Тени Истины

Закатное солнце постепенно окрашивало небо в золотисто-розовые оттенки. Маленькие улочки ожили гулом мирных жителей. Крики торговцев, шумные компании девушек, играющие дети — всё говорило о наступлении вечера. Городская суматоха слабо отличалась от той, что творилась за стенами гигантского белого замка. Несколько служанок возвращались с корзинами, полными различных товаров. У ворот их встречали гвардейцы, обменивались любезностями и лёгким флиртом, после чего пропускали внутрь, задерживая взгляд на их развевающихся подолах платьев и лентах в волосах. Место казалось умиротворённым. Слишком умиротворённым для нового обитателя одной из высоких башен с тёмной, переливающейся черепичной крышей. Несмотря на общую праздность и торжественность в замке, в его комнате, как будто бы, существовал лишь мрак и холод. Сам владелец вполне лаконично сливался с обстановкой, практически превращаясь в тень, пока его ледяные глаза с прищуром разглядывали печенек внизу. Не из-за интереса, больше от скуки. Ведь других развлечений у него не было. — Реклус! — раздался громкий весёлый голос, прервавший затянувшуюся тишину. Он принадлежал хозяину замка, резко вторгнувшегося в обитель отшельника. — Принёс тебе угощение! Надеюсь, ты любишь мятный чай? — следом послышался звук, принадлежащий подносу, который только что поставили на стол. Из-за резких движений печеньки фарфоровая посуда слегка дрогнула, и несколько капелек тёмной жидкости стекли по внешней стороне одной из чашек. Реклус даже не обернулся на внезапного гостя. — Ты не против, если я посижу здесь? — спросил обладатель весёлого голоса и, не получив ни ответа, ни одобрительного кивка, плюхнулся в кресло, беря одну из чашек в руки. Он сделал глоток с громким хлюпаньем, после чего последовало протяжное удовлетворённое мычание. Печенье, посетившее комнату отшельника на мгновение закрыло глаза от удовольствия. Однако взгляд любопытных глаз быстро вернулся к тёмной фигуре, сидящей на подоконнике. — Не скучал? В ответ привычное молчание. Казалось, будто собеседник ожидал ответа, который Реклус упрямо не хотел давать. Тем не менее отшельник прекрасно знал, если не заговорит — следующие несколько часов будет слушать глупые истории из академии. — Значит не скучал, — продолжил обладатель весёлого голоса, вновь делая глоток. После пары причмоков он открыл рот, словно хотел что-то сказать. — Зачем ты это делаешь? — голос отшельника был ровным, тихим и уставшим. Однако он смог предотвратить дальнейшую тираду, заставив гостя замолчать на несколько секунд. — Что именно? — разноцветная пара глаз с интересом уставилась на Реклуса. В его тоне слышался явный интерес, будто желал вновь услышать долгожданный голос. — Всё это, — голос Реклуса звучал тяжело, словно его обладатель долгое время молчал и отвык от любых разговоров. — Комната, еда, твои… попытки заговорить со мной. Ответ был прост: — Ну, потому что ты мой гость! И потому что я хочу помочь. Помочь? — Ты не можешь мне помочь. — Может быть. А может, и нет. Но я хотя бы попробую, — голос всё ещё звучал позитивно. Слишком самоуверенно. — Ты ничего не понимаешь. — Возможно, — собеседник поставил чашку на стол и поднялся. Он осторожно подлетел к Реклусу, зависнув рядом с ним в воздухе. Безразличный взгляд отшельника был направлен вниз. Отсюда, с высоты, печеньки казались совсем маленькими. Они бы могли легко поместиться на ладони. — Но я могу слушать, — добавил он, присаживаясь на другой край подоконника. Реклус, наконец, бросил на него мимолётный взгляд. Момент был прерван шумом в коридоре и стуком в дверь. Прежде, чем кто-то из присутствующих в комнате успел что-то сказать, дверь в комнату отворилась. На пороге стоял юноша, он пытался отдышаться, словно бежал сюда. По синей мантии, накинутой на его плечи и слегка обгорелой на конце, в нём легко было узнать ученика академии. — Профессор! Директор зовёт вас! Срочно! В ответ Реклус услышал лишь вздох своего собеседника: — Скажи, что я скоро буду. Юноша кивнул и исчез, оставив дверь открытой. Профессор приподнялся, вновь проплывая в воздухе к столику, где стоял поднос с