There And Back Again

Джек едва поверил в услышанное, когда ему позвонили. Три года прошло с момента исчезновения Дракона, с момента, как он нашёл тело серийного убийцы и обильное количество крови, что окрасило край обрыва. В его сознании всё закончилось той ночью. Уилл Грэм сдержал своё слово — утащил двух серийных убийц на тот свет с собой. Это был конец. Но звонок говорил обратное. Звонок от Аланы, её напряженный и хриплый голос в трубке офисного телефона. Три простых слова, разрушивших воздвигнутые им стены перед виной прошлого. «Они нашли Ганнибала». Больше слов не требовалось. Джек повесил трубку, взгляд его безучастно уставился на стены кабинета, от которого ему давно пора было уйти на пенсию. На краткий миг он остался неподвижен, мысли вихрем проносились в его голове. Затем встал и покинул офис со свирепым хлопком двери. - Это казалось почти невероятным. Сквозь зернистый объектив камеры за прозрачным ограждением стоял Ганнибал Лектер, выглядевший так, словно не постарел ни на день, если не считать его вновь безупречной прически. Джек испытывал иррациональное желание разбить экран перед собой, будто он мог изгнать этого человека так же легко, как и его изображение. Сделав глубокий вдох в тщетной попытке унять гнев, Джек повернулся к Алане. — Где они нашли его? Она легонько постукивала пальцем по столу — то было единственным проблеском страха сквозь ее ледяной фасад. — Флоренция. Где ещё? Его застали на месте преступления. Женщина, проходившая мимо, узнала его и вызвала полицию. Та нашла его в соседнем переулке. — Тон её был резок. — Значит, просто везение? — усмехнулся Джек. Блум лишь мрачно кивнула. Напряжение повисло в воздухе, один и тот же вопрос терзал их обоих. Наконец Джек озвучил его: — Были ли какие-нибудь следы Уилла? Алана вздрогнула, но покачала головой. — Нет, насколько нам известно. Единственный способ узнать, что с ним стало, — это спросить Ганнибала. — Она выплюнула это имя, словно оно было ядом на её языке. Джеку пришлось подавить рычание. — Я собираюсь поговорить с ним, — сказал он. Алана даже не попыталась возразить, просто отошла в сторону, позволив ему выйти из своего кабинета. Он прошёл мимо, совершая, к сожалению, знакомый путь к старой камере Ганнибала. Толкнул тяжёлые деревянные двери и увидел Ганнибала Лектера, развалившегося на койке в камере и выглядевшего так, будто не исчезал три года назад вместе с лучшим профайлером Кроуфорда. — Привет, Джек. Ты хорошо выглядишь. Скажи мне, ты нашёл себе новое хобби? Может, такое, что не оставляет за собой сломанные тела и искалеченные умы? — поприветствовал его Ганнибал, слегка ухмыльнувшись и даже не потрудившись встать с койки. — Сильные слова, Лектер. За тобой тянется такая цепочка тел, что она практически вывела нас прямо к тебе, — бросил Джек, едва сдерживая ярость. Его раздражало, с какой лёгкостью и удовлетворением держался Ганнибал — будто он чувствовал себя как дома в тюремной камере. Джек и думать не хотел, как это возможно. Ганнибал рассмеялся — удивительно легко. — Теперь я знаю, что это неправда. В последнее время я был особенно осторожен. Мне было необходимо. Мы не могли позволить тебе сорвать церемонию, в конце концов. Тело Джека целиком напряглось, словно от удара. — Церемонию? Мы? — он требовал. Глаза Ганнибала сверкнули весёлым огоньком. — Боюсь, я уже сказал слишком много. Ему бы не понравилось, что я проговорился. А может, и понравилось бы. Он до сих пор восхитительно непредсказуем, — с какой-то пугающей нежностью в голосе произнёс Лектер. Джек сжал кулаки, не отводя взгляда от его лица. — Ты говоришь о Уилле Грэме? — процедил он. Улыбка Ганнибала стала