Интрижка на софтболе.

***

— Какого чёрта?! - Кричит Джекс, теперь облачëнный в платье горничной. Это было отвратительно. Самое мерзкое, что только можно было придумать. Ему и так не шибко нравилось здесь, а сейчас всë стало ещë хуже. Скука, чужое предложение приключения и постоянные оскорбления в его сторону не делали эту ситуацию лучше. Но теперь заодно из-за глупой шутки он ещё и разодет крайне комично: милое двухцветное платье горничной с белым фартуком и очаровательным вырезом в форме сердца на груди, что так мило обнажал часть тела кролика. Ещё и на ногах оказались эти глупые облегающие ноги мягкие гольфы и ботиночки с бантиком, словно подчёркивающие "нежный образ", едва ли идущий мужчине. Впервые за всю жизнь Джекс ощутил на себе ношение женской одежды, причем не просто абы какой, а той, что взята будто бы из дешëвого аниме или порно фильма, и, честно сказать впечатления особого на него это не произвело. Юбка была выше колена то и дело вынуждала Джекса слегка нагибаться и поправлять еë дабы не вызывать чрезмерно неудобных инцидентов. В этом костюме даже не предусмотрены чертовы шорты под одежду, чтобы скрыть все интимные места, есть лишь облегающая ткань почти девчачьих кружевных трусиков. Они едва ли удерживали причинное место в одном положении, практически проветривая всё внизу. По крайней мере, не жарко.. Надо отдать Гэнгл должное за детальное продумывание костюма. Смущения нагонял тот факт, что ему пришлось выйти в этом на поле и отбивать мяч. Хотя, как сказать отбивать.. просто стоять и делать вид, что он пытается что-то сделать. Фиолетовый кролик понятия не имел, что его "злая" версия практически не отводит взгляда от него. С самого попадания сюда эти проклятые версии напрягали всех и каждого. Полные противоположности персонажам, ведущие себя так, будто это их первый и последний день в жизни (ну, по сути так и было, если учесть, что это просто NPC). Постоянные маты, крики, обзывательства друг друга пожалуй стали постоянным фоновым шумом на это приключение, если не учесть того, что один застенчивый розовый кролик наблюдал за своей оригинальной версией в чёртовом платье. Каждый был занят своим делом, так что никто и не заметил, что неуверенный НПС вообще не отводит взгляд от Джекса, глаза скользили по тонкой талии беспечного мужчины, слюны во рту скапливалась больше чем обычно, а тяжёлое и горячее дыхание становилось тяжёлым каждый раз, когда тот подходил ближе или юбка задиралась сильнее обычного.

***

Член болезненно пульсирует в штанах, голубой комбинезон становится ощутимо сковывающим движения, добавляющим жара и безумного желания избавиться от лишней ткани. Грудь поднимается чаще, в висках стучит, а в животе разливается тепло. Он сглатывает, чувствуя, как язык будто прилип к нёбу. Это так непривычно для того, кто совсем не опытен. Будучи противоположностью Джекса, розовый ни разу не пробовал себя в любовных утехах из-за своей застенчивости. В его предпочтениях были мирные посиделки где-нибудь с друзьями и спокойные вечера, но никак не сумбурное возбуждение лишь об одной мысли о непристойностях со своим соперником по софтболу. Неловкий парень не может позволить другим узнать что происходит, не может сказать или предупредить, позор же. Собственное тело дрожит, манит ближе к объекту обожания. Боже, как же Злой Джекс хочет ощутить прикосновение своего оригинала. Плевать если удар, Боже, пусть бьёт сильнее, плевать если укус, будет умолять о тысячи таких, даже если до крови, даже если по сонной артерии. Как же было бы восхитительно ощутить оригинала под собой, пусть царапает спину, словно кошка, пусть ругается, обзывает, что угодно, лишь бы ближе, лишь бы с ним. Он делает шаг вперёд, не в силах отвести взгляд, и слышит, как собственное сердце колотится в ушах. Воздух кажется густым, каждый вдох даётся с трудом, будто в лёгких не хватает места. — Вот блин, аут. - С явным сарказмом в голосе бубнит фиолетовый кролик,уже собираясь уходить. Вот только судьбы были другие планы на этих двоих по крайней мере у Злого Джекса. Внезапно он выбегает на поле и хватает нахала за руку, уволакивая за собой куда-то в пространство между трибунами, где по-хорошему должен находиться выход с поля. Благо, там было пусто, и место больше походило на огромный уголок. Тем более это удобно, когда везде по бокам сидят обычные манекены, не обращающие внимание совершенно ни на что. Розовый кролик хотел быть ближе. Ближе, чем позволяли приличия. Ближе, чем бывший человек