Mokita

Пятнадцать минут. Ровно столько оставалось просидеть, слушая монотонную речь Хатаке-сенсея. Саске уже давно не следил за его словами: всё это он успел изучить ещё перед занятием. Все просто — стоит лишь открыть учебник, сконцентрироваться, прочитать — и дело сделано. Так явно быстрее и даже интереснее, чем сидеть и выслушивать все то же самое, но приправленное занудностью учителя. Иногда Саске казалось, что Какаши испытывает учеников на прочность: зачитывает абзац из книги, обводит взглядом класс и выпускает тихое: «Понятно?». Обычно все молчат, Саске в том числе. Другие — потому что плевать хотели на учёбу, он — потому что и так всё знал. Вполне возможно, что и сам Хатаке ждет не дождется заветного звонка, чтобы провести драгоценные минуты тишины в учительской, а Саске его просто переоценивает. Но помимо двух лагерей из Учихи и его одноклассников, выбивается третий, с девиантным поведением: то самое исключение.       — Сенсей? Розоволосое исключение.       — Да, Сакура? — Хатаке поднимает на неё свой вечно усталый взгляд, прикрывая книгой пол-лица.       — Второй пункт, не совсем понимаю к какому термину относится определение, — с сомнением произносит Сакура, чувствуя на себе взгляды одноклассников. Да, они бы и знать не хотели, что там со вторым пунктом, а спокойно бы и дальше сопели под белый шум сенсея. Хатаке продолжает вещать на своей радиоволне, объясняя Сакуре, по мнению Саске, очевидные вещи. Ему до сих пор трудно понять каким боком Сакура Харуно, путающаяся в легчайших терминах, смогла почти догнать его по успеваемости. Саске едва её знал, начал замечать лишь пару недель назад, и то, благодаря Наруто, который с Сакурой был в довольно близких отношениях. Он даже не может вспомнить говорил ли с ней хоть раз, не беря в расчёт учебные вопросы. Наблюдая за её диалогом с Какаши, Саске подпирает подбородок кулаком и скучающе вздыхает, вновь сверяясь с часами. Семь минут. Закончив с объяснениями, сенсей с отсутствующим доселе энтузиазмом, хлопает по столу книгой, из-за чего половина учеников вздрагивает, а вторая отлепляет головы от парт. Хатаке обычно не делает замечаний бездельникам, у него на такие случаи свой метод, под названием «Завалить на экзамене». И метод этот, как ни странно, работает. Звонок ощущается для Саске как глоток холодной, освежающей воды после тщетных поисков оазиса в пустыне. Какаши не удосуживается написать домашнее задание на доске, лишь вполголоса говорит страницу, прекрасно зная, что к следующему уроку одна группа учеников ничего не сделает, а вторая — Саске.       — Саске? Можно я пройду? Ах да, и исключение. Саске встаёт обратно за свою парту, чтобы освободить проход перевозбужденной Сакуре, которая буквально пробегает мимо и направляется к профессору. Наверное, в надежде успеть получить ответы на волнующие ее вопросы об очевидном. Покачав головой, Саске закидывает сумку на плечо и уже намеревается выйти из класса, когда его окликает учитель.       — Саске, не мог бы ты задержаться? Если он завалит его очередными внеурочными заданиями, Саске придётся сбежать через окно. Сакура переводит взгляд с него на профессора и, решив не мешать их приватному разговору, делает шаг в сторону двери. К удивлению Саске и самой Сакуры, Хатаке останавливает её, придержав за плечо.       — Это и тебя касается, Сакура. Саске в своей излюбленной манере скрещивает руки на груди, дожидаясь объяснений. Какаши повторяет его жест, опираясь на учительский стол.       — Перейду сразу к делу: вы, ребята, пожалуй единственная надежда этого класса. Через месяц будут проводиться соревнования между префектурами. Нам нужны участники для формирования команды. Помимо вас также будут ученики из параллели. Это очень серьезное событие, ранее наша школа также участвовала и занимала призовые места. Саске не даст соврать — его брат не раз принимал участие — поэтому администрация ждет блистательного результата.       — Соревнования? — Сакура вопросительно хмурится, — Какие именно?       — По естественным наукам. Саске воздерживается от ухмылки, вспоминая недавний урок. Остаётся надеяться, что на соревнованиях не будет задания с терминами. Он замечает как Сакура окидывает его недовольным взглядом, будто читает мысли, и также быстро отворачивается обратно к Какаши.       — Я согласна, — моментально отвечает она. Какаши кивает и поднимает глаза на Саске, задавая немой вопрос. Он лишь спокойно пожимает плечами, мол «без проблем». Саске знает, что помощь профессору позже обязательно окупится, а сходить ради этого на какие-то соревнования не составит труда.       — Вот и славно, — Какаши отталкивается от своего стола, выпрямляясь, — Подойдите ко мне после уроков, я представлю вам остальных участников. Саске подходит к выходу и открывает дверь, пропуская Сакуру. Она на миг останавливается, удивленная этим жестом, но после буквально пролетает мимо него.       — Саске, — уже второй раз за день Какаши останавливает его у самой двери, — Слушай, я понимаю, что тебе бывает трудно найти общий язык с другими учениками…       — Мне не… Хатаке поднимает указательный палец, заставляя его замолчать.       — И я понимаю, что разговорами о дружбе и прочем тебя не взять. Ты умен не по годам и ты это знаешь. Но хотя бы в этот раз, — профессор делает многозначительную паузу, — Постарайся быть сдержаннее. Не забывай про коллективную ответственность и командную работу. Саске глубоко вздыхает и смиренно кивает.       — Вот и отлично, — профессор провожает его улыбкой и возвращается на своё место. Пять минут. Примерно столько Саске оставалось времени на перерыв перед следующим уроком. И если Хатаке не возьмёт его опоздание на себя, то победа на соревнованиях будет сниться ему лишь в сладких снах.

***

“Зеленый чай или воду без газа?” — размышляла Сакура прижавшись лбом к прохладному стеклу автомата с напитками — августовский зной никого не щадит. Но больше выбора напитка ее волновали слова Хатаке-сенсея: желудок скрутило от волнения как перед важным экзаменом, а саму Сакуру немного потряхивало. “Соревнования между префектурами… Да еще и по естественным наукам. Я точно не могу ударить лицом в грязь, это такой шанс. Надо подготовиться на все 100”.       — Сакура-чан, ты на связи!? — внезапно возникший голос Наруто развеял внутренний диалог Сакуры, заставив оторваться от автомата. — Все в порядке? Я тебя зову уже третий раз. Ну что, сенсей не оценил твой энтузиазм на уроке, поэтому нагрузил дополнительной практикой после занятий, м? — с очаровательной ухмылкой спросил Наруто.       — Хах, да с чего ему меня нагружать? Я каждый урок спасаю его преподавательскую карьеру своими вопросами, между прочим. А-то все и так считают, что кроме чтения лекции на уроках и чтения сомнительной литературы на переменах он ничего не делает. Да и вообще – мне просто нравятся занятия, мне искренне любопытно, — смущенно пробубнила Сакура.       — В этом я нисколько не сомневаюсь, — закинув рюкзак на плечо, Наруто достал пару сотен йен, чтобы купить колу в автомате, — Хочешь чего?       — Обычную воду, пожалуйста. Мозгу нужен кислород как можно скорее. Спасибо, Наруто, — Сакура решила выдохнуть немного перед следующим уроком.       “В конце концов, соревнования даже не завтра — к чему все эти волнения? Надо беречь нервы”. Сакура стала со скучающим интересом наблюдать за потоком школьников, мигрирующих по коридору школы из кабинета в кабинет. После перехода в эту школу полгода назад, Сакура стала более осознанно подходить к учёбе, ведь без образования нынче никуда. С взрослением понимаешь — чтобы не просесть в социальной иерархии и не ограничить свой статусный набор званиями “хранительница семейного очага”, “жена” или еще хуже “старая дева” нужно стараться. В прочем, важнее каких-то номинальных статусов — поиск самого себя, реализация мечты и предназначения. Важно ставить цель и уверенно идти к ней. Но наблюдая за сверстниками здесь, она никак не могла понять их беспечности, легкомыслия, неопределенности. Да тот же Учиха: при всей его безупречной успеваемости, она никак не могла понять его подхода к учёбе. Кажется, ему достаточно открыть учебник, сделать пару записей в тетради и всё: весь учебный материал систематизирован в его долгосрочной памяти. Сакура же чувствовала себя в их негласной конкуренции уязвимой: она физически ощущала, что уделяет учёбе много времени и действительно старается, чтобы получить знания, опыт. Да, это приносит свои плоды — она чувствует себя уверенней, получает заслуженные баллы на уроках, но у неё никак не получается избежать некой обиды за то, как кому-то (пусть и столь харизматичному, но всё же) удается достичь успеха таким легким и непринужденным подходом. Учиха будто и не заинтересован в учебе, точнее так — он делает минимум, который требуется для успешной учебы, но не реализует весь свой потенциал. “Ну и придурок”. — Так зачем вас задержал Какаши-сенсей на перемене? — Наруто протянул Сакуре бутылку воды и вопросительно вскинул бровь, — Саске у нас конечно обаяшка, преподы часто просят его задержаться после уроков, но почему он задержал вас двоих?       — А я значит не обаяшка, м? — взглянула Сакура на Наруто своими оленьими глазами, — Еще немного и начну думать, что ты неровно дышишь к Саске.       — Ты априори обаяшка, — смущенно почесал затылок Наруто, — Это не требует частых заявлений, это факт, — хитрый лис в карман за словом не лез: всегда знал как нужно ответить на вопросы с подвохом, — А насчет второго комментария — сделаю вид, что не оскорбился.       — Ха-ха, хорошо, ответ засчитан! Да на самом деле, ничего особенного Хатаке-сенсей нам не сообщил, — безразлично пожала плечами Сакура, — Планируются командные соревнования по естественным наукам между префектурами, поэтому он предложил нам поучаствовать. Вот и все.       — Воу! Звучит здорово! И довольно серьёзно. А я все никак не пойму — я общаюсь с главными зубрилами нашей школы, но моя успеваемость никак не улучшается. Ты явно не помогаешь мне, Сакура-чан. А я бы мог тебя подтянуть в спортивных активностях, например!       — Попроси Саске помочь тебе. У него-то побольше свободного времени.       — Кстати, насчет Саске. Теме-е! — прокричал Наруто и активно начал размахивать руками Саске, идущему в конце коридора. Как обычно — с серьезной миной, отражающей тотальное безразличие на всё и вся. “Кажется сенсей задержал его подольше. Интересно, что они обсуждали?”— подумала Сакура, подмечая, что даже если не знать Саске, то о нём можно сформировать в целом верное первое впечатление. Портрет личности налицо: уверенностью от него прям сквозит. Походка, жестикуляция, да даже единая школьная форма, проклинаемая почти всеми учениками, на нем смотрится иначе, в хорошем смысле. Порой кажется, что он знает решение и выход из любой ситуации. Ненароком думаешь, что он тот, кому можно довериться. Но Сакура бдит, ведь для нее он, хоть и пассивный, но все же конкурент. Сдержанность и в какой-то степени строгость — результат воспитания, вероятно, консервативными родителями. Но он всё равно оставался загадкой для Сакуры даже спустя полгода негласного знакомства с ним как со своим одноклассником. В первые месяцы адаптации в новой школе Сакуру тянуло к поиску новых знакомств, друзей; наконец-то стать частью школьного коллектива, группы друзей, с которыми можно быть на одной волне, чего трудно было достичь в других школах из-за частых переездов семейства Харуно. Наконец, решив осесть на длительный срок в Токио, Сакура выдохнула: вот она, долгожданная стабильность. В этой школе дела шли уже лучше, чем в прежних учебных заведениях, но грусть накрывала и тут — близкими друзьями она так и не обзавелась. Попытки завести дружбу были даже с Саске — с главным источником холода в классе. Но проще подружиться с камнем: он будет разговорчивее. Исключением в провальном плане “Новые друзья” стал Наруто. Сакура объясняла всё это его характером и умением легко заводить новые знакомства, но она была рада новому другу как никогда. “Видимо, нужно больше времени”, — думала Сакура, поэтому решила отпустить вопрос поиска новых друзей, дав судьбе выстраивать сценарий ее жизни самостоятельно, пока сама она сосредоточилась на учебе: в этом вопросе дела шли намного лучше. Заметив Наруто, что привлек внимание каждого в коридоре своим воплем, Саске опустил голову вниз и слегка покачал ей как бы смиряясь с безнадёжностью друга. В плотном потоке школьников, Саске, даже со своего роста, не сразу увидел розовую макушку рядом с вендинговым аппаратом. “Что это она не в классе? А как же повторение теории перед уроком?”