Кровь не только гуще, она еще и липче воды

Джун Хо хватается за край унитаза опухшими, ноющими руками. Он кашляет, на языке тяжелый привкус рвоты. Он склоняет голову, стыдясь. Симптомы ухудшаются, и ему страшно. Ин Хо успокаивающе гладит его по спине. Его пальцы скользят вверх, и он убирает прядь волос со лба Джун Хо.       — Тебе следует пойти в больницу, — предлагает он.       — Нет, — хрипит Джун Хо, опускаясь на колени. У него болят лодыжки. — У нас нет денег.       — Я работал, — настаивает Ин Хо, обхватив рукой плечо брата и потрогав лоб Джун Хо, чтобы измерить температуру. — Мы можем себе это позволить. Тебе не следует так с собой поступать. Они уже говорили об этом раньше. Джун Хо знает, что ему следовало послушаться его ещё несколько дней назад, когда истощение стало слишком сильным, и он потерял сознание на работе. Но он не может рисковать счетами, страховкой, деньгами. Джун Хо качает головой, затем жалеет об этом, когда его охватывает волна головокружения. Еще больше желчи поднимается по горлу, и он снова склоняется над унитазом. Она проталкивается мимо его языка, вторгаясь и грубо приземляясь. Джун Хо кашляет еще сильнее, чувствуя, как его тело отчаянно пытается развеять непостижимость происходящего с ним. Он стонет, слезы разочарования наворачиваются на глаза.       — Блядь, — шепчет он.       — Я не могу видеть тебя в таком состоянии, — признается Ин Хо, с беспокойством глядя на брата.       — Да, тебе так не повезло, — парирует Джун Хо, положив голову на предплечье и навалившись всем своим весом на унитаз. Он вздыхает. — Прости, — он шмыгает носом и вытирает рот тыльной стороной больной руки. — Я не должен так говорить. Ин Хо продолжает успокаивающе потирать спину Джун Хо.       — Все в порядке, — говорит он. Джун Хо смотрит на свои руки. Тяжесть отека пугает.       — Я не пойду, — настаивает он.       — Хорошо, — шепчет Ин Хо. Джун Хо ему не верит, но разговор окончен.

─────────

Первое, что замечает Джун Хо, когда просыпается, — это запах. Это отчетливый запах больницы, и он чувствует предательское бурление в животе, когда с трудом открывает глаза. Комната плывет перед ним, головокружение искажает реальность, а тошнота грозит подняться к горлу. Ему удается подавить ее, когда Ин Хо и его мать появляются в поле его зрения.       — Мама, — бормочет Джун Хо. Мать Джун Хо успокаивающе проводит рукой по его волосам, грустно улыбаясь.       — Я здесь, — говорит она. В поле его зрения попадает незнакомое лицо, но он узнает форму медсестры.       — Ваш брат сказал мне, что вы потеряли сознание дома, — передает ему медсестра. — Вы помните это? Он не помнит, и это его беспокоит.       — Нет. Она задумчиво напевает.       — Я бы хотела провести медицинский осмотр, если вы не против. Конечно, поскольку вы не признали себя, вы можете отказаться от лечения. Хотя я бы не советовала этого, — она профессионально улыбается ему сверху вниз. Джун Хо заставляет себя приподняться на локтях и садится. Он смотрит на обеспокоенные взгляды матери и старшего брата. Ин Хо утешающе держит руку мачехи и молча подталкивает Джун Хо вперед, приподняв брови. Джун Хо волнуется о деньгах, но он также волнуется о себе.       — Ладно, — неохотно смягчается он. Медсестра улыбается и возвращается назад, чтобы подготовить свое рабочее место.       — Отлично! Давайте начнем.

─────────

Джун Хо знает, чего ожидать, поэтому он подчиняется, когда анестезиолог надевает ему на нос и рот противогаз. Начинается обратный отсчет, но Джун Хо чувствует, как его глаза закрываются задолго до того, как счет достигает нуля.

