Тысячи чертей

Глава 1.

Уже часа три прошло с тех пор, как самолет поднялся над пеленой облаков и плыл по этому белому полю, такому светлому и божественному в лучах солнца, что все пассажиры, смотрящие в иллюминаторы, невольно забылись и погрузились в подобие медитации с примесью рефлексирования своих мыслей, чувств и воспоминаний. Среди таких пассажиров был сам Николай Волков. Весь его внешний вид составляли: черная футболка оверсайз с белым принтом названия рок-группы («Бесы» - большими буквами было напечатано на спине; спереди же было написано название одной из их песен английскими буквами «Born to die»), в которой он некогда состоял басистом и автором нескольких песен, широкие джинсы с металлической цепочкой и кеды с какой-то писаниной на белых частях (его младший брат Андрей расписал ему кеды перед вылетом. Он написал всяческие добрые пожелания и заверения в бесконечной братской любви, а еще прибавил, что они очень ждут его назад домой живым и невредимым). Он находился в левой стороне самолета и сидел на своем кресле в полной апатии; но не так уж и долго продлилось его мрачное и тяжелое состояние души; он был одним из тех редких людей, одним из крепких орешков, коих совсем немного осталось в современном мире, которые не сильно зацикливаются на переживаниях и способны в один миг адаптироваться к новым обстоятельствам, притом смотря на всех и вся мудрым ироническим взглядом. Волков отделался от печальных мыслей, обретя какую-то новую черточку в сознании, какую-то новую позитивную идею, которая, расширяясь все шире накатывающимися и нахлестывающимися волнами у него в мозгу, дотекла наконец до катарсиса, до инсайта и полноценного порыва к другому мышлению. Он пришел к тому выводу, что теперь ему не нужно думать о прошлом (а лучше всего и вовсе позабыть о нем), ведь перед ним развертывалась совершенно новая жизнь. Можно начать все с чистого листа. Постепенно, питаясь подобными мыслями, в нем просыпался его самолюбивый и беспощадный демон, который проявлялся в бездушии и хладнокровии Николая. Самое то настроение для смертельных игр на выживание! Холодный расчет, невероятных масштабов адреналиновый голод и амбиции сорвать большой куш, жажда наживы, азарт, самодовольный лукавый взгляд победителя и его триумф! Вот, что сейчас занимало мысли Волкова. Рядом с ним сидела девушка лет 17-ти, с короткими рыжеватыми волосами «шторкой», с какими-то блестками на щеках под глазами, с красными стрелками, в белой футболке, в шароварах со слониками и в черных сандалиях без носков. Из мелких деталей: на шее висят деревянные бусы кантхималы, в носу пирсинг, а на руках разноцветный матовый маникюр. Ее карие глаза выражали мягкость и доброту, в них можно было утонуть случайно засмотревшемуся человеку. Волков некоторое время наблюдал за ней в начале полета – девушку завели в самолет самую последнюю, и почти у всех пассажиров она вызвала чрезвычайный интерес, - в том числе и у Волкова, - потому что было немыслимо, с чего это такая молодая девушка отправляется участвовать в смертельных играх. Впрочем, среди пассажиров также присутствовал и уж совсем ребенок – какой-то пацан лет 8-ми, что, разумеется, тоже было нонсенсом, но при этом он смотрелся уместнее и логичнее, чем она, поскольку является выходцем из дет-дома, которого бесчеловечно продали, чтобы получить хоть какую-то выгоду. «Что она, черт возьми, такое натворила, что ей присудили такое наказание? – думал Волков. – Не может быть, чтобы она совершила убийство… Глаза не такие… Тогда что?». Девушка долгое время сидела, упершись в одну точку, забывшись в своих мыслях. Потом Волков краем глаза заметил, как по щеке ее потекла слеза, проделав мокрую дорожку. - Если хочешь выжить, то держись рядом со мной. – Сказал невозмутимо Волков, снисходительно глядя на нее. - Честно говоря, я понятия не имею, какого рода игры нас там ждут, но я могу тебе поклясться, что рядом со мной ты не пропадешь. Девушка задрожала и приникла лицом к плечу Волкова, нежно обхватив его правую руку обеими своими руками. - Спасибо вам, Господи, спасибо… - глухо трепетала она. Волков почувствовал, как по его руке катятся горячие слезы, сопровождаемые горячим дыханием. Внезапно из колонки над головами пассажиров раздался громкий пронзительный смех, который мог принадлежать только одному человеку. Настя, племянница Комаринского, успокоившись, сказала в микрофон: - Подумать только, насколько сильно, ты, Николай, недооцениваешь своих соперников, с которыми вам - рабам, отбросам, огузкам общества, предстоит сразиться. - Это возмутительно! – воскликнул какой-то старичок (один из пассажиров-должников). – Что эта сволочь себе позволяет! Слышишь, сучка ты недорезанная… - Тихо, - заливаясь смехом от удовольствия, вновь начала Настя, - никто из вас, отбросов, не заслуживает иного отношения. У вас здесь нет человеческих прав! Вы своим личным примером доказали, что не достойны находиться в человеческом обществе! Очень скоро вы окажетесь среди таких же как вы – среди волков, среди хищников. С этого момента вы будете жить лишь по одному ведомому вам закону, - древнейшему закону природы, - «Выживает сильнейший». Поэтому я считаю смехотворной твою попытку, Николай, создать союз, чтобы работать в команде. Рано или поздно один из вас предаст другого, - лишь бы выжить и спасти свою шкуру, наплевав на чужую жизнь. Ведь в этой игре победитель – только один человек. И даже не надейтесь, что сможете дойти до финала игры. Мой дядюшка выкупил особо опасных преступников, отбывающих пожизненный срок. Зеки из «Черного дельфина»! Высший сорт! Только представьте себе, на что способен человек, которому подарили второй шанс на жизнь, на свободу! Представьте, с какой яростью будут они бороться за шанс на вторую жизнь, да еще какую! В конце игры победителя ждет денежный приз, на который можно безбедно прожить всю оставшуюся тебе жизнь! Они уже доставлены на остров, а вас, отбросов, мы подобрали второпях, чтобы посмотреть на ваши жалкие попытки выжить. И то можете почитать за большую честь, что летите на одном борту со мной и моим дядюшкой – Комаринским. Как только мы прилетим на остров, игра, можно сказать, начнется. Но только сначала вас доставят на игровой остров на катере. Зеки окажут вам очень теплый прием – можете на это рассчитывать. Пока вы в страхе будете молить бога о пощаде, мы с моим дядюшкой будем издали смотреть за игрой в компании самых богатых и влиятельных семей из России. Ха-ха! Вот так будет зрелище! Вещание из колонки закончилось. Волков обернулся назад, чтобы посмотреть на корчившего страшные гримасы деда, лицо которого исказилось и покраснело от проклятий и нецензурной брани в адрес племянницы Комаринского. - Бл*дская тварь! Скотина *бучая! Надеюсь, ты меня слышишь, спидозная пубертатная язва! Наверняка каждый день сочно наяриваешь под столом у своего дядюшки, раз снискала у него такое расположение! Вот бы тебя туда отправить, к этим зекам! Я бы с удовольствием посмотрел, что бы они с тобой сделали! - Пф, - горько усмехнулся Волков, - напрасно тратишь силы, старик. Она наверняка сейчас просто в экстазе от удовольствия, которое приносят ей твои вопли. Разве не очевидно, что мы для нее лишь игрушки? Мы – должники ее дяди, а значит, в ее представлении, мы являемся для нее товаром, игрушкой, которую купил в магазине ее дядя специально для нее. Мы для нее лишены человеческих прав, поскольку у нее есть иллюзия того, что наши жизни полностью принадлежат ей. Эта мнимая власть, непоколебимую уверенность в которой дает ей родственная связь с ее дядюшкой, сильно помутнила ее рассудок. Наверняка она воображает себя царицей мира. Стена, разделяющая ее мир с нашим миром слишком толстая. Поэтому она относится к другим людям как к червякам под ногами. Не трать свои нервы понапрасну, старик! Самое разумное, что мы можем сейчас сделать – это отдаться в объятия Морфея. Ведь, исходя из слов этой избалованной суки, игра начнется, как только нас доставят на пароме на игровой остров. Надо сохранить силы. - Хм, а ты толковый парень, - удивился старик, немного успокоившись, - и даже странно мне, что ты летишь в такое место. У тебя вполне могла бы быть хорошая жизнь… - Заткнись, старик. Ты не знаешь, через что я прошел, - спокойно проговорил Волков. - Молодежь нынче такая ранимая, - снова заворчал старик, - стоит им слово сказать – они тебе руку отгрызут. Пропали времена сильных людей! Раньше все мужиками были! Даже бабы были мужественнее теперешних многих мужчин. Сейчас все непременно идут жаловаться к психологу, чуть что в жизни не так. Психотэрапия! Ха, тьфу! - Видишь ли, старик, - решил поддержать разговор Волков, чтоб побыстрее заснуть, - людям очень нравится страдать, им очень нравится быть обиженными, что очень характерно для современного человека. Когда они делятся с кем-либо своей проблемой, - иногда даже специально вымышленной или гиперболизированной, - они чувствуют себя нужными и востребованными. Люди чрезвычайно нуждаются в чужом внимании к своей персоне. Психологи, по сути, для этого и берут деньги, потому что слушают бесполезный треп людей, которые просто хотят быть услышанными, хотят внимания. Психологи получают деньги, чтобы подарить человеку иллюзию поддержки, иллюзию того, что этот человек и его проблема не безразлична обществу. Они никому не нужны. С чего это они решили, что они должны быть нужны? Согласен с тобой, что ушли времена сильных людей, которые ни на что не жаловались и не ныли, а просто молча делали свою работу, совершали открытия, улучшали планету… Захватывали, колонизировали, правили, - добавил он. – Впрочем, может это и хорошо, что сейчас почти ни у кого нет яиц. Все обмельчали. Может, это полезно для выживания. Не мне судить об этом… Девушка, сидящая рядом с Волковым, уже спала крепким сном, наклонив свою голову на его плечо. Настя бесилась в бизнес-классе и то и дело бросалась в объятия своего любимого дядюшки. - Горжусь своей племянницей! – говорил Комаринский. – Вся в меня, стрекоза! Какую замечательную речь произнесла! Даже меня самого дрожь пробрала! Ха-ха! На нынешнем сборе ты точно будешь самой яркой звездочкой, общество будет от тебя в восторге. Может, выступишь перед нашими партнерами с речью, а? - Ах, дядюшка, я уже просто вся горю от нетерпения! – воскликнула Настя, в сотый раз бросаясь в объятия Комаринского. – Я просто вся дрожу от предвкушения этой игры! Представь себе, этот безбашенный придурок говорит, что рядом с ним эта рыжая малолетняя шлюха может чувствовать себя в безопасности. Это просто уморительно! Учитывая, что, - помнишь, несколько месяцев назад, когда ты, дядя, играл против него в морской бой, - он проиграл и та девушка, которую он хотел спасти, погибла по его вине! Ха-ха! Я уверена, эту бедняжку ждет та же участь. Все-таки не везет ему с женщинами! Ха-ха-ха! Однако, по непонятной мне причине, именно такие самцы, как Николай – возбуждают во мне низменные, порочные чувства!.. У меня внизу просто все трепещет, когда я сталкиваюсь с его взглядом. Ах, воплощение демона!.. Сгусток ужаса и тьмы, выброшенный в этот мир, чтобы страдать… Дядюшка, а не мог бы ты подарить его мне?.. Мне нужна игрушка, которая бы развлекала меня даже ночью!.. - Это исключено! – возразил Комаринский. – На него уже сделали ставки некоторые члены нашего общества. Впрочем, если он проиграет… Отставить!.. Когда он проиграет, я прикажу доставить его труп к тебе. Полагаю, его фаллос хорошо дополнит твою коллекцию человеческих органов наших должников!.. - Ах, дядюшка! – обрадовалась Настя. – Умеешь же ты убеждать! Гораздо возбуждающе видеть своего возлюбленного на смертном одре, ведь воистину смерти заслуживает тот, кто украл твое сердце и завладел твоими чувствами. Какое невероятное наслаждение принесет мне надругательство над его трупом, победа над своим животным началом и освобождение от сковывающих меня цепей любви!

Глава 2.

Бирюзовое море, белоснежный песочек – все свидетельствовало о приближении к острову, на котором будет проводиться игра. Пролетев 11 часов, пассажиры-должники получили лишь по литру питьевой воды и по пачке хлебцов с плавленым сыром и беконом. Во время полета они ходили по нужде только с разрешения охранников, вооруженных автоматами. Когда самолет совершил посадку и охранники вывели пассажиров-должников, первое, что поразило Волкова – это чрезвычайно жаркий и влажный климат. «Как в хамаме, - подумал он». Он поднял глаза к горизонту и восходящее солнце тут же ослепило его. После долгого полета в сидячем положении ему захотелось размяться – он встал на цыпочки, поднял руки к верху и вытянулся, что есть мочи, у него даже потемнело в глазах. Затем он поднял локти и принялся вертеть туловищем влево и вправо, прохрустев позвоночником. - Прекратить движения, отброс! – крикнул один из охранников и ударил в плечо Волкова прикладом автомата. - Тихо, Леонид, - сказал Комаринский, шедший в плотном кольце телохранителей, - не убей мне тут моего игрока. На него есть некоторые расчеты. Я только что узнал, что на него сделали весьма крупную ставку несколько человек из двух семей, приглашенных в качестве зрителей на игру. - Как прикажете, начальник! – отозвался охранник. Волков усмехнулся. - Может ли это значить, что я нечаянно могу победить в этой игре, лишь бы чья-то ставка не прогорела? – спросил он. - Ты эгоист, Николай, раз так рассуждаешь, - сказал Комаринский, смотря на Волкова как на грязь из-под ногтей, - помимо тебя в смертельной игре участвуют еще 800 человек (а это, прошу заметить, все люди с непростой судьбой: преступники, террористы, убийцы, насильники и маньяки), их характеристику внимательно изучили зрители. Я к тому, что не стоит думать, будто ставки сделали на одного тебя. - Вот именно, - поддакнула Настя, шедшая рядом со своим дядюшкой, - на тебя поставили и то забавы ради только. Волков холодно взглянул на нее и прибился к группе должников: дед-матершинник, девушка-кришнаидка и беспризорный пацан лет восьми. Лучше команды вообразить нельзя. Должников завели на катер люди с автоматами. На берегу остался только Комаринский со своей племянницей. Таким образом, спустя час плавания они добрались наконец до острова, который еще издали привлек внимание Волкова своими высокими белыми стенами, вершины которых были увенчаны колючей проволокой. Если посмотреть на остров сверху, то можно было бы ошибочно принять его за секретную военную базу или за тюрьму чрезвычайно строгого режима. Каменные ступени от песчаного пляжа вели ко входу – металлическому занавесу.

