Рождество для троих

— Со мной что-то не так? — произнес Анго, не отрываясь от поиска бокалов в кухонном шкафу. Этой квартирой пользовались не часто, но все необходимое должно было быть на месте. — С чего ты взял? — Кажется, еще немного, и ты взглядом просверлишь во мне дыру, — усмехнулся Анго, но в его голосе не было ни капли упрека. Он снова потянулся к верхней полке, оценивая расстояние, а затем перевел взгляд на друга. — Помоги мне лучше. Ода подошел ближе, послушно достал три бокала и поставил их на стол. — Просто выглядишь очень… непривычно, — пожал плечами он, избегая прямого взгляда. — Без костюма и галстука. Вот и все. Это была лишь половина правды. Анго опустил глаза на свой красный свитер с изображенными на нем ёлками самых разных цветов. Он был ему несколько не по размеру, и потому рукава пришлось подвернуть — выглядело нелепо, но по-домашнему мило. А затем он перевел взгляд на не менее глупый свитер Оды — темно-зеленый, с красным бантом на горловине и хороводом снеговиков в смешных шапочках по низу. Слегка покачав головой, Анго не смог сдержать легкой улыбки. — Мне казалось это ваша идея? Ода снова позволяет себе задержать взгляд. «Хочу запомнить тебя таким», — думает он. — Я здесь ни при чем, — говорит он вслух, — это была идея Дазая. Анго вздохнул, бросив взгляд на наручные часы. — Где он, кстати? Обещал же вернуться еще полчаса назад. Ода пожал плечами. — Надо позвонить ему, — Анго достал телефон и устроился на табурете, стоявшего у высокого стола. — Или… можно начать без него, — предложил Ода, присаживаясь напротив. Возможно, какое-то время назад, он бы ни за что так не сказал, но сегодня это сорвалось с его губ слишком естественно. Стало даже немного неловко и совестно. Он кашлянул в руку, стараясь не думать об этом и плеснул в свой бокал янтарной жидкости, из бутылки, которую они открыли украшая квартиру. Сделав небольшой глоток, он поморщился — виски был теплый. Анго, в это время, молча обдумывал предложение, и наконец сдался. — Ладно, — он отложил телефон в сторону и тоже потянулся за бутылкой, — но если Дазай спросит, я скажу что это ты настоял. — Предатель, — шутливо бросил Ода. Анго спрятал кривую улыбку за поднесенным к губам стаканом. — Гадость, — заключил он, сделав небольшой глоток, — у нас есть лед? — Посмотри в морозилке, — Ода задумчиво покачал виски в стакане. — Кто знает, возможно у него есть уважительная причина для опоздания. — Что же у него за дела такие, в самый разгар праздника? Анго открыл дверцу холодильника, и поискал взглядом контейнер с ячейками. Ода задал Дазаю тот же вопрос, когда он уходил, но тот, как обычно, шутливо уклонился от ответа. Конечно это было не его дело, но на ум неосознанно приходил лишь один человек, который мог завладеть вниманием Дазая в такой день. Как и в остальные другие. И этого человека, по его собственному заверению, он просто терпеть не мог. Ода мысленно усмехнулся. — Не знаю. Он не сказал. Анго хмыкнул, добавляя кубики льда сначала в один стакан, а потом в другой, но ничего не сказал. Ода подумал что у него тоже были свои мысли насчет этого, но никто никогда вслух этого не обсуждал. Это было негласным правилом — не лезть в личную жизнь друг друга. И всех это вполне устраивало. Когда щелкнул выключатель, комната погрузилась в мягкий полумрак, нарушаемый лишь мерцанием разноцветных гирлянд. Пустые стены ожили, отбрасывая причудливые тени, а воздух наполнился слабым ароматом хвои. Этот момент казался… особенным. В предвкушении праздника время будто замедлилось, а за окном больше не существовало ни снега, ни холода, ни бесконечных дел. Вскоре Дазай присоединился к ним. И судя по его приподнятому настроению, он тоже не был кристально трезв. Но даже несмотря на его вовлеченность в общее веселье, Ода замечал как пальцы Дазая то и дело скользили к карману, где лежал телефон, как менялось выражение его лица — на мгновение замирало — а в глазах вспыхивал живой огонек. Хотя, возможно, всему виной были лишь праздничные гирлянды. Как бы там ни было, это было не его дело — напоминал Ода себе. Из колонок, не переставая, звучали праздничные мотивы, градус алкоголя в крови закономерно возрастал, а голоса становились громче. Дазай, доставший откуда-то настольные игры, быстро сам потерял к ним интерес. Вернее, ему надоело следить за тем, чтобы остальные не жульничали с помощью способностей — не