. Уже на подходе к ним, он встретился с взглядом, который на толику секунды был полон интереса, но при столкновении с черным взором быстро переключился на более интересную крышку бутилированной воды. “Самый нужный момент, чтобы вспомнить Правило Буравчика на примере крышки бутылки. Вот и практика перед соревнованиями”.       — Теме, слушай, я хочу поднять очень важный вопрос о социальной ответственности, — голос Наруто ещё никогда не был столь серьезным.       — Я весь во внимании.       — Спокойно ли тебе спится, зная, что при твоей прекрасной успеваемости, твой лучший друг отстает по учёбе? Не боишься, что меня оставят на второй год, а ты станешь отшельником?       — Еще не хватало думать о тебе ночью. Хочешь, чтобы я тебя подтянул по учебе, верно? — с наглой ухмылкой посмотрел Саске на друга. На секунду он перевел взор на одноклассницу: Сакура с интересом в глазах и лёгкой улыбкой смотрела на них.       — Было бы неплохо, если бы ты даже просто дал списать домашку, — Наруто отпил немного колы, глядя на Саске снисходительно.              — Ну хорошо, — Саске прошел немного вперед, в сторону класса, — Предлагаю начать прямо сейчас, — он непринужденно схватил Наруто на петлю рюкзака, потянув бедолагу спиной вперед, едва не сбив его с ног.              — Теме, блять, я едва не разлил колу! Хорошо-хорошо, иду, — встрепенувшись Наруто подмигнул Сакуре, наблюдавшей эту цирковую сцену с легкой улыбкой на лице, — Увидимся, Сакура. Давай, тоже не отставай!               ***       Если существовало в этом мире что-то, что Саске ненавидел больше, чем приторные сладости и заторможенность людей (во всех смыслах), то это опоздания. Ненавидел он их вдвойне сильнее, если опоздания эти — его собственные. Саске вырос в среде, в которой опаздывать было дурным тоном, впрочем, помимо этого дурным тоном считалось много чего. Например, из классики — не уважать старших, перебивать их. От старших членов семьи Саске перенял отношение к учёбе — оценки показатель знаний и стараний; важно не отставать от коллектива — быть его активной ячейкой, не оставаться позади остальных и быть полезным. Другими словами, дурным тоном считалось быть обычным подростком. Саске никогда не жаловался, наверное, потому, что не знал другой жизни и понимал почему такой строй имел смысл. Итачи тоже существовал именно в таком режиме — не сказать, что диктатура, но авторитаризм присутствовал. Да и многие знакомые и друзья его семьи придерживались именно такой философии жизни. Ну, возможно были редкие исключения, такие как Наруто, но Саске знал другие сильные стороны своего друга, не касаемые учебы, и иной раз выдыхал с облегчением, что они так непохожи: хоть с кем-то Саске мог быть в другом амплуа. Наруто, к слову, опаздывал всегда и везде: то будильник у него не зазвонит, то машина по дороге облила из лужи и ещё примерно миллион нелепых оправданий. Выходя в главный корпус школы, один из коридоров которого вёл в библиотеку, Саске задумался: а какое оправдание будет сегодня у него самого? На самом деле, причина у него была уважительная — Шизуне-сенсей очень хотела обсудить недавнюю тестовую работу и подозрительное сходство ответов Саске с ответами одноклассника, сидящего сзади него. Саске честно ответил, что списывать не давал, в то же время думая о том, что Шизуне-сенсей слишком любит докапываться до мелочей. Ну списал и списал, можно подумать такое не происходит примерно на каждой контрольной, примерно в каждом классе, но видимо для неё это было делом принципа. Или ей просто нравилось докапываться до людей. Становилось понятно, почему Харуно от неё в вечном восторге. Помимо прочего, Шизуне-сенсей решила снабдить Саске литературой на грядущие соревнования “без которой они не справятся”.              “Ну-ну”.              