Перманентная вспышка

Арсений уже сто раз успел пожалеть об этом злосчастном маркере, который он кинул в Диму во время съёмок. Вспылил слишком сильно. Не сдержался. Такое с ним редко бывает. В моменте Арсений даже не считал маркер какой-то серьёзной угрозой. Это ведь травоядно и безобидно, ну не пиздит же он Диму, а. Потом уже накатило неприятное ощущение из смеси вины и злости на самого себя. И Димка на него дуется. Похоже, всерьёз. Сидит, ногу на ногу закинул, оперся на коленку и что-то печатает без конца. На него, Арсения, ноль эмоций, ни на какие попытки Попова извиниться и помириться не реагирует. Ну ладно, остался ещё последний вариант. Работающий всегда без осечек, действенный. Арсений метнулся за свежесваренным кофе. Проверенным, он точно Диме нравится. В этой кофейной точке они были вдвоём уже не раз, и Арс прекрасно помнит выражение лица Димы, когда тот делает первый аккуратный глоток. Смакует его, прикрыв глаза. А потом на его лице расплывается довольная улыбка. В такие моменты Арсений не может перестать пялиться на Диму, позорно забывает про свой собственный напиток в руке. Он с каким-то трепетом смотрит на то, как Дима делает ещё два быстрых глотка и лишь после этого возвращается в реальный мир. Они глупо друг другу улыбаются. — Чё ты? — Спрашивает Дима с улыбкой. — Я попробую? — Арсений уже тянет руку к Диминому стаканчику. — А я твой тогда. Они меняются стаканами и пробуют напитки друг друга. Поэтому Арсений точно знает, что нравится Диме. Он даже сейчас пробует кофе, чтобы удостовериться, что сделали идентично. Да, должно сработать, Дима должен оценить этот жест. Арсений вернулся — в гримёрке только Димка, все остальные уже ушли. А этот всё также в телефоне. Будто и не прошло пятнадцати минут, сидит словно его заморозили в одной позе. И только большой палец что-то выстукивает на экране телефона. Арс воровато подошёл ближе, поставил стаканчик на стол рядом с Димой. — Твой любимый, — прокомментировал. — Арс, отъебись, а? — даже кофе Позова не смягчил. Вернее, Дима его даже не попробовал. Не посмотрел в его сторону. Хотя Арс понял, что Дима почувствовал аромат, исходящий из стаканчика, крылья его носа заметно дёрнулись. Что ж. Плохо дело. Это ведь был беспроигрышный вариант. Арсений запереживал сильнее, глазами забегал по пустой комнате. Ему сейчас претила мысль о том, что Диму нужно просто оставить одного и дать ему время успокоиться. Они могут поговорить позже. Но внутри так свербело, что Арсений отмахнулся от этой мысли. Ещё одна попытка. Хоть какая-то. Нужно попробовать ещё. — Ну извини меня, Димон, серьезно! Ну, хочешь, я на колени встану? — Воскликнул Арс уже без надежды. И тут же сам оторопел. Представил. Ошпарился о возникшую в голове картинку. Но назад сдавать не стал. Его это не испугало, лишь взвинтило ещё больше, всколыхнуло всё нутