Ссора
5 октября 2025 г., 23:47
Примечания:
Приятного прочтения!
Илья. Его имя как заевшая пластинка в крашеной блондинистой голове, крутится на повторе, не давая покоя ни днем, ни ночью. Буквально несколько вечеров назад это имя вызывало тепло, заставляло улыбаться, действительно было приятным, как и лицо его носителя.
Но сейчас, сидя на уже привычной зеленой скамейке спустя неделю, в полном одиночестве, оно режет глубже самого острого ножа. Словно битое стекло, по которому приходится ходить без остановки, ведь оно рассыпано повсюду вокруг.
То там, то тут это имя.
Отношения, казалось бы только начавшиеся, такие яркие и теплые, сравнимые с ярким летним солнцем, вдруг омрачились ссорой. Совсем нелепой, глупой. То-ли это Денис что-то не то сказал, или не то сделал, толи то сделал Илья, но слова, будто искрами, воспламенили ссору, по итогу которой разгорелся настоящий пожар, заставивший их перестать разговаривать друг с другом вовсе.
Раз за разом думая о произошедшем
Коломиец считает, что «нужно было сделать иначе», будто это что-то изменит. Чувства разнятся друг меж другом, противоречат. В одну минуту хочется вновь потрогать мягкие, черные волосы, сжать в собственных руках чужие, прикоснуться к чужим мягким, таким сладким губам. В другую - хочется рвать и метать, не хочется и вовсе знать того, о ком совсем недавно мечтал.
Общие друзья так же стали замечать «странное» поведение своих товарищей. Они прекрасно поняли, что есть катализатор этой трагедии. Не знают, в чем заключается конфликт, но знают, что он есть.
Проживая в одной комнате бывает тяжело скрываться друг от друга. Очень тяжело. Зачастую, видя один лишь затылок партнера, хочется разорваться от подплывающих эмоций и чувств. Сердце рвется на мелкие, совсем мелкие куски.
Они стали незнакомцами, знающими друг-друга наизусть. Денису известен каждый сантиметр чужого лица, оно слишком сильно вцепилось в память, никак не отпускало.
Сидя же на «зеленке» взгляд голубых глаз, скрытый за очками, цепляется за «123456». Блондин проводит по деревянной, исцарапанной поверхности длинными, холодными пальцами, разглядывает, изучает.
Скучает.
Как он вообще допустил это? Все было прекрасно, но одно слово разрушило всю их тесную связь, созданную за пару дней. Смысл вообще во всем этом? Знал ведь изначально, что Илья — не тот человек, который ему нужен, но все равно ведь прислушался к разгоряченному сердцу, а не к хоть и пьяному, но сознанию. Да, «здравыми» мыслями так и не пахло в тот момент, когда они сидели на этом же месте вдвоем и принимали общее решение на пьяную голову, но все же предчувствие того, что «не стоит» присутствовало, и оно совсем ее обмануло.
Что теперь будет? Будут ли у них точно такие же взаимоотношения, как в первый день, или все наладится? Или наоборот пойдет в худшую сторону, не исправится вовсе?
Пальцы поползли по остальным надписям, что оставлял Коряков. Их было легко вычислить на фоне остальных. Уж очень легко. Как минимум потому, что большая часть из них нацарапана на поверхности, а не написана. Так что было куда проще запоминать их именно по ощущениям. Пальцы могли почувствовать каждую букву, проходясь раз за разом по одному и тому же месту.
Вдруг громкое «цокание».
— Ну конечно. — промямлил подошедший Шабанов, закатив ярко-голубые глаза. Блондин машинально убрал руки от надписей, посмотрел на соседа по комнате недоуменно. Что он вообще здесь забыл? — Что один убивается, что второй. Может, поговорите?
Такие слова были уже не новыми. Максим говорил это достаточно часто с момента, как Илья и Денис перестали говорить. Может, он переживал за друзей, а может просто устал видеть кислые мины рядом. Может, и оба варианта, это уже ведомо одному Максу.
— А смысл?
Голос звучал тихо, подавленно. Зрительный контакт парень долго не держал. Он очень быстро спрятал взгляд, уводя его себе же под ноги. Зеленая, протоптанная трава, ничего особенного. Пластиковый стаканчик. Странно, что он еще здесь.
— А он нужен? Лучше так, чем никак, Ден. Ну ты же не будешь всю смену от него бегать?
За прозвучавшим вопросом последовала лишь тишина. Через 10 секунд такого молчания Макс, прищурившись, недоверчиво добавил:
— Не будешь ведь?
— Я не знаю.
Он страдает, очень сильно страдает, но говорить с брюнетом он, почему-то, не собирается.
Хочет, но не будет. Как он и сам сказал, это ведь вряд-ли имеет смысл. Он знает, что Шабанов прав, что он не говорит херню. Но просто не может решиться на разговор.
— Ясно.
Прозвучало от собеседника. Нет, не холодно, скорее.. разочарованно? Кажется, понял, что его совет все равно уйдет в никуда, и что Дениса не удастся переубедить.
— Просто попробуй подумать о разговоре, а не тратить нервы в пустую. Это не надо ни тебе, ни ему, ни тем более нам с Антоном.
Он ушел. Ушел, оставив блондина наедине со своими мыслями вновь. Ушел, оставив после себя только легкое ощущение безнадеги.
***
12 день смены.
Ничего не меняется снова. До боли в висках знакомое, красивое лицо, отпечатавшееся в памяти, по прежнему маячит где-то поблизости. Везде Коломиец видит только его : утром, на зарядке, в столовой, на дискотеках, просто гуляя по территории лагеря! Везде. Везде он.
Каждая родинка на чужой физиономии располагалась там, где Денис запомнил. Зеленые глаза поменялись лишь отчасти : взгляд стал более холодным. Если раньше он был относительно веселый, «хитрый», то сейчас в нем ни капли из тех эмоций. Только пронзающий все тело холод, заставляющий испытывать неописуемые чувства. Хотелось тоже охолодеть, заледенеть, лишь бы больше не думать об этом человеке.
Все в последнее время казалось таким одинаковым, безжизненным, тоскливым без Ильи. Все, что было в мечтах - уехать отсюда поскорее, забыть обо всем как о кошмарном сне. Однако новая прогулка по «оттепели» помогла отвлечься хотя-бы на пол минуты, прежде чем он узнал, что происходит.
В поле зрения показалась вожатая, Ирина Александровна, идущая четко по направлению к очкарику. Последний слегка неохотно пошел к ней навстречу, в конечном итоге остановившись прямо перед женщиной. Глядя на нее сверху вниз, что было неудивительным, парень смиренно дождался, пока та что-то да скажет.
— Привет, Денис, слушай, ты ведь помнишь как вы с Илюшей дежурили в столовой?
От названного имени, так еще и в уменьшительно-ласкательной форме, блондина аж передернуло в моменте. Вот тогда его блаженное отвлечение закончилось и на смену ему пришло желание удушиться.
Он кивнул, отвечать устно совсем не стал.
— Так вот, ты сможешь сегодня тоже подежурить? Поставлю с тобой Илью как раз, я заметила что вы, вроде как, хорошо дружите.
Она говорила это с улыбкой. Теплой и милой, очевидно, она не знала о происходящим между двумя парнями. И знать-то не могла..
Денису совсем не хотелось находиться рядом с брюнетом. Но с другой стороны это отличный шанс поговорить, да и ничего тяжелого в обычной уборке в столовой нет. Так что парень вновь кивнул, пусть и не был до конца уверен в том, что стоит соглашаться на это.
Женщина сказала еще что-то, но если честно, то Коломиец уже не слушал ее. Он лишь согласился с ней вновь, попрощался и пошел в противоположную сторону от изначальной. Теперь нужно было думать.
Думать, ждать, стрессовать.
А Илье уже сказали? А что он будет делать? Что он в принципе думает обо всем этом? Что он скажет?
Ответ на все эти вопросы придет буквально через каких-то полтора часа, но уже легко предсказать, что протекать они будут медленно, неторопливо, и очень мучительно.
Вместе с Ильей вспомнился и недавний разговор с соседом. Вот, вчерашний буквально. Там, где Макс сказал, что стоит все таки поговорить.
Он очень вовремя заговорил об этом, учитывая то, что уже на следующий день этот самый разговор состоится.
Коломиец так уверен в том, что дискуссии быть, и ведь сам не в курсе, по какой причине уверен.
Плевать, быть — значит быть.
Солнце в этот день было красивое, яркое. Последние 7 дней оно казалось серым и угрюмым, а теперь будто стало красочным.
Нет, это не Денису стало радостно или легче, наоборот, его стресс усилился. А звезда эта лишь начала ярче светить, вместе с тем поднимать температуру на улице. Жарко и душно..
Ситуация не улучшилась и через время. Через время, когда отряд уже собирался на обед.
Средь всей толпы выделялась черная макушка со знакомой, не особо ровной стрижкой. Рядом с этим теперь уже чужим человеком стоял рыжий парень, его еще, вроде, Даня звали. Блондин повторил это имя тихо, «пробуя». Звучит так себе, учитывая то, что именно с ним Илья проводит все время сейчас. Что, если этот «Даня» уже стал отличной заменой? Или что, если он уже в курсе обо всем?
Обе ситуации заставили поморщиться от одного только представления.
Голубые глаза поползли дальше по толпе. Было видно и прочих знакомых ребят, например те, с кем довелось познакомиться в третий день смены : Ваня, Вова.. Всех было видно. Вон и Руслан стоит со своей узнаваемой, слегка смехотворной, но идущей ему челкой.
Соседей так же взгляд стороной не обошел. Они стояли вдвоем, беспокойно что-то обсуждали.
Но если обобщать, то все стояли не одни. Макс с Антоном, Руслан с Вовой, Ваня с кем-то незнакомым, а Илья с тем Даней.
