Маленький

С того неловкого разговора прошел целый … день? Километр? И вот юный штурмовик и его непосредственный супервайзер встретились посреди старого бункера первого. — «Не хочешь объяснится?»- сидя на лестнице с планшетом в руках, с долей обиды и непонимания произнес Малецки. — «Он не пошёл за мной, хорошо», - произнес у себя в мыслях Ло. Лололошке было стыдно перед его другом. Ему было стыдно за все, за то, что скрывает от него множество правды и топит его милого Малецки во лжи. Ло искренне считает, что этот душевный и добрый парень не заслужил такого отношения. Но здесь невозможно быть чистым и полностью искренним, здесь даже не находится слов, поэтому Ло выдает: «Я… А где Лайя?» — «Ушла, - спокойно, но с ноткой сожаления в голосе отвечает непосредственный супервайзер, убирая планшет и поднимаясь с лестницы, - ты тему-то не переводи». Серьезный взгляд Кацпера всегда заставлял полчища мурашек плясать по коже. Было видно, что он сдерживает свои буйные эмоции из последних сил. Через какой-то небольшой промежуток времени мальчишка устало вздыхает, а после произносит на одном дыхании: «Я знаю, что твоя недисциплинированность — моя ошибка. Мы с тобой с самого начала как-то легко нашли общий язык, поэтому я многое готов прощать. Я впервые за все километры работы в синклите нашёл кого-то, кого могу назвать другом... А не просто приятелем. Из-за такого неформального общения ты позволяешь себе такое, чего не позволяла себе даже Лайя. Моя вина. При этом я вижу, что это приносит и положительные плоды. С уничтожением Тадмавриэля есть проблемы во всех ветках. Хотя скафандры и бункеры есть только в этой, насколько я знаю. Ты первый, кто начал думать за рамками наших привычных практик. И я думаю, что это из-за того, что я не занимался микроменеджментом. Повлияло и то, что ты начал работать до отвязки и я не мог докучать тебе постоянно. А это всё говорю, чтобы подвести к единственной мысли: ты мой друг, и я тебе доверяю. Я знаю, что ты использовал Лайю, чтобы меня отвлечь. И я знаю, что ты сейчас ходил к Тадмавриэлю.» — «Малецки…» - начал было растроганный Ло. — «Не говори ничего - ты же не думал, что у твоего суперваизера нет возможности тебя отслеживать? - махнув рукой и закатив глаза, перебил Малецки, снова взяв внимание на себя. - Я верю, что ты не рассказывал мне, потому что у тебя есть на то свои причины. Но это должно прекратиться. Мы должны устранить Тадмавриэля в ближайшие километры. Поэтому, будь добр, расскажи всё, что знаешь». Взгляд Малецки, который был полон надежды, устремился на Ло. А тот, чье лицо было озарено этими глазами, самыми добрыми, самыми милыми, карими глазами, прибывал в небольшом ступоре, его одолело восхищение и явное чувство привязанности к своему маленькому миленькому начальнику. Ещё одно почти неизведанное чувство лилось через края сосуда существа Лололошки, который не смог удержать его: «Блин, Малецки, ты такой бусечка!» Повисла неловкая пауза. Мальчишка, что стоял с натянутой глупой улыбкой, явно не ожидал услышать что-то подобное повторно. В его голове определенно возникли вопросы касаемо его друга, но также имелся страх все это озвучить. Для Лололошки, который был ошеломлен от своего же поведения, прошла целая вечность - пугающая, тянущаяся на неизвестное ему количество сантиметров, метров или даже километров. Ло боялся, … боялся, что его друг отвергнет его, что его дорогой маленький супервайзер осудит его, примет за больного или же просто проигнорирует и уйдет. И вот, слышится томный и усталый вздох: «Ну не могут же так долго длится последствия отвязки, - с опущенным взглядом, имеющим тень вины, пробормотал Малецки, - нужно будет после вылазки показаться врачу, Ло». Ло хоть и боялся, что именно это подумает его друг, подумает, что он болен, что частично является правдой. Лололошка болен своим маленьким начальником, своим другом, своим Кацпером… Может это из-за того, что Ло никогда за свою «короткую» память не имел более глубоких отношений. Действительно, мироходец имел на своем пути только приятелей, врагов… — «Эй! А я кто для тебя?! Разве я для тебя не был достаточно близок?» - с дерзкой улыбкой и возмущением в глазах вскрикнут альтр-эго, выглянув из-за спины Малецки. — «Только тебя здесь не хватало», - выругался про себя «Первый». — «Лололошка, все хорошо?» - начал беспокоится супервайзер. Лололошка не мог ничего сказать, у него просто не было нужных слов. И стоило Ло снова взглянуть на его Малецки, как сознание покрыли пеленой фантазии, что вызвали довольно бурную реакцию ранее… Точно ли только ранее? Малецки продолжал с жалостью в глазах смотреть на своего подопечного. Супервайзер осмотрел Ло с ног до головы, и тут его взгляд остановился на нижней части костюма штурмовика. — «В-все хорошо, Ло?» - с долей смущения снова, только уже в иной форме, выплеснул беспокойство Кацпер. — «Малецки… я… ох, прости… я неважно себя чувствую», - залепетал Лололошка, пытаясь не смотреть на начальника, глубоко надеясь, что сможет быстро все рассказать, и тот отпустит его, и там уж Ло придумает, как справится с накатившимися проблемами, включая его давящее возбуждение. — «Мне очень жаль, что тебе так тяжело, - отвел взгляд Малецки, - скажи, может я могу как-то помочь тебе сейчас, чтобы облегчить твое состояние?» Зрачки Ло расширились, ему резко перехватило дыхание. — «Симпампусик, тебе стоит согласится, ты же не хочешь вернуться в Синклит в таком состоянии?» - снова дал о себе знать псевдообладатель оранжевых очков, и все с той же злорадной улыбкой. — «Что ты имеешь ввиду?» - спустя какое-то время спросил Ло, устремляя взгляд в пол. — «Может мне дать тебе ещё один батончик? - с ироничной успешной и легким пониманием в глазах отрезал маленький супервайзер, достал из кармана брюк батончик и протянул его Ло. - Я это имею ввиду». — «Оу, … да, буду благодарен», - не скрывая удивление,принял батончик Ло и тут же почувствовал, прикосновение маленькой ручки к своему торсу. — «Надеюсь, ты не будешь возражать», - с улыбкой и блеском в глазах,а также воодушевлением в тоне голоса пропел Кацпер и повел свою руку ниже, начиная вырисовывать кривые линии на торсе своего подчиненного, разместив при этом на пояснице страдальца вторую руку. Лололошка пылал. Он думал, что он сейчас полностью растает, растечется прямо в этих ручках. Его накрывал с головой стыд, теснота и некое блаженное чувство. — «Ты, вроде не так часто заседаешь в вагоне для тренировок, но при этом имеешь очень подкачанное тело», - шептал Малецки, создавая для себя и Ло интимную атмосферу, спуская пальцы все ниже и ниже. Ло опешил еще больше, он не знал как справится со своим шоком, он совершенно не знал, что делать в такой ситуации. Рука сползала все ниже, а после остановилась чуть выше заметного бугорка и … отпрянула, как и вторая рука. — «Ло, нам пора возвращаться, а то тебе станет хуже , я уже настроил твой планшет, расскажешь мне всю правду после небольшого отдыха», - с лучезарной улыбкой сказал супервайзер и тут же исчез. … Штурмовик упал на пол и схватился за волосы: «Что это сейчас было?! Неужели, он… дразнил меня?!»