Глава 3.

Как только наши герои перешагнули за порог, - металлический занавес обрушился за их спинами. Тут же справа и слева прекратился шум, который был слышен еще за стенами. Всеобщее внимание зеков было приковано к новеньким. Молчание, возникшее вследствие всеобщего удивления, мгновенно растаяло и обратилось в грубый свист, улюлюканье и в непристойные выражения. - О, че за киска! – кричали заключенные, присвистывая. - Я бы ее отодрал во все щели, дери ее в качель! - Вот это сисяндупулы, держите меня семеро! - Зырьте, а это еще че за карга старая рядом идет? От нее дерьмом за километр несет! - Как хорошо, что эти животные находятся сейчас в клетке! – сказал старичок-должник, недовольно и презрительно оглядывая зеков, которые во все горло орали ему, что он «петушара». - Их, впрочем, скоро выпустят, - невозмутимо проговорил Волков. - Что, прямо совсем клетки поднимут?.. – в полнейшем страхе спросил его восьмилетний пацан. - Мне страшно!.. – воскликнула девушка в кантхималах и прижалась к Волкову. - Спокойно, - сказал тот, - видишь вон там на стенах по периметру вооруженная охрана стоит? А вот по углам и по середине охранные посты. Насколько я знаю, по словам Комаринского, здесь на меня поставили деньги несколько влиятельных особ. Значит, тебе всего лишь нужно держаться близ меня и тогда никто тебя не тронет. Ведь при малейшей возможности нападения на меня, охранники не замедлят прибегнуть к оружию. Наверняка им дали подобные инструкции касательно игроков, на которых поставлена крупная сумма. Вероятно, я здесь не один такой. Когда я встречусь с себе подобным – мне будет непросто. - О чем ты там рассуждаешь? – сказал старик, подбоченясь и поглядывая на Волкова одним хищным глазом, словно стервятник. – Может, с нами поделишься? «Внимание, игроки! – раздался электронный голос из колонок. – Вы все говно. Отбросы, не достойные носить человеческих имен, поэтому у вас будут номера. Ваши номера уже зарегистрированы на сайте в даркнете, где мы и ведем прямую эксклюзивную трансляцию для избранных зрителей! Которые, к слову, поставили на вас. Теперь только от каждого из вас зависит, будет ли он достоин носить человеческое имя или сгинет ужасной, скотской смертью на развлечение богачей. Мы напоминаем, что победитель в этой игре только один. Тот счастливчик, который останется в живых, пройдя через все испытания. Выигравший получит имя, свободу и 20 миллионов долларов. Но из 800 людей должен остаться один. Кроме того, к вам добавили еще 4 должников, а значит ваши шансы на выигрыш сократились». В этот момент зеки со всех сторон стали неистово кричать и проклинать наших четырех героев. - Да я их в два счета один уделаю, только выпустите меня! - Откройте клетку, мы убьем их на месте! - Сначала я разорву эти туши на части, потом трахну девку, а потом расчленю ее и съем. «Внимание, игроки! – снова заговорил электронный голос. – Правило одно – не разрешается убивать других игроков вне игры и игрового пространства. Предупреждаем, что здесь везде у нас есть глаза и уши, так что не советуем вам убивать кого бы то ни было. Кто нарушит это главное правило – тот да предан смерти будет. Искренне советуем вам следовать данному правилу. Если в вас хватит смелости не подчиниться, то охранники не замедлят выпустить в вас автоматную очередь. А теперь сразу перейдем к делу: количество игроков поделено на секторы. Всего их 8. В каждом секторе, как вы уже, вероятно, догадались, по 100 человек. Не считая четверых новоприбывших. Итак, мы тут вместе с судьями и господами посовещались и пришли к заключению, что четырех новоприбывших необходимо посвятить. Почему бы не устроить им игру прямо сейчас? Итак, вашей первой игрой будет «Царь горы»! Двигайтесь по направлению туда, куда указывают охранники дулом своих автоматов. Так вы придете к месту, где будет проходить данная игра. Но советуем вам бежать, так как через 15 секунд откроется первый сектор, из которого вылезут ваши враги и побегут за вами, чтобы убить. Они могут это сделать, ведь игра уже началась!». - Нет… - в полном отчаянии молвил старик. – Они не могут так с нами поступить! Это бесчеловечно! Похоже, он все еще цеплялся за мираж «человечности», заставляя себя верить в то, что беда их минует, что все это просто недоразумение. - О господи! – воскликнула девушка, судорожно дрожащими руками хватая Волкова за плечи – свой последний луч надежды. – Они нас убьют! - Бежим! Что вы стоите, мать вашу! – крикнул Николай, взяв за руки пацана и девушку кришнаидку. – Скорее! Охранники указывают в ту сторону. Вероятно, за той дверью впереди нас и ждет смертельная арена. Внезапно случилось невероятное: пока наша компашка бежала прямо, ориентируясь по направлениям дула автоматов, у железной двери выстроилась цепь из охранников, указывая автоматами повернуть влево. - Мы ошиблись. Хах-хэх-хэх-хэх… Похоже… хэх-хэх-хэх… теперь нам надо повернуть налево, - говорил Николай, задыхаясь. Так они и поступили. Но далее им надо было повернуть еще влево и в конечном итоге они оказались загнанными в угол. - Смотрите, - сказала девушка, преимущественно обращаясь к Николаю, - по мере того как мы бежим, охранники позади нас меняют позиции и перестают указывать в нашу сторону. - Значит, эти тюремщики звери нас не догонят, поскольку им укажут другой путь. – отдышавшись, пробурчал старик. - Фух, - с облегченьем вздохнул пацан, - а я уж думал, что нас обманули, загнали в угол, чтобы тюремщики нас здесь убили. - Нет, - сказал Николай, внимательно осмотрев обмундирование охранников, - видите? – он указал на пояс одного из охранников. – На их поясах прикреплены рации. Вероятно, они получили распоряжение, чтобы отвести нас в другую сторону. Бьюсь об заклад, что это распоряжение дал кто-то очень богатый и влиятельный. Тот человек, который поставил на меня в этой игре! - Значит, - призадумался старик, - из твоих слов следует, что нам просто достаточно держаться близ тебя – и это гарантирует нам успешное выживание в играх? - Я не знаю… Вдруг послышался топот целого табуна людей. «Они бегут». В царя горы играть. Крики, безудержный, по-разбойничьи небрежный хохот, упивающийся свободой. Тяжелые железные двери захлопнулись за ними.

Глава 4.

В чем состоит суть игры в «Царя горы»? Наверняка поколение детей, рожденных до 2006, до 2008 максимум, знают, о чем идет речь. Но для детей, обделенных такими познаниями, скажем, что это такая игра, в которой собирается толпа народу и вся эта веселая ватага гурьбою поднимается на снежную гору или высокий холм. (Обычно в данную игру играют зимой, поскольку мягкий снег минимизирует или предотвращает травмы от падения с высоты). Как только на самую верхушку или на зону, условленную всеми игроками, взбирается первый человек – он объявляется «царем горы». Так вот, «Царь горы» обязан стеречь свое место от других игроков, которые тоже взбираются на гору и стремятся получить это гордое звание. Для этой цели ты толкаешь всех вниз к подножию горы, дабы им неповадно было взбираться. То же самое делают остальные игроки. Они все толкаются и соревнуются между собой и, конечно, пытаются спихнуть «царя горы», чтобы занять его место. Таким образом, победителем оказывается тот, кто сумел выстоять на горе и показать достойную силу и мужество. В смертельных играх для «Царя горы» правила остаются те же, но с одним лишь изменением: песчаная гора посреди поля. Подножие этой горы отмечено красным песком, а вершина белым. Кто займет вершину – тот победил, но кто по истечению 8 минут так и не сумеет взобраться и окажется внизу, в красной зоне у подножья – тот будет расстрелян опытными снайперами из винтовок.

Игра началась.