смотря на все их заверения в обратном, и на то, что он выигрывал чаще всех. Затем, нетерпеливо вышагивая по комнате, он начал увлеченно и в подробностях рассказывать о своей последней миссии, но Анго вскоре его осадил, убеждая в том, что это тема совсем не для праздничного вечера. Дазай шутливо надулся, плюхаясь на диван. Однако, спустя мгновение, ловко вскочил со своего места, обвил руку вокруг шеи Анго и, воспользовавшись моментом, стащил с его носа очки. — Одасаку, как считаешь, в них я кажусь умнее? — Дазай свел глаза к переносице, пытаясь оценить новый аксессуар. — Это так не работает, Дазай, — с легким раздражением ответил Анго, вместо Оды. Он сделал попытку вернуть себе очки, но Дазай ловко увернулся. Без пиджака, в нелепом домашнем свитере, Анго и так выглядел непривычно, но без очков — будто совсем незнакомым. Глаза, обычно скрытые за стеклами, казались больше, а взгляд — раздраженным. Словно очки для него выполняли не только свою прямую функцию, но и в каком-то смысле позволяли держать дистанцию. Он злился, но не на Дазая — скорее, на собственную слабость. И Ода невольно отметил что в этой уязвимости было что-то привлекательное. После того, как Анго вернул себе очки, Дазай резко переключился на Одасаку, неожиданно увлеченно расспрашивая его о подарках для сирот. А затем также резко отключился от разговора, уткнувшись в телефон. По его лицу было сложно что-то прочитать, но на мгновение Оде показалось что он улыбается. Не так, как улыбался им. Иначе. Оторвавшись снова от телефона, Дазай по одной, понятной только ему, причине пытался убедить Анго использовать способность, оживленно доказывая, что хлам из его карманов это какие-то там важные улики. — Дазай, если эти вещи действительно являются тем, в чем ты меня убеждаешь, сделай запрос, и всю полную информацию я предоставлю в письменном виде. — Ну, Анго, — протянул Дазай, делая жалостливое лицо, — зачем так формально, мы же друзья! Неужели ты не можешь сделать это для меня в порядке исключения? — Я мог бы сделать исключение, если бы не сомневался в ценности этих вещей… это вообще что? Крышка от бутылки? — Это не просто крышка — это ключ к разгадке! Если мы узнаем, что они пили… Анго покачал головой, потирая переносицу. — Дазай, сейчас Рождество… — Одасаку! — сменил тактику Дазай, как только тот поднялся со своего места, — помоги мне его убедить! — О, в этом я не помощник, — ответил Ода, краем глаза ощущая на себе благодарный взгляд. — Пойду подышу воздухом. Дазай фыркнул и пробубнил что-то вроде «все с тобой понятно» и плюхнулся на кресло, которое тот освободил, словно только этого и ждал. Дальнейший диалог, если он и был, Ода уже не слышал. Он вышел на балкон и глубоко вдохнул прохладный воздух. В голове все еще стоял легкий шум, но мысли постепенно начинали проясняться. Дазай вел себя странно. Ода никогда не мог до конца понять, что именно творилось в его бесконечно-темном лабиринте разума, однако сегодня, насколько можно было судить, он выглядел вполне… счастливым? Ода улыбнулся этим мыслям. Приятное чувство в груди, вызывало желание обернуться, бросить взгляд сквозь стекло — на друзей, на свет гирлянд, на тепло, которое осталось там, за дверью. Но не стал. Сегодня он и так позволил себе смотреть слишком много. Не на Дазая. На Анго. Только сегодня он позволял себе не отводить взгляда, даже когда чужие глаза ловили его с поличным. Позволял ловить мимолетные улыбки, появляющиеся в уголках губ на долю секунды, будто Анго сам ловил себя на чем-то запретном. Ода давно заметил что Анго почти никогда не улыбается по-настоящему. Даже когда его губы растягивались в вежливой улыбке, глаза оставались серьезными, с легкой усталостью. Как будто за стеклами очков скрывался совсем другой человек, не тот, которого он демонстрировал окружающим. Иногда, правда, случались исключения. Когда Дазай выводил его из себя до такой степени, что Анго забывал о самоконтроле. Тогда в его смехе появлялись искренние нотки, а взгляд на мгновение становился живым. Ода ловил эти редкие моменты, но никогда не показывал, что замечает. Он просто запоминал — сохранял в памяти словно маленькие драгоценности. Ода вздохнул, сложил руки на перила и опустил на них голову. Безумие. Все это было чистым безумием. Дверь скрипнула и Ода обернулся. — Неужели «подышать свежим воздухом» именно этим и оказалось? — усмехнулся Анго. — Я