шире. Он поднялся с кровати и медленно подошёл ближе, встав напротив. — Что, Джек, ты всё ещё считаешь моего дорогого Уилла своей разбитой чашкой? Он давно уже собрал себя, и он великолепен. Я бы хотел, чтобы ты увидел его в своей стихии, наконец-то ставшим тем, кем он всегда должен был быть. С другой стороны, тогда мне, возможно, придётся вырвать тебе глаза. Ты даже близко не достоин видеть Уилла во всей его изящной полноте. Глаза его сияли эмоциями, которым Джек не мог подобрать названия. Но он лишь фыркнул и покачал головой. — Не верю. Ты сегодня необычно откровенен, Лектер. Думаю, ты просто провоцируешь меня, пытаешься затуманить рассудок. Уилл пожертвовал собой, чтобы убить тебя. Жаль только, что ему не удалось. — Вот как? — мягко протянул Ганнибал. — Пожалуй, ты всегда был слеп из-за своей упрямости. Скажи, Джек, читал ли ты «Илиаду»? Ахилл и Патрокл были такой грозной парой, что потребовалось божественное вмешательство, чтобы их остановить. А ты — не бог. Если уж на то пошло, ты — Агамемнон. Столь увлечённый своими амбициями, что потерял самого ценного солдата. Он сузил глаза. — Хотя должен признать: твоя недальновидность мне весьма на руку. Джек глубоко вдохнул, тщетно пытаясь унять злость. Он совсем забыл, насколько искусно Ганнибал способен выводить его из себя. — Посмотрим, что ты скажешь после нескольких лет гниения в этой клетке, — бросил он и резко развернулся, покидая помещение. Он больше не мог выносить самодовольную ухмылку Лектера. Смех Ганнибала последовал за ним. Лёгкий, почти беззаботный. И всё же, несмотря на то что убийца был в заточении, Джек чувствовал — Ганнибал вновь вышел из их разговора победителем. Гнев, долго копившийся внутри, рванул наружу, и Джек со всей силы ударил кулаком по бетонной стене, не обращая внимания на острую боль, пронзившую руку. Ганнибал врёт. Уилл Грэм мёртв. Лектер сгниёт в этой клетке до конца своих дней. Он просто обязан. - Всего через пять дней Джек получил новый звонок. Он грубо снял трубку, настолько уверенный в собственной правоте, что даже не подумал, что звонок может касаться только что пойманного Ганнибала Лектера. Услышав голос Аланы — резкий, напряжённый, — он едва не выронил телефон, когда она сообщила о его побеге. — Как?! — выкрикнул он. В ответ Алана лишь тяжело вздохнула. — Вы захотите увидеть это своими глазами. Джек сухо подтвердил, бросил трубку и с грохотом швырнул её на стол. Ганнибал Лектер сбежал. За пять дней. Он забрался в машину и поехал к Балтиморской государственной больнице для душевнобольных преступников быстрее, чем это позволяли любые правила. Алана ждала его у входа, лицо её было искажено яростью — и, быть может, тревогой. Ведя его к командному центру, она начала объяснять: — Примерно в одиннадцать вечера был кратковременный сбой в подаче электроэнергии. Как подача восстановилась, камера Лектера была пуста, и к тому моменту, как его отсутствие заметили, он, вероятно, уже покинул здание. Один охранник найден мёртвым, его форма была снята. Запись с камер до отключения... — она запнулась, жестом предлагая Джеку посмотреть на монитор самому. Он переключил внимание на запись, что в данный момент была приостановлена на коридоре возле камеры Ганнибала. Когда Блум включила воспроизведение, на экране появился охранник, небрежно шагавший по коридору. На голове — стандартная фуражка, из-под которой выбивались беспорядочные шоколадные кудри. Очень знакомые кудри. Хотя лицо охранника было скрыто в тени фуражки, Джек мог видеть длинный шрам, изгибающийся по щеке. Он едва верил своим глазам. Это был Уилл. Уилл был жив. Он наблюдал в ужасе, не в силах отвести взгляд, как Уилл вошёл в помещение с Ганнибалом. Изображение переключилось на внутреннюю камеру. Лектер обратил на него взгляд, до невозможного нежная улыбка расцвела на его лице. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Уилл перебил его. — Если ты скажешь хоть слово про мой одеколон, — я оставлю тебя здесь, — произнёс он, и нельзя было отрицать, что это был голос Уилла. — Я бы не посмел, мой дорогой. К тому же, твой аромат всё ещё чудесным образом сливается с моим, несмотря на нашу временную разлуку. Такой запах нельзя недооценивать, — практически промурлыкал Ганнибал. Джек был поражен реакцией Уилла: румянец виден даже сквозь зернистость камеры. — Я… возможно, носил кое-что из твоих вещей. Только ради удобства, — признался Уилл и скрестил руки, защищаясь. — Итак, мой дорогой Уилл, кажется, мы давали обещание не лгать друг другу? — Джек не мог понять тон Ганнибала. Он, один из самых опасных убийц в истории, дразнил Уилла Грэма? — Я думал, мы также дали обещание не попадаться во время нашего медового месяца. — Джек поперхнулся собственной слюной. Он уставился на его руку — и действительно, на пальце поблёскивало золотое кольцо. Прежде чем он успел осмыслить это, Уилл продолжил: — Я смог вернуть твоё кольцо, кстати. Не за что. Он подошёл ближе и просунул руку в одно из вентиляционных отверстий стекла, протягивая кольцо, точь-в-точь как то, что блестело на его собственном пальце. Ганнибал шагнул навстречу, всё лицо его смягчилось до безмерной нежности, и он бережно надел его. Когда Уилл попытался убрать руку, Ганнибал мягко перехватил её и осыпал пальцы нежными поцелуями. — Спасибо, mylimasis, — прошептал он, и румянец глубоко заполнил щёки Уилла от иностранного слова. Всё его тело расслабилось, словно прикосновение тут же решило все его проблемы. Он поднял руку, чтобы мягко погладить Ганнибала по щеке в ответ, и тот расслабился вместе с ним, нежно вздыхая. Они оставались в таком положении несколько секунд, пристально глядя друг другу в глаза. Наконец, Уилл нарушил деликатную тишину таким слабым шёпотом, что камеры едва его уловили: — Я настроил отключение электричества. Скоро всё погаснет. Я вытащу тебя отсюда, и тогда мы сможем вернуться к прежним делам. — В его взгляде вспыхнул озорной огонёк. Глаза Ганнибала потемнели в ответ. — Конечно, мой дорогой, — обещает он. — Не будем терять ни секунды здесь, и я обязательно доставлю тебе настоящее удовольствие. Тон его был тихим, но, бесспорно, соблазняющим. Дикая улыбка расползлась по лицу Уилла. Он начал убирать руку, и в тот же миг камеры погасли. Джек резко повернулся к Алане, наблюдавшей за его потрясением с мрачным выражением лица. — Когда камеры снова заработали, их уже не было. Одежда охранника валялась в мусорке рядом с выходом, — сообщила она, предоставляя ему время на осмысление недавно увиденного. — Что мы теперь скажем, Джек? Ганнибал предупредил тебя, что Уилл жив. Но мы всё равно не были готовы. Джек метнул в неё тяжёлый взгляд, выплёвывая: — Скажем, что Ганнибал Лектер и Уилл Грэм живы. И действуют вместе. Мы не могли знать, но мы их снова поймаем. И в этот раз они не сбегут. — Он развернулся и вышел из комнаты, игнорируя тяжёлый вздох Аланы позади. Уилл снова предал его ради Ганнибала Лектера, и Джек не остановится, пока оба не окажутся за решёткой. - Минуло около двух месяцев после, и упорное расследование Джека наконец принесло свои плоды. Он навестил бывшую жену Уилла, чтобы рассказать ей о ситуации до того, как об этом пронюхают СМИ, и тут кое-что привлекло его внимание. — У тебя всё ещё его собаки? Молли бросила на него сердитый взгляд и твёрдо кивнула, прежде чем потребовать убраться с её