Если они не справятся, то будет 100 и 1 причина почему, но среди них не будет “школьной литературы”. Зайдя в библиотеку Саске сразу же заметил одну из возможных причин провала — их горе-команду, так как те занимали центральный стол. Вчера Хатаке лишь представил их друг другу, хотя знакомы они были и без него. Теперь команда стала полноценной и состояла из пяти человек: Неджи Хьюга, Тентен Такахаши, Шикамару Нара и Сакура Харуно — не команда, а “мечта” Саске. Появление его не осталось столь незаметным: скрипучая дверь библиотеки сразу привлекла внимание присутствующих. Сакура, стоявшая возле стола, также бросила взор на вошедшего, а затем закатила глаза на опоздание сокомандника на их первую же встречу. Она единственная стояла с книгой в руках, видимо объясняла что-то остальным, но его эффектное появление оторвало её от обсуждения любимой биологии.              Саске с видом полной невозмутимости сел за свободный стул, позади всех остальных, примостив сумку рядом, на полу.              — Ты опоздал, — с натянутой улыбкой констатировала очевидный факт Сакура, дабы смягчить собственную нервозность, — Мы уже начали.              Саске сверился с часами на стене и издевательски выгнул бровь.              — И что же такого важного вы успели разобрать за пять минут? Аннотацию учебника?              По выражению лица Сакуры можно было ожидать двух исходов событий: либо она обострит конфликт прямо здесь и сейчас, либо сделает это после занятий, чтобы не оставлять свидетелей, в случае чего.              — Что ж, — она обольстительно улыбнулась, явно пытаясь держать себя в руках, — Саске у нас тут самый способный, полагаю, он и сможет ответить на все волнующие вас вопросы, ребята.              Она села на свой стул и откинулась на спинку, закинув ногу на ногу, от чего школьная юбка слегка приоткрыла ее бедро. Саске лишь закатил глаза, неохотно поднимаясь с места. Кому и что она пытается доказать? Если подобной выходкой ей хотелось поставить его на место, то она, видимо, перепутала его с Наруто.              — Что ж, я не возражаю, — он протянул руку, чтобы взять книгу, которой ранее пользовалась Сакура, и она любезно передала её, с насмешливой ухмылкой, чтобы он уж точно заметил, — Благодарю. Моногибридное и дигибридное скрещивание…              — Так, стоп, погоди, пожалуйста!              Саске оторвался от книги и с немым вопросом взглянул на Тентен.              — Да?              — Не слишком ли это… Трудновато? Для первой темы?              — Это одна из основных, базовых тем, которые встречаются в задачах и вопросах, — Саске озвучивал это так, как если бы объяснял им, что два плюс два равняется четырём, — Если мы хотим успеть к соревнованиям, надо начинать с того, что вероятнее всего на них будет и того, в чем мы уверены.              — Так в том-то и дело, что я не уверена. У меня не самые лучшие отношения с биологией. Решить задачи, конечно, могу, но теория… — она неловко почесала голову под одним из тугих пучков.              Из всей группы Тентен хорошо была знакома лишь с Неджи: будучи учениками одного класса, им часто приходилось делать совместные проекты, готовиться вместе к городским олимпиадам, даже школьные экзамены не проходили в одиночку. Именно Неджи предложил Тентен как одну из участниц команды для соревнований — её знания по математике могли бы помочь ребятам в моменте, когда под рукой нет калькулятора, а формулы никак не вспоминаются. Сакура никогда ранее не пересекалась с Тентен, но была счастлива еще одной девушке в их команде: градус неловкости хоть на немного, но спадёт. А вот градус накала, к сожалению, только повышался — догадаться о причине нетрудно.              — В этом нет ничего сложного: при моногибридном скрещивании скрещиваются формы, отличающиеся друг от друга по одной паре альтернативных признаков. В дигибридном — по двум, это можно понять по одному названию, — Саске было в какой-то степени неловко говорить о столь очевидных вещах. Как казалось ему.              — Знаешь, Саске, — подал голос Шикамару, который до этого вполне спокойно сопел, — От того, что ты зачитаешь определение понятней не будет. Проще будь немного.              Сакура прыснула от смеха. А вот Саске вдыхает побольше воздуха, стараясь сохранять терпение.              “Не стоит давать волю эмоциям. Глупость — не порок, ведь так?”. И кто это придумал.              Саске также медленно выдыхает и отворачивает голову в сторону одного из больших окон библиотеки. Помощь приходит ему в самой неожиданной форме, когда он замечает яркий красный цветок, одиноко расположившийся на широком подоконнике.              — Саске, если у тебя проблемы, — начала было Сакура.              — У нас есть цветок, — уверенно сказал Саске, возвращаясь своё внимание Тентен и полностью игнорируя слова Сакуры, — Мы скрещиваем два цветка: один красный, другой белый. Они отличаются лишь по этому одному признаку — цвету. Если красный является доминантным, то какого цвета получится наш цветок?              Саске вопросительно взглянул на Тентен, дожидаясь ответа, на что она неуверенно нахмурила брови и медленно протянула:              — Наверное... Красным?..              Саске победно ухмыльнулся:              — Верно.              Бросив быстрый взгляд на Сакуру, он заметил как она поджала губы и раздражённо отвела глаза.              — Отлично, может теперь объяснишь нам всем про дигибридное скрещивание? — с наигранным любопытством произнесла она.              Не упускает шанса отыграться.              — Да, — неспеша Саске возвращался на свое место, задумываясь о том, какую бы придумать простую аналогию, чтобы Тентен и тут все смогла понять, — Так...              — А почему красный? — но не успел он этого сделать, как Тентен задала ему новый вопрос, усугубив ситуацию ещё больше.              — Что? — Саске недоумевал.              Тентен пожимает плечами:              — Ну, красный. Что определяет его как доминантного?              — Очевидно, то, что он подавляет более слабый — рецессивный.              — Получается мне просто надо запомнить, что красный всегда доминантный? Это правило такое, которое логике не поддаётся?              Саске тяжело вздохнул.              — Он не всегда доминантный, это зависит от организма, — он скрещивает руки на груди, наблюдая по выражению лица Тен, как шестеренки в её голове приходят в действие.              Внезапно мобильный Тентен начинает жутко вибрировать на столе, издавая противный рингтон. Она с виноватым видом хватает его и, пропищав тихое «простите», удаляется за ближайший стеллаж.               Саске мысленно отсчитывает до десяти.              К моменту как она возвращается за стол, он уже начал продумывать план отступления от тотального провала и позора на грядущих соревнованиях. ”Уж лучше слечь с болезнью, чем тонуть на этом Титанике, который планирует отплывать уже с пробоиной”.              — Неджи, — Тен обращается к нему вполголоса, будто бы всё внимание уже не направлено на них, — тебя Ли потерял, спрашивает, не пойдёшь ли ты на тренировку сегодня.              — А он что, не мог мне позвонить?              — Говорит, его скидывает на автоответчик.              Саске закатывает глаза, пока этот очень уместный в данный момент диалог продолжается и замечает, что Шикамару снова сопит, откинувшись на стуле.              — Итак, на чём мы остановились? — спрашивает наконец Тентен, неловко улыбнувшись сокомандникам.              На летящем из окна красном цветке.              — На доминатном признаке, — устало отвечает Саске.              Тишину библиотеки вновь нарушает чей-то телефон. И на этот раз это будильник. Громкий и отвратительный.              — Прошу прощения, — Неджи отключает звук и убирает мобильный в карман, — Забыл отключить.              — Как же иначе, — не удерживается от язвительного комментария Саске.              — Так, как я должна его определить? — Тентен вновь напоминает о своём присутствии.              — Кого? — с отчаянием в голосе спрашивает Саске.              — Доминантный признак.              — А долго мы ещё будем здесь торчать? — голос внезапно подаёт Шикамару, которому видимо надоело спать в библиотеке и теперь хочется поспать дома.              