У всех есть, с кем поговорить, а Денис стоит один. Ему попросту не к кому подойти, не с кем обсудить что-то новое. Да и никакого нового то нет, ведь все, что есть в голове — Илья. Он не отпускает, въелся как самое яркое пятно, которое никак нельзя отстирать.
Высокий голос вожатой заставил толпц зашевелиться, все пошли в сторону столовой. Денис шел в самом начале неровного строя, поскольку там особо никто не горел желанием находится, все были ближе к концу.
В столовой ничего особенного. Уже знакомые запахи, шумы и лица. Отряд быстро расползается по столам, а вместе с ними и Денис. Пришлось садиться туда же, где и всегда. Вместе с Ильей, Антоном и Максом.
В этот раз эти четверо трапезничали молча. Бороться за булку никто не стал, все без слов передали свою Максиму, зная, что если кто-то будет бороться — придется разговаривать, а значит, ставить в неудобное положение всех сидящих за столом.
Коломиец к еде даже не прикоснулся. Аппетит пропал, когда на его замену пришел нарастающий стресс.
По лицам рядом сидящих было видно, что те тоже не особо рады. Антон о чем то задумался, кажется. Максу было неловко, а Илья..
Он сам не свой. Сидит зажатый, руки скрещены, взгляд опущен в пол. Скорее всего, просто желает уйти и не видеть блондинистого партнера рядом. Но утверждать нельзя, ведь наверняка знать никто не может.
15 минут давящего молчания, но не тишины. Само собой, в столовой было ужасно шумно, казалось что молчал только этот стол.
По прошествию времени все отряды стали медленно покидать помещение, как и «полный бак». Денис, само собой, остался. Он ждал Илью.
Ждал.
Ушел уже третий отряд, четвертый, пятый и наконец шестой. Теперь здесь было пусто и безжизненно, как будто. Но Корякова не было.
Прошло 5 минут, 10, 20. Его все нет.
Блондин, казалось, хотел прямо сейчас разбить тарелку, как то не так давно сделал брюнет, просто что-бы выплеснуть свой стресс хоть куда то.
Но он не стал.
Решил лишь молча убраться.
Вскоре все тарелки, стаканы, приборы были убраны. С одного из столов он прихватил две нетронутые булки. Одну Максу, вторую Илье, если вернется.
Но он не вернулся ни через полчаса, ни через час.
Пришлось выходить из прибранной столовой с полным бардаком в голове. Почему он сбежал? Зачем поступил именно так? Неужели он настолько не хочет видеть Дениса? Но почему?
Ответов на эти вопросы не приходило. И за этими самыми ответами Коломиец решил пойти в корпус, что-бы выведать у приятелей, нет ли каких-то новостей от Ильи. А может, хотелось найти там самого Илью? Кто знает.
Скоро скрипучая дверь комнаты распахнулась, парень ступил на порог и сходу протянул Шабанову украденную булку.
Затем тихим голосом спросил у него.
— Где Илья?
— Не знаю, он не появлялся после обеда. Проверь 12-ую и зеленку.
Ответ поступил быстро, что ожидаемо. Само собой, после этого голубоглазый удосужился поблагодарить друга за подгон в виде выпечки из столовой.
— А он вам ничего не говорил? Как он вообще?
Продолжал расспросы Денис, будто бы совсем отчаявшись.
Отчасти оно так и было. Он не знал что ему делать, думать, хотеть. Оставалось только спрашивать.
— Нет. Он ведет себя хуже, чем когда Ромадова потерял. С нами отказывается говорить, огрызается еще. Че у вас произошло такого?
Ответил ему Антон, лежа на своей кровати.
Но на поставленный вопрос очкарик лишь отмахнулся простым «ничего» и вышел из комнаты. Направился в сторону двенадцатой.
Комната того рыжего придурка, с которым Коряков вечно проводит свое время.
Набравшись смелости, блондин сделал три коротких, но настойчивых стука в дверь. Та почти мгновенно открылась, на пороге показался Кашин.
— Привет. Илья с тобой?
Холодным, слегка грубым тоном поинтересовался Денис.
Парень напротив отрицательно помотал головой.
— Ясно.
После сказанного слова Коломиец развернулся и быстрым, нервным шагом пошел к выходу из корпуса.
Это даже диалогом нельзя было назвать, ведь блондин не дал рыжему «недругу» вставить и слова, прежде чем растворился в серости коридора. Ему не хотелось говорить с этим человеком, и на то были свои причины. Называется ли это ревностью? Все может быть.
Теперь оставалось только одно место, где мог бы оказаться «избранник».
И свежие следы на тропинке подтверждали то, что он там.
Примечания:
Долго не было глав, возможно не будет еще столько же. Творческий застой накрыл меня с головой, да так, что не хочется ни писать, ни рисовать.
Да вот, глава вышла, и вышла крутой! Жду ваши отзывы ;)
