Часть 8
18 июля 2025 г., 11:39
Татьяна стояла на набережной, её белый Jeep Cherokee остался у дома, а зонта она не взяла. Дождь хлестал по её платиновым волосам, которые теперь липли к лицу, но она не замечала. Она дошла до «Кофе и вино», где Арина ждала её, сидя у окна. Бар был всё ещё полон, но Арина казалась отдельным островком, её бордовое платье высохло, но локоны всё ещё были влажными, а глаза блестели, как будто она только что плакала.
Татьяна вошла, её кроссовки скрипнули по деревянному полу. Она села напротив Арины, и на секунду они просто смотрели друг на друга. Дождь стучал по окнам, а гитарист в углу пел что-то про разбитые сердца.
— Арин, — начала Татьяна, её голос был хриплым от бега под дождём. — Что происходит? Ты ушла, потом это сообщение… И Катя. Что за Катя?
Арина вздохнула, её пальцы теребили край бокала.
— Катя… она звонила мне. Сказала, что влюблена в тебя. И что я… тоже. — Она подняла глаза, и в них была такая уязвимость, что Татьяна замерла. — И она права, Таня. Я влюблена в тебя. С детства. И я устала это прятать.
Татьяна почувствовала, как её сердце сжалось. Она открыла рот, но слова не шли.
— Арина… — Она протянула руку, коснувшись её пальцев, и они были холодными, как питерский дождь. — Почему ты не сказала раньше?
— Потому что я боялась, — Арина рассмеялась, но смех был горьким. — Ты всегда была такой… яркой. Все влюблялись в тебя. Настя, Катя, Лера, Лена, Маша… А я была просто подругой. Но я больше не хочу быть просто подругой.
Татьяна смотрела на неё, и всё, что происходило в пентхаусе Настя, Лера, звонки Кати, вдруг стало далёким. Она сжала руку Арины, её голос стал шёпотом.
— Арин, я… я всегда знала, что ты особенная. Но я не понимала… насколько. — Она замолчала, её глаза блестели. — Я тоже тебя люблю. И, кажется, всегда любила.
Арина замерла, её губы дрогнули.
— Ты серьёзно? — Она рассмеялась, и на этот раз смех был лёгким, как пузырьки шампанского. — Таня, ты хоть понимаешь, как долго я ждала, чтобы это услышать?
Они сидели, держась за руки, и дождь за окном казался уже не таким холодным. Питер смотрел на них, и разведённый мост вдалеке, казалось, начал опускаться, соединяя их заново.
На следующее утро Татьяна вернулась в пентхаус. Настя ушла, оставив записку: «Я ошиблась. Будь счастлива». Лера больше не звонила, а Катя прислала сообщение: «Я знала, что вы разберётесь. Удачи». Татьяна улыбнулась, глядя на Арину, которая спала на диване, укрытая пледом. Питер за окном был серым, но для них он сиял, как никогда.
