Call me and I'll come

Накахара лежала спиной к стене, не смыкая глаз. Она смотрела на пустую, не заправленную кровать напротив.  И ей становилось не по себе.  То ли предчувствие - думала она, то ли напряженная ситуация в порту.   Дазай как всегда где-то шаталась, то ли в баре, то ли еще где-то с кем то встречалась. Чуе было неприятно про это думать, но что-то подсказывало, что корень переживаний не в этом.  И кажется сегодня, все будет относительно спокойно.  Ее будто поджидало что-то.. Какое-то чувство, очень знакомое. Интуиция и чутье, развилось, в связи с ее работой в портовой мафии. И этот надвигающийся пиздец, бил по ушам, его нельзя было просто проигнорировать.  Чуя перевернулась в кровати, утыкаясь в потолок, полностью погружаясь в свои мысли, размышления и воспоминания. Ныряя в них с головой, уже даже не думая о сне. Разного рода слухи ходили вокруг Портовой мафии, что очень сильно мотали ей нервы.  Это было довольно странно, учитывая, что Чуя очень стойкая девушка, которая, между прочим, без недели левая рука Босса.  Возможно, дело в том, что причина слухов - Ода Сакуноске.  Она не переставала об этом думать, потому что знала, насколько Дазай дорожит дружбой с ним. И Чуя очень переживала за ее нестабильность в эти дни.  Хотя справедливости ради, держалась та, крайне непринужденно, в отличии от Накахары сейчас.  На нее много что свалилось и может, все эти потраченные нервы, цена ее драгоценной работы.  Осаму всегда оставалась беспечной, она не беспокоилась от отчетах, отвлекала Чую от работы заигрывая с ней, сваливая при этом на старшую все заботы. Рыжая не отрицала: она слишком привязалась к Осаму.  И это была ее очевидная ошибка. Настолько глупая, что ей хотелось биться в истерике из-за факта своего непрофиссианализма и нарушения правил.  Она была конченной идеалисткой в вопросах работы, и она испытывала вину и жалость к себе когда осознанно шла к чему-то подобному.  Хотя, ради переноса ответственности, инициатива не исходила от нее. Всему виной стала сама Дазай. Чуя так себя оправдывает, мол - это не я! Это Дазай соблазнила меня, а я ни при чем!  Она говорила напрямую ей, но возможно это не имело какого-то большого смысла для самой Дазай.  Всё это: злость, агрессия на партнершу, пустые обвинения — была попытка доказать себе свои идеалы и снять с себя все грехи.  Даже таким обманным методом 

***

- О-о-оу… -Протянула Осаму глядя на залитые щеки напарницы. Она улыбнулась краешком губ и сощурила глаза. Вдруг театрально ахнула, закидывая тыльную сторону ладони, в которой держала бинокль, на лоб. - Чуя-тян, что, не может нормально смотреть на меня в этих чулках?! - Она стояла в черной юбке на запах, пафосно опираясь на бетонную стену, почти намеренно пачкая роскошную блузку белого цвета.   Позёрка. Классическая приталенная жилетка красовалась поверх блузки, подчеркивая роскошную грудь.  Смотрелась она максимально неуместно в этом образе, ее вид кричал:  « - мне похуй на эту работу, я в другом мире.- » Они просто патрулировали окрестности по приказу босса, но Дазай решила в этот раз отличится, и решила, что надеть чулки под юбку на запах будет хорошей идеей на патрулирование из пыльного, недостроенного здания. С панорамного вида бетонных стен открывался вид на зеленый лес, и красивый, почти чистый от облаков горизонт. Между деревьями петляли узкие тропинки, наблюдать почти было не за чем, разве что, за белками на соснах.   Беспокойный ветер развивал не только, и без того непослушные вьющиеся волосы Осаму но и ее юбку. Чуя чуть не поперхнулась когда ее взгляд случайно упал на ноги Осаму. Чуя сидела по другую сторону от небольшого окна, свесив одну ногу  в массивных берцах, а другую держала согнутой в колене, положив на нее правую руку.  