- Замечательно, что вы додумались раздать им форму с принтом их номера на спинах, - сказал Четков, крупный наркобарон, осуществляющий поставки между Западом и Россией с 2000-х, который также осуществляет функцию «отмывания денег», - а то, признаюсь, трудновато мне было бы следить за моим номером… Они все выглядят на одно лицо, так как гладко выбриты. - Какая мерзость! – взвизгнула его жена Александра Четкова. – Бог велел нам сострадать всяким существам на этой планете, но этим… язык не поворачивается сказать людям, прошу меня простить, господа, за мой французский… свиньям на убой я желаю от всей души вариться в самом конце ада. - Хм, молчала бы… - косо посмотрел на нее муж. - Ну а что?! Я разве не права? Ты вообще читал биографии и личные дела этих скотов?.. Комаринский, который был отчасти организатором смертельных игр, решил разрядить напряженную атмосферу между супругами шуткой: - А между прочим есть известная шутка… скорее всего вы не знаете, ну да слушайте: попадает мужик в ад, а ему черти говорят, мол, смотри мужик, у нас сегодня акция – ты можешь сам выбрать себе пытку на всю оставшуюся тебе вечность. Мы проведем тебя по трем комнатам, а ты должен выбрать из них одну. Мужик соглашается. В первой комнате он видит, как жарят грешников, просаженных через вертел, над костром и тыкают в них вилы. Ему не понравилось и они отправились во вторую комнату. Во второй комнате ситуация не лучше – там грешники кипят в котле и кожа у них до пузырей вздувается. Мужику и эта комната не пришлась по душе. Тогда заводят его черти в третью комнату, а там грешники стоят по колено, простите меня, в дерьме и курят. Мужик говорит: ну ничего, ладно, хорошо, я согласен на эту комнату – здесь хотя бы курят. Он заходит, дверь закрывается и грешники говорят: ладно, мужики, перекур окончен, доедаем. Все общество поникло в мертвой тишине. Одна только Настенька заливалась звонким смехом, чтобы поддержать своего дядю. - А между тем, можно сказать, что мы и так устроили им настоящий ад на земле, - проговорил финансист, некий господин Харитонов, владелец банков, известный обществу своими эксцентричными замашками, завороженно глядя на большой экран и следя за своим номером, - только посмотрите, господа, как они страдают и мучаются… А впрочем, могу отметить, что многие из них находятся в предельной стадии веселья, граничащего со злобой и безумием. Настоящие звери, вынужденные грызть друг другу глотки… В своем безудержном возбуждении финансист с блестящими от света экрана очками до того зашелся слюной, что от него отшатнулось подальше несколько человек. - Но подождите… - встрепенулся вдруг Михаил Духновенский. Про него в обществе ходили слухи, что он сколотил свое состояние на инвестициях и на ставках на спорт. – Вот же мой номер, который сейчас снял свою олимпийку… Как же нам теперь отследить его? Они ведь еще могут меняться друг с другом олимпийками… - О, - успокоил его Комаринский, - на этот счет можете не беспокоиться. У них на запястьях выбиты татуировки с их номерами. Даже если ваша, так сказать, ставка сдохнет, то по запястью трупа ее легко можно будет отследить. На вершине горы сперва появились те из игроков, которые по способности быстро бегать опережали своих сокамерников и других зеков; впоследствии явно не повезло тем, кто оказывался между двумя жерновами – теми, кто завоевал точки на вершине и теперь успешно оборонялись и теми, кто нагонял сзади и подминал под себя; разумеется, без давки тут не обошлось. Вся эта подвижная и неорганизованная субстанция из людей не могла работать сообща; например, они не могли сговориться в группе и действовать вместе, чтобы сперва повалить того, кто стоял на вершине, окружив его кольцом со всех сторон, а потом этим мощным кольцом отбиваться от остальных, выгоняя и вытесняя их на красную зону. Нет, до таких размышлений не сможет дойти человек в подобных экстремальных обстоятельствах, когда каждого волнует только его собственная жизнь. Пол минуты смог продержаться один из первых, кто влез на гору, а потом он увидел, как торпедой взлетел на середину некто по кликухе лихой – мужчина лет 40 с чем-то, ростом где-то метра 2, с абсолютно отшибленным выражением лица. К тому же выглядел невероятно накаченным в плечах. – Он с легкостью расталкивал препятствия впереди себя и даже схватил одного зека и кинул его в толпу, чтобы они повалились всей гурьбой назад. Лихой с размаху ударил в живот нынешнему царю горы и занял его место. Дальше он использовал мощные удары своих кулаков, чтобы расквасить челюсти и черепа другим игрокам. Все отчаянно держались за возможность попасть на белую зону или продержаться в ней. На всех четырех стенах, окружающих по периметру площадь, на которой размещена песчаная стена, имелись электронные часы, на которых изображалось время в минутах, оставшееся до конца игры. 3 минуты. 2 минуты. 1 минута. Из бесшумных винтовок стали стрелять по тем игрокам, что остались в красной зоне. - Вот сейчас у меня снова появился вопросец, - опять встрепенулся Духновенский, - видно ведь, что многие просто выбегают в белую зону, несмотря на то, что время закончилось. Как же потом отследить тех, кто действительно был в красной зоне по окончании времени, чтобы предать их смерти? - Я вас уверяю, - заулыбался Комаринский, - что это абсолютно не имеет значения. Обратите внимание на табло. Видите? Время 1 минута, отмеченная красным цветом. Во всю эту минуту игрокам необходимо продержаться в белой зоне, ибо во всю эту минуту каждый, кто попадет на красную зону тут же будет пристрелен. - Браво, - воскликнул Харитонов, - Это конгениально! Ха-ха-ха, моему номеру повезло! - Удивительно видеть столько смертей за раз, - отметила с притворным ужасом и отвращением Четкова, маскируя удовольствие от увиденной картины. - Ничего удивительного в этом нет, - с презрением к своей глупой соседке по креслу (которую она считает за домашнюю курицу-наседку, выполняющую роль подчинения и восхищения своим мужем, нужная ему лишь для удовольствий) сказала Настенька. – По всему миру в данный момент, наверное, умерло и родилось столько же людей, сколько сейчас здесь погибло. К чему же жалеть тогда эту помойную кучку, когда их так много? Мы только пользу приносим планете, что очищаем ее от такого мусора. Создатели и повелители этого мира… Ах да, простите… По-вашему, Александра, сам Господь-Бог должен нам ноги целовать и облизывать за наш непосильный труд. С задних рядов послышался хохот и непристойные комментарии. Это все бизнесмены, политики, коррумпированные чиновники , наркобароны, владельцы земель и лесов, инвесторы и владельцы казино, владельцы фабрик и заводов, люди, добывающие нефть и газ, пришедшие посмотреть игру и ставящие ставки. Настю ободрил их хохот, а Четкова только недовольно пробурчала: - Опять ты, Настька, циник ходячий, про свое отрицание всего… - Это называется нигилизм, дорогая тетушка. - Фу, ну ты и нацистка! Вот расскажу я все твоему дяде… - По-моему, ты путаешь понятия… Стоит ли мне вообще с тобой дальше беседовать? Игра закончилась. В этой игре погибло 68 человек. Площадку от трупов быстренько расчистила рабочая команда в спецодежде и в медицинских масках. 32 человека остались в живых и были сопровождены в следующий уровень, а тем временем в царя горы отправился играть второй сектор из 100 человек. Внезапно около наших героев солдаты стали поворачивать дуло в противоположную сторону, указывая назад, на ту дорогу, по которой они прибежали сюда. Позади них открылись половинчатые ворота и в дальнем конце коридора они увидели, как в их сторону бежит сотня зеков. - Глядите, мужики, - крикнул кто-то из них, - сисястая баба! - Бежим! – крикнула девушка. - Похоже, они хотят заставить нас играть… - сказал Николай. Они бросились бежать вперед, слыша позади себя свист и улюлюканье. Затем повернули направо и добежали до двери. - Итак, спокойно, - невозмутимо, но строго проговорил Николай, - слушайте мои команды и тогда вам удастся выжить. Все ознакомлены с правилами игры? Помните их? Ступайте за мной на самую вершину и стойте за моей спиной. Я попытаюсь договориться с ними… - Ты с ума сошел?! – воскликнул старик. – Да они тебя в клочья издерут… - Есть идеи получше? Да и вообще, они не должны быть слишком сильными. Где там им в тюрьме-то следить за своей физической силой и набирать мышечную массу с их худыми пайками то?.. В комнату посыпались один за другим тюремщики. В тот момент, когда в комнату вошел последний человек, железная дверь захлопнулась и игра началась. На всех четырех стенах включились электронные циферблаты, показывающие отсчет времени – 7:51. На гору взбежал один зек с бешенными глазами и с виду худой. Николай правильно оценил его намерения (он хотел достать девчонку), поэтому тут же метнулся в строну, намереваясь обогнуть Волкова, но тот быстро среагировал и с размаху пнул ему ногой по хлебалу так, что зубы с кровью посыпались на песок. Он отшатнулся и поник под натиском толпы. Первую минуту Николаю удавалось держать оборону, он успешно использовал удары своих мощных ног, прописывая спарту тюремщикам, а те в свою очередь падали друг на друга, однако поднимались снова и снова, стараясь ухватить Волкова за ноги. Они додумались подходить сзади, огибая песчаную гору. Когда Николай подумал, что все потеряно, старик его крайне удивил: он стал в позу собаки и принялся копать песок так, чтобы он фонтаном летел в лица наступающих. К несчастью для Волкова, зеки вдохновились поступком старика и на его манер стали кидать песок в лицо Николая. Песок попал в его глаза и, пытаясь отряхнуться, он не сумел вовремя отбиться от натиска толпы и его толкнули вниз, сопровождая его ударами и пинками. Кто-то больно пнул его в ухо со всего размаху, отчего у него тут же зазвенело в ушах. Из его носа шла кровь, поскольку кто-то ударил его кулаком. Он очнулся весь грязный, в его волосах и одежде был песок, который, смешавшись с потом, явил собой грязные липкие струйки. Во рту тоже присутствовал этот неприятный привкус песка, хрустящего и скрипящего на зубах. До него донесся пронзительный женский вопль. Он понял. Посмотрел на вершину горы. Там, словно стая гиен, набросились безобразники на девушку, раздирая ее одежду, жадно и грубо хватая ее за интимные места. Все зеки толпились друг за другом, стараясь пробиться в середину к лакомому кусочку. - Умирать - так лучше потрахавшись! - Перед смертью ненатрахаешься! - Хороша девка и говорить нечего! - Поглядите, какая она стыдливая! - Еще девственница, похоже, ммм… Николай посмотрел на табло – 3:44. Ему постоянно почему-то казалось, что время вот-вот истечет. Он оглянулся вокруг себя и увидел плачущих и молящихся на коленях грешников. У одних вывихнута рука, другие повредили ногу, сломали ребра или шею. Они выглядели страшно печальными и отчаянными, как будто лишились последней надежды и страстно молились богу перед смертью. - Эй, если хочешь жить, то идем за мной, - сказал Николай одному из них. Так он походил вокруг горы и пособирал людей. Набралось не меньше дюжины человек. Он кратко пересказал им свой план. - Будем работать в команде, чтобы остаться в белой зоне. Пока эти животные отвлечены на девушку, у нас есть шанс напасть на них со спины и спихнуть вниз, на красную зону. Когда мы поднимемся на вершину - не забывайте бросать в нападающих песок, чтобы ослепить их. Ну что, поняли план? Вперед! По плану Николая они поднялись кольцом на гору и вытолкнули вниз постепенно всех, поскольку работали сообща и помогали друг другу. Таким образом, внутри кольца осталась девушка, вся в слезах и крови, полуголая и трепетно дышащая, а мальчуган и старик встали на защиту кольца. Они успешно вытесняли кольцом всех, кто пытался прорваться на белую зону. Николай заметил, что красный цвет на песке создают множество световых пушек, закрепленных в разных точках на стенах. Сначала он не понял, зачем именно так сделали и есть ли в этом какая-то злая и хитрая ловушка, но потом, когда все случилось, до него дошло. Одна минута на циферблате загорелась красным цветом и тут на красную зону посыпался град из пуль откуда-то с вершин стен. Множество смертей. Один раз Николай даже лично поспособствовал тому, чтобы кого-то пристрелили: он без лишних раздумий и терзаний совести пнул человека, пытающегося влезть в белую зону, предав его смерти. Внезапно, по прошествии 30 секунд, световые пушки резко поменяли свое положение и стали светить на вершину горы, туда, где раньше была белая зона. Николай посмотрел вниз, на свои ноги, и увидел, что они стоят на красном песке. Дальше надо было соображать быстро. - Все быстро вниз! Прыгайте, мать вашу! – скомандовал он и прыгнул вниз первым, скатившись вниз по склону кубарем. Другие последовали его примеру. Вдруг он вспомнил о девушке, которой (после всего того, что она пережила) наверняка не хотелось жить, а потому она ничком неподвижно лежала на песке, безжизненными глазами глядя в небо. Рядом с ней лежали оборванные и рассыпавшиеся бусы-кантхималы. Волков заметил, как оставшиеся 30 секунд замерли на табло, а спустя мгновение замигали, знаменуя скорое начало стрельбы. Николай пулей взлетел на вершину, хотя ноги не слушались и скользили вниз по песку. Он прыгнул – в полете схватил девушку и сосиской кувырками покатился с ней вниз, к подножию горы. Он едва избежал выстрела. Игра закончилась. Все выжившие участники, – 22 человека, вышли из этой комнаты, тщетно отплевываясь и отряхиваясь от песка. Николай нес девушку на руках. Они отправились по направлению дул дальше, вправо. Впереди стояли солдаты с шлангами в руках. Проходя мимо них, мощные струи включались и поливали уставших участников игр. Все с жадностью и наслаждением мылись и глотали холодную воду, утоляя невероятную жажду. Николай прополоскал рот водой и прильнул к струе так, как будто дней пять не пил. Игроки пришли до своего сектора номер 2, похожего на казарму. Солдат открыл дверь с помощью карточки и приказал игрокам входить и располагаться на двуярусных кроватях. - Внимание, многоуважаемые игроки! – послышался электронный голос из колонки под самым потолком казармы. – Вы прошли первый отборочный этап, а значит среди вас лучшие из лучших! Завтра начинается вторая безумная игра на выживание, поэтому искренне советуем вам выспаться. Но сначала перекус! Выстройтесь перед дверью колонной, чтобы получить свою порцию! Не толкайтесь, еды хватит на всех! На ужин они ели печенки из костра, жареные сосиски с кетчупом и кофе в жестяной банке. Блюда подавались на пластиковых тарелках. Девушка не хотела есть, ее весь остаток дня тошнило.

Глава 5.

- Внимание, игроки! – снова заговорил электронный голос чуть солнце встало. – По окончании вчерашней первой вступительной игры, в которой участвовали все 8 секторов по очереди, в живых осталось лишь около 264 человек от общего числа в 804. Нехило скосило, да? Это все благодаря нашей хитрой ловушке… В первом секторе погибло 68 человек, во втором – 82, в третьем – 55, в четвертом – 76, в пятом – 79, в шестом – 46, в седьмом – 60, в восьмом – 74. С каждым днем ваша численность будет падать и падать, пока не останется один выживший. Впереди вас ждет еще пять игр разной сложности. А теперь прошу обратить внимание на вторую дверь внутри казармы. Пройдите туда – и вы окажетесь в одном круглом помещении с другими игроками. Но предупреждаю – без драк! Вы помните правила! С вами в комнате будет еще находиться несколько вооруженных солдат. Все, кто находился во втором секторе, вошли туда и оказались в большом круглом помещении. Николай еще вчера, несмотря на отказ девушки в приеме пищи, все же попросил вторую порцию для нее. Наутро он покормил ее, очищая черную кожуру картофеля. Ночью она почти не спала, боясь хоть на мгновение закрыть глаза и ожидая, что на нее тут же накинутся. Николай спал рядом с ней, чтобы в случае чего защитить. Какой жалкой и хрупкой она показалась ему в тот момент, когда, дрожа от холода словно птенчик, прильнула к Волкову, а тот заботливо накрыл ее шерстяным покрывалом. Наутро, когда его футболка высохла, он накинул ее на девушку, поскольку та была совсем нагая, ведь ее одежду разорвали. Теперь он вел ее за руку и, словно повторяя сладкозвучную мантру, шептал девушке на ухо, что все будет хорошо. - Вторая игра, - послышался голос из колонки в середине комнаты, - будет называться «Смертельный дартс»! Долго разъяснять правила не буду: кидайте данные вам восемь дротиков в цель до тех пор, пока не попадете в середину. Попали в середину – значит впереди стоящий соперник падает вниз с мостика прямо на иголки. По приказам, крикам и пинкам солдат масса людей распределилась по всей площади диска и солдаты расставили в 10-ти размеченных красной линией зонах-треугольниках равное количество людей. Солдаты строго приказали игрокам не наступать на линию, «иначе их разрубит на части после того, как диск перестанет вращаться». Диск остановился – и тут же на размеченные зоны из разрезов в потолке упали металлические стенки-ножи, которые уж наверняка разрубили бы кого-нибудь, если б не меры предосторожности. К несчастью для Николая, солдаты разъединили его и девушку и растащили по разным треугольникам. В каждом треугольнике должно было оказаться по 26 человек от общего числа игроков, не считая четырех наших должников. Мальчугана поставили в одну часть с девушкой, а деда отправили вместе с Николаем. Их комната загорелась красным светом и позади, за пределами диска, открылась с шумом металлическая дверь. «Стало быть, наш треугольник будет участвовать в игре первым, - подумал Волков». Они вышли в какой-то коридор, в котором по бокам опять стояли люди в камуфляже, вооруженные автоматами и указывающие дулом идти прямо. Игроки шли, недоверчиво глядя по сторонам, их оцепил ужас осознания скорой своей кончины, посему шли они как будто нехотя. За своей спиной Волков почувствовал взгляд холодных, безжизненных и лишенных всякой надежды серых глаз. Несомненно, так ощущаются глаза убийцы. Он украдкой взглянул через плечо, чтобы увидеть того, кто так на него глядел, но никого не обнаружил. «Видимо, он быстро отвернулся, когда увидел, как я поворачиваю голову». Во всяком случае, позади Николая шествовало три человека, среди которых был известный уже читателю старик. Они поднялись на пятый этаж какого-то огромного корпуса без окон, который можно было бы издалека принять за огромную железную коробку. На верхней площадке каждому выдали по 8 дротиков. Перед игроками предстали 14 дверей в один ряд с интервалом в 5 метров друг от друга, за которыми, несомненно, находилась игровая зона. 14 человек осталось на этой стороне, а другим 14-ти пришлось перейти на противоположную сторону через боковой проход. Таким образом, подготовка к игре была закончена. Волков почувствовал, как ладони его чрезвычайно вспотели. Над четвертой дверью, перед которой он находился, загорелась красная лампа. - Пошел, пошел, - рявкнул солдат позади Николая, - игра началась, открывай дверь, иначе я пристрелю тебя на месте, - и тогда твой соперник автоматически победит. Он пихнул Николая в спину прикладом. Тот опомнился и вошел на игровую территорию. Железная дверь захлопнулась. Выхода не было. Выход только один – убей или будь убитым. Николай встал на железный мостик, который казался таким ненадежным, что возникало чувство, будто он вот-вот прогнется под твоим весом и ты упадешь вниз на смертоносные иглы. «Мало того, что высоты пятого этажа и так должно хватить, чтобы человек превратился в лепешку (повезло лишь однажды одному известному герою мема, который выпрыгнул из окна на дерево), так там внизу еще и метровые иглы стоят для сто процентной гарантии смерти, - подумал Волков, глядя вниз». Он медленно перевел взгляд прямо и встретился с «теми самыми глазами» за своей мишенью и мишенью соперника. Это был старик из самолета. Неужели придется убивать его?

Глава 6.