─────────

      — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Ин Хо, садясь рядом с Джун Хо на кровать. Джун Хо тихо смеётся.       — Я чувствую себя лучше с каждым днём, — говорит он. Прошло четыре дня с момента пересадки почки, и больница настояла на том, чтобы он остался, поскольку они обеспечивают его здоровое выздоровление. Пока никаких осложнений не возникло. — А ты? Ин Хо похлопывает себя по животу с весёлой улыбкой.       — Замечательно! Лучший способ сбросить вес, я бы сказал, — они оба смеются, затем Ин Хо становится более серьёзным. — Я рад, что с тобой всё в порядке, — признаётся он, беря одну из рук Джун Хо. — Я волновался. Джун Хо сжимает руку брата и ухмыляется.       — Я в порядке, — говорит он. — Спасибо тебе. Ин Хо застенчиво опускает голову.       — Я не сделал ничего такого...       — Нет! — настаивает Джун Хо, устраиваясь так, чтобы сидеть прямее. — Ты привёл меня сюда. И, кроме того, это твоя почка. Ин Хо откидывается назад и улыбается похвале.       — Ну, если ты так говоришь... Джун Хо смеётся, но вскоре замолкает. Он начинает теребить пальцы брата, а Ин Хо хмурит брови.       — О страховке... — начинает Джун Хо.       — Не беспокойся об этом, — перебивает Ин Хо, добавляя вторую руку и сжимая её в знак утешения. — У нас были некоторые резервные сбережения. Обо всём позаботились. Джун Хо это не нравится, и он хмурится.       — Ты имеешь в виду сбережения на случай чрезвычайной ситуации? Ин Хо невесело смеётся, его голос напряжён.       — Разве это не была чрезвычайная ситуация? Джун Хо кусает губу.       — А что, если что-то подобное случится снова? Твоя работа не совсем безопасна, а мама стареет... Ин Хо фыркает.       — Мы будем волноваться об этом, когда это случится, да? Пока что ты жив, и это главное.

─────────

Джун Хо стоит в стороне, чтобы полюбоваться церемонией. Тарелка в его руке приятно теплая и хорошо сочетается с летней жарой. Шведский стол обильный. Ин Хо подходит к нему, прислонившись к стулу от усталости. Он смеется, его лицо красное и радостное. Джун Хо ухмыляется и хлопает брата по плечу.       — Хорошая вечеринка, не так ли? — говорит он, помогая Ин Хо выпрямиться.       — Чудесная, — отвечает Ин Хо, заключая его в объятия. Он отстраняется и прислоняется к Джун Хо. — Ах, это идеально. Она идеальна. Джун Хо прослеживает взгляд брата, выделяя в толпе новобрачную Ин Хо. Ее ханбок переливается на вечернем солнце, почти так же ярко, как ее улыбка.       — Ты счастливчик, брат, — говорит Джун Хо, ставя тарелку на соседний столик. — Она тебе подходит. Джун Хо выдвигает стул, и они садятся рядом. Ин Хо подпирает подбородок рукой, глядя на Джун Хо глазами, опьяненными любовью.       — Я люблю ее, — говорит он. Джун Хо улыбается.       — Я знаю.

─────────

             — Я что-нибудь придумаю, любимая, — слышит Джун Хо шепот брата из больничной палаты. Звук доносится через приоткрытую дверь. Услышав его голос, Джун Хо колеблется. Он кладёт руку на стену и мысленно размышляет о том, стоит ли входить. Он пришёл навестить свою невестку, но, возможно, лучше не прерывать важный разговор.       — У меня есть план, — продолжает Ин Хо, и Джун Хо представляет, как он наклоняется к жене, утешающе держа её за руку. — Вчера я встретил мужчину. Думаю, он может нам помочь. Раздаётся шорох одеял, и жена Ин Хо отвечает.       — Ты доверяешь этому человеку? Кто он? Ин Хо, милый. Не делай глупостей. Не делай того, о чём пожалеешь.       — Я никогда не пожалею ни о чем, что спасёт тебя, — отчаянно говорит Ин Хо. Джун Хо сжимает челюсти и отталкивается от стены. Он поворачивается и идёт по коридору, громко стуча обувью по линолеуму. У него болит живот.

─────────

Джун Хо передает отчет о пропаже человека. Его дыхание прерывистое, почерк неряшливый.       — Мы сделаем все возможное, чтобы найти вашего брата, сэр, — говорит ему офицер, принимая дело. — Офицер Хван — один из наших лучших.       — Спасибо, — бормочет Джун Хо. У него болит живот.

─────────

Джун Хо посещает ее похороны, а Ин Хо — нет. Так он может сказать наверняка, что что-то тут не чисто.

─────────

Прошли годы. Джун Хо изучил каждую зацепку до конца, и вскоре дело заглохло. Он принял это на данный момент, но не забыл. Виски скользит по его горлу. Он возвращает пустой стакан на журнальный столик с пьяным звоном и переворачивает страницу в фотоальбоме. Ламинированная фотография Ин Хо, сделанная в молодости, отражает свет лампы. Джун Хо смотрит в глаза мальчика и пытается найти в них человека, которого он когда-то знал. Альбом в хронологическом порядке, и вскоре появится младенец Джун Хо. Несколько перевернутых страниц спустя, и он появляется. Изображение из больницы, еще одно из дома его детства. В углу есть небольшая фотография, и Джун Хо наклоняется ближе, чтобы лучше рассмотреть. Ин Хо, которому тогда было всего шестнадцать, нервно держит в руках маленький сверток. Джун Хо захлопывает книгу и наливает себе еще. У него болит живот.

─────────

Взгляд Джун Хо останавливается на геометрической визитной карточке в руке мужчины, и он думает: Наконец-то. Он болит.

─────────

Джун Хо не знает, какой наркотик в его организме, но он заставляет роскошную комнату кружиться, свет пульсировать, а его чувства обостряться. Он замечает в комнате человека без маски. Почему этот человек должен быть без маски в таком учреждении, как это? Его мысли не задерживаются, вместо этого снова дрейфуют, когда горячая рука согревает его бедро. Джун Хо чувствует, как меняется его кровоток, а в животе растет потребность. Он скулит, и у него нет умственных способностей, чтобы стыдиться этого. Он помнит, что ему было холодно. Почему он больше не чувствует холода? Волосы мужчины темные, лицо размыто, но это не имеет значения, когда он наклоняется ближе. Челюсть Джун Хо отвисает, когда в его рот проникает влажный язык. Он хмурит брови. Что-то не так. Он пытается оттолкнуть мужчину, но обнаруживает, что его руки связаны где-то над головой. Как он раньше не заметил? Он смотрит рядом с головой мужчины, наблюдая за мягким желтым светом над ними. Свет качается и пульсирует, и он теряется. Его внимание возвращается от острой боли, какого-то плотного вторжения. Может быть, нож? Пуля? Он не знает. Боль неумолима. Он снова скулит и пытается вырваться. Он не может.

─────────

Как только он приходит в сознание, Джун Хо понимает, что действие препарата прошло. Его голова пульсирует от боли, как и бедра и область между ног. Понимание озаряет его. Его рот пересыхает, а сердце бьётся от горячего, тяжёлого стыда. Шелковые простыни не дают комфорта его голой коже. Он чувствует след от засохшей крови, глубоко впитавшейся в матрас, и пытается свернуться в комок, но морщится. Это движение открывает что-то внутри него, и он чувствует, как тошнотворная струйка свежей крови начинает течь. Тошнота нарастает в горле, и он едва успевает пошевелиться, прежде чем его вырвет через край кровати. Его живот вздымается, и это гораздо болезненнее, чем должно быть. Желчь с мокрыми брызгами падает на дорогой ковер; он съеживается от шума и кашляет, во рту отвратительный привкус. Всё его тело болит. Его взгляд цепляется за что-то темное на полу, забытое в куче одежды, о которой он боится думать. Это маска; темная и геометрическая. Она насмехается над ним, думает он.

─────────

Глаза Джун Хо следят за движением рук Фронтмена. Они медленно поднимаются вверх и снимают с его лица темную геометрическую маску. Джун Хо дышит. Джун Хо не дышит. Внутренние органы Джун Хо перестают работать, а внутренние органы Джун Хо работают сверхурочно. Джун Хо думает и не думает. Джун Хо болит. Пистолет в его руке трясётся, но это не он дрожит. Это его руки.       — Нет, — говорит, думает и чувствует Джун Хо. Нет.

─────────

Джун Хо смотрит на пузырек с таблетками. Он остро ощущает свои внутренние органы. Он может их чувствовать, думает он, хотя знает, что не должен этого делать. Это своего рода фантомное чувство, вызванное чрезмерным обдумыванием. Его хирургический шрам недавно болел, но, возможно, это чувство тоже не настоящее. Он был благодарен. Ин Хо спас ему жизнь. Со мной всегда будет мой брат, подумал он, и это его утешило. Теперь внутри него всегда будет его брат. Он проводит по шраму на животе ногтем, желая, чтобы он был острым. Он мог бы снова открыть рану, залезть внутрь и вытащить кусок Ин Хо, который застрял в нем. Его так или иначе подмывает вцепиться в нее, рвать и разрывать нежную кожу и смотреть, как кровь ручьями течет по его телу. Заставить себя открыться. Но он этого не делает, потому что не может. Ин Хо уже это сделал. Он открывает пузырек. Медленно поворачивая, иммунодепрессанты выскальзывают и рассыпаются в раковине. Он включает кран. Они исчезают в сливе.