территории. Но он не мог выбросить собак из головы. Возможно, просто возможно, теперь, когда мир знал, что Уилл всё ещё жив, он может рискнуть украсть своих старых питомцев. Почти невероятно, но он оказался прав. Он посвящал свободное время наблюдению за домом издалека, особенно когда узнал, что Молли собирается в недельную поездку со своим сыном. Когда одетый в тёмное мужчина, с до боли знакомыми кудрями, принялся взламывать дверной замок, Джеку с трудом удалось сдержать себя от победоносного крика. Вместо этого он достал пистолет и подкрался к Уиллу сзади, приставляя дуло к затылку. Грэм замер, затем тихо пробормотал: — Привет, Джек. Я полагаю, у тебя всё хорошо? — Медленно повернись и покажи мне свои руки, — прорычал Кроуфорд. Уилл обернулся, выпуская отмычку из рук. Он позволил Джеку надеть на него наручники, уголки его губ дрогнули, прежде чем снова уступить место серьёзному выражению. Джек скривился и грубо ткнул пистолетом Уилла в спину, подгоняя его вперёд. Тот подчинился и позволил вести себя к машине, пока Джек звонил в ФБР, сообщая о поимке. Когда он закончил разговор, Уилл заговорил: — Думаю, я всё же должен отдать тебе должное, Джек. Хотя спрошу — почему ты не поставил тут засаду, если думал, что я вернусь? Джек злобно посмотрел на него, но, вопреки ожиданиям, Уилл встретил его взгляд прямо. — Ах, Молли отказалась потакать тебе, не так ли? Мне её жаль, но я бы никогда не смог остаться с ней. Лучше было уйти до того, как случится что-то серьёзное. Джек пристально посмотрел на него. Он и забыл, что взгляд Уилла может пробить любую защиту, если только тот захочет. — Она думала, что ты умер, Уилл. Как ты мог так с ней поступить? — Как я мог поступить так с тобой, ты хочешь спросить? Если так — довольно просто. Ганнибал на самом деле заботится обо мне, даже если ему потребовалось время, чтобы убедить меня в этом. Или осознать самому. — Не хочу слушать про ваши брачные проблемы, — фыркнул Джек, Уилл в ответ ухмыльнулся. — На самом деле у нас всё идёт довольно хорошо, спасибо. Хочешь послушать о наших ночных свиданиях? Как Ганнибал готовит лучших свиней, которых мы вместе подстрелили, и нежно слизывает кровь с моих губ... — Хватит! — перебил Джек, в его лице ясно отразились ужас и отвращение. — Что с тобой случилось, Уилл? — Я случился. Если ты не веришь в это, может, поверишь в другое: я люблю его. Джек покачал головой с отвращением, сильнее вдавливая пистолет в щеку Грэма. — Тогда ты больше не тот человек, которого я знал. — Ты никогда меня не знал, Джек. Ты знал только свой полезный инструмент. Своего профайлера из тонкого фарфора и стекла. — Голос его был холоден. — И в конце концов тебе было всё равно, разобьюсь я или нет. После этих слов Уилл больше не отвечал на вопросы. Он сидел в глухом молчании до прибытия подкрепления. - Шесть дней спустя, когда в кабинете Джека зазвонил телефон, он с неохотой потянулся к трубке. Наконец ответив, он услышал голос Аланы — ещё более напряжённый, чем прежде. Она сообщила о побеге Уилла. На этот раз Джек не стал дослушивать: грохотом швырнув трубку, он тут же выскочил из кабинета и направился в Государственную больницу Балтимора. Алана вновь ждала его прибытия. Она привела Джека в тот же диспетчерский пункт, что и в прошлый раз. Выражение её лица было таким напряженным, что это было практически комично, если бы не обстоятельства. Она не стала тратить время на предисловия, просто вывела на экран нужную запись с камеры и включила её. Сквозь её зернистый объектив, Джек увидел Ганнибала — не замаскированного под охранника, а покрытого кровью. Он направился к своему старому тюремному помещению, где держали