удивлен. Он прошел мимо, зажимая в рту сигарету. — Выходит, что так. — Забыл взять? — Анго чиркнул зажигалкой и прислонился к перилам в паре шагов от него. Ода проследил за движением его руки — тонкие пальцы уверенно и слегка небрежно сжимали сигарету, когда подносили ее к губам. Плавная затяжка заставила кончик сигареты на секунду вспыхнуть ярче, а затем Анго медленно выдохнул, и в прохладном воздухе стала расплываться голубоватая дымка. — Закончились, — ответил Ода, усилием воли отводя взгляд. Это была еще одна деталь, которую он отмечал для себя — Анго курил красиво. — Будешь? Анго стряхнул пепел в темноту и протянул свою пачку. — Нет, — качнул головой Ода. Одна только мысль о том, чтобы курить его сигареты, пробуждала в нем совершенно неуместные чувства. — Переживу. Анго не стал настаивать — молча пожал плечами и убрал пачку в карман. Какое-то время они стояли в тишине, нарушаемой лишь далекими взрывами фейерверков. Каждый думал о чем-то своем. Хоть Ода и отказался, но очень скоро запах дыма, витающий в морозном воздухе, стал дразнить. Он тяжело вздохнул — курить все-таки хотелось. Но еще больше хотелось избавиться от навязчивых мыслей. Телефонный звонок заставил Анго вздрогнуть. Он поспешно затушил сигарету и поднес трубку к уху. — Да? Слушаю. Ода старался не вслушиваться в разговор, но не мог оторвать взгляда от того, как быстро Анго переключался в рабочий режим — как ужесточались его черты лица, как пролегала небольшая складка меж бровей. Взгляд становился непроницаемым, а голос — холодным, лишался эмоций, будто бы за ненадобностью. Даже поза изменилась — спина выпрямилась, а пальцы нервно сжимали металлическое ограждение. Оду одолевали смешанные чувства. Желание вернуть того Анго, что был здесь минуту назад — расслабленного и домашнего — навязчиво скребло где-то под ребрами. — Хорошо, как буду на рабочем месте, я все проверю, и отправлю отчет, — Анго попрощался и положил трубку. — Что-то срочное? — Нет, — Анго взглянул на Оду, а затем снова опустил глаза в телефон, — ерунда. Но вопреки словам, было заметно что мыслями он пребывал далеко не здесь. — Анго. — Ода аккуратно коснулся его плеча. Позволил себе это. Тот медленно моргнул, словно возвращаясь из другого измерения. Поднял вопросительный взгляд. Ода подумал, что выход из рабочего режима дается ему куда сложнее. — Даже Дазай не позволяет себе работать сегодня. — Дазай — это отдельный случай, — Анго обернулся к окну. Там, в комнате, молодой исполнитель раскинулся в кресле, как на диване — на одном подлокотнике лежала голова, а через другой свешивались ноги. Он на вытянутых руках смотрел в телефон. — Пожалуй, — проследив за его взглядом, согласился Ода, — но раз он может себе позволить выходной в Рождество, то чем ты хуже? — Если бы все было так просто, я бы не… — Анго осекся, посмотрел вдаль, задумался на пару секунд, а затем шумно вздохнул, — нет. Не хочу сейчас говорить о работе. — Тогда… — Ода забрал у него телефон, выключил и только после этого вернул, — забудь о ней. Хотя бы на сегодня. Анго уставился на темный экран. — Возражения принимаются только в письменном виде. — Это не смешно, — возмутился Анго, но в его глазах мелькнуло что-то, похожее на растерянность. Ода знал — Анго никогда не выключал телефон, но был уверен, что за пару часов в праздничный вечер не случится ничего катастрофического. — Я и не шучу. Анго пару секунд смотрел на невозмутимое выражение лица, а затем вздохнул, и уголки его губ дрогнули. — Ладно. Думаю, ты прав. — Сдался он, пряча телефон в карман брюк. — Хотя твои шутки все еще ужасны. — Анго вдруг поднял взгляд чуть выше, — А еще у тебя конфетти в волосах. — Да? Ода запустил пальцы в волосы, но, как оказалось, избавиться от того, чего не видишь, было непросто. Анго какое-то время наблюдал за тщетными стараниями друга, а затем шагнул ближе. — Давай я, — улыбнулся он. Ода не понял, в какой момент чужие пальцы коснулись его висков — осторожно, почти невесомо. Он замер. Кажется, даже дышать перестал. — Хлопушки были плохой идеей, — ворчал Анго, выковыривая из прядей цветные бумажки. — Теперь весь пол в мусоре. Не представляю, сколько времени потребуется на уборку… Но Ода его не слушал. Он смотрел в чужое лицо, словно загипнотизированный: на сдвинутые в сосредоточенности брови, на блики в оливковых глазах за стеклами очков, а затем взгляд невольно опустился на линию