Праздник тысячи фонарей

Сегодня праздник фонарей. В городе много торговцев, они продают разное: юаньсяо в сладком бульоне, лапшу, фонарики и ещё очень многое. Улицы так красиво украшены, что стали немного похожи на Призрачный город, пусть и не такие пышные. Се Лянь специально прибыл в центр из своей обители Водяных каштанов. Мусорный бог потратил почти все монеты на небольшой красный фонарик. Он был округлой формы и чрезвычайно прост, внизу был подвешен маленький колокольчик к основанию. Наследный принц вежливо кивнул торговцу, забирая вещицу. Он не был расстроен, что покупка столь проста, ведь намеревался сам украсить каллиграфией. Примостившись в телеге с сеном, небожитель выудил из небольшого мешочка кисть и черную тушь. Аккуратными движениями Се Лянь стал наносить изящные иероглифы, из которых постепенно сложилась фраза "Цветы прекрасны, луна полна". Красивые слова, означающие пожелание удачи и благополучия. Небожитель уже знал, кому преподнести этот милый подарок. И, соскочив с телеги, Се Лянь пошёл по улицам города, надеясь разыскать князя демонов. Если его не будет здесь, придётся наведаться в его роскошную резиденцию в Призрачном городе. Наследный принц аккуратно протискивался по улочкам сквозь толпы людей, то и дело шепча прохожим "Простите!", "Извините!". Сердце небожителя в предвкушении и приятном волнении стучало в груди. Се Лянь и сам заметил, что его ладони немного вспотели. Он вздохнул, слегка улыбнувшись самому себе. Мусорный бог остановился у небольшого лотка с угощениями, чтобы перевести дух. Здесь, слава Небесам, было уже меньше людей, а воздух чуть свежее. "Ну что ж... Похоже, Саньлана здесь всё-таки нет. А как же жаль! Да и ко всему прочему, я давно его не видел. Надо признать, я успел соскучиться", — думал Се Лянь. Поток его мыслей прервал горячий шёпот у самого уха. — Ваше Высочество наследный принц. — Кто-нибудь иной испугался бы такой неожиданности, но Се Лянь сразу узнал обладателя столь сладкого голоса, что обжигал нежную кожу небожителя. — Саньлан! — обрадовавшись, Се Лянь обернулся и заключил в объятия Хуа Чэна, стараясь при этом не испортить свой подарок. Князь демонов улыбнулся, обнимая с заботой в ответ даоса. Делал он это всегда так аккуратно, будто Се Лянь – хрупкий сусальный дворец, который может рассыпаться от любого дуновения. Саньлан мягко гладил небожителя по волосам. — Я тоже очень скучал, — тихо промурлыкал с улыбкой демон. Не дожидаясь ответа, он продолжил: — Пойдём, гэгэ, я отведу тебя в особое место. Ты же не против прогуляться? — Улыбка не сходила с лица Хуа Чэна, он лишь немного отстранился от такого родного тела, просто чтобы взглянуть в глаза возлюбленного. Се Лянь кивнул, радостно улыбаясь и не тратя времени на слова, ведь и так было понятно его согласие. Если Саньлан хочет куда-то его увести – пусть уводит хоть на край света! Опасаться нечего, князь демонов ни за что не подвергнет опасности Се Ляня. Более того, он, вероятно, уже заранее тщательно позаботился о безопасности места, даже если там и были какие-то слабые твари по типу диких рабов. Се Лянь и сам не заметил, как быстро они пришли к большому озеру. Оно сверкало в свете луны, отражая его будто серебряное зеркало. Вокруг озера была невысокая трава и ровный берег. Совсем неподалёку стояло изящное дерево с почти чёрным стволом: настолько была тёмной кора. Но от этого всё выглядело ещё прекраснее. Небожитель засмотрелся на столь красивое место, глаза были широко распахнуты от восхищения. Вот уже несколько веков он не видел ничего подобного. А повернувшись в сторону Саньлана, наследный принц невольно ахнул: Хуа Чэн уже успел принять истинный облик. И когда только время нашёл! Се Лянь вот только смотрел на юношу с растрёпанным хвостом! Саньлан тихо усмехнулся такой реакции. — Гэгэ, мы пришли, — Хуа Чэн подвёл Се Ляня к дереву, усаживая небожителя под ним, после чего и сам пристроился рядом. Если бы сердце демона ещё билось, оно бы сейчас разрывалось в груди от трепета. — Саньлан, здесь очень красиво! — воскликнул наследный принц, потом спохватился, протягивая Саньлану бумажный фонарик. — А это тебе подарок... — Краешки ушей Се Ляня покраснели, когда он протянул вещицу князю демонов. Хуа Чэн немного и осторожно принял его. — Гэгэ, Саньлану очень нравится подарок Его Высочества. Благодарю, — с улыбкой промурлыкал Хуа Чэн, будто довольный кот. Он взял руку Се Ляня и поцеловал её тыльную сторону. Холодные губы демона мягко касались приятной тёплой кожи небожителя, вызывая у последнего улыбку. — Гэгэ, у меня тоже ведь есть подарок для тебя, — с