Они смотрели некоторое время друг на друга как бы в нерешительности. Волков понимал, что в таких обстоятельствах «игра в дружбу», «игра в гуманность» и взаимная уступчивость должна была рассеяться. Дед задрожал, когда ему сделали предупреждение солдаты. Его глаза как бы охладели, веки прикрылись и он мертвенно глянул на Николая, так, как будто уже смотрит на труп врага, с презрением. - Дедушка, - крикнул Николай на ту сторону. – Не делай этого! Я сейчас что-нибудь придумаю. Все равно ведь не попадешь, у тебя глаза старые и больные. Дед от его слов явно пришел в бешенство, да и вообще он стал бледен неимоверно. - Слушай сюда, щенок! – воскликнул дед, задыхаясь. – Я Афган прошел, я тебя здесь сейчас урою! Я меткий стрелок! К тому же еще в советские времена я в дартс ходил… Готовься… - Да постой же! - Времени осталось… 2 минуты… - сказал дед, глядя на электронный циферблат и замахиваясь дротиком. – Надо поторопиться. Если не начнем действовать, то нас обоих «дисквалифицируют». Николай посмотрел по сторонам и увидел, как несколько человек уже свалилось вниз. Дикий рев и хруст прозвучал внизу спустя секунду. Он посмотрел вниз. На иглах, словно кровавый шашлычок, по остаткам были надеты человеческие ошметки. Через одного игрока слева от Волкова уже пустовало место. Его соперник ликовал и смеялся, знаменуя победу. Справа от него было еще три человека, отчаянно кидавших дротики. Они кидали дротики с такою быстротой и на перегонки, что даже не особо обращали внимание на то, что не попадали в красную точку (каждый хотел угробить своего соперника прежде, чем соперник сам попадет в мишень), впрочем, каждый дротик они кидали так, как будто отрывали часть от себя, от своей жизни. - Дед, сука, постой же!.. – вскричал Волков, когда дед кинул свой первый дротик, но промазал, однако все равно попал в доску. Чуть-чуть и его дротик воткнулся бы в победную красную точку. – Мы можем кидать дротики в посторонних людей на нашей линии. Мы не должны бить друг другу в мишень! Так будет больше вероятности выжить! Сам подумай: когда у нас закончатся дротики, люди по бокам станут кидать свои оставшиеся дротики в нас! Надо предотвратить такой исход. Как хорошо, что я додумался до этого первый… Давай делать лучше так?! Смотри! Николай запустил один дротик в игрока справа от него, попав ему в голову, в ухо. Тот от неожиданности пошатнулся и упал вниз на иглы. Все игроки, бывшие на одной линии с Николаем около него, вдруг обернулись к нему и принялись бросать в него дротики. Волков присел и прикрыл голову руками, а свои дротики он спрятал и зажал между колен. Он чувствовал, как несколько дротиков больно вонзились ему в спину. Тут же игроки на одной стороне принялись, словно по команде, метить дротики друг в друга, отчаявшись оттого, что им не удается попасть в красную точку на мишени. Николай своим примером показал им другой путь. Он выхватил из своей спины три дротика и прибавил к своим имеющимся. Теперь у него их было 10. Он ухмыльнулся, быстро встал на колени, замахнулся и попал дротиком в своего соседа слева. Точнее, попал ему прямо в яйца. Тот, стиснув от боли зубы, сделал шаг назад, упал на живот, от сильной боли прижал колени к груди, пошатнулся и полетел вниз с диким ревом. Николай выпрямился и смело встал на две ноги. Пытался метить в дальних людей по бокам своей линии, но всегда промазывал либо игроки ловко уворачивались от дротиков. У него осталось две штуки. Внезапно дед опять метнул дротик в мишень Николая. - Эй, что за дела! Я думал, что мы договорились не кидать дротики друг другу в мишени! - Просто… - сказал дед, запыхавшись, - мне кажется, когда через минуту закончится игра, мы оба полетим вниз (если не будем стараться попасть друг другу в мишень), поэтому к концу игры кто-то один из нас двоих обязательно должен упасть вниз. - Нет! – вскричал Николай. – В правилах игры ничего не было сказано об этом! Может быть, мы просто выйдем победителями вдвоем! - Может быть, но может и не может!.. Надо исключить любые вероятности. Как видишь, от двух человек со своей линии я уже избавился, - проговорил дед с бешеной улыбкой, на его устах запенилась слюна, - двое слева от меня и несколько человек справа не решаются тратить дротики. Расстояние до меня слишком большое. Такая игра не стоит свеч! Они не готовы так рисковать! Поэтому пытаются уложить своих соседей. Ты взбаламутил эту воду! Сейчас я тебя прикончу, нефор! Я специально выжидал, пока ты лишишься большинства своих дротиков, теперь тебе нечем контратаковать! А у меня осталось еще четыре дротика… Внезапно слева прилетел дротик прямо деду в левую кисть, где он держал три дротика. От такого внезапного удара его рука разжалась и оставшиеся его снаряды упали вниз. «Да! – радостно вскричал тот, кто попал в его кисть, - я выбил у него все дротики!». - Бл*ть, сука! - завопил дед в какой-то неистовой истерике и весь покраснел, отчего его белая бородка придала ему контрасту и он сделался похож на деда мороза. – Полная п*зда! Я все просрал! Как всегда! Всю свою жизнь я просрал! Я заслужил это! Давай же, осталось 30 секунд, добивай меня! У деда остался только один дротик в правой руке (которым он метил), который он, впрочем, незаметно спрятал в свою туфлю, под стельку, когда присел. Глубоко в душе он понимал, что все-таки останется жить и поэтому ему показалось, что будет довольно предусмотрительно забрать дротик себе. Вдруг пригодится? Поскольку времени осталось немного, буквально считанные секунды, Николай, вздохнув, проговорил: «А, к чертям» и принялся на отмажь кидать дротики в мишень деда. Тот затрясся. Но ни один дротик не достиг красной точки. Он все потратил. Дед вздохнул. Игра закончилась и железные двери открылись.

Глава 7.

Вернувшись в свой сектор с несколькими людьми, оставшимися в живых, в том числе и с дедом, он почти сразу погрузился в горькие думы, иногда косо и недоверчиво со злобой поглядывая на деда, от которого он сел подальше, на самую дальнюю кровать, к окну. Он едва избежал смерти в этой игре. Кто знает, что с ним случилось бы, если б в руку деда не попали дротиком. Он мысленно приготовился уже к тому, что сегодня ему придется попрощаться с девушкой в кантхималах и с пацанчиком. Они явно не жильцы. В таких раздумьях от усталости он погрузился в сон. Сквозь сон он услышал звук знакомой колыбельной, которую глубоко в детстве ему напевала мама. Зеленая карета. Сладкозвучный женский голос. Он приоткрыл глаза и увидел пред собой перерождение Девы Марии, которая держала на руках мальчика и пела ему колыбельную в лучах заходящего солнца. Это была она. Девушка в кантхималах. Она протянула Николаю его порцию рожков с кетчупом, огурцами и куриной ножкой. Сок и яблоки. - Как? Как удалось тебе?.. – пролепетал Николай и обнял девушку, погрузив свою голову ей на плечо. - Все хорошо… Нас двоих с этим мальчиком поставили друг против друга, но ни он, ни я ни разу не кинули ни одного дротика. Таким образом, - продолжала тихо и сладкозвучно она, - мы двое остались живы, поскольку ни один из нас не возжелал смерти другому. Я не хотела жить, а потому доверила свою жизнь в руки мальчику, но несмотря ни на что он меня все равно не предал, потому что испытывал ко мне сострадание, равно как и я к нему, и не убил. В любви нет страха. Любовь друг к другу спасла наши жизни. Кто любит – тот пребывает в свете, а кто ненавидит – тот пребывает во тьме. Любящий бога, любит и всякого человека, и бог пребывает в нем и он в боге… Девушка почувствовала влагу на своей спине. Это Николай проливал свои слезы, прижавшись головою к ней и обняв ее. - Теперь благодаря этому мальчику я обрела новый смысл жизни. Я воскресла. Он будет моим духовным сыном, я буду относиться к нему, как к своему ребенку.

Глава 8.

Во всех секторах после этой игры начинала нарастать недоверчивая и холодная атмосфера. Никто из бывших заключенных не желал сомкнуть глаз, ведь если только попробуешь – тут же задушит кто-нибудь. - Ха-ха-ха! – смеялась Настя, которая сидела теперь рядом с каким-то бизнесменом, красивым, солидно выглядящем мужчиной лет 30. – Вы только посмотрите, Александр Петрович! - указывала она на большой экран, в котором одновременно показывали 8 секторов в 8 окошечках. – Как они теперь обособлено-то друг от друга!.. Мы посеяли в них корень сомнений и подозрений! - Эм… - забеспокоился бизнесмен, - но как, однако-ж, быть-то, если вдруг на мой нумер нападут другие нумера и задушат его ночью? Я бешеные деньги на три нумера поставил! - Это сколько, интересно знать? – лениво через плечо бросила Настя и снова повернулась к экрану. - Кхм… - замялся бизнесмен. – Ну, по… по три миллиона на каждого нумера. - Так вот, значит, как низко вы оцениваете человеческие жизни, - снова засмеялась она, - а меня вы бы на сколько оценили? Сколько я, по-вашему, стою, а? – язвительно и с ухмылкой наезжала она на совсем уже потерявшегося и покрасневшего мужчину. - Ну… - не смог выговорить бизнесмен. - Правильно! – подхватила она. – Я бесценна! Во всем зале зааплодировали и к ложе Насти приблизилось несколько солидных мужчин в смокингах, держащих в руках коктейли. Приблизился и коррумпированный депутат Коневский, обладавший широким чемоданом денег, широкой голивудской улыбкой и не менее широким брюхом. Вместе с ним пришел и продажный судья – Лыжин, а также подоспел и упомянутый ранее Харитонов - эксцентричный банкир. Известно, что в каком-либо кругу мужчин, если объявится там хоть одна более или менее привлекательная девушка, то за ее внимание тут же начинается между этими самцами ревностная борьба, в нашем случае мужчины наперебой щеголяли своим состоянием пред Настей. - Господа, я не продаюсь за деньги! – проговорила она весело. - Быть не может, чтобы у столь прелестного и умного создания, как вы, было сердце, которое бы и служило предлогом к любви, - заржал Коневский, ощерив ряд желтых зубов. - Верно, - поддержал его Харитонов, - в нашем мире порочен тот, кто обладает сердцем, не обращаясь к истинной человеческой ценности – к деньгам. Да, ценности у всех людей разнятся, но я не буду лжецом, если скажу, что все их побуждения и стремления ведут лишь к одной цели, к одной идее и ценности – к преумножению своего богатства, как к главному фактору выживания. - Ну так что, Настасья Николавна, - хохотнул один из трех джентльменов в смокингах, - не желаете ли приумножить свое богатство? Мы втроем могли бы вам заплатить… - Я подумаю… - отозвалась она, - впрочем, ваше предложение я не одобряю. Это скучно. Джентльмены, предлагаю заключить пари. Если в конце следующей игры ваша ставка, ваш нумер будет стоять еще на ногах, то, я клянусь, я дам тому бесплатно. - Эта акция распространяется на весь зал? – хохотнули с задних рядов. - Верно! – в упоении воскликнула Настя. – Делайте ставки, господа! Но при этом должно сработать еще одно условие, - добавила она, - моя ставка должна быть уничтожена. - А на кого вы поставили? - спохватился Коневский. - На Николая Волкова, - отвечала она, - на того парня с длинными черными кудрявыми волосами. - Вот как! - Ага. – продолжала она. – Если все условия к концу следующей игры будут выполнены, то бишь: ваша ставка осталась в живых, а моя – мертва, то тогда и с моей стороны будут выполнены обещания согласно пари. Если случится все наоборот, то каждый, кто заключил со мной пари, должен будет заплатить мне в пять раз больше, чем он поставил денег на нумер. - Хо-хо! – заржал Коневский. – Лично я в деле! А кто мужик, тот тоже не будет отмалчиваться в сторонке! - Так и быть, - согласился Харитонов, - я хоть и за всю свою жизнь ни разу не прикоснулся к женщине по причине того, что мне омерзительны эти твари и я признаю лишь господство мужчин, но все-таки женские крики, страдания и мольбы о пощаде крайне возбуждают меня! А тут еще и избалованная племянница Комаринского, которая явно будет плакать в случае поражения. - Господа, я делаю ставку! – заявил судья Лыжин. Во всем зале послышались пьяные крики одобрения и восхищения. Люди впали в дикое состояние азарта. К своей племяннице подошел Комаринский и сказал: - Ты хорошо оживила публику, умничка! Да еще и заставила их сделать новые ставки! Горжусь своей племяшкой! - Прекрасно! – заявил Харитонов и его круглые линзы блеснули. – Таким образом, можно заранее гарантировать проигрыш этого Волкова. - Браво! – похвалил его Четков. – Вы очень тонкий наблюдатель! Как вы могли заметить такую мелочь? Даже я не обратил внимания на это, когда старик присел. Ведь он все обыграл так, как будто расстроился от грозящего поражения. И при этом ухитрился покраснеть, согнуться в три погибели и засунуть дротик в свой ботинок! - Да, – сдержанно продолжал Харитонов, как будто выстраивая у себя в голове кудрявую махинацию и пытаясь сдержать силы ликования, которые непроизвольно вырываются, но он хочет выплеснуть их в финале своих действий, поэтому старательно сдерживается. – Теперь нам всего лишь потребуется поставить этого старика в пару с Волковым, и тогда, - могу вас в этом уверить, - чеховское ружье выстрелит.

Глава 9.