мог бы позволить по собственному желанию. Никто не пойдёт их искать. Обеим сторонам плевать на своих ушастых персонажей. — Эй! Какого х... - Пытался протестовать возмущённый ненавистник кукурузы, но его рот тут же был закрыт рукой второго. — Прошу, не кричи. Умоляю. - Дрожаще шепчет он в ответ, голос сбивается, слышатся запинки. Непонимание и смущение от ситуации било неприятной пульсацией куда-то в виски. Сначала это дурацкое платье, теперь его собственная ненастоящая версия так страстно прижимающая его к стене. На самом деле для мужчины было даже слегка поразительно насколько были быстры движения укравшего его кролика. Розовоухий дыхание то восстановить нормально не мог, что уж говорить о стоянии прямо. Будучи ещё человеком, Джекс, честно сказать, считал себя "альфа-самцом", тем кто обычно доминирует над другими, но теперь он стоит и краснеет как глупая девчонка, причём неясно от злости или смущения. Внутри все чувства и эмоции смешались, создавая запутанный клубок нечетких мыслей и неясных образов. Ушастый даже не успел заметить как руки его тëзки легли ему на плечи, слегка сжимая. Большие пальцы розового кролика поддевали край рукавов персонажа, слегка поглаживая кожу под ними круговыми движениями. — Прошу.. Ты должен понять. Я.. Ты прекрасен. - почти шепчет Злой Джекс на ухо настоящему. Ах, как же льстили эти слова кролику в платье, как же тешили его самолюбие. То, как буквально его копия, пускай слегка другая, но прижимает его, было восхитительно до того, что внизу живота начал скручиваться упругий узел, заставляющий мужчину слегка сжимать бёдра вместе. Тела трутся друг об друга, член неуверенного парня неловко, но настойчиво тычется в бедро Джексу, размазывая и оставляя там влажную дорожку предэякулята, что уже просочился сквозь боксëры и штаны Злого Джекса. Боже правый, розовый кролик был ужасно мокрый внизу. Настолько, что ему банально становилось жарко, ткань спереди насквозь промокла и натирала его ноющий и разбухший член. — Ты думаешь, что я просто позволю тебе делать со мной это и всё?! - Чуть ли не рычал кролик, на деле испытывая поднимающийся жар по всему телу. НПС резко целует его в губы, зажмуривая глаза. Дыхание смешивается в прерывистом ритме, а напористость неуверенного в себе парня поражает. Он дрожит, но целует. Мокро, влажно, глубоко. Розовый кролик проникает в рот Джексу, переплетается с его языком, заставляя фиолетового тяжело и учащенно дышать носом в процессе. Слюна смешивается на губах, капает по их подбородку от небрежности сия процесса, сладкие звуки тихо, но похабно слышны лишь им двоим, смешиваясь с фоновым шумом. Джекс больше не сопротивляется. Не получая должного внимания в Цирке по очевидным причинам, это заставило тело пылать от интенсивности. Блять, лишь бы никто не узнал. Розовый аккуратно отстраняется, оставляя длинную нить общей слюны между ртами. Всё его тело дрожит, но пылающие щёки и открытый рот больше напоминающий сейчас одышку у чертовой собаки говорит о своём. Да и сейчас, с учётом его неуверенности и мягкости характера, ощущения тем не менее граничили с одержимостью. Желание удержать персонажа около себя ближе было сильнее всего, что парень когда-либо ощущал. Руки Злого Джекса медленно продвигаются по горячим и слегка мягким бëдрам своего тëзки, сжимая их у паховой области, словно это самая дорогая вещь в мире. Сладкий, обнажающий всю постыдную сторону стон слышится со стороны персонажа, прислоняющегося спиной к твёрдой и прохладной поверхности стены. Хотя, это совсем ничто по сравнению с разгорячëнными телами этих двоих. Ну не прекрасно ли? Розовый кролик трясущейся рукой касается ажурных трусиков Джекса, прекрасно ощущая сквозь тонкую ткань твёрдый и пульсирующий член, что так настойчиво прижался и потëрся о его руку при первой же возможности. Как же это восхитительно, чувствовать член своей оригинальной версии собственной рукой, водить по нему пальцами и трогать истекающую жидким возбуждением головку члена.. Рот сам припал к шее фиолетового, быть может, кусая чрезмерно сильно эту чувствительную кожу. Джекс был на вкус лучше всего, что когда-либо касалось его языка, прекраснее любой сладострастной ягоды или фрукта. — Тц, рот свой при себе держи. Какого чёрта ты так больно кусаешься?! - Фиолетовый закрывает ему рот рукой, однако мягкий язык второго вылезает наружу, покрывая слюной его пальцы и почти беря их в рот. Рукой на твёрдой пульсации Джекса парень чувствует как член подëргивается и подпрыгивает при каждом касании. — Ахаха, прости-прости. Ты у меня первый.