чашками и блюдцем. — Ах, наверняка опять эти бумажки… — театрально произнёс он, словно его позвали на каторгу. Профессор взял чашку, из которой пил ранее, и за несколько глотков опустошил её. — Я скоро вернусь. Не скучай! — он подмигнул Реклусу и выплыл в коридор, прикрыв за собой дверь. Комната вновь погрузилась в тишину — такую привычную и спокойную. В контрасте с поведением неусидчивого печенья минуты одиночества казались благословением. Кажется, даже ледяной взгляд Труфлесс Реклуса слегка смягчился после вернувшегося чувства комфорта. Полуприкрытые глаза в последний раз пробежались по двору замка, где можно было заметить голубую парящую над землёй фигуру, приближающуюся к воротам вслед за светловолосым юношей. Реклус отвернулся, переведя взгляд на оставленный на столе поднос. Слабозаметный дымок всё ещё витал над гладкой поверхностью чая. Рядом с чашкой стояло блюдце, наполненное вкуснейшими голубыми желейками. Наконец, отшельник слез с подоконника и подошёл к столу. Он аккуратно взял одну желейку, заметив, как луч от закатного солнца красиво отражался от голубой полупрозрачной поверхности угощения. Пару секунд Реклус смотрел на неё, будто задумавшись, но в итоге всё же укусил. После захода солнца жизнь начала медленно утихать, сумерки нависли над королевством. Тёмное небо было украшено россыпью мерцающих звёзд, наблюдающих за пустующими городскими улицами. Слуги в замке неспешно зажигали магические светильники, озаряя длинные извилистые коридоры мягким голубым сиянием. Пламя дрожало, отбрасывая слабый свет на стены, словно боясь разбудить что-то, что не должно просыпаться. Воздух был наполнен запахом воска и старого камня, а тишина — настолько густой, что казалось, будто сама тьма притаилась в углах, затаив дыхание. Никто не решался прерывать хрупкий покой. Даже излишне болтливые служанки-хохотушки неожиданно для самих себя начали говорить шёпотом, пока возвращались в гостиную персонала. Удивительным образом в огромном шумном замке воцарилась гробовая тишина. Вплоть до того момента, пока одна из служанок не вбежала в комнату персонала с громкими криками. Пламя в камине тревожно дрогнуло, когда она резко захлопнула дверь, тут же прислонившись к ней спиной, словно надеясь, что небольшая опора защитит её от внешней угрозы. Остальные слуги вопросительно уставились на неё, пока бедная девушка пыталась перевести дух и успокоить бешено колотящее сердце. — Он… — сначала тихо произнесла она дрожащим голосом. — Я видела его… в Восточном коридоре! — последние слова повергли всех присутствующих в немой шок. Волна напряжённости холодом прокатилась по комнате, погружая её в глухую, давящую тишину — казалось, даже пылинки перестали кружить в лучах света. Наконец, одна из служанок — низенькая, с белоснежными волосами — подошла к испуганной девушке, взяв её руки в свои: — Он тебя видел? — её голос звучал удивительно спокойно для создавшейся ситуации. — Надеюсь, что нет — девушка затрясла головой, её тёмные локоны заплясали вокруг бледного лица. Руки работницы непроизвольно дрожали. — Я убежала так быстро… даже не оглянулась… — Будем надеяться, что ничего ужасного не случится, — светловолосая служанка приобняла испуганную девушку, медленно отводя её от двери и усаживая на диван. — Будем держаться вместе. На всякий случай. — Но ведь Сейдж оф Труф сказал, что бояться нечего, — неуверенно пробормотал кто-то из слуг, переминаясь с ноги на ногу у двери. — Осторожность не повредит. Служанки переглянулись, в их глазах мелькнула тень тревоги. Да, тёмный гость вселял в них страх, но долг перед королём был превыше личных опасений. Их вытянутые тени, отбрасываемые пламенем камина, трепетали на стенах. Большинство девушек переместились поближе к дивану, чтобы успокоить испуганную подругу. Несколько стояли около двери, прислушиваясь, надеясь уловить тихий шелест ткани невольного гостя замка. — Мне кажется, я что-то слышала, — прошептала она. — Тебе показалось. — Да нет же, прислушайся. Вот, шаги. — Ничего не слышу. Ветер подхватил их шёпот и унёс в высокие башенные окна, где среди переливов черепицы уже мелькала знакомая тень…