Снова утро. Снова раздражающий звук оповещения из колонки и последующий электронный голос. Все как в безумной версии дня сурка. «Возрадуйтесь! – возвестил голос. – Ибо все меньше и меньше вас с каждым днем! Теперь вас 126 человек всего. Следующая игра, в которой решатся ваши судьбы, будет: «Пинг-понг»! или по-нашему «настольный теннис». Правила простые: в течение 8 минут будет опускаться потолок и когда он дойдет до уровня стола, - стол, кстати каменный и представляет собой один блок в форме прямоугольника, - тогда это будет знак, что игра окончена. Кто в течение этих 8-ти минут забил больше мячей – тот и победитель. Победитель получает ключ и выбирается из комнаты, а проигравшего давит потолок-гидравлический пресс. Есть также и особые правила, которые нельзя нарушать: например, находясь в одной комнате, разделенной на две половины, нельзя через стол пролезть на сторону соперника, ведь в тот момент, когда вы будете перелазить чрез середину, вас засечет датчик и ваше тело пополам разрубит гильотина; нельзя также намеренно удерживать мячик у себя, чтобы не дать сопернику забить вам больше голов, чем вы забили ему, – это карается смертью. Если вы удержите у себя мяч более 15 секунд, то вас тут же застрелят солдаты. Ну а теперь, если с правилами все понятно, то прошу выстроиться в очередь за получением завтрака; на завтрак у нас сегодня рисовая каша, бутерброд с колбасой и сыром и кофе в банке. Приятного аппетита!» Людей распределили также при помощи вращающегося барабана. По одному человеку отправляли то в одну, то в другую дверь. Николай намеренно держался поодаль от деда, прошедшего афган, надеясь, что его не поставят с ним в пару. Но в этом мире все решают деньги: некоторые лица, - из тех, что веселятся в комфортном зале, отдыхают и наслаждаются едой и напитками, которые делают ставки, - подкупили начальника охраны, чтобы он отдал своим солдатам распоряжение, чтоб они при тасовке людей поместили в одну комнату Николая Волкова и Константина Ставропольского (так звали старика). Таким образом, эти двое в очередной раз встали друг против друга. 63 человека выстроились пред красной линией, располагавшейся в 10 метрах пред длиннющим одноэтажным зданием, простиравшимся вширь. Еще 63 человека тоже выстроились в линию на другой стороне здания. Солдаты стояли у дверей с автоматами. Все игроки ожидали сигнала. Сначала загорелся красный фонарик, затем желтый, а спустя секунду зеленый. Прозвучал оглушительный выстрел со всех сторон. Люди, стоявшие за красной линией, спустя миг оказывались у игрового стола напротив своего соперника. Нельзя было медлить ни секунды, ведь мяч выкладывался на ту или другую сторону рандомно и если ты хоть на несколько секунд задержишься в его поиске, то тебе крышка: позади игроков с двух сторон стоят солдаты за дверью и внимательно смотрят сквозь прямоугольное отверстие в двери. Николай рванулся так, что нечаянно поскользнулся на песке, когда пытался притормозить у двери, и потерял несколько секунд времени. Подбежав наконец к теннисному столу, он с ужасом заметил, что счет на электронном циферблате, встроенном в боковую стену, составляет: 1:0 в пользу старика. «Похоже, мяч изначально оказался у него на стороне и он быстро успел вбежать и забить мне один гол. – Промелькнуло у него в мыслях. – Стало быть, мяч сейчас у меня! Однако где он?! – быстро думал Николай, вертясь кругом себя и пытаясь отыскать мяч в песке. – Неужели я затоптал его, когда вбежал сюда?!». Константин злобно, с ухмылкой поглядывал на него. Вокруг его глаз рисовались темные круги от недосыпа. Настоящий маньяк! Он метнул шарик так, что тот отскочил от потолка и сильно впал в песок, так что Николай даже и не заметил, как наступил на него. Волков упал на колени и принялся расшвыривать песок в разные стороны, разыскивая мяч и сыпля проклятиями. - Где же он, черт побери! – воскликнул он в отчаянии. - Ты не разбрасывай так песок-то! – усмехнулся старик. – А то вдруг зароешь мяч. Может, он по бокам, хе хе хе! Но, когда у Николая оставалось буквально несколько секунд, он отыскал мяч, радостно схватился за него, как за последнюю надежду, взял ракетку со стола и запустил мяч. Игра началась. Солдат, который вошел уже было в комнату и приготовился стрелять в Николая, развернулся и встал на свое место за дверью. - Все равно не повезло тебе, - пыхтел старик, - раньше, когда я еще не служил и не сидел, я был лучшим игроком в настольный теннис… - Вот как… - говорил Николай, с трудом отбивая резкие углы деда. Он отбил сначала правую подачу, а потом, когда старик отбил шарик в левую часть стола, ему пришлось перебежать к левой стороне, затем опять к правой, потом к левой и так несколько раз гонял он его, чтобы потом раз – обмануть и метнуть в одну и ту же сторону подряд, пока он рефлекторно перебегал к другому углу. - Ха-ха-ха! – смеялся старик. – А это между прочим известный прием. Теперь 2:0 в мою пользу. Раньше… мы, дворовые пацаны, на секцию по теннису ходили, так там в очередь друг за дружкой выстраивались. Кто проиграл – сразу на вылет, а за ним следующий и так далее, пока не победят этого одного… Так вот, обычно я чрез человек 20 только проигрывал. Мало кто мог быть мне достойным соперником. Запомни, щенок, наша жизнь – это спортивная игра, где есть только один победитель. Есть тот, кто проиграл, а есть тот, кто победил. Такое вот разделение. - Это завораживает, - проговорил Николай, - тем более, что это правда… будет печально, если такой человек, как вы – проиграет и больше не будет участвовать в этой бешеной гонке. - Не стоит с такою простотою относиться к жизни, - продолжал дед, отбивая мячи с ловкостью повара, раскладывающего еду по тарелкам, - она постоянно кидает нас в причудливый калейдоскоп случаев и вероятностей. Целую минуту ты можешь быть уверен, что ничего не произойдет, однако спустя секунду после такой мысли жизнь подкидывает нам то, что не подчиняется логике и здравому смыслу. Игра вероятностей и редких случайностей! - Так ты веришь в случай? - спросил его Николай, тяжело дыша, - значит, ты не против предопределения? - Не понял, - переспросил дед. - Я имею ввиду, - продолжал с небольшими паузами Николай, - как ты думаешь, может, кто-то свыше владеет нашей волей и строит нам судьбу или это мы сами? Ведь сложно в это поверить, что мы с тобой стакнулись два раза… Ну, напрямую. Сложно утверждать, что такое невероятное совпадение- это воля случая… может, что-то или кто-то сделал так? - уж поверь мне, - улыбнулся старик после еще одного забитого шарика, - мне, заядлому лудоману, что ничего математичнее и, так сказать, реалистичнее в (научном смысле) игры случая и вероятности не существует. Во времена, когда я служил, в нашу воинскую часть пришло распоряжение свыше: необходимо было пополнить запас солдат. 88 год. Наша армия готовит контрнаступление. Нужны были люди. Из нашей роты путем вытягивания жребия хотели забрать нескольких солдат в Афганистан, в горячие точки. Времена тогда были лихие, не удивляйся даже, что так и решались судьбы людей в те дни. Так вот. Мне повезло: я вытянул целую спичку, а других восемь моих товарищей забрали в Афганистан. Никто не вернулся. Светлая им память и земля им пухом. С тех пор я твердо уверовал в игру вероятности и в случайности. Даже в удачу, если можно так выразиться. Николай проигрывал со счетом в 4 : 7. После рассказа старика он очень странно себя чувствовал. Впоследствии он вспомнил, что именно такое странное ощущение у него возникало, когда он чуял явную ложь в человеке. У Николая был дедушка по отцовской линии – Леонид Давидович Волков, - который умер еще, когда Николаю было лет 7. Он вспомнил, как дедушка рассказывал ему про Афган, показывал медали и ордена. Но про саму войну рассказывал ему не часто, вообще он почти все время ходил мрачный и молчаливый. Но тут Николай вспомнил, как дедушка рассказывал ему историю про то, как происходил, собственно, отбор людей на войну. В их воинской части в то время действительно царила какая-то сумятица. Это было где-то в Челябинской области. Там поднялась шумиха из-за какой-то роты в автобатальоне, где, по слухам, перед жеребьевкой был подкуплен писарь, который раздавал жребии. Он специально выстроил спички определенным порядком так, чтобы целая спичка выпала на определенного человека в строю (построенному по ранжиру), на того самого, который и подкупил писаря. Потом подкупили и солдат в роте, чтобы не особо шумели. И вроде как слух чудом замяли и до командования роты ничего не дошло. Все вдруг стало совершенно ясно для Николая. Цепочка в уме его сложилась. Он медленно проговорил, прямо и бесстрастно смотря в глаза старику: - Скажи мне только вот что: в какой воинской части ты служил? В какой области? - В Челябинской области, - медленно и недоверчиво проговорил дед, прищурив глаза на Николая. - В автобатальоне? Дед кивнул. - Твоя фамилия ведь Ставропольский? - Верно. - Мне дедушка именно про Ставропольского тогда рассказывал, как про главного подозреваемого в выдаче взятки. - Да что ты, черт побери, такое несешь, сучий потрах! – не вытерпел и вспылил дед. - Нет, заврался ты, отец, заврался… Ты ведь вчера только утверждал, что прошел Афган. Али запамятовал? Ты ведь это только для устрашения сделал, чтобы меня испугать, да? А теперь и забыл, что такую небылицу сморозил. Ты ведь тогда думал, что я не выживу. Напрасно. Это ведь ты взятку дал писарю, чтобы он тебе целый жребий подложил. Ну, не сломанную спичку-то. Никакая то не игра случая и не удача была, стало быть. Наш мозг имеет занятную функцию: стирать все плохие воспоминания. Твое подсознание изменило истину и подменило ее на ложь. С тех самых пор, как ты подкупил писаря, а твои верные друзья-товарищи, (которых ты наверняка очень ценил, а они любили тебя), они отправились на войну и не вернулись, так вот, с тех самых пор ты испытываешь чувство вины перед ними и считаешь, что это из-за твоей взятки порядок жребиев испортился и в результате выбрали именно их. По твоей вине. И с тех пор в твоей голове сформировался защитный механизм: ты страстно уверовал в игру случая и вероятности, в удачу. Грубо говоря, подсознательно ты свалил всю вину на волю случая и удачи. Нашел для себя оправдание. Это все теория вероятности. Это все удача. Просто мне повезло, а им нет, - думаешь ты. С тех пор ты настолько уверовал в удачу, в вероятность и волю случая, что даже стал, как ты про себя говорил, заядлым лудоманом. Ты стал находить утешение для своей совести в азартных играх. Ведь так тебе легче всего оправдывать себя. Находить подтверждение твоей теории об удаче. Ты долгое время играл, чтобы самоутвердиться. И вот посмотри до чего ты дошел – ты должник Комаринского, ты играешь теперь на свою собственную жизнь. Вот, до чего довела тебя собственная ложь! Ставропольский выслушал все это в невероятном бешенстве. Он покраснел. Наконец он не вытерпел – наклонился, присел, вынул из своей туфли дротик, затем выпрямился и, прокричав: (Сдохни, мразь!), метко метнул его прямо в левый глаз Николая. Николай неистово закричал. Тут же он вынул дротик, схватился за свое лицо и сильно сжал его от боли. Кровь хлынула ему на руки, он покачнулся, ударился о стенку головой и посмотрел на время – 7:12. Тем временем счет игры – 5 : 10. В пользу Ставропольского. Мяч лежал на песке, на стороне Николая. Надо было срочно что-то предпринять. «Ну не могу я умереть здесь просто так! – думал он». Зажав левый глаз левой рукой, он, морщась от боли, нагнулся за мячом, схватив вместе с ним горсть песка. - На, твоя подача, сучара, - воскликнул он, кинув мяч вместе с песком в глаза старику. Он на мгновение замялся. Стал отряхиваться. Николай не растерялся, схватил дротик и со всей силы запустил его в стекло датчика движений над столом, под потолком. Дротик вонзился и громадная гильотина обрушилась на стол, не желая более подниматься. Тем самым Николай заблокировал Ставропольского на той стороне комнаты, не давая возможности перекинуть мячик. Теперь он невольно стал нарушителем правил. - Запомни, старик, - сказал со злой усмешкой Волков, - человек сам определяет свою судьбу. Удачи или предопределения свыше не существует! Он услышал бешеные ругательства с той стороны и щелчки мяча, который отскакивал от лезвия гильотины и безуспешно пытался пробить твердь стали. Николай отсчитывал 15 секунд. Потолок уже опустился до такой степени, что пришлось немного наклонить голову. «Неужели вся моя жизнь – это глупая ложь… оправдание…» - думал Ставропольский, беспомощно опустившись на песок и качаясь из стороны в сторону. Николай отсчитывал время: 5… 4… 3… 2… 1… Прозвучал выстрел. Старика больше нет. Он умер за то, что удержал мяч на своей стороне; хоть и невольно – он стал нарушителем правил и поплатился за это. Люди, которые смотрели игру на больших экранах, заметили, что старик умер с улыбкой на устах.

Глава 10.

Вернувшись в свой блок, Николай сперва позаботился о том, чтобы перевязать свою рану – он оборвал кусок белой ткани из простыни и перевязал свой кровоточащий глаз. Белая повязка теперь красиво обрамляла его лоб и часть волос. Некоторое время он сидел в полнейшем восторге и упоении от победы в минувшей игре. Он теперь был уверен, что у него получится дойти до конца. В течение следующих 30 минут он видел, как в блок мало-помалу возвращаются люди, ободренные победой. В их глазах не читалось прежнего отчаяния, а только уверенность в завтрашнем дне и желание выиграть. Пришла девушка, вопреки ожиданиям Николая. Но она вернулась одна, едва волоча свои ноги, у нее было убитое лицо. Как только она вошла в блок, на нее тут же устремились похабные и наглые взгляды. К ней подбежал один лысый череп и пристроился позади нее, схватив ее за плечи и начиная тереться об ее ягодицы причинным местом. Другие, видя это, радостно восклицали и смеялись. Смеялись все, кроме Николая. Он был в гневе. Он среагировал быстро: вскочил с кровати, бросился к центру помещения в толпу полуголых зеков, теребящих себя спереди и готовящихся к изнасилованию бедной девушки. Николай растолкал всех и с разбегу пнул ногой в зека, который пристроился к девушке сзади. Не дав ему опомниться, Николай навалился на него и принялся превращать в борщ лицо его. Он колотил по его лицу с бешенством и большой силой. В разные стороны то и дело летели зубы и кровь. В конце концов это заметили солдаты, ворвались в казарму и оттащили Николая от полудохлого зека. - Так произойдет с каждым, кто хоть пальцем до нее дотронется, - ревел он бешено, - поняли, черти?! Зеки молча и угрюмо разошлись по койкам. По причине того, что казарма на половину опустела, многие двуярусные кровати уже пустовали. В связи с этим Николай передвинул некоторую их часть в угол, сформировав некое подобие баррикады. Так он решил обезопасить себя и девушку. Она весь вечер просидела, прижавшись к его плечу. У нее даже не хватало сил плакать – настолько она была в оцепенении от ужаса и отчаяния. Николай все понял. Он прекрасно понял, что ввело ее в такое апатичное состояние. Чем выше опасность для его жизни, тем ярче в нем возгораются пламенные чувства, да и в целом все его пять чувств чрезмерно обостряются. Он вдруг становится необычайно проницателен и догадлив. Опасность заставляет его двигаться вперед, - так ведет себя хищный зверь, угодивший в ловушку. Заставляет его мозг эволюционировать. Словом, он понял, что пацан пожертвовал собой, чтобы спасти ее. Скорее всего, он просто держал мяч у себя более 15 секунд. Может, это была сознательная жертва, а может быть, он просто был тупой. «Впрочем, - думал он, - хотелось бы мне посмотреть на лицо того солдата, который застрелил ребенка». - Мой ребенок… - глухо проговорила девушка. – Мой ребенок… Она повторяла это, пустыми глазами смотря куда-то вдаль. - Давай заделаем нового, детка! – воскликнул какой-то увалень сбоку. Николай грозно глянул на него чрез решетки двуярусных кроватей и он быстро стушевался. На ужин они ели холодную пиццу с ананасами, гречку с консервами и сладкий черный чай. Даже среди зеков находились те, кто с отвращением выковыривал из пиццы ананасы, но зато все с большим аппетитом набрасывались на гречку с консервами и на знакомый черный сладкий чай. В восьмом секторе все тоже не особо были рады пицце с ананасами. Все. Кроме одного исключения. Кроме невероятно крутого, великолепного, непревзойденного, несгибаемого пред жизненными трудностями, умного и хитрого, - а потому от большого избытка ума и крайне страдающего (впрочем, обожающего страдать), - человека. Надо поднять планку выше! То был не просто человек,- а сверхчеловек! Он просто обожал, идя по улице, на публике, пред людьми корчить из себя большого оригинала, любил строить на лице своем кислую мину (как можно более меланхоличную и страдающую); он был из тех людей, которые некогда «повидали некоторое дерьмо» - и потом считают себя из-за этого уникальными; он был из тех людей, которые вечно комплексуют по поводу своего интеллекта, - а потому он уже с юношества был самым начитанным и умным среди своих сверстников (по мере своего роста или, правильнее сказать, старения, он чем больше завидовал тем, кто умнее его, тем с большей прытью он пускался грызть краеугольный камень науки); он был из тех, кто постоянно испытывает какие либо неудачи – и вследствие этого очень мучается, обильно рефлексирует над своею жизнью, задается разными вопросами, - и приходит к заключению, что он жалкий, никому не нужный, бесполезный кусок мусора. После этого обязательно слезы, мучения, большое страдание. Затем ободрение и эмоциональный подъем вследствие страдания – от осознания своего низменного положения. Это тот, кто нуждается в постоянной борьбе, которая будет разжигать в нем пламенные чувства и возвращать к жизни. Он борется за свое существование. Иначе ему будет скучно жить и он наложит на себя руки. Он был из тех людей, которые вследствие своей мнимой неординарности, оригинальности и избытка фантазии мнят себя теми, кто не боится смерти и всегда пытаются это доказать или по крайней мере делают вид, что для них их жизнь стоит не больше, чем пуговица. Он научился ненавидеть мир раньше, чем сумел его полюбить. К своим 22 годам он уже успел поседеть и даже посидеть. Многие дали бы ему на вид лет 40, ибо лицо его было испещрено морщинами. Звали его Даниил Лисанов. Он с большим удовольствием уплетал пиццу с ананасами и говорил: «обожаю еду для извращенцев!». Другие на него странно смотрели и отсаживались. Это лицо упомянуто было неспроста. Неспроста же он выжил, да и вообще – было 126 человек, а после последней игры число это сократилось ровно на половину. Это лицо оказалось в половине выигравшей. Значит, заготовлена ему судьбой роль значительная. Тем временем в зале для просмотра игры в прямом эфире все очень досадовали, что их ставка проиграла и они лишились денег колоссальных. Харитонов обидчиво, но сдержанно и с достоинством огрызался и в досаде своей говорил, что «лучше бы всех этих людей на войну отправили, чем впустую тратить их жизни развлечения ради. Наша страна, - говорил он, - нуждается в людях!», на что Настя ему отвечала: «А на войне, по-вашему, их жизни не будут потрачены впустую?». Она ликовала, смеялась и вообще пребывала в крайнем возбуждении. Ночью, однако, она была очень раздражена и мысли ее не давали ей уснуть. Она колотила матрас и грызла подушку. Ее явно бесила мысль, что никак не удается убить Волкова. На следующий день она проснулась с одной очень интересной мыслью.