- Тихо лепечет инициатор, на этот раз прижимаясь губами к краю подбородка. Тихий стон вырывается изо рта НПС, когда он медленно снимает женское бельё со второго. Черт возьми, теперь юбка так чётко выражает выпуклость ноющего агрегата под ней. Он торопливо снимает собственный комбинезон и боксёры, обнажая полностью стоячий член. Всё такое влажное и липкое. Лишь от одного возбуждения Злой Джекс тëк, как сука. Прикрыв рот рукой, он задрал оригиналу юбку, потираясь своим членом об его член. Злой Джекс обхватил оба стоячих половых органа рукой, надрачивая их обоих. Предэякулят размазывается по обоим хуям, издавая чавкающие звуки при трении. Ноги Джекса подкашиваются, а дыхание сбивается сильнее. Слишком много касаний, он не привык к такому. Не привык чувствовать себя так, будто кончит от одних лишь возбуждённых стонов своей копии, не привык ощущать себя прижатым к чужому телу, словно дева, не привык к страху, что кто-то может случайно увидеть происходящее. Хотя, есть ли уже разница? — Пожалуйста.. - Тихо лепечет клон, слегка приподнимая одну ногу фиолетового кролика и пристраивая свой твëрдый член к его инстинктивно сжавшемуся входу. - Я, ах, осторожно.. — Быстрее уже. - В моменте агрессивный голос Джекса перерастает в тихий скулëж. Какая уж тут смазка, когда актив истекает соками так, будто у него чёртова течка. Кто бы мог подумать, что такое бывает. НПС утыкается носом в плечо персонажа, прикусывая кожу, когда собственный член стал медленно проскальзывать внутрь. Тугое мышечное кольцо восхитительно растягивалось и поддавалось половому органу "злой" версии, впуская в себя инородный орган. Внутренние стенки растягивались и сжимались, но с конечным влажным хлопком впустили весь член актива. Твою мать, внутри он казался ещё больше и массивнее. Впервые Джекс принял в себя настолько крупный агрегат, ощущая себя словно ножны для него. Оригинал обнял копию за плечи, слегка сдавливая его от переизбытка ощущений. Всё внизу пылало, все чувства и напряжение сконцентрировались в одном месте. Ещё один поцелуй, на этот раз от пассива. Жадный, требовательный, будто это последний день здесь. Он кусает губы партнёра, ощущая привкус сладкой крови на языке, держится за любую возможность быть ближе. В каждом касании чувствовалась потребность, голод, который никто более не мог утолить. Языки сплетались в танце. Поцелуй был словно наркотик, обжигал горло, лишал рассудка. Злой Джекс слабо улыбнулся в поцелуе, толчки становились с каждым разом быстрее и быстрее. Член тëрся о чувствительные стенки внутри мужчины, растягивал его, лишь увеличивая влажность внутри. Как же хорошо, что их не ищут. Как же хорошо, что никто не слышит как Джекс, слегка прижав уши к голове, тихо стонет в поцелуй своему розовому партнёру, что скорее скулит и настойчиво просит больше. Яйца клона то и дело бились о заднцу оригинала, создавая характерные шлепки тело о тело, а стоячий хуй пассива то и дело подпрыгивал и дергался, настойчиво требуя внимания. Фиолетовый кролик потянулся к своему истекающему агрегату, обхватив его рукой. Ничего не мешало свободно скользить по всей длине в перчатке, когда всё внизу и так превратилось в истекающее от возбуждения месиво, а задний проход послушно расширялся и поддавался активному напору второго, который, кажется, вообще не подавал признаков замедления, лишь вдалбливаясь в упругую задницу носителя платья. Джекс медленно водит вверх-вниз по своему члену, так отчаянно, выгибает спину навстречу НПС, стараясь слегка шире раздвинуть ноги для него. Одновременное трение твёрдого хуя о ткань платья было невыносимым, оно постоянно задевало, чесалось, только разжигая сильнее желание кончить. Лицо у обоих мокрое от прошлого обмена слюнями, но обоим плевать. Злой Джекс стал попадать ему по простате внутри, вырывая у пассива сдавленные крики и едва ли сдержанные хрипы. Струя спермы вырывается из пульсирующего органа персонажа, пачкая подол платья горничной и окрашивая его в белый цвет. НПС продержался немного дольше, тяжело задышав, когда мужчина сжал его член внутри от оргазма. Он зарылся в Джекса по самые яйца и кончил следом, закачивая струи своей семенной жидкости прямо в него. Слегка дрожа, парень наконец вышел из фиолетового кролика, падая вместе с ним на землю. Черт возьми, всë вокруг в пятнах их развлечений, да и сами они липкие, словно после урагана. — П-Повторим..? - Тихо, почти робко спрашивает Злой Джекс. — Конечно.