Sick love

Хён У рухнул на колени и зарыдал: — Госпожа Ли! — прохрипел он, руки дрожали, застыв над растекающейся лужей крови. — Госпожа Ли! — закричала Джи У, в голосе звучала паника, когда она бросилась к ним. Рядом с Лиен рыдания Хи Вон вырвались наружу без удержу. Но Лиен не могла пошевелиться. Её ноги будто не принадлежали ей — они вросли в пол. Глаза распахнуты, не моргая, застыли на той сцене. Она чувствовала, как сердце грохочет о рёбра так громко, что заглушает всё вокруг. Её руки дрожали по бокам, пальцы судорожно сжимались в ладонях — как будто это могло остановить дрожь. Но не могло. И тут снова появился Гамин. Он не остановился, не колебался. Молча оттолкнул Хёна У в сторону и бережно подхватил Госпожу Ли на руки. Её кровь размазалась по его школьной форме, пропитала ткань, но ему, казалось, было всё равно. Он пробежал мимо Лиен, и на секунду их взгляды пересеклись. Всего лишь секунда — но она показалась вечностью. В его взгляде было что-то, что Лиен не могла распознать. Страх, злость, горе — всё смешалось. И Лиен всё ещё не могла дышать. А потом он исчез, унося тело Госпожи Ли в объятиях, исчезая в глубине коридора. Наступила тишина. Джи У замерла. Кулаки сжаты, грудь резко вздымалась и опадала от тяжёлого дыхания. Хён У сидел рядом с сестрой, уставившись на руки, залитые кровью. Его всхлипы стали тише — будто воздух закончился. Гю Джин и его друг стояли неподвижно. Лица побелели, они даже моргать забыли — настолько были в шоке. Лиен казалось, что грудную клетку сдавливает изнутри. Будто что-то тяжёлое давит сверху, выжимая из неё воздух. Она не принадлежала этому. Этого не должно было случиться. Она не должна была это видеть. Теперь она поняла, почему Хануль никогда не втягивал её в своё дерьмо. И впервые в жизни она была за это ему благодарна. Но теперь она оказалась в самой гуще событий — и не знала, что делать. Ноги сами начали отступать, словно дистанция могла стереть то, что она увидела. В ушах звенело. Всё исчезло. Она развернулась и побежала, пробираясь сквозь ослепляющий свет и размытые лица, с каждым шагом сердце колотилось всё быстрее и быстрее. — Лиен! — крикнула Хи Вон. Голос её дрожал и казался далёким, но Лиен не остановилась. Не могла. Ноги били по полу, быстрее, быстрее — как будто она могла убежать от удушья, сжавшего грудь. Она влетела в туалет, дверь с грохотом захлопнулась за ней, и от этого звука она вздрогнула. Холодный свет флуоресцентных ламп заливал треснувшие зеркала и плитку. Она пошатнулась, ввалилась в кабинку, закрыла её на замок дрожащими пальцами — и опустилась на пол. Её спина со стуком ударилась о металлическую дверь, колени подтянуты к груди, руки обвили их так крепко, будто могли удержать её от полного развала. Но она уже разваливалась. Дыхание сбилось на короткие, прерывистые вдохи. Всё плыло перед глазами, а паника затягивалась на шее, как удавка. Мне здесь не место. Я не должна была быть здесь. Она зажмурилась, но образ крови не уходил. Крики Хён У эхом отдавались в голове. Голос Джи У, рыдания Хи Вон, взгляд Гамина, когда он пробежал мимо… Всё это — слишком. Слишком много. Теперь она понимала, почему Хануль держал её подальше от своего мира. Он защищал её от этого — от насилия, от реальности. И она никогда не задавала вопросов. Но теперь она здесь. Захлёбывается в том, чего никогда не хотела быть частью. Пальцы вцепились в рукава, ногти впивались в кожу — просто чтобы почувствовать что-то реальное. Что-то, что бы её заземлило. Но ничего не помогало. Она выдохнула, сбивчиво: — Ненавижу это. Ей нужен был кто-то. Хоть кто-то. И тут, как рефлекс, в голове всплыл единственный человек, рядом с которым она не