Глава 11.

Утро. Солнечный луч падает на золотисто-рыжие кудри девушки. Николай обнаруживает с недоумением, что они спали в обнимку. Видимо, это от холода, - сообразил он. Завтрак из овсянки с сосисками, из десерта – бананы с шоколадом, блинчики и кофе. «Доброе утро! – восклицал голос из колонки. – Теперь общее ваше количество 63 человека! Поздравляем! Однако на совещании спонсоров мы выяснили, что для следующей игры необходимо четное число. Сначала мы рандомным образом хотели выбрать одного человека и убить этого счастливчика. Но потом совет спонсоров единогласно решил, что девушка под номером 802 не должна участвовать в данной игре. За ней вскоре приплывет катер и солдаты проводят ее. – в казарму вошли солдаты и схватили упиравшуюся девушку под руки. Николай хотел было подняться и постоять за нее, но ему пригрозили автоматом и приказали сидеть молча. Девушку вывели. Голос из колонки продолжал: - Ну а теперь вас 62. Сегодняшняя игра называется «Лапта». Вероятно, те, кто рос на улицах, во дворе, те знают правила. Непосвященным скажем так: есть две команды: одна команда в городе, а другая в поле. Стало быть, 31 человек в поле и столько же в городе. Городские имеют при себе биту и мяч. В четко ограниченном поле один (первый игрок из линии горожан) должен бить по мячу, а второй игрок слева от него мяч этот должен подавать. Кстати, если вы отбили мяч в аут, то у вас будет еще два шанса его переотбить, а потом – смена отбивающего. Отбил мяч – мяч должен удариться об территорию тех, кто находится в поле. После этого отбивающий должен сломя голову броситься бежать чрез все поле на отмеченную линией территорию, пока люди из поля не осалили его мячом. Если он пробежал до этой территории без всяких проблем, то он может остаться там и не бежать назад в город, поскольку мяч к тому моменту уже успеют подобрать «поляки» и при обратной перебежке могут легко осалить его. Далее отбивает мяч тот, кто до этого подавал его. Он бьет по мячу в территорию поля и теперь тот, кто остался на той стороне, обязан бежать назад в город, а тот, кто отбивал – из города за территорию поля. Если все пройдет удачно, если бегущего в город из-за поля не осалят, и он успешно добежит до города, то он приносит своей команде одно очко. Надо подметить, что поляки могут осалить горожанина только в тот момент, пока он бежит по их территории. В том случае, когда осаливание удается – команда поляков перебегает на территорию горожан. Но не все так просто! Осаленный горожанин может тоже теперь подобрать мяч и осалить поляков. И так много раз взаимно, пока либо вся команда не перебежит из поля в город неосаленная, либо этот осаленный горожанин не переосалит кого нибудь из поляков и не сбежит в город. Еще од из поля в город неосаленная, либо этот осаленный горожанин не переосалит кого-нибудь из поляков и не сбежит в город. Еще одно правило касаемо кражи биты: да, биту можно красть, если отбивший мяч побежал и опрометчиво бросил ее за лиинию, разделяющую территорию горожан и поляков. В таком случае полевые игроки могут подобрать биту и вся их команда таким образом переходит в город. Специально фолить, ставить подножки, преграждать путь и бить других игроков запрещается – это сразу карается: автоматически команда, которой помешали, получает очко. И последнее правило: свеча. Этим термином обозначают момент, когда кто-то из поля ловит только что отбитый мяч в полете. Когда такое происходит – команды меняются территориями. Игра будет длиться 30 минут. Одна команда будет красной, а другая синей. Итак… Таким образом, та из команд, которая наберет наибольшее количество очков – побеждает, а команда, набравшая меньшее количество очков – проигрывает и в конце матча расстреливается на глазах победивших». Игра началась. Николай оказался в красной команде, находящейся в поле. По периметру игрового поля, обнесенного невысоким барьером, располагались вооруженные солдаты в черных защитных шлемах. Почти сразу внимание Николая привлек один молодой человек из противоположной синей команды, который явно выделялся на фоне бритых голов. Это был высокий молодой человек (лицо которого, однако, выглядело довольно старым и носило на себе глубокие морщины страданий), с седыми длинными волосами, в беспорядке колышущимися на ветру и воинственно топорщащимися. Он был худым настолько, что ребра его выделялись чрезвычайно, но в то же время щуплая кожа обтягивала как бы тонкие некрасивые мышцы пресса (создавалось впечатление, будто пред тобой стоит образец человека из анатомического музея). Кроме того: тонкие длинные руки и пальцы, ноги такие же. Верхняя часть его тела была голой, нижняя – прикрыта какими-то светло-серыми спортивными штанами. Черная кофта опоясывала его, завязываясь рукавами. Обуви на нем не было. Виднелись небольшие мозоли. Николай еще раз внимательно осмотрел его с ног до головы: его глаза! Бесстрастные, спокойные и как будто устало, - не без лукавства и самодовольства, - презирающие весь свет глаза хитрого ублюдка! Николай все понял. Это были глаза убийцы. Он решился первым отбивать мяч. Его глаза блеснули, он улыбнулся. - Внимание всем! – воскликнул Николай. – Следите за полетом мяча! Помните: если нам удастся перехватить его в полете сразу после подачи – мы займем город! Только находясь в городе можно заработать очки своей команде! Давайте, соберитесь! Если выиграем с большим количеством очков, то останемся в живых! - А ты, я погляжу, прошаренный, - ухмыльнулся Лисанов и занес над головой плоскую биту, готовясь отбивать. Он отбил мяч так, чтобы он сразу полетел вниз и избежал «свечи». Лисанов хотел было дернуться и побежать, но остановился, с досадой заметив, что мяч не отлетел в сторону после того, как приземлился, поскольку песок амортизировал силу, с которой мяч был отбит. Мяч оказался очень близко от отбивающего – так что бежать было бессмысленно, ведь в противном случае его легко могли бы осалить. Прозвучал свисток. Мяч вернули в город. Место отбивающего занял тот, кто подавал мяч, а Лисанов занял место пред линией, готовясь бежать на ту сторону при следующей подаче. - Кретин! – кричали на него люди из его команды. – Какого черта ты отбил мяч так близко?! Теперь ты обязан бежать после подачи! - Молчите, идиоты, если не способны узреть моих замыслов и мою стратегию! – самодовольно усмехнулся он. – Просто молчите и вы сами все увидите! Сейчас… я… мы принесем вам два очка! Все дело в том, что мы застанем соперника врасплох и собьем с толку, когда рванем сразу вдвоем! Мяч отбит. Приземлился в дальний левый угол поля. Все игроки в поле лихорадочно набросились на этот мяч, а тем временем из города рванули сразу два игрока. - Быстрее! – кричал Николай. – Нам хватит лишь осалить одного из них, а потом быстро перебежать в город, за линию! Вот он, осаливайте его! Он же прямо на тебя бежит! Это бежал Лисанов. Причем чрезвычайно быстро. Он бежал без страха прямо на игрока, у которого был в руке мяч. Это было равносильно тому, как если бежать на человека, в руках которого заряженный пистолет. Одно мгновение. Одно движение лицевыми мышцами. Одно движение руки. Этого хватило, чтобы в один миг определить, когда будет выброшен мяч. В это мгновение, как будто телекинезом предвидя бросок мяча, Лисанов изогнулся в три погибели и мяч пролетел мимо него. Он же встал и бросился дальше, к зоне за полем. Задел ее рукой и тут же бросился назад вместе со вторым игроком. - Давай, - крикнул Лисанов ему, - путь безопасен. Мы можем сразу бежать в город. Видишь? Мяч улетел в аут. Мы успеем! Так они и поступили. Пока команда красных подбирала мяч, а потом и второй раз промазали, эти двое уже успели добежать до линии города. Прозвучал свисток. У команды синих – два очка. У красных – 0. - Да! Ура! Есссс! Мы победим! – кричали и радовались в команде синих. – Красавы, мужики! - Ха-ха! Не подвел, черт! Выходит, зря я на этого белобрысого быканул! - Красные лошары! Мы вас в сухую обставим. Николай увидел, под каким углом держал биту следующий отбивающий. Он быстро сообразил и перестроился. Мяч отбит. Он летит в сторону Николая, но тот его не смог поймать, поскольку его подвел единственный теперь глаз его. Он немного ошибся в том, где надо стоять: мяч обошел его чуть левее и ударился о землю. Прозвучал свисток. Отбивающий бросился бежать чрез поле. - Черт! – воскликнул Николай и упал навзничь за мячом. Встал. Замахнулся и осалил бегущего игрока из синей команды. – Быстрее! Теперь все бежим в город! Все игроки из красной команды бросились бежать в город. - Не дайте им себя переосалить, - кричал Николай. В это мгновение он увидел, как между игроками ловко планирует тощий Лисанов. Он бежал к мячу. Схватил его и в тот момент, когда Николай был уже у линии города, бросил ему в спину. Прозвучал свисток. Со всех сторон на Волкова посыпались ругательства. Переосаливание! Теперь красная команда должна была возвращаться в поле и переосаливать синих. Николай взял мяч побежал с ним вплотную к Лисанову. Сделал вид, будто замахивается, но не выкинул мяч, дождавшись, когда у того сработают рефлексы и он упадет к земле, уворачиваясь от мяча. Лисанов упал, и в недоумении увидел, как Николай подходит к нему вплотную и бросает в него мяч. Лисанов, будучи худым и гибким, как змея, уворачивается на песке, переворачиваясь быстро сосиской. - Скользкий тип! – вскричал Николай, поднял мяч и в этот раз присел на корточки и рукой подвел мяч к телу Лисанова и осалил. Прозвучал свисток. Николай рванул к городу, предварительно бросив горсть песка в лицо Лисанова, чтобы тот не подумал его переосалить. Команда красных успешно заняла позицию в городе. Лисанов отплевывался отряхался, а потом с ненавистью стал следить за Николаем так, как будто хотел его убить. Николай специально повернул плоскость биты как бы чуть вправо. «Глупая затея! – подумал Лисанов. – Очевидно, что ты хочешь обмануть нас! Перед подачей повернул биту в одну сторону, а на самом деле потом будешь бить в противоположную сторону! Я тебя разгадал. Я читаю твои мысли, ты, жалкая претензия на оригинальность! Ты умрешь в конце этого матча!». Лисанов перестроился на правый фланг и ожидал свечу. Николай только этого и ждал. Прозвучал свисток. Он замахнулся и отбил мяч ровно туда же, куда изначально и повернул плоскость биты. Мяч полетел вправо от Николая и ударился о песок так близко с линией города, что в тот момент, когда Николай побежал, он уже был на достаточно большом расстоянии от мяча, чтобы безопасно перебежать через поле. Он бежал по левой стороне поля, и, пробегая мимо Лисанова, заметил, как тот зажал в руке песок. Николай среагировал быстро – прикрыл голову рукой и зажмурил глаза. Песок лишь распылился в его густых черных волосах. Он успешно перебежал поле и решил остаться на той стороне, поскольку при обратной перебежке был высок риск осаливания. Прозвучал свисток. Теперь отбивал мяч тот, кто подавал его Николаю. Аут! Еще один раз. Теперь мяч полетел ровно. Николай видел по траектории его полета, что он летит прямо в лапы Лисанову. Здесь будет очевидная «свеча»! Он это предвидел и сразу бросился бежать из безопасной зоны в поле, он оказался за спиной Лисанова. Когда последний поймал свечу и выкрикнул это слово, он положил мяч рядом с собой, и, пока вся его команда перебегала в город, он не заметил, как позади него вырос Николай и замахнулся в него мячом. Рефлексы опять сработали раньше, чем его сознание и он опрометчиво лег на песок, открывшись тем самым для безошибочного осаливания. На сей раз Николай с такою силой бросил мяч в Лисанова, что мяч отскочил от него далеко в зону аута. Теперь у него было достаточно времени, чтобы добежать до города. Даже тот, кто отбивал после Николая, успел перебежать поле, а потом вернуться назад, в город. Все игроки из команды красных шумели и ликовали. Таким образом, команде красных было принесено 2 очка. Итоговый счет: 2:2. В команде синих стали ругаться и в досаде пинать песок. - Тихо всем! – вскричал Лисанов. – Распределитесь по территории поля равномерно. Ловите свечу! Так мы быстрее сможем занять позицию в городе. Осталось 15 минут до конца матча! Соберитесь! Вы же не хотите сдохнуть здесь, верно?! Прозвучал свисток. Мяч успешно сел на территорию поля, избегнув свечи. Отбивший игрок хотел было бежать, но Николай приказал ему не двигаться с места и быстро подобрать биту, которую он выбросил по неосторожности на территорию поля. - Куда же ты собрался бежать, идиот, - обратился он к низкому зеку, - не видишь что ли, что мяч лежит в совершенно невыгодной позиции для бегущего?! Прямо на середине поля. К тому моменту, когда ты пересечешь половину, мяч уже успеют подобрать и тебе крышка! Тебя осалят. Поэтому всегда старайтесь отбить мяч как можно ближе к линии города, - обратился он к своей команде, - но как бы в сторону от вас, чтобы совершить быстрый старт, а потом бежать уже в абсолютной безопасности, поскольку мяч будет позади вас! Такая тактика! - Что же мне сейчас делать? - Пока жди. После следующей подачи тебе придется бежать вместе с отбивающим. Беги сразу, как бита коснется мяча! Понял? - Понял! Свисток. Мяч отбит, напротив, в левый дальний угол, поскольку он был открыт, ведь после речей Николая большинство зеков из синей команды подошли ближе к линии города, они повелись на обман, что неудивительно: в такой сумасшедшей обстановке, где от результата матча зависит твоя жизнь, ты невольно замешкаешь и будешь до невнимательности рассеян и потрясен. Двое рванулись с места. Двое пересекли территорию поля и собирались уже было бежать назад, в город, но пред ними возник Лисанов с мячом в своих длинных руках, готовый осалить их. - По правилам, - спокойно и самодовольно проговорил он, - на безопасной зоне нельзя задерживаться двум игрокам. Там всегда ожидает лишь один. Вы оба сейчас же должны перебежать назад, в город. Не так ли? – он прищурился и повторил. – Не так ли? Прозвучал свисток. Бегите! Они побежали, но одного из них Лисанов все-таки осалил, по методу Николая, так, чтобы мяч отбился от тела в аут. Николай предвидел все это, а потому заранее выбежал на территорию поля, чтобы переосалить Лисанова. Он крикнул, чтобы один из бегущих кинул ему мяч из зоны аута. Он принял мяч и осалил Лисанова. Двое бежавших добежали до города, однако очков не принесли, поскольку один человек из их команды все еще оставался в поле. Это был Николай. Ему было необходимо вернуться в город, чтобы команда красных получила два очка. До конца матча осталось около трех минут. Он не мог вернуться, поскольку они вдвоем, - Волков и Лисанов, - взаимно переосаливали друг друга. То был поединок между двумя мужчинами. - Почему ты не бежишь в город после того, как переосаливаешь меня, - спросил его Лисанов, - потому что тянешь время до конца матча, чтобы в последнюю секунду рвануть и как герой какого-то романа принести очки своей команде в последний момент? - Верно, - бесстрастно отвечал Николай, - перед своей смертью ты был награжден высшими силами узреть пред собой сверхчеловека. Это я! - Что? – рассмеялся Лисанов. – Нет! Это я сверхчеловек! - Не могу в это поверить, - усмехнулся Николай (он чувствовал, что задел ту самую черту в человеке, после которой им можно манипулировать. К тому же он знал такой сорт людей, ведь сам отчасти был таким, поэтому знал, на какие точки надо давить), - не могу поверить, что ты не боишься смерти. Ты всего лишь жалкий позер, который самоутверждается за счет мнимой неординарности. Нефор. - Пф, я не боюсь смерти, - отвечал он, весь дрожа. Между ними росло напряжение, которое они, однако, пытались маскировать друг пред другом. Их команды недоумевали, поливали их обоих матом и кричали. Они стояли вплотную друг к другу и по очереди задевали друг друга мячом, передавая его из рук в руки. И красная, и синяя команды бесились. - Не боишься смерти? – спросил Николай, - Так докажи мне это! Докажи, что не прожил свою жизнь жалким человеком. Докажи, что все это было не просто так. Умри достойно. Узри картину конца света и встреть свой конец бесстрастно. Тогда я признаю за тобой первенство сверхчеловека. По морщинистому лицу Лисанова потекла слеза. В тот момент, когда он получил из рук Николая мяч, он выронил его на песок. Потом присел, чтобы подобрать и вместе с мячом захватил горсть песка. Николай заметил это, встретил злую ухмылку на лице Лисанова. - Не бывать этому! Мы умрем вместе! Будет ничья! – Лисанов замахнулся мячом с горсткой песка в руке. - Обойдешься! – быстро проговорил Николай и вынул из карманов своих джинсов две горсти песка, и, опередив Лисанова, кинул ему в лицо песок. Лисанов встал на четвереньки и принялся отряхиваться, откашливаться и отхаркиваться от песка. Однако встал и в последний момент бросил мяч в сторону убегающего Николая. Мяч не долетел. Волков успешно пересек линию города. Теперь красная команда заработала еще 2 очка. Итого 4:2 в пользу красных. Оставались считанные секунды до завершения матча. Прозвучал свисток. Матч окончен. Победили красные. И передать нельзя, как они смеялись и радовались, швыряли песок в воздух, изображая залп фейерверка, прыгали и валялись в песке. Лисанов в изнеможении, с совершенно потерянным и пустым взглядом упал на колени. - Спокойно, мой друг, - подошел к нему Николай и похлопал по плечу, - выше нос, сверхчеловек. Ты не должен бояться того, к чему неминуемо приходит каждый живой организм. Будь рациональным! Или же… на самом деле всю свою жизнь ты ошибался и никакой ты не сверхчеловек? Ты ведь боишься смерти, не так ли? Выходит, вся твоя жизнь прошла в притворстве и самоутверждении. Ты прожил пустую, жалкую и никчемную жизнь. Ух, как просто, однако, можно обесценить чужую жизнь. Лисанов выслушал это в невероятной дрожи и, не выдержав последнего самодовольного взгляда Николая, набросился на него, словно дикая кошка, чтобы придушить. Его схватили солдаты и оцепили группу проигравших от группы победителей. Последних проводили до своих казарм, попутно помыв их из шланга холодной водой. Николай с большим удовольствием промыл свои засаленные волосы, в которых было очень много песка, промыл рот, глаза и прочие щели, куда мог бы затесаться песок. Он с большим наслаждением прильнул к холодной струе воды, которая на вкус казалась немного соленой. Он пил и упивался полминуты. Такую же процедуру проделали и остальные победители. Им всем приказано было занять одну казарму. Вечером они ели шоколадный торт, макароны по-флотски и свежие овощи. Пили чай. Закатное солнце перекрасило всю поверхность багряным цветом. Над сбившимися в кучу проигравшими игроками прокричали чайки. Это были последние птицы, которых слышали проигравшие. Однако за секунду до автоматной очереди, главному офицеру по рации сообщили некие сведения. Он приказал своим солдатам подождать. Те встали кольцом вокруг проигравших и возвели на них дуло. Ему сообщили, чтобы вывели из группы проигравших Даниила Лисанова. Так и поступили. Его вывели, а остальных расстреляли. В полусумасшедшей агонии и лихорадке он стоял, человек, который только что мысленно и всем существом своим приготовился было умереть, но казнь которого в последний момент отменили; он стоял, глаза его горели, он ухмылялся и ухмылка его переходила в безудержный смех. Он стоял и наблюдал картину конца света. Тем временем в зале для просмотра игры за несколько минут до расстрела проигравших: - Да. Так будет лучше, господа, - отвечал с улыбкой Комаринский собравшемуся совету из господ, делающих ставки. – Так и быть, помилуем этого Лисанова. Согласен, это справедливо: он заработал очки своей команде, а кроме того еще и изрядно поразвлек нас. - Да и жалко будет такой кадр убивать. – сказал Харитонов. – К тому же на него большие деньги несколько человек поставило. Да и сверх того: в следующих играх потребуется четное количество игроков. А вместе с этим бедолагой их всех и будет как раз 32! А еще я думаю, - обратился он к Насте, которая сидела в глубокой задумчивости, - этот тип наиболее, чем другие, способен сейчас уничтожить твоего Николая.

