Лето в Оттепели.

Начало лета, прогулки, пьянки и прочая веселуха, но вместе с ней приходит и родной запах дошираков, поезд, а затем автобус и уже родной второй корпус лагерного общежития.  Илья не был недоволен тем, что каждое лето он проводит в «Оттепели» — так назывался лагерь, в котором он в очередной раз находился. И пусть недоволен тем брюнет не был, но если честно, ежегодные поездки сюда порядком приелись оттого, что он не видел почти ничего нового.. Все вожатые, корпуса, каждый уголок лагеря — всё было одинаковым! Менялся лишь отряд и номер комнаты, в которую его заселят.  Года три назад Коряков нашел себе здесь кентов, которые начали отпрашиваться у родителей приезжать в «Оттепель» каждый год, что бы проводить с ним время — и это единственное новое, что он мог себе позволить здесь. В этот раз они тоже приехали. Ровесники Ильи — «крупный» Антон Татыржа и его «мелкий» приятель Максим Шабанов. Что один, что второй вовсе не стеснялись провозить в лагерь разного рода контрабанду, вроде никотина в любом его виде, иногда алкоголя, а иногда и простыми пачками чипсов обходятся. Илья тоже не отставал, в основном именно он — главный «поставщик товара», если так выражаться можно. Первый день смены проходил всегда практически ничем не выделяющимся — лишь громкое прибытие толпы детей и подростков разных возрастов, рвущиеся волосы на головах вожатых и куча новых знакомств, половина из которых вскоре забудутся. В этот раз все прошло, на удивление, не так тоскливо как обычно, поскольку в отряде была куча знакомых лиц. Это были дети с прошлого года, которые успели привязаться к этому лагерю.  Но так же нашлись и незнакомцы, одним из которых оказался какой то высокий блондин, от которого за километр можно было почувствовать запах пидорства. Он и выглядел как латентный гей, и, вероятно, таковым являлся, если опираться на его повадки.  Когда же всех расселили по комнатам сразу после знакомства с вожатыми, с которыми брюнет и так был достаточно знаком, Коряков вместе с его компанией очень оперативно нашли нужную комнату и поделили кровати : Татыржа решил, что он будет спать ближе всех к двери, в то время как Максим наоборот — дальше всех, у окна. Оставалось две кровати у стен. Особой разницы нет, они находились друг напротив друга, так что Илья выбрал правую.  Он уселся на нее и стал разбирать вещи, первым делом доставая из своей черной спортивной сумки «самый важный» атрибут данной смены — совершенно новую виноградную одноразку. Брюнет успел нахвастаться ею, а затем и демонстративно затянулся. По легким разлился едкий дым, что в последствии вылетал из его рта аккуратными колечками, а они же рассеивались в воздухе и разлетались бьющим в нос запахом винограда с примесями. В момент, когда одноразка стала передаваться по всей комнате, дверь с тихим скрипом приоткрылась, а после сразу захлопнулась, когда в нее зашел тот самый «педик», как его успел в мыслях прозвать молодой рэпер. Оказалось, что имя этому фонарному столбу — Денис Коломиец. Он был на год младше всех обитателей этой комнаты, но при том куда выше. Пожалуй, он мог бы сойти за вожатого, если бы его не выдавал больно замкнутый вид. Не успел очкарик пройти в сторону единственной не занятой кровати, как увидел, что дорогу ему преградил Максим, заводя с ним легкую, непринужденную беседу, словно они давно знакомы. -Привет, располагайся. Ты тут впервые? Но ответ на свой вопрос Шабанов получил не сразу. Сказать кратко, он и вовсе этого ответа не получил, поскольку только блондин открыл рот и набрался воздуха, дабы что то промямлить — его тут же перебил подошедший Коряков. Он выхватил своё «драгоценное» устройство из рук Максима и припрятал его в карман, дабы не спугнуть новенького и не заставить его пойти жаловаться вожатым. — Денис, да? — спрашивал брюнет, пронизывая каждый сантиметр тела собеседника своим взглядом. — Ну да..  — Илья. — после этих слов он протянул Коломийцу руку, на что последний любезно её пожал, точно так же изучающе разглядывая нового знакомого, как тот делал до этого. — Наслышан о тебе. Я думал, ты как минимум повыше будешь.. — Очевидно, Ден не задумывался о том, что он говорил, по этому и позволил себе проронить такую мысль вслух, на что получил пару неодобрительных взглядов как от товарищей брюнета, так и от него самого. По телу пробежались мурашки, когда он почувствовал на себе такое внимание.  — извини, я просто.. В этот момент его перебил уже куда более грубый и язвительный голос Ильи, отдернувшего свою руку так, словно его только что оскорбили. — А я думал, что сюда не пускают таких как ты. После этих слов повисла очень давящая тишина. Никто из находящихся рядом так и не решился её прервать каким либо высказыванием в одну из сторон «конфликта», но это не помогало скрыться от напряжения, будто висевшего в воздухе вперемешку с ещё не выветренным запахом виноградного дыма. Денис отвёл взгляд куда то в сторону, начав перебирать руками ткань своей футболки, лишь бы не чувствовать себя «не в своей тарелке». Вскоре он решился просто проигнорировать оскорбление со стороны собеседника и продолжил недолгий путь до свободной кровати. Пара шагов — и он уже разбирал свои вещи, продолжая время от времени ловить на себе косые взгляды.  Брюнет же, глубоко вздохнув, поспешно вышел из комнаты после окончания диалога, оставив своих дорожайших друзей наедине со смазливым крашенным блондином. Он знал каждый уголок этого лагеря, так что ему не составило труда выйти за пределы его территории. Совсем недалеко, лишь до самого ближайшего холмика, на котором стояло подобие зеленой лавочки. Почему подобие? Потому что она уже разваливалась, да и изначально была не эталоном красоты. Её однажды поставил его хороший приятель — Данила, который затем перестал навещать это место. Кажется, у него что то произошло, однако сколько бы времени Коряков не истратил на попытки выяснить о случившемся, Даня все никак не рассказывал ему. Ну и хер бы с ним.. Илья сел на скамейку, достал из кармана свой никотиновый рай, заточенный в небольшой устройстве, и сделал затяжку, разглядывая надписи на зеленом седалище, что оставлял любой посетитель этого места. Там было все : от признаний в любви, до неразборчивых китайских иероглифов. И ведь любое послание было написано как то по своему : иногда карандашом, маркером или ручкой, а иногда встречаются и выцарапанные чем бы то ни было. Скорее всего, именно из-за этих многочисленных записей эта лавочка казалась такой… живой, что ли? Тут было круто время от времени сидеть, будь то «хочу посидеть один и подумать» или же дружеское распитие алкоголя ночью.  Повезло вот с чем : за старшими отрядами следят куда меньше, нежели за младшими, а все потому что первые зачастую куда организованнее последних.  Именно благодаря этому и удается в открытую нарушать правила, будь то пронос контрабанды или побег с территории «Оттепели».  В комнате стало куда легче находится, как только оттуда ушел Илья. Денис уже разобрал свои вещи и теперь он думал о произошедшем за сегодняшний день. Если конкретно, то за последние пол часа. То есть, на него просто так обозлился человек, в чьих глазах нужно было заработать авторитет, правильно? Правильно.. Плохо это, на самом деле. Блондин много слышал про Илью еще до того, как приехал в этот лагерь, но в основном это было что то вроде угроз, мол, «посраться с ним = посраться со всем лагерем» и так далее. Не то, что бы брюнета там все любили, но его по крайней мере уважали, в отличии от Дениса, который успел испортить отношения с Коряковым в самом начале смены. От этого становилось даже как то не по себе, особенно учитывая, что они живут в одной комнате. И какие его могут ждать последствия, если он скажет ещё что-то лишнее? Отпиздят? Сделают изгоем?  Уж не ясно.  