до кровати и сразу же рухнул в неё, он преодолел испытание пройтись по всей квартире, теперь отдых. *** Виногорский очухался и чувствовал себя ужасно, хотелось пить. За окном было темно, телефон показывал 8 вечера. Илья протёл глаза, и вспомнил, что скорее всего Женя уже вернулся. Колени начали проходить, Илья мог ходить уже не как будто он инвалид без ноги, а просто чуть прихрамывал. Виногорский немного открыл дверь, в коридоре никого не было, выдохнув, он вылез комнаты. Теперь оставался вопрос, а что говорить Жене? Илья точно был уверен что идет отвечать взаимностью на слова Шварца, но как это красиво приподнести? Виногорский не успел подумать, как оказалася в притык у двери Жени. Илья решил довериться себе, и просто имповизировать если что. Он аккуратно постучал и открыл дверь. Сердце колотилось как бешеное, но пути назад уже не было. Шварц лежал на кровати, что-то листая в телефоне, но когда в дверном проёме показался Илья, то тут же убрал телефон. –Проснулся уже? Ты чего это спать лёг? –А не знаю.– Сказал Илья пока шёл до кровати Шварца. У него был один план–действовать. Поэтому как только Виногорский дошёл до кровати, то как кошечка подполз к Шварцу, а потом и вовсе залез на него полностью, плюхаясь на Женю всем телом. На это Шварц ничего не ответил, лишь вскинул брови и растянулся в улыбке. Он не особо понимал, чего хотел Илья, но начало ему нравилось. Женя запустил пальцы в его кудри, а другой рукой поглаживал по спине. Илья был тёплый, маленький и милый как котёнок. –Ты хотел что-то спросить? –Скучал.. Виногорский вжимался сильнее, надеясь, что не раздавит Женю. И, хоть и не подовал ввиду, но внутри у него была тревога. То желание всё ещё оставалось и не хотело потухать, хотелось Женю, его всего. –Я тебя тоже люблю. В один момент Шварц подумал, что ему и вовсе показалось, но он точно услышал. Илья чувствовал то же самое, чувствовал что-то большее, и их общее чувство быстро переросло в жение поцеловать. Женя рывком усадил Илью к себе на колени и поцеловал. Сначало, был осторожен, дабы не спугнуть, и словно спрашивая "можно?". Но когда Виногорский ответил на поцелуй, то для Жени это был зелёный свет. Шварц углубил поцелуй, делая его более настойчивым, но он по прежнему оставался таким нежным. Внутри Ильи все колотилось, сейчас ему нравилась эта черта Жени, делать всё быстро и сразу. Шварц ладонями сжимал талию Виногорского, зная, что сейчас ему можно, что после этого он не будет чувствовать вину. И ему чертовски было мало Ильи, хотелось зацеловать везде, где только дотянется. С этого момента Виногорский был только его, теперь его можно было любить не скрывая, теперь можно обнимать без причины, целовать веснушки, теперь можно. Простыни быстро промялись под этими двумя, потому что Илье было всего мало. Он требовал больше объятий, больше поцелуев, а Жене было только в радость, он с удовольствием удовлетворял все его хотелки. Илья таял от его прикосновений, поэтому доверился Жене, что б тот вертел им как хотел. В один момент Илья сам не заметил как начал подмахивать бёдрами, просясь на руки. Внизу завязался узел, поцелуев Виногорскому было котострафически мало, хотелось большего. –Же-е-ень,я хочу.. –Перехочешь, мне нельзя заяц. Илья продолжал хныкать и закидывать ноги ещё больше, его даже уже не смущали его больные колени, будто бы никогда и не болели. –Ну, я сейчас не против.. От этого Шварц оторопел, даже отлип от Ильи, хотя казалось что вот-вот съест. –Точно? Жалеть потом не будешь? –Не-е-ет, мне очень плохо, пожалуйста.! В один миг Женя стянул с него футболку, а потом и вовсе перевернул так, что Илья оказался под Шварцем. Женя аккуратно выцеловывал ключицы, кусал шею, а потом обратно зализывал и целовал. От таких ласк Виногорский стонал, но закрывал себе рот. –Не закрывайся, Илюш.–Женя поднес губы к уху Ильи.–Мне очень нравится. А после прикусил мочку уха. От таких действий у Ильи окончательно снесло крышу, он постоянно закатывал глаза от удовольствия. Свои ручки Виногорский держал на плечах у Жени, будто боясь, что он вот-вот исчезнет. Даже от простых прикосновений Виногорский мычал, а напряжение в штанах все росло и росло. Ему до жути всё это нравилось. Нравилось ощущать Шварца, нравились его тонкие и длинные пальцы, что то и делали ласкали его. Женя повёл языком от шеи до низа торса, оставляя мокрую дорожку, а потом и вовсе стянул с Ильи всю одежду. Виногорский был его слабостью, он чувствовал, чего именно хотел Илюша, поэтому специально медлил, дабы немного поиграться. А Виногорский кажется терял сознание от происходящего, никогда ему ещё не было так хорошо, как сейчас. Он сам напрашивался и хнычил что б Шварц побыстрее вошёл в него. В комнате стонавилось душно, но возбуждение никуда не уходило. Ему казалось, что Женя специально выводит его на мольбы, то он слишком долго достаёт смазку, то слишком долго выцеловывает ключицы. Но Илья победил, когда почувствовал орган внутри себя. Сначало Женя входил медленно и не полностью, давая привыкнуть Илье, а когда Виногорский начинал просить больше и быстрее, то делал быстрые толчки и входил до упора. Илья кажется стонал под Женей на всю квартиру, уже совсем не стесняясь ничего. Шварц убедил его, что ему это только в радость. Ноги у Ильи дрожали, но он продолжал разводить их ещё шире, прося больше. Женя поймал нужный ритм, понимал, как больше всего понравилось Илье, а понимал он это по его стонам. Пока делал толчки то оставлял нежные, почти невесомые поцелуи у Виногорского на шее. В один миг Женя перевернул их обоих, от чего Илья оказался сверху на нем. Шварц пытался помочь, но Виногорский и сам отлично насаживался во всю длину, как будто делал это и раньше. Женя все равно помогал ему, насаживая на член верх-вних, будто катая на аттракционах. Шварц довел его до пика пока прикусывал Илье соски, теперь он знал, они–его слабое место. Илья излился себе на живот и обмяк в руках Жени, от такого вида Шварц после сам кончил. Женя продолжал оставлять поцелуи по щекам Виногорского, пока тот пытался отдышаться. –56. –Что? –Твоих веснушек, 56 штук. –Женя выглядел довольным как кот. –Ты их считал? –Я, конечно, не уверен, пару раз сбился, но за то уверен что ты просто чудесен. Виногорский расплылся в улыбке из последних сил, до чего он был сейчас счастлив. Шварц с осторожностью унёс их двоих в ванную, Илья только удивлялся, откуда у этого человек столько сил. Женя вымыл их обоих, ещё несколько раз расцеловал Илью, и унёс как принцессу в постель. – Я с тобой скоро забуду как ходить.. –А тебе что-то не нравиться? –Я такого не говорил! Шварц тихо рассмеялся и прижал Виногорского к себе посильнее, дабы тот не замерз. А Илья и вовсе был не против, прижимался в ответ ещё сильнее. За свою милоту и наивность Виногорский получил ещё гору поцелуев в шею. Шварц целовал каждый миллиметр, это был его особый вид проявления любви Женя сжимал Илью как мягкую игрушку, теперь Илюша был его мягкой игрушкой, и стал самой любимой.