Совершенно не замечая того, как выглядит вся эта ситуация. Как будто девушка специально рассматривала напарницу.  - Отъебись, я смотрю на тебя как на умалишенную, - Отмахнулась рыжая, отвернув голову в другую сторону параллельно отталкиваясь левой рукой от бетонной плитки, - кто вообще станет выряжаться на патруль как на свидание?! -  На самом деле Чуя немножко была шокирована, увидев белье на Осаму.  Сама Чуя придерживалась того, что на задания, даже на такие мелкие как патруль, нужно выходить в неком дресс-коде. Дазай же было все равно, она постоянно искала способы выбесить всех, просто своим присутствием.  У Чуи были заплетены косички, что свисали чуть ниже груди, они были очень неаккуратными, но на рыжей смотрелись крайне гармонично с ее общим образом. С одного плеча свисал кожаный коричневый бомбер, крайне потрепанный, а под ним какая-то майка в облипку с тонкими лямками. На ногах у нее были скини джинсы, цвета хаки, с большим количеством карманов.  Чуя залипла просто из-за удивления, не подумайте.  Не то, чтобы на Дазай раньше совсем не было белья (Хотя иногда такое правда было, когда она хотела вывести напарницу в пик овуляции).  Просто обычным максимумом ее романтики были: спортивные топы или рандомные, непонятно откуда взявшиеся, лифы. Но что бы Осаму и с чулками на подтяжках — никогда. И это было странно. Таким больше интересовалась как раз Чуя… Только непонятно зачем Дазай их вдруг нацепила. Хотя если подумать наверняка, с другой стороны от Накахары, были спрятаны ножи, подвязанные к портупеи. И сам факт подшучивания над Чуей был очевидным притворством. Дазай знает - чулки не заводят Чую. Она могла получить от них лишь эстетическое удовольствие, не более. Тогда это скорее всего простая…  -Не успела она закончить мысль, как вдруг словно гром среди ясного неба, Дазай произнесла:  -А что, если Мори, отправил нас на свидание? - произнесла Дазай с таким тоном, будто говорила о погоде. Хотя, если бы речь правда шла о погоде, дальше бы посыпался град из матных слов.  - Прости. Чего, блять? - Чуя выпалила, будто Дазай предложила что-то вроде: «Давай убьём всех в мафии и сбежим».  Рыжей снова пришлось развернуться лицом к девушке, и она недоумевающе уставилась на Осаму снизу вверх. -Скажи пожалуйста, ты совсем пизданулась? - Рыжая скорчила лицо - Хватит забивать мне голову, всякой хуйней, я чувствую как я тупею рядом с тобой. - Чуя раздраженно спрятала лицо в изгибе локтя накрывая лоб пальцами, имея ввиду « -С какими же долбоебами я работаю…» Дазай, ничуть не смутившись от матного покрывала напарницы, с грацией кошки, смерила расстояние между ними и присела на корточки, откидывая назад свою копну вьющихся волос равняясь макушками.  Накахара продолжила, как-будто, приближение Дазай — не предвестник бед. Хотя голову отвела, а тон понизила, что бы не орать ей прям в лицо. - Как можно так безалаберно относится к... - Чуя уже готова была читать нотации для усмирения напарницы, но её голос дрогнул.  Дазай, лукаво смотря в лазурные глаза, заправила выбившиеся рыжие пряди за ухо напарницы. Чуя ошарашено застыла и начала пялиться в карие напротив. Между ними, как-будто стало еще меньше пространства, чем было. Дазай умела сменить атмосферу абсурдными действиями, но сейчас Чую волновало не это.  Они буквально делили воздух Казалось еще немного, и она начнет чувствовать её дыхание на своих губах.   Чуя абсолютно не поняла, в какой момент это произошло.  Пальцы Дазай, холодные и намеренно невесомые, провели вдоль линии скулы и остались касаясь мочки уха. Глаза старшей, с опаской сузились. Не то чтобы они раньше не целовались, Чуя не знала что та, может выкинуть следующим.  