Очкарик продолжал себя накручивать, как вдруг почувствовал чью то руку на своем плече, а после и заметил ее владельца, услышав его голос. — Ден, забей хуй, с ним бывает такое. — Спокойно произнес парень перед ним. Вроде бы, его звали Максим.. Если честно, Денис вовсе не запомнил. — Тебе стоит следить за словами, конечно, но все в порядке. Ты выглядишь вроде как нормальный парень, так что успеешь найти с ним общий язык. — продолжал он, пытаясь успокоить Дениса. — Макс, ты сам то в это веришь? Илья просто так не разбрасывается оскорблениями. — вдруг прозвучало с другой стороны, и оба парня сразу обернулись на источник голоса. Это был Антон, очевидно, менее воодушевленный словами своего товарища. — Да не пугай ты Дениса. Илья и Кашина педиком называл, и тебя в том числе. И ниче, нормально общается. — Шабанов теперь уже переключился на диалог с Татыржей, не забывая упомянуть о каком то пока что неведомом случае, когда Илья разбрасывался не лучшими «кличками» в сторону своих близких друзей. — Ой, да пошел ты.. — после этого Антон вновь замолчал, однако теперь уже с бОльшим интересом слушал разговор Макса с новичком. — Блин, ну он по крайней мере не выглядит как человек, который «перебесится». — Наконец вставил свои 5 копеек младший, одним нелепым «тыком» перемещая свои очки с кончика носа обратно на переносицу. — Но он перебесится.  — Надеюсь..  После этого диалог уже пошел в другую сторону, Максим начал расспрашивать Дениса о том-о сём, стараясь узнать его ближе, что бы выстроить какие-никакие дружеские отношения. Затем подключился и Антон от скуки. Они и не заметили, как пролетели два часа времени. И ни разу за все это время на глаза не попадался Илья, вот вообще ни разу. И если честно, задумавшись об этом, стало немного не по себе, что ли? Его не видно и не слышно, хотя чаще всего Илья наоборот — самый громкий и скандальный человек в лагере.  Задумались об этом все трое, начав вновь обсуждать брюнета. — Где Илья, кстати? — первым выразил свой интерес Максим, заметив, что приятель пропадает где бы то ни было без них. — Может он с Даней? Вы вроде говорили, что они тоже общаются.. — Послышался неуверенный голос Дениса, выдвигающего свою теорию. — Макс, пройдись до 12-ой, туда Даню поселили. Наверное, Илюха и правда у него.  Антон взглянул на того, к кому обращался, на что последний недовольно закатил голубые глаза и встал в кровати. — Ладно, щас.. — на выдохе ответил Шабанов, выходя из комнаты и направляясь в сторону 12-ой комнаты. Брюнет по прежнему сидел на той самой почти разваленной скамейке совсем один. Однако он не думал о чем то так долго, или не пытался скрыться от кого то, он просто в какой то момент заснул и всё тут. Проснулся же, когда сквозь сон какой то больно знакомый голос стал звать его по имени. Нет, не звать.. Он начал буквально орать. В этот момент пришлось резко открыть глаза и поднять голову, дабы посмотреть на человека, что разбудил его. — Даня не знает, где Илья. Он сам пошел щас его искать.. По возвращению в свою комнату сказал Максим, прерывая дружелюбную беседу своих приятелей. Денис отреагировал первым, кажется, примерно понимая, что такое долгое затишье от Корякова уже не норма. — И где он тогда так долго? — Ну, тогда он либо с Ксюшей из второго, либо.. возможно, зеленка? — Задумался Антон, поднимаясь с кровати и направляя товарищей сначала к выходу из корпуса, а после и к проходу, ведущему за пределы территории лагеря. В этот момент блондин остановил их путь и, видимо, испугался? Испугался того, что их могут поймать работники лагеря, будь то вожатые или.. да кто бы то ни было, на самом деле. — Куда мы идем? — спросил он, поправив очки, что вновь сползли на кончик носа. По взгляду прекрасно видно, что он искренне интересуется. — Да тут рядом с лагерем есть одна единственная зеленая скамейка, она тут че-то типо местной достопримечательности. Её Даня и поставил, кстати. Надо вас познакомить будет. — Отвечал Антон, схватив Дениса за запястье и ведя дальше, в то время как Макс лишь плёлся сзади, время от времени хихикая от того, что их новичок вовсе ничего не понимает. Там брюнет и оказался : разлёгся на бедной скамейке, его дорогущая одноразка валяется на траве рядом, а сам же Илья мирно себе посапывает, не взирая ни на что. — чекай прикол — Шепотом, с легкой улыбкой Шабанов сказал это и подошел ближе к своему спящему другу, наклонился к его уху и вдруг переключился на крик. — Илья, Илья!!!!  