Глава 12.

«Доброе утро, игроки, - приветствовал их голос из колонки, - сегодня вам подадут на завтрак крабов, картофель фри и пиво в неограниченном количестве. (После слова «пиво» в казарме среди зеков пронесся радостный вопль и одобрительные крики). – Наши игры, которые, мы уверены, доставляют вам чрезвычайное удовольствие, равно как и нам, следящим за вашей игрой чрез экраны, медленно подходят к финалу, а посему, начиная с сегодняшнего дня, мы будем подавать вам более изысканную пищу, дабы напомнить вкус жизни, которую вы легко можете здесь потерять. Итак, сегодняшняя игра называется «лабиринт минотавра». Сначала мы разыграем роли: всех игроков поведут на вращающийся барабан, где случайным образом будет определен минотавр. Во время выбора у всех игроков будут завязаны глаза. Цель игры: пройти лабиринт, решить все ловушки и головоломки и при этом избежать встречи с минотавром. Если вы дойдете до финиша, то победите в данной игре. Цель минотавра – убить более десяти человек. Если он не справится с этой задачей, то проиграет. Обо всех инструкциях мы позаботимся сообщить выбранному минотавру до начала игры. Во время старта у игроков будет фора в 15 секунд, чтобы убежать на достаточную дистанцию от минотавра». - Это же ваша идея, Харитонов, - обратился с сдержанным восхищением какой-то депутат к банкиру, - сделать минотавром одного из участников. Примите мое восхищение вами. - Да. – согласился тот и стеклышки его линз блеснули. – Видите ли, я большой любитель подобных экспериментов над психологией человека. Любопытен сам факт трансформации личности в условиях, где ей грозит смерть. - Так не годится, - вклинился в их короткую беседу какой-то бизнесмен, - вы заранее выбрали человека, наиболее в данный момент способного на убийство. Более того, этот человек будет уверен, что делает все правильно. Короче говоря, вы взяли уже окончательно трансформировавшегося человека. Это нечестно. Так будет неинтересно смотреть. - Напротив, - подключился к их разговору депутат Олег Обдристанов, туша которого была настолько широка, что его можно было бы спутать с тюленем, - так будет интереснее. Этот Лисанов, или как там его, уже мнит себя сверхчеловеком, которому суждено решать чужие судьбы. Посмотрим, что он будет делать. Игроков привели, как и говорилось, на вращающийся барабан, «выбрали» минотавра и повели их дальше до лабиринта. Они шагали не совсем в такт. А если быть точнее, то шли зигзагами. Все, кроме Николая. Он оказался намного догадливее своих сокамерников. Он знал, что пиво на завтрак им подавали не просто так. Это был ловкий ход, чтобы затупить рассудок и внимание игроков. Будучи пьяными, они навряд ли выберутся из лабиринта живыми. Николай шел под палящим солнцем, трогая рукой свои черные кудри и ощущая, как они медленно нагреваются. В своем левом глазу он чувствовал зуд и раздражение. Вероятно, он уже начал гноиться, - подумал он, боясь снять повязку и проверить. Игроков привели наконец до места, где заставили их ждать минотавра. Некоторые сидели на песке, другие набивали карманы песком, а Николай, подозрительно прищурив единственный теперь свой глаз, стал считать людей. Вместе с ним вышло ровно 31 человек. Странно! Но ведь минотавр должен был быть один из нас. Внезапно из-за железной двери появился он – минотавр. Человек в золотой маске быка с защитными красными стеклами. В руках у него была бензопила. Одежды на нем почти не было, кроме резинового фартука и легких белых штанов. «Внимание, игроки! – прозвучал голос из колонки. – Встаньте у красной линии лицом к лабиринту. По сигналу, который изобразит минотавр своей бензопилой, вы сможете понять, что пора бежать. Игрокам приготовиться! И помните: у вас будет 15 секунд на то, чтобы удалиться от минотавра на достаточную дистанцию!». Игроки поплели к линии. Николай всмотрелся вглубь лабиринта и увидел три прохода. Только вот дилемма состояла в том, что нужно было выбрать тот из них, который не привел бы до тупика. Шансы: 1 к 3, что я попаду в тупик, - думал Николай. - Скорее всего, минотавру известна карта лабиринта. Следовательно, ему известно, где можно наткнуться на тупик. Значит, - догадался он, - я должен внимательно проследить за направлением минотавра: в какую сторону он дернется – там и тупик. 3… 2… 1… Сигнал, - рев бензопилы пронесся над игроками и улетел прочь в голубое небо за железные стены, - пронзительно впился в уши Николая и он рванулся по направлению к среднему проходу. Несколько очень пьяных человек поплелось за ним, поскольку не могли в полной мере рассчитывать на свои силы и разумения. Николай сразу заметил в среднем проходе небольшой застенок, из-за которого можно было бы удобно наблюдать за минотавром. Вбежав в лабиринт, он первым делом посмотрел вправо за застенок и с ужасом обнаружил, что это тупик. Он слышал, как приближался рев бензопилы. - Быстро! – воскликнул он, обращаясь к трем чувакам, вбежавшим за ним. – Назад! Я сказал, назад! Здесь тупик! - Ты рехнулся что ли, - сказал какой-то огромный лысый мужик пьяным басом, нервно оглядываясь по сторонам. – Нас сейчас догонят! - Да, нельзя идти назад, минотавр уже на подходе! – сказал второй. - Ты меня за придурка не держи, - сказал третий (совершенно пьяный тощий и высокий дохляк с заплывшими глазами и кривыми черными зубами), - тут же полно входов и выходов. Николай понял, что надо действовать быстро, иначе ему крышка. Он приставил высокого пьяного чурбана к стенке и вскарабкался по нему на стену лабиринта, предварительно наступив на колючую проволоку кедами, ободрав в кровь пальцы на руках, которыми он цеплялся, разодрав штаны и проткнув подошвы кед. Он грохнулся на другую сторону стены в правый проход лабиринта. Раны болью отдались, когда он приземлился на ноги. Он только и успел заметить, как последний человек убегает в обратную сторону. О боги! Значит, и здесь, в правой стороне тупик! Николай судорожно огляделся и понял, что он в тупике. За стеной, из-за которой он только что приземлился сюда, послышались душераздирающие крики, рев бензопилы и звук разрываемой плоти с костями. Пока минотавр разбирался с пьяными чурбанами у него было время выбежать обратно и улепетывать по левому крайнему проходу. Так он и поступил. Выбежал назад, на мгновение повернул голову влево и увидел, что на песке у старта уже были распростерты два тела в крови. Он повернул голову вправо, когда очутился у среднего прохода и увидел край золотой маски быка, испачканной в крови. Этого вида хватило, чтобы адреналин способствовал быстрому кровообращению и он ускорился с двойной силой. Позади себя он слышал рев бензопилы а впереди приходилось бежать быстрыми зигзагами, насколько быстро может бежать человек с ранами на ступнях, в которые просачивался песок и создавал нестерпимую боль. Вот он уже нагнал других игроков, столпившихся в какой-то общей комнате с тремя дверями, на которых висели сенсорные панели. - В чем причина застоя? – выкрикнул Николай, упершись руками в колени и задыхаясь от быстрого бега. - Да вот, кажется, двери не открываются, - сказал кто-то. - Недоумки, - воскликнул Николай. – Это ведь головоломка. - Да, но причина в том, что здесь три двери и над каждой из них по разному знаку. Тут есть крестик, нолик и треугольник. Проблема в выборе нужной двери. - Никто не знает, что нас ждет за дверью. - Как по мне, безопаснее выбрать нолик или треугольник. - Да, я не доверяю крестику. - Глупцы! – воскликнул в спешке Николай. – Это уловка. Организаторы этой игры на это и рассчитывали. Они рассчитывали на такое стереотипное мышление, поскольку понимали, что бессознательно человек будет воспринимать крестик как угрозу. Поэтому наверняка на самом деле ловушка или тупик таится за якобы безопасными знаками – за квадратиком или треугольником. Николай подошел к двери с крестиком. Тыкнул на сенсорную панель и экран активировался: на нем высветилась игра – «крестики нолики». Надо было обыграть компьютерную программу, чтобы дверь открылась. Николай вспомнил школьные годы. На классной доске на переменах он обожал рубиться в эту игру с друзьями. Он знал все основные уловки этой игры. Можно было поставить крестики по трем углам, минуя средние поля, либо составить два крестика по бокам в верхних или нижних углах поля и один в самую середину. Выигрышная стратегия. Николай обыграл компьютер и дверь раскрылась. После его слов никто из всех собравшихся в этой комнате людей, коих было десять человек вместе с ним, не сомневался, что надо идти непременно за дверь, над которой крестик. Только сейчас Николай сообразил, что в игре использовались только крестики и нолики, но не использовался треугольник. Простое правило исключение. Найди лишний предмет среди группы предметов, принадлежащих к одной сути. Треугольник! Как я сразу не сообразил! На самом деле безопасная дверь это та, над которой треугольник! Николай не стал никого предупреждать, дождался, пока за дверь с крестиком зайдут все, захлопнул дверь (изнутри ее нельзя было открыть), а сам бросился к правой двери с треугольником. Снова обыграл компьютер, дверь открылась и он вбежал. Как он и ожидал: в кромешной темноте тоннеля в конце виднелся свет. Он бежал минуту по тоннелю, а потом оказался в другой части лабиринта, где надо было прыгать вверх по бревнам, не плюхнувшись вниз на иглы. Он прошел и этот этап. Добравшись до верха, он прошел через квадратный тоннель и пред ним простерлись три водные горки, ведущие в тьму. Красная, синяя и зеленая. Его выбор был очевиден: красная. Он нажал на кнопку, сверху из стеклянной трубы к нему под ноги плюхнулась надувная шайба. Он взобрался на нее, оттолкнулся и поехал вниз. Чуть погодя мимо стали проскальзывать светильники и он заметил, что две горки справа от него, - синяя и зеленая, - вели к огромным циркулярным пилам. На них уже обозначилась кровь и рядом валялись распиленные пополам трупы. Выходит, моя теория подтвердилась. Это все какой-то ужасный безумный аттракцион! Я только что обрек на верную смерть девять человек, заперев их в этой камере с тупиком! – в какой-то странной истеричной лихорадке носились у него в голове эти проблески мысли. – Их либо уничтожит минотавр либо раздавит какая-нибудь ловушка с иглами. Он выехал на своей надувной шайбе к свету, к песку. Вскарабкался вверх по песчаной горе и увидел пред собой длинную металлическую балку метров в 25-30 в длину. Она вела к очередному тоннелю. Но просто с легким ветерком пройти по ней не получится: чрез нее поочередно маятниками качаются огромные