чувствовала себя утопающей в чужом мире. Он всегда слушал. Всегда понимал. Она с трудом достала телефон. Ладони были липкими от пота, пальцы дрожали, пока она разблокировала экран. Открыла их переписку. От него — ничего. Она быстро напечатала, сквозь слёзы, расплывающимися буквами: «Хануль, ты мне нужен.» Отправила. Никакого ответа. Маленькая надпись «доставлено» ударила сильнее по сердцу, чем хотелось признать. Одна секунда. Две. Три… Тишина. Сердце сжалось. Она не могла просто сидеть. Ей нужно было услышать его голос. Услышать хоть что-то родное, стабильное. Она нажала на контакт, телефон зазвенел в ухе. Лиен сжала его так крепко, будто это было единственное, что её держит. Звонок… Звонок. Каждый гудок бил по нервам. Она сильно закусила губу, пальцы побелели от напряжения. Звонок… И потом… голосовая почта. Лиен застыла. Автоматизированный голос звучал чуждо, холодно. Он никогда не отправлял её на голосовую почту. Ни разу. Ни когда был занят, ни когда был зол. Писк заставил её вздрогнуть. Горло сжалось, и она не смогла вымолвить ни слова. Отключила. Телефон выпал из рук и со звуком треска упал на пол. Она смотрела на него. В экран — где отражалась искажённая, разбитая она. Единственный человек, которого она считала своей опорой, не оказался рядом. И это оказалось больнее всего. Лиен крепче прижала колени к груди, уткнулась в них лбом, и её голос, хрупкий и потерянный, растворился в пустоте: — Где ты?.. И тут, как только тишина начала затягивать её, телефон завибрировал на полу. Звонок. На экране — неизвестный номер. Лиен застыла. Сердце пропустило удар. Она не хотела отвечать. Но ответила. — Алло? — голос был дрожащий, сырой от паники, которая никак не отпускала грудь. Знакомый голос, с оттенком веселья: — Ну, кто-то наконец-то ответил, — усмехнулся Мин Хван. Глаза Лиен сузились, пальцы сжали телефон крепче. — Чего тебе? — А ничего особенного, — невозмутимо ответил Мин Хван. — Просто хотел сказать: копы пришли за твоим парнем, Ханулем. — Пауза. — Ну, по крайней мере, так они это называют. У Лиен всё внутри перевернулось. — Что? Полиция? — Ага. Забрали его в участок. Не знаю, за что, но ты же знаешь, как они это любят, — хмыкнул Мин Хван, в его голосе звучало развлечение, но не насмешка. Мысли Лиен метались, паника снова подступала к горлу: — С ним всё в порядке? — Ага, ага, — быстро ответил Мин Хван. — Но вот в чём дело. Хануль просил кое-что передать. — Он помолчал, потом голос стал тише. — Он сказал, чтобы ты пришла в участок. Прямо сейчас. Не теряя ни минуты. Лиен сжала телефон, в животе сжался тугой узел. — Что?.. Почему?.. Я не понимаю. Мин Хван театрально вздохнул, словно наслаждаясь ситуацией: — Не хочешь идти? Ну, не оставляешь мне выбора, правда? Если не пойдёшь — я сам прослежу, чтобы ты пошла. Поверь, тебе стоит его увидеть. Он был злой, — снова усмехнулся. Сердце Лиен забилось с новой силой. Мысль о том, чтобы увидеть Хануля, вдруг стала пугающей. — Но почему он не может просто позвонить потом? Почему я должна— — Он сказал, ты всё поймёшь, когда придёшь, — мягко перебил Мин Хван. — Так что не заставляй меня тебя искать, Лиен. Просто иди. Так будет проще. Наступила короткая тишина. Лиен, наконец, нашла в себе голос, но он ей не понравился — слабый, дрожащий: — Хорошо. Я пойду. Мин Хван снова хмыкнул — на этот раз удовлетворённо, будто получил то, что хотел: — Умница. Если что — я рядом. И связь оборвалась. Лиен смотрела на телефон в руке. Мысли метались. Хануль хотел, чтобы она пришла. Но зачем? Что происходит? Почему он был зол? Ноги казались ватными. Она посмотрела на дверь. Идти в участок — мысль казалась невыносимо тяжёлой. Но выбора не было.