Реакция себя ждать не заставила. Практически сразу после «очень смешного» прикола у адресанта этих криков раскрылись глаза. Он вздрогнул и, казалось, даже подскочил на месте. — С нежным пробуждением, принцесса. — Макс поднял с земли одноразку, делая затяжку и отдавая её владельцу. Сзади были слышны периодичные смешки Дениса и Антона. — Сука, я тебя когда нибудь убью.. Сонным, будто замученным голосом простонал Илья, потихоньку успокаиваясь и просыпаясь до конца.  — Сколько меня не было и че я пропустил, раз вы сюда ради меня пришли и.. — Он сделал небольшую паузу, во время которой уставился на уже знакомую морду с голубыми глазами, скрытыми за стеклами очков. — И притащили сюда эту ошибку природы? — Да ты, блядь, ошиб-!! — Денису оперативно закрыли рот, не дав договорить. Ну, либо же, докричать.. Впрочем, не суть, Шабанов просто остановил его возмущения.  — Он просто за тебя волновался, все таки тебя два часа не видно, не слышно. — А ему то какое дело? — Илья сделал затяжку, а на выдохе продолжил говорить — не важно короче. Не было то меня сколько?  — Два с лишним часа.  Денис вмешался в диалог, но после того как он ответил на вопрос Ильи последовала лишь тишина. Опять.  Все, что ее прерывало — тихий шелест зеленых листьев, висящих на деревьях. Их беспокоил легкий прохладный ветер, шевелящий эти самые листья. — Я не тебя спросил. — Отвечал брюнет, недоверчиво изучая своими зелеными глазами Дениса.  — Да, я знаю. — блондин поправил очки, отводя взгляд и вновь начав теребить края белой футболки. Щас бы во второй раз посраться с авторитетным вспыльчивым мальчиком в олимпийке, вот будет тема! На деле же нет, он наоборот боялся Корякова и любых конфликтов с ним из-за ранее уже озвученных причин.  — Хуй с тобой, потом наговоримся. — брюнет встал со своего места, передавая одноразку Антону, поскольку только он её до сих пор не попробовал, а после вновь сбежал от разговора, уходя куда то в сторону лагеря.  — А вот это на него уже не похоже.  После этих слов Татыржа сел на то же место, на котором до этого момента сидел Илья и сделал затяжку, затем передавая устройство Максиму. — Он никогда не против с кем то погрызться, а тут второй раз уже избегает.  — Ну так он же пидор, может, потек уже от вида нашего блонди? — Макс загоготал, точно так же как и его собеседник. Одному лишь «блонди» было не смешно, его наоборот, заинтересовали и насторожили эти слова. Он осторожно присел рядом с Антоном и захотел расспросить поподробнее. — Погоди, в каком это смысле пидор?  — Вообще-то, мы так шутим, потому что у Ильи с этого очень смешно сгорает жопа, но шутки эти пошли не с пустого места. — начал объяснять Антон, но его перебила более быстрая речь Максима. — Он два года назад всё время ошивался с Колей, это был тоже новенький какой то. Обнимались постоянно, всякая такая хуйня. А Илья же вообще не тактильный, вот мы и начали угорать, что они встречаются. После этого Коли не было ни на одной смене, а Илья у всех спрашивал, «где и как» этот Коля. — Шабанову было весело во время этого недолгого рассказа оттого, что он наконец то может поведать кому то эту историю. Уж очень она ему нравилась. А слушатель же ничего на это не ответил, кажется, глубоко о чем то задумавшись. О чем? Да все просто. Он пытался понять, могли ли оказаться эти безобидные шутки правдой. Но в голову лезли только мысли о том, что Илья гомофобный «ровный пацан», принижающий любой намёк на однополые отношения или банальные объятия. — Ромадов? Ну, Коля этот. Ромадов у него фамилия? — вдруг спросил он, адресовав этот вопрос обоим парням, находящимся рядом. Но в то время, как Макс задумался над ответом, Антон уже ответил. — Вроде да, а ты его знаешь что-ли? — Общались какое то время. Он много про Илью рассказывал..  После этих слов пошел очень долгий пересказ тех же событий, только со слов Коли. И то, не точных, потому что идеально помнить каждое слово, когда с момента диалога прошло 2 года, бывает тяжело..  Никакой новой информации не вскрылось, в основном только то, что проговорили до этого, просто с некоторыми иными деталями.  