двуручные топоры. Также нельзя допустить падения вниз: внизу торчали острые металлические иглы. Николай понял, что пройти просто так не получится: топоры качаются слишком быстро. В любой игре есть изъян, есть тайная лазейка, - лихорадочно соображал он. И вдруг на мгновение сфокусировал свой взгляд на расстоянии, которое возникает между топором и балкой в момент, когда они пересекаются. Этого расстояния было достаточно, чтобы безопасно просунуть руку. Он понял. Существует в народе такая поговорка: не можешь противостоять – противолежи. Николай подошел к балке, обхватил ее руками и ногами, лежа на ней по-пластунски, затем перевернулся и повис вниз головой словно ленивец на ветке дерева. Его волосы отказались подчиняться законам физики : даже сила притяжения едва заставила их шевельнуться, - настолько они были засалены потом, что затвердели. Когда он добрался до средины пути, руки его стали скользить от пота и силы постепенно иссыхали. Кроме того, на левой руке Николая отсутствовал один палец (любезный читатель вспомнит, наверное, что мизинца на своей левой руке лишился главный герой еще в первой книге и простит автору данной рукописи, что он зарядил настолько длинное чеховское ружье, которое выстрелило только во второй части), отчего дальнейший путь казался неосуществимым. Он думал, что и на обратную дорогу сил у него не хватит, а потому мысленно попрощался уже со своей несчастной жизнью и с родными… Но тут он услышал рев бензопилы. Не стану утруждать читателя в объяснении, как воздействует адреналин на человеческий организм, поскольку он сам и так знает, как это работает, но скажу лишь то, что Николай увидел, как топоры над ним остановились и к нему стал приближаться минотавр. Николай просунул поперек балки свою левую руку, и, сдирая на ней кожу в кровь об нагретую солнцем балку, поскользил, отталкиваясь ногами, дальше. Каким-то чудом он нашел в себе силы перевернуться на балку, - надо заметить, что в этот момент с него ручьем тек пот, - он встал, хотя голова его кружилась, и он побежал, прихрамывая, к тоннелю. В следующей комнате было две двери: одна – со знаком черепа, а вторая – со знаком сердечка. Недолго мешкая, Николай подумал, что здесь опять прежняя уловка с игрой на стереотипах, нажал на кнопку и вошел в дверь с черепом. Она тут же захлопнулась за ним. Это оказалась прекрасная белая комната с камерами на углах. Эта комната была прекрасна во всем, но ей не доставало одной детали – выхода в следующий этап. Здесь не было других дверей, кроме той, через которую он вошел. Не может быть, - в безумном бешенстве металась эта душа по комнате и рвала на себе черные кудри, - не может быть, что я ошибся! Это глупая шутка, может быть? – он грозно уставился в камеру, висевшую под потолком. С его черных волос стекал пот, перемешанный с кровью и грязью. – Если вы, жалкие свиньи, отродья человечества, тупые инцелы и похотливые богачи-извращенцы, будете наблюдать сейчас за моей смертью через эту камеру, то знайте, что я вас бесконечно проклинаю и желаю гореть в аду, где я вас разыщу и сделаю в сотню, нет, в тысячу раз больнее, чем адское пламя. Запомните меня! – кричал он, бил себя кулаком в грудь и утирал слезы. – Запомните демона, который рано или поздно явится за вами в самую пучину ада! Дверь открылась. На пороге стояла смерть в человеческом обличье. То был минотавр. Он сбросил маску с лица. - Я так и знал, что это ты, - сказал Николай, чрезвычайно напрягаясь и пятясь от него к стене. - Увидь меня, - ликовал Лисанов, весь измазанный в крови, кроме лица. Лицо было бледно, а впалые глаза блистали безумством. Казалось, он еще больше постарел. – Прежде чем ты умрешь, ты признаешь во мне сверхчеловека. Ведь, как видишь, мне не суждено было умереть вчера. Видишь это оружие у меня в руках? Теперь я решаю судьбы людей здесь. Я – бог. Я – особенный. А ты – всего лишь мусор на моем пути. - Да… - с расстановкой и спокойно отвечал Николай, прикрыв свой глаз и разводя театрально руками в разные стороны. – Да… ты – особенный… - произнося эти слова, Николай пал на колени пред ним и принялся отвешивать поклоны. - Что, правда? – засмущался Лисанов. - Да, ты особенный… кусок дерьма, - глаз Николай блеснул бешенством и он метнул горсть песка в глаза сверхчеловека. Он занес над ним бензопилу, но промазал, поскольку Николай успел увернуться. – А теперь посмотрим, как бог противостоит силе песка. – Он набрал еще горсти и стал метаться в сверхчеловека, и пока тот отряхивался и отплевывался, он забежал к нему за спину и пнул по яйцам, отчего сверхчеловек почувствовал сверхчеловеческую боль и рухнул на песок, кусаясь и елозя по нему своей седой головой. В комнату ворвались два солдата и сказали Николаю выходить, а дальше следовать за другими солдатами. - А что будет с этим бедолагой, - поинтересовался Николай у этих двух солдат. - Он проиграл, - ответил один из солдат. – Ему как раз оставалось уложить последнего. Но он не справился. Николая сопроводили через всю базу под конвоем, он озирался по сторонам, словно победитель. Наконец его вывели с этой чертовой базы, он вышел за железный занавес. Закатное солнце отражалось в водах Индийского океана. - Куда вы меня ведете? – спросил с беспокойством Николай. - Нам приказано – мы ведем. – отвечали с безразличием солдаты. – А ты помолчи лучше, если язык еще нужен. Садись на катер. Попробуешь улизнуть в воду – мы тебя тут же и пристрелим. Он сел на катер, завелся мотор и они поплыли. Позади себя Николай услышал, как одинокий остров оглушили несколько автоматных выстрелов.

Глава 13.

Два солдата в черных шлемах с автоматами привели его наконец спустя час прогулки по витиеватым тропинкам джунглей к зданию в стиле барокко. Когда он вошел через большие двери, инкрустированные красным деревом, ему представились длинные коридоры с красными ковровыми дорожками. Везде преобладали красные, черные, белые и золотые цвета. Изнутри здание было отделано в стиле модерн. Создавалось впечатление, будто оно строилось психопатом для психопатов. Николай внимательно оглядел мраморный потолок с изящными узорами лепнины по периметру. На площади же самих потолков высились лампы в форме шляпок медуз и грибов. Его привели в очень чистую комнату, как будто только что прибранную и готовую к сдаче жильцам в отеле. Заставили раздеться и помыться. Тщательно. Он посмотрел вниз на свои ноги и увидел, что лужа, в которой они стоят, смешалась с кровью и грязью. Он мылся целых полчаса и с удовольствием упивался водой из под крана. Как только он вышел из ванной, закончив все свои интимные дела, в описании которых, я уверен, искушенный читатель очень заинтересован, но я не стану волновать его воображение до необходимого момента, - на него накинулись солдаты, не дав ему одеться, связали ему руки за спиной и повели по коридору в какую-то по-медицински белую комнату. Там к его шее пристегнули ошейник на железной цепи, присоединенной кольцом к железному тонкому тросу, протянутому на уровне человеческого таза вдоль всей комнаты и устремляющемуся в черный резиновый квадрат. Ему сказали: пошел, мальчик, пошел! – дернули по бедру электрошокерной палкой и заставили нырнуть в резиновый квадрат. Он вошел на четвереньках, - потому что иначе туда войти было нереально, - и очутился в стеклянной коробке с таким низким потолком, что ходить там можно было только на четвереньках. На стеклянном потолке были дырки для воздуха. Вся стеклянная коробка по периметру была закрыта красным занавесом. И только посмотрев вверх, Николай понял по огромной роскошной люстре, что находится в середине какого-то театрального зала. Внезапно послышался голос ведущего: - Дамы и господа! Вы долго ждали этого момента – и вот он настал! Сейчас вы увидите победителя игр летнего сезона! Вашему вниманию… Николай Волков! Аплодисменты! Послышался свист и аплодисменты со всех сторон. Шторы съехали вниз и яркий свет прожекторов на мгновение ослепил Волкова. Кругом него была огромная толпа из зрителей, с удовольствием смотрящих на него и пожирающих его глазами. Некоторые смеялись, другие выпивали алкогольные коктейли и смотрели на него осоловелыми глазками с полным чувством безопасности и вот этого вот снисходительного высокомерия, какое возникает между собакой и хозяином. И тут из противоположного резинового квадрата появилась она. Рыжие локоны застилали раскрасневшееся и заплаканное лицо. Николай как бы с недоумением покосился на эту девушку, тоже абсолютно голую и тоже с ошейником. Он соображал и никак не мог поверить, что это действительно она. Это уже не было человеком. Это был зверь в оболочке человека. Ее ударили электрошокерной палкой, просунутой через отверстие в стеклянном потолке, сработал условный рефлекс и она набросилась на него и под всеобщее одобрение толпы принялась совокупляться с ним. Николай отпихнул ее от себя, заехав ей ногой по лицу, но тут же на него набросились солдаты с электрошокерами и принялись дубасить его ими через отверстия в потолке. Толпа хохотала, тут и там джентльменами провозглашались непристойные пьяные тосты. Глубокой ночью, почти под утро, когда час назад закончилось уже мероприятие, за Николаем пришла Настя в сопровождении двух солдат. Она приказала им вытащить его из стеклянной клетки. Его освободили от ошейника, он встал, выпрямился во весь рост, хрустнул позвоночником и на него тут же надели наручники. Настя приблизилась к нему, провела нежной рукой по лицу, а потом спустилась ниже и погладила то, чему (по Фрейду) завидуют девочки. - Теперь ты полностью мой, - сказала она. Они пошли на верх, в спальню Настеньки. Она приказала солдатам развязать его руки и привязать их к кровати. И ноги тоже. Они долго и страстно шептались в полумраке, что-то обговаривая и высказывая друг другу. Когда все было закончено, в комнату забивались лучи восходящего солнца. Настя развязала его, приказала одному из солдат раздеться. Николай переоделся в черную экипировку солдата, напялил шлем и они вышли вдвоем, без сопровождения. Они прошли мимо кпп, где их остановили солдаты и, получив от Насти ответ: «я хочу погулять по берегу, чтобы посмотреть на восход солнца», вполне остались им удовлетворены и пропустили их. В следующий миг эти двое уже рассекали на белоснежном катере гладь океана, припорошенную рассветным заревом, уплывая прочь, на райский остров, не тронутый еще людским пороком, подальше от чертей, чтобы уничтожить весь старый мир лишь для того, чтоб подарить друг другу новый, в котором будут лишь они вдвоем. Продолжение следует.