этими словами Хуа Чэн достал из-за пояса красный веер. На его поверхности были изящно нанесены узоры, цветы сливы и золотые линии. К рукояти была прилажена красная кисточка, а ещё серебряная бабочка на тонкой цепочке. — Не... Не стоило... Но спасибо большое! — Се Лянь в растерянности повертел веер. Он однозначно его впечатлил и понравился. Жое немного приподнялась с руки и стала тоже "разглядывать", любопытно виляя вокруг. — Саньлан... — выдохнул Се Лянь. — Он слишком хороший.. Я.. Я не могу его принять... — наследный принц хотел отдать обратно веер, но чужая сильная рука его остановила. Демон молчал, ухмыляясь, но даже без слов было понятно, что отказы не принимаются. Се Лянь судорожно и немного смущённо вздохнул, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Он шепнул, поднимая глаза на Саньлана: — Спасибо большое... — он почти сразу встретился взглядом с горящим красным глазом демона. В этом взгляде читалась страсть и... Что-то хищное? Да, именно такой блеск промелькнул во взгляде Хуа Чэна. — Но это не всё, Ваше Величество. — Бледными пальцами из складок ткани Саньлан достал небольшую корзинку, украшенную шёлковыми лентами. Под крышкой, аппетитно переливаясь, лежали засахаренные фрукты на бамбуковой шпажке. Глаза принца заблестели, стоило ему столько увидеть угощение. Подобные подавались когда-то и в его дворце в Сяньлэ. Матушка знала, как юный принц их любил, и приказывала готовить на все праздники. Се Лянь с восторгом принял фрукты, почти сразу накинувшись на них, с блаженством поглощая угощение, чем вызвал тихий смешок со стороны. Принц будто бы опомнился и с набитыми щеками посмотрел на демона, взглядом благодаря. — Не стоит благодарностей. Если гэгэ так нравится, то Саньлан будет чаще угощать его подобным, —демон с улыбкой наблюдал за небожителем. Тот в ответ довольно замычал, кивая. Такая идея ему была по вкусу. Расправившись с десертом, Се Лянь всё же смог сказать: — Я так давно не мог себе позволить такое угощение... Вкусно! — Се Лянь лучезарно улыбался. Саньлан тоже не убирал улыбку с лица, а когда он заметил что-то на щеке принца, то заулыбался еще шире. — Гэгэ, ты испачкался, — промурлыкал Хуа Чэн. И правда, на щеке был небольшой сладкий отпечаток, оставшийся после столь неаккуратного поедания фруктов. "Ой, правда?" — хотел сказать наследный принц, но не успел, в следующую же секунду его щеки коснулся влажный и немного прохладный язык. Кожа тут же загорелась алым румянцем, когда Хуа Чэн слизнул остатки сиропа с нежной кожи. Отстранившись, он посмотрел в глаза смущённого принца. А чтобы тот не отвёл взгляд, надёжно, но аккуратно зафиксировал его голову, держа за подбородок. Князь демонов явно наслаждался получившейся ситуацией, хитро всматриваясь в раскрасневшееся лицо напротив. Не успел Се Лянь опомниться, как его уже повалили на мягкую траву. — Саньлан... — только и успел выдохнуть небожитель, прежде чем его губы накрыли губы демона. Сначала поцелуй был нежным и до невозможности мягким. Потом же Саньлан ловко протолкнул язык меж губ, углубляя поцелуй. Всё ещё можно было ощутить оставшийся вкус фруктов. Поцелуй стал дурманящим, от него кружилась голова и было трудно дышать. Но никто и не думал отстраняться. Се Лянь наоборот обнял за плечи Хуа Чэна, притягивая ближе к себе. Оба отдались моменту. Хуа-Хуа положил руки на талию принца, несильно сжав. На мгновение он отстранился от вкусных и распухших из-за страстного поцелуя губ, но лишь для того, чтобы дать Се Ляню глотнуть воздуха. Затем их губы снова сошлись в танце страсти. Наследный принц вцепился в одежду Саньлана, не желая отпускать его. Языки переплетались, воздух вокруг будто стал невыносимо горячим, несмотря на ночную прохладу. И всё же они нехотя отстранились друг от друга, приходя немного в себя. Хуа Чэн наклонился к белоснежной шее принца и, отодвинув край ткани, оставил багровый засос, алым цветком расцветающим на коже. Се Лянь сдавленно простонал и, не в силах выдержать накатившие эмоции, прикрыл глаза. Он глубоко задышал, чтобы немного проветрить разум и мысли. Принц чувствовал, как с него медленно слезли, давая свободу. — Может, продолжим праздновать в Доме Блаженства? — довольно щурясь, предложил Саньлан. Се Лянь издал хриплый смешок, приоткрыв глаза. — Хорошо, — тихо шепнул небожитель, чувствуя, как сердце стучит где-то в области горла, а к щекам снова приливает кровь. Хуа Чэн только этого и ждал, подхватил аккуратно Его Высочество на руки и, взяв подарки, унёс Се Ляня в Призрачный город. Праздник обещал быть очень хорошим, а для них двоих он только начинался.