Уилла. Тот повернулся с довольной улыбкой на лице, вставая с койки. — Они посадили тебя в мою камеру, — заметил Ганнибал. Уилл кивнул, в недоумении приподняв бровь — к чему клонит Лектер? — Я не жалуюсь. Довольно необычно быть по эту сторону стекла. Уилл закатил глаза на поддразнивание Ганнибала. — Ха-ха. Ты гений комедии. Перейдём к более важному: ты достал их? — спросил он, с нетерпением сделав шаг вперед. Глаза Ганнибала потеплели при виде его эмоций. — Разумеется, мой дорогой Уилл. Твой план сработал на удивление хорошо. Грэм сардонически улыбнулся в сторону камеры. — Что ж, полагаю, ФБР следовало бы более тщательно проводить расследование. Возможно, тогда они осознали бы: мы достаточно умны для понимания того, что мои собаки будут под наблюдением; тогда они продолжили бы следить за ними, проверяя, нагрянет ли вторая половина нашей пары. Джек выругался, даже несмотря на то, что Уилл и Ганнибал смеялись на записи. — Теперь подойти ближе и вытащи меня отсюда, милый. Я скучал по тебе. — Уилл растягивал слова на луизианском диалекте, что заставило глаза Ганнибала потемнеть. Убийца сделал хищный шаг вперед. Судя по широкой ухмылке Грэма, это был ожидаемый результат. — Я тоже скучал по тебе, мой дорогой. Я бы с наслаждением взял тебя с собой, когда убивал этих недостойных свиней, что осмелились встать между нами, — мурлыкнул Ганнибал, мягко ступая вперёд. Он сунул руку в карман и извлёк связку ключей — явно взятых с одного из убитых охранников. Зрачки Уилла расширились, и он шагнул вплотную к двери камеры. Когда Ганнибал открыл замок и потянул дверь на себя, Уилл бросился на него, притянул к себе и вовлек в страстный поцелуй. Тот ответил с не меньшим пылом. Двое мужчин наконец отстранились друг от друга, и тогда Ганнибал убрал руку со спины Грэма, погладил его по щеке, размазывая кровь по бледной коже. — Ты особенно прекрасен, когда твои желания так очевидны, мой дорогой Уилл. — Он вновь притянул его для поцелуя, более нежного, но не менее любящего. — И подумать только, ты мог бы получить меня раньше, если бы не опоздал, — усмехнулся Уилл, проводя ладонью по линии скулы Ганнибала. — На целый день медленнее меня. — Ах, дорогой мой, — прорычал Ганнибал, и на лице его расплылась дикая, хищная улыбка, — это звучит как вызов. — Я не имел этого в виду, — задумчиво ответил Уилл. — Но я и не против небольшого дружеского соревнования. Ещё одной игры, так сказать. Двое убийц обменялись понимающими улыбками. — Звучит как тема для интересной беседы позже, mylimasis, — произнёс Ганнибал. — А пока нам лучше уходить, прежде чем кто-нибудь наткнётся на мой истинный след из трупов. Уилл вскинул бровь на столь поэтичную формулировку, но кивнул, схватил Ганнибала за руку и с лёгкостью повёл его за собой прочь из комнаты. Алана приостановила запись. — Они потерялись после того, как покинули учреждение. Их не могут найти ни на одной из ближайших камер. Джек, всё ещё болезненно реагируя на последнюю колкость Ганнибала, наконец спросил: — Что они имели в виду под «соревнованием»? — Честно говоря, я не уверена, что хочу знать. Однако скоро стало ясно, что они имели в виду. Время от времени кого-то из них — то Ганнибала, то Уилла — «случайно» ловили и сажали в тюрьму. Вскоре после этого второй неизменно организовывал побег, каждый раз стремясь превзойти предыдущий по скорости. Они дразнили охранные камеры, подшучивали друг над другом, соревнуясь в ловкости и времени освобождения. У Джека лопнуло терпение. Двое убийц обращались с заключением, как с игрой, а его попытки восстановить справедливость воспринимали как надоедливое препятствие, не более. Он собирался доказать, что