Если честно, блондин и сам не знал, зачем он сейчас об этом рассказывает. Скорее всего просто для того, что бы как то поддержать беседу. Но все же слушать ему нравилось куда больше, чем говорить. Хотя глядя с другой стороны — это отлично помогает отвлечься от каких либо навязчивых мыслей, так что у всего свои плюсы. Так они разговорились, что вновь позабыли о времени. Опасное это дело, когда ты находишься ЗА территорией лагеря. — Давайте наверное сваливать отсюда потихоньку, не по.. — Денис хотел было договорить фразу «не по себе», но его перебили. — Да стой ты, глянь сюда сначала. Мы все хотели показать.. — Сказал Макс, указывая пальцем на одну из надписей, находящихся на полу-разваленной лавочке.  Разглядеть её было тяжеловато, поскольку она была не написана, а выцарапана, а это уже делает задачу тяжелее. Однако всё же Коломийцу удалось разобрать текст. «Да не пидор я!» было неаккуратно выцарапано там, по всей видимости ключами, а рядом еще пара каких то неразборчивых надписей. И перечеркнутый контур сердечка, больше похожий на жопу, с двумя буковками внутри него. Скорее всего, зачеркнуто из за того что кто-то разбил кому-то сердце. «И + #» — Я правильно понимаю, что автор Илья? — Ага. У него настолько жопа сгорает, когда его так называют. — Посмеялся Макс, тоже обратив внимание на загадочное сердце. — О, я этого раньше не видел..  Он разобрал, что первая буква была «И», но вторую никак не удавалось. Она была очень обильно зарисована карандашом. — Почерк знакомый. — Татыржа вставил свои 5 копеек, теперь уже тоже вглядываясь в послание.  Еще минуты 2 они пытались это разобрать, но всё бестолку, так что парни решили просто пройти обратно в корпус, лишь бы не попасться вожатым с тем, что они отсутствуют.  — На самом деле, там много че написано. Даже есть от нас с Максом и Ильей. Зеленка реально живая легенда, но ее скоро должны снести после этой смены, как я помню. — Это повод оставить на ней последнее послание, что бы никто его потом не увидел. — Максим улыбнулся, следуя за своими товарищами. — Можем правда попозже написать что нибудь. — У Дениса тоже приподнялись уголки губ, складываясь в легкую, непринужденную улыбку. — Можно в конце смены, кстати.  — Неплохой план, значит надо будет придумать что-нибудь.  Дальше они шли в тишине. Каждый думал о своём, кто-то о том, что можно будет написать, кто-то о том, как же он голоден, а кто-то о том, как бы поскорее скрыться от разговоров с людьми. Ничего не подумайте, Денису было радостно оттого, что у него появились новые знакомства и все в таком духе, но все же это сильно уматывает. Они уже добрались до входа на территорию лагеря. Там было куда живее, чем возле зеленки. Скорее всего, это оттого что с территории слышалось множество детских и взрослых голосов, почти везде были счастливые лица, и все в таком духе. Но Коломийца это больше раздражало, нежели «воодушевляло». Он был интровертом, не сильно любил людей и уж тем более шумные места. Так что он ускорил шаг и поскорее зашел в корпус, интуитивно нашел нужную комнату.. Зашел в нее куда раньше, чем остальная компания. В комнате он увидел знакомое лицо, а рядом сидел какой-то рыжий незнакомец.  Денис постарался это проигнорировать и просто прошел мимо, когда его остановил не самый приятный тон незнакомого подростка. — Стой, ты-ж Денис, да? — обратился парень к «блонди». — Да, а ты?  — Даня. Оч приятно. — Он подошел к Денису и протянул руку для рукопожатия, не взирая на раздраженный взгляд брюнета, с которым вел диалог.  — А, который ту скамейку еще поставил? Рад знакомству. — Сказал Денис, отвечая на рукопожатие, но он быстро заметил, что его новый знакомый слегка помрачнел после упоминания скамейки. — Я что-то не то сказал?  — Нет, все нормально, забей. — сухо пробормотал Данила, вновь подсаживаясь к Илье и продолжая вести их беседу. Блондин особо не вслушивался, ему было банально неинтересно, так что он достал свой телефон с беспроводными наушниками и включил в них музыку, предварительно вставив их в уши.