тонких губ. Он задержал взгляд лишь на мгновение, но непрошенные мысли тут же заполонили собой все сознание. Ода непроизвольно дернул головой. Сердце глухо стучало под ребрами. Он аккуратно отвел чужую руку, заставляя прекратить. Наверняка Анго не понимал, насколько это было провокационным, наверняка никакого подтекста в его действиях не было, но остановить это было необходимо, пока здравый смысл не был окончательно потерян. — Что-то не так? Мысли в голове путались, сменяли одна другую, и он их уже не мог контролировать — кажется, выпитого алкоголя сегодня действительно было слишком много. Ода заметил краем глаза растерянный взгляд, прежде чем отвернуться. Он боялся, если продолжит смотреть, внутренний барьер самообладания развалится на куски. — Ода? — голос за спиной прозвучал тихо. Неуверенно. Ода не обернулся. Просто покачал головой. — Прости… Кажется, я выпил слишком много. Лезет в голову всякое… Анго мягко усмехнулся, словно удовлетворенный этим ответом. А затем Ода почувствовал, как чужой лоб легонько уткнулся в его спину. Сердце на мгновение остановилось. Перед глазами пронеслась вспышка способности, но ничего не произошло. — Я тоже, — голос Анго звучал так, словно он улыбался, — Но разве не за этим мы собрались? — За… этим? — глупо переспросил Ода. Его мысли были где-то очень далеко. — Напиться и отвлечься от забот. Я считаю, вечер вполне удался. — Думаешь? — Да, — ответил Анго. Его голос вдруг стал тише, и Ода почувствовал, как тот слегка повернул голову, прижимаясь к его спине щекой, — давно я не ощущал чего-то подобного… Ода думал о том, что подобного не ощущал никогда. Где-то вдалеке то и дело взрывалась праздничная пиротехника. Ночное небо окрашивалось огненными цветами, и в его в груди тоже распускался фейерверк — прекрасный, яркий, но обжигающий. Глупо было бы думать, что Анго чувствует сейчас тоже самое. В его касаниях не было ничего, что бы выходило за рамки того, что могли позволить себе друзья. Это просто он — Ода — придает этому слишком много значения. Это он — хочет, чтобы это было нечто большим. Но затем Анго обнял его. Всего лишь несмело обхватил руками с боков, но этого хватило, чтобы Ода перестал дышать. «Что же ты делаешь.?» — отчаянно билось в его мозгу. Он боялся пошевелиться, что бы не спугнуть этот хрупкий момент. — Как ты вообще ходишь в этом? — возмутился Анго, внезапно отстраняясь. — Он же колючий! — Правда? — спросил Ода машинально, слегка оборачиваясь. — Я не заметил. Это было даже почти правдой. — Просто кошмар! — Кашемир, — поправил его Ода. — Ты уверен, что знаешь понятие этого слова? — Возможно… — задумался на мгновение Ода, — зато он не с оленями, как у Дазая. Разговор выходил каким-то карикатурно-нелепым, но чтобы сохранить этот момент, Ода был готов нести глупости хоть до утра. Анго за спиной посмеялся, снова утыкаясь лбом в его спину и обнимая так же, как делал это минуту назад. Хотя, может, чуточку смелее. Ода сжал его руку. Раньше, чем подумал об этом. Не ладонь — кончики пальцев, холодных и тонких. Наверняка на них все еще остался терпкий запах сигарет. Подавить желание проверить — было непросто. — Анго? — позвал Ода, чтобы заполнить неловкую тишину. Он не оборачивался — держать себя в руках так было гораздо проще. Его взгляд был устремлен на небо. Фейерверки уже стихли, и темная синева теперь казалась совсем бархатной. Звезд не было видно, но он знал что они были где-то там. — М? Ода не был до конца уверен в том, что хотел сказать. «Мне нравится, как звучит твой смех» звучало по-идиотски, но именно об этом он сейчас и думал. Телефон в кармане внезапно завибрировал и прерывал его размышления. Сообщение было от Дазая, и Ода рефлекторно бросил взгляд через окно. В комнате никого не было. «Не хочу вам мешать. Счастливого рождества» — было написано в сообщении — и подмигивающий смайлик в конце. — Дурак, — выдохнул Ода, хмурясь. — Кто? — Анго уперся подбородком в его плечо, заглядывая в телефон. — Дазай, — Ода показал ему сообщение, не особо заботясь о том, что там было написано. — Он ушел. — Что на него нашло? — Анго быстро пробежал глазами по строчкам. — Не знаю. Он знал ответ. Вернее, догадывался. Какая-то часть него была убеждена, что Дазай знал куда больше, чем показывал. И если так… — Надо его вернуть. Даже если так… — Да. Одевайся, — бросил Ода через плечо, направляясь к выходу. — Я знаю, где его искать.