они ошибаются. Когда на этот раз появилась информация о местонахождении Уилла, Джек не стал действовать немедленно. Он выждал, знал: Уилл быстро устанет от бездействия и, потеряв бдительность, даст себя выследить. Так и вышло. Джек проследил за ним до укрытия, где Уилла встретил Ганнибал. В животе у него сжалось от отвращения, когда он увидел, как они целуются. Тем не менее, он вызвал спецотряд для штурма. Он не смог остаться и наблюдать за операцией. Не вынес бы — видеть, как те, кого он когда-то считал своими, расправляются с его агентами. Вместо этого он вернулся в кабинет и стал ждать. И, как он и ожидал, спустя пару часов поступил отчёт: Ганнибал Лектер и Уилл Грэм задержаны. Подготовиться к очной встрече с ними оказалось не так уж трудно. Гораздо труднее было решить, что именно он спросит. Станут ли они говорить откровеннее, сидя рядом? Или просто проигнорируют его, продолжая глядеть друг на друга с влюблённой тоской, как подростки? Мысль об этом вызывала в Джеке только тошноту. Наконец Джек не мог больше откладывать. Он вошёл в слишком хорошо знакомую ему камеру Ганнибала, не удивлённый тем, что мужчины как-то убедили персонал больницы посадить их вместе. Он был ещё менее удивлён, увидев, как они обнимаются на кровати. — Джек, — поприветствовал Ганнибал, приподнимая свою голову от волос Уилла. — Какой приятный сюрприз. — Его сухой тон не ускользнул от внимания окружающих. На самом деле Джек мог поклясться, что слышал, как Уилл фыркнул и уткнулся в шею Лектера. — Я бы так и сказал, учитывая, что поймал вас двоих раз и навсегда, — самодовольно ответил он, прикрывая бравадой свой дискомфорт. — Раз ты так говоришь, — бормотал Уилл, даже не утруждаясь взглянуть на него. — Я отправлю тебе письмо, где бы мы ни оказались. Прежде чем Джек успел ответить, Ганнибал заговорил: — Ну-ну, дорогой Уилл. Невежливо играть со своей едой. Грэм застонал и наконец поднял свою голову, чтобы игриво взглянуть на Ганнибала. — Тебе повезло, что я так сильно люблю тебя. Твои каннибальские каламбуры ужасны. — И я люблю тебя, мой дорогой. — Ганнибал ткнул Уилла носом в нос, прежде чем поцеловать в губы. Джек с отвращением поджал свои. — Если вы оба перестанете вести себя как влюбленные дети, у меня будет к вам несколько вопросов, — выпалил он. В мгновение ока Уилл поднялся и направился вперёд, Ганнибал наблюдал за ним с благоговением и чистой любовью во взгляде. — Ну, если бы ты нас не прервал, нам бы не пришлось. По-честному, Джек, ты так глубоко засунул голову в задницу, что я удивляюсь, как Ганнибал не отрезал её и не засунул туда сам, — Уилл прорычал, ударяя кулаками по стеклу. Лектер усмехнулся и наконец встал, чтобы притянуть его в свои руки. — Полагаю, тебе стоит уйти, Джек. У нас были кое-какие планы до прихода твоей команды, и, боюсь, мой Уилл весьма раздражён. Я бы не хотел, чтобы кто-то пострадал из-за того, что ты его провоцируешь. — Тон Ганнибала был насмешливым, несмотря на, казалось бы, наставительные слова. — Думаю, я согласен. Очевидно, вы оба больше не стоите моего времени. Повеселитесь в тюрьме, — Джек прорычал, резко развернулся и вышел из комнаты. Но смех, раздававшийся позади, не ускользнул от его слуха. В коридоре его ждала Алана, явно пытавшаяся заговорить с ним, но Кроуфорд стремительно прошёл мимо. У него не было настроения обсуждать Лектера и Грэма. Он вышел из здания, сел в машину и рванул прочь с парковки. По пути в Куантико ему позвонили. Снова — Ганнибал Лектер и Уилл Грэм сбежали, убив несколько охранников и оставив для него послание, написанное кровью: «Повезёт в следующий раз». Джек остановился у обочины и издал душераздирающий крик.