Саске на мгновение прикрывает глаза. К моменту как он их открывает, его упорство медленно улетучивается, а желание объяснять очевидное и вовсе вылетает в окно, вслед за мысленно выброшенным цветком. Он чувствует как снова закипает. Чёртова биология и чёртов доминантный признак. И чёртова Сакура, которая тихо хихикает, наблюдая за его тщетными попытками сдвинуть эту команду с мёртвой точки. Он ловит воспоминания о том, как сам доводил до идеала свои знания, сидя за книгами глубокой ночью с фонариком в зубах, до тех пор пока не заболит голова, а глаза не начнут слезиться. Саске искренне не понимал, почему они не могут уделить хотя бы один час полной концентрации тому, на что сами добровольно согласились.              — Это вещи, которые вы уже должны знать, — отвечает он Тентен, игнорируя Шикамару.              Взгляд Саске ненароком цепляется за Сакуру, которая довольно улыбается, глядя перед собой.              — Я помогу, Тен, — Неджи придвигает свой стул ближе к ней и открывает свою книгу на нужной странице, — Не переживай, это не так трудно, как кажется на первый взгляд.              Вау. Его сейчас стошнит.              — Если мы будем останавливаться на каждой детали каждой темы, у нас уйдёт год на подготовку, — Саске жмурится и зажимает переносицу.              — Наверное не стоит судить всех по себе, — на этот раз в конфронтацию с ним вступает и сам Неджи, — Тентен была выбрана как хороший математик, биология ей даётся тяжелее. Человек не может быть хорош во всём, Саске.              — Не знаю о чем ты, мне это вовсе не знакомо, — зря он это сказал. Зря.              — Пф, — Сакура даже не скрывает своего сарказма, но встретившись с его раздражённым взглядом сразу меняется в лице. Она глубоко вздыхает и встаёт со стула, — Давай всё-таки я сама, ты уже “подготовил” всех.              Она протягивает руку, ожидая, когда Саске вложит в неё книгу, а её лицо смягчается. Как будто, если бы она хотела помочь. Саске ненавидит, когда на него так смотрят. Он знает, что в глубине души Сакура ликует от этой, хоть и небольшой, но победы над ним. Да, у него нет таких же навыков общения с людьми, но если бы эти люди были серьёзнее, данные навыки ему бы и не пригодились. А имеет он в итоге то, что имеет: Тентен спотыкается на каждом вопросе, Неджи скорее служит её группой поддержки, нежели полноценным членом, Шикамару просто просиживается здесь в надежде слинять с уроков, а Сакура...              Сакура ждёт, когда он передаст ей книгу с этой пустой жалостью во взгляде.              Саске оставляет учебник на стол и толкает его так, что он проскальзывает по столу прямо к ней.              — Вижу, с нынешними данными вы справитесь и без меня. Не вижу толка присутствовать, — он поднимает сумку с пола и выходит из библиотеки.              Не успевает Саске выйти в главный корпус, как в середине коридора его нагоняет Сакура.              — Саске, постой, — она хватает его за локоть, вынуждая обратить на себя внимание, — Ты часть команды, ты должен присутствовать на подготовке. Так тоже неправильно поступать — просто брать и уходить.              — Думаешь? От меня там пользы нет. И для себя я пользы не вижу: сплошная трата времени. Вот тебе очень подходит роль воспитательницы. Разберешься сама, — он выдергивает руку из ослабевшей хватки и намеревается уйти, но Сакура обгоняет его и встаёт на пути.              — И что, ты просто оставишь всё на меня? Ты ведь многое знаешь, я помогу тебе и мы сможем…              — Думаешь мне нужна помощь? — глядит Саске на Сакуру сверху вниз. — Всё, что мне нужно, — Саске прикрывает глаза, глубоко вздыхает и, осознавая что голос его звучит уж слишком раздражительно и эгоцентрично, — Нам нужно — это подготовленная команда, которая не будет задавать очевидных вопросов, — он кладёт руку на плечо Сакуры и пару раз хлопает, — Так что удачи.              И просто уходит, оставляя Сакуру смотреть ему вслед.        — На следующих собраниях буду. А пока что — сами справляйтесь.