От ее непредсказуемости, немного тревожно даже если бояться нечего, все таки она доверяет своей напарнице. Скорее, больше всего девушка боялась своей реакции. Это было как сидеть на пороховой бочке, в любой момент может бомбануть. И не понятно кто первый, бочка или неисправная зажигалка.  -Чу, успокойся. Я просто шучу.  Но во взгляде Дазай не было ни капли шутки — только странная, непривычная серьёзность, заставившее сердце Накахары резко дёрнуться в груди. А потом — предательски замереть. Кончики пальцев, скользнули к пульсирующей вене на шее, указательный палец завел за ухо, она продолжала держаться большим пальцев за скулу. У Чуи был импульс отвести взгляд, сбежать, уйти, сделать хоть что-нибудь! Но она не могла. Чуя была заворожена внезапным вторжением в личное пространство. Рыжая пыталась считать взгляд напарницы, понять без слов: что у нее вообще на уме? Но в моменте ситуации, это ощущалось… Необычно. Если конечно откинуть мысли о том что Дазай опять пытается ее облапошить. Не плохо; не хорошо; не приятно и не противно — просто необычно. Скорее  даже интересно.  Она уже понимала — бешено заведенный пульс давно разоблачен.  Скрывать было нечего, но Чуя все равно была как на иголках, будто сейчас ее арестуют, а она просто застыла на месте. Инстинкты кричали: «Бей или беги, дура! как тебя в мафию вообще приняли.» — ее мысли иногда издевались над ней похлеще Осаму, хотя возможно это уже была ее интропроэкция в голове Чуи. Что ж, это было бы еще хуже Дазай осторожно начала говорить — Мы одни в этой глуши, кругом один лес, — она затихла на секунду и опустила глаза с её синих куда-то ниже, будто обдумывая, стоит ли говорить следующее. — Мы и это здание. Расслабься хоть на минутку. — Осаму произнесла последние слова заметно мягче. Чуя, вспомнив как дышать, решает выдохнуть и опустить плечи. - Ага, с тобой расслабишься. - и издевательски закатила глаза. Она уже смерилась с тем, что ее застали врасплох, слишком много мыслей накатило в эти несколько минут, что слишком поздно продолжать гнуть свою линию и припираться. Она бы выглядела глупо. Просто, понимаете, Чуя не спала два дня. Ей и бодрствуя сложно понимать под чем конкретно Дазай, а сейчас попытка оспаривать её слова была особенно бесполезной. Не хватало ни мотивации, ни рассудка, чтобы противостоять этой психичке.  Чуе вновь пришлось задержать дыхание на выдохе. Она еще больше напрягла свой живот, как при виде противника — Осаму плавно скользнула большим пальцем с линнии скулы на губы Чуи.  Брюнетка медленно проводит, с верхней губы к нижней, как бы пробуя, вдарит сейчас или нет.  Сопротивления не последовало.  Дазай без давления и напора оттягивает нижную губу Чуи, пытаясь удерживать зрительный контакт и не переводить свои глаза на её губы. Ну может немножко и можно - думалось Осаму. Как бы разрешая себе нарушать собственные выдуманные рамки. Рыжая вдруг подумала что пальцы Осаму грязные, в прямом смысле, они в пыли от бетона. Чуть шепотом она произносит это вслух. -Грязные. - Она вообще не поняла зачем, это сказала, но тут же об этом пожалела.  -Мысли? - Так же шепотом но уже с мелким смехом сказала Дазай.   Затуманенный взгляд Чуи, сменился на крайне озадаченный, - Чё?  Дазай беззвучно прыснула одним коротким выдохом через нос, уголки губ начали медленно подниматься.  Эту хуйню было не остановить. - Блять, да ты что, мать твою, издеваешься? Рука, только что державшая подбородок Чуи, вжалась в собственный рот. Она отпрянула от напарницы и сгорбилась, опорной рукой Осаму схватила колени утыкаясь в них, её плечи тряслись. Кажется она сейчас заплачет от смеха.  Всё. Бочка взорвалась.  Чуя действует по импульсу.  Накахара толкает девушку со всей силы - та теряет равновесие и падает с корточек на пятую точку, ударяясь спиной, о противоположную стену, чудом не задевая голову. Старшая, игнорируя попытки перевести все в шутку, кидается к ней, поставив руку перед собой, облокотившись тем самым на стену. Правой ногой девушка зажала ее плечо между стеной и коленом. Накахара так же резко скользнула под юбку, свободной рукой и на ощупь схватила ножик, приставив его к горлу партнерши.  Рука рыжей упиралась в шею, держа рукоятку и контролируя нажим. Рыжая нависла немного выше и менее близко, чем минуту назад. А брюнетка снизу даже носом не повела, полностью игнорируя последующие действия Чуи.  -Эй, Чу-Чу, я могла упасть, ты думаешь о том, что я могла потянуть тебя за собой? - Над головой Осаму, красными буквами и жирным шрифтом, горела табличка «ФЛИРТ» Дазай ехидно расплывалась в улыбке, как Чеширский кот, который получил своё. Чуя бы добавила к этой воображаемой табличке еще пару прилагательных: абсурдный и тупой. Или, быть может, хитровыебанный, хотя до этого еще как до Африки. Чуя была в ярости. И, мягко говоря, ее не устраивало, что Дазай осталась довольна.  —Не смей со мной играть. — Угрожающе прошипела старшая, глядя ей в глаза, сильнее надавливая на площадь ножа, оставляя красную тонкую линию на шее.  -Чу-уя, это..  - нож у горла затруднял речь, но не мешал выебонам. - очень мило, что.. кхм ты перестала играть в куклы, но я тут при чем? - Дазай даже в эти моменты успевала пошло шутить. — Кстати очень сексуально-напрягающе, лучше чем в прошлый раз, хорошая девочка. — Дазай заулыбалась еще шире, а ее глаза незаметно сверкнули от азарта. Чуя начала бы задыхаться от злости прямо сейчас, если бы желание убить первее свою напарницу, было слабее. Девушка перешла на крик, кажется ее услышали все птицы в районе двух миль - Думаешь, я не знаю, что ты делаешь! Ты устраиваешь мне все эти тесты, изводишь меня, загадки эти постоянные! Ты делаешь все что бы вывести меня из себя, но зачем?!Потешить своё ебаное, раздутое эго и доказать, что ты опять была права! Или, что ты такой гениальный стратег? Да, Дазай? - Голубые глаза залились гневом. Начало щипать, и глаза покраснели, уже не понятно от чего больше: от усталости и злости или от подступившей к ним влаги. Чуя думала, что всем этим, Шатенка пытается ее принизить, она жила в этом.  В мыслях, об этом.  Ей было сложно познавать какие-то инсайды, капаться в своей голове, это не для нее.  Зачем? Если всегда можно вынести свое недовольство жизнью на криминальную партнершу. Она не глупая, правда, она чувствует Дазай на другом уровне, но сейчас она бы вообще хотела ее никак не ощущать. — О да! Намеренно провоцировать меня и саботировать ситуацию с самого начала! — Почти насмехаясь над банальным планом Осаму, произнесла ее партнерша. — Ты думаешь, ты одна такая умная и расчетливая? - Дазай оборвала ее монолог, решив что нужно брать все в свои руки, отвечая жестко и без прелюдий. Что так же пошло, как ее последняя шутка.  — А ты знаешь, из-за кого, ты такой стала? Кем, ты была до нашей встречи, не припоминаешь? — Брюнетка не сдержалась от того, чтобы скопировать ее тон, хотя могла в теории, получить быструю смерть за это.    Чуя сильнее сжала рукоятку ножа, она впала в предистерию — Заткнись. Ты понятия не имеешь… Ты никогда по настоящему меня не поймешь. — Запинаясь прошипела девушка, ей хотелось рыдать, она слышала только то — что хотела слышать. В сердцах это отзывалось у нее как прямое и беспочвенное нападение, она чувствовала себя так бессильно в этом. Хотя прекрасно понимала смысл сказанных слов.  Мозгом, да. Но не сердцем.  Дазай еле-слышно произнесла — Признай, я нужна тебе. - Они так и зависили в этом положении, Чуя нависала над Осаму, полностью уничтоженная и униженная.  - Что ты теперь будешь делать? - Как бы невзначай выгибая шею, тем самым еще больше напираясь на нож, произнесла Дазай. Она знала реакцию заранее и подписалась на это собственноручно.  Чуины глаза бегали по глазам напротив, в попытках найти ответы на те вопросы, которые в ее голове, даже не появились. Она сжала губы, кусая их в попытке сдержать эмоции кошмарного бессилия. Нож со звоном упал на бетон. — Я ненавижу тебя. Звонкий шлепок руки о щеку поставил точку в этом диалоге. По инерции голова Осаму отвернулась, смотря в глубь помещения. Женские руки впились в каштановые волосы, будто желая вырвать, а кожу  содрать с ногтями.  Рыжая намотала непослушные кудри на кулак, поворачивая голову сначала лицом к себе а потом — задирая ее и резко вгрызаясь в потрескавшееся губы. Послышался болезненный стон. Чуя убрала колено с плеча Осаму и села меж её ног, перенося вес на колени и приподнимаясь. А рука, переставшая поддерживать стену, переместилась на оголенное бедро Осаму — вдавливая белоснежную кожу в пыльный бетон, не разрывая агрессивный поцелуй. Тянущее ощущение боли, смешалось с наслаждением от конкретных дерзких, но таких желанных губ. Они так и пытались уложить мысли своей обладательницы в спячку. Желательно вместе с чувствами, но те доминировали. Осаму с должной отдачей поддалась, отвечая на поцелуй. Она чувствует металический привкус на языке, не понятно чьей крови. Брюнетка пытается вернуть свой запас кислорода, но вдруг натыкается на знакомый, терпкий запах сигарет, который ударяет ей прямо в нос. - Дазай обвила рукой напряженную шею, прижимаясь к Чуе еще ближе - Этот запах пьянит похлеще любых поцелуев.  Чуя, немного протестующе, до боли сжимает чужое бедро. Осаму лишь остается закатить глаза под закрытыми веками от дурманящей боли. Брюнетка мычит что-то в поцелуй, закидывая голову еще выше. Она случайно разрывает поцелуй на секунду, а Чуя резко перехватывает ее губы, вкусая с большей силой. Чуя отпускает чужие волосы только для того, что бы зеркально схватить за  шею с двойным напором.  Она царапается короткими ногтями о затылок, приминая чужое бедро впиваясь в кожу, точно оставляя синяки. Сейчас — только Чуя может так, у Дазай нет никакого права, что бы показать свое доминирование, Накахара не позволит даже намек на перехват контроля. Она отдается в этот поцелуй так жарко и требовательно, будто он решит все ее проблемы.  Четкие, требовательные движения обжигают разум, голова начинает кружиться как во время пьянки.  Чуя сжимает внутреннюю сторону бедра, подбираясь к чужому белью. Осаму подхватывает и поддается вперед.   Дазай не торопилась отбирать ведущую роль, позволяя сохранять иллюзию контроля, для того что бы напарница могла выплеснуть накопившуюся боль.  … Это было в разы лучше разговоров. Поцелуи и секс, думала чуя, заменяют все не высказанные слова.  Он служил сублимацией.  Накахара была убежденна — так проще.  А Дазай была убежденна что их язык в сексе это — обезболивающие таблетки, которые лишь маскируют причину конфликтов.  Они обе, редко сходились во мнениях из-за разностей взглядов, но в постели, казалось, они могут решить все проблемы без слов.  И столкновение с враньем самой себе, и внутренние конфликты, и недовольства, и запретное притяжение. Решаемо всё, пока об этом не заговорить.    Они обе в разной степени этого избегали. И это было удобно. Только Чуя могла заставить Осаму смеяться. Осаму же в ответ, позволяла почувствовать ее принятой вопреки. На этом и спелись. Не из-за глубокой любви у них начались эти сложные отношения. Они начались потому что только так можно было по-настоящему доверять.