Можно я лягу с тобой?

Джером чувствовал страх. Липкий, окутывающий его с головы до ног. Стоило Скэриэлу вновь попасться ему на глаза, парнишку бросало в дрожь, хоть и старался не подавать виду, просто ставить себя достаточно отстраненно. Он видел, как причинял таким поведением своему другу боль, но просто ничего не мог с собой поделать. С самого детства Джером боялся темной материи больше, чем любого оружия. Он видел, как люди применяют её против друг друга прям на улицах, когда не поделили наркотики, или кто-то начал отказываться платить за них, пьяные ссорились и дрались, парни наносили друг другу увечья, чтобы получить внимание какой-то стриптизерши, работающей как раз в их любимом клубе. Причин множество, но все сводится к обычному поиску секса, наркотикам и алкоголю. Так было и с его отцом. Пускай он мало что помнил, старался забыть об этом, но то.. То, как его мать полетела в стену, хруст её спины и болезненный стон, откинутая назад голова. осколки плохой штукатурки, которая еле держалась, и только ждала своего часа чтобы отвалится. И отец. Тот, кого Джером боялся, и сторонился как огня. Он стоял, напротив своей жены, на руке чернел новый сгусток темной материи, готовый в любой момент бросится и убить её. Но он плохо помнит, что произошло дальше. Обычно Джером предпочитал отсиживаться в углу, стараясь не привлечь внимания к себе, как его обычно учила мама. Но тогда, как будто что-то подтолкнуло его. Мысль "я могу защитить её" часто мелькала в непоседливой голове, но никогда он не решался сделать этого. Теперь же — вот он, маленький Джером, стоит перед полным яростью отцом, закрывает маму собой и расставив руки в стороны. Жмурится, готовый получить удар. И конечно получает. Дальше всё в тумане, и от это становилось только страшнее. Начинала противно гудеть голова. - Джером!.. Эй, что с тобой?!.. – Голос возвращает Джерома из мыслей обратно на землю. К счастью, с отцом он больше не встретится. Перед ним стоит Скэриэл, прячет руки в руках кофты, взгляд напуган и полон непонимания. Кажется, ещё немного и он начнет плакать, так что приходится выдохнуть, успокаивая и себя, и его. Джером треплет его по голове, как раньше, несмотря на всё свое желание отдернуть руку и отогнать его от себя. Тихий вопрос вновь нарушает напряженную тишину между ними, и честно, русый парень даже благодарен что именно Скэр заговорил первым. - можно я сегодня буду спать с тобой?.. Боюсь младшие меня даже в комнату не пустят. Ком в горле не дал ему ответить. Джером просто кивнул, на что получил уже более радостное «спасибочки». А ведь, казалось бы, Скэриэл не похож на того, кто может причинить хоть какой-то вред. Конечно, пока не увидишь его черные руки. Батлер бы описал это примерно таким образом: как будто нечто, поедающее его друга изнутри, вдруг захотело вылезти наружу, и начало с рук, заставляя их покрываться черной корочкой и гнить. И совсем неважно, что через полчаса Скэриэл вновь станет собой. Похоже, они оба помнят свою первую встречу, и для Скэра это значило многое, в то время как Джером мог бы просто жаловаться на свою эмпатичность и желание помогать, как будто так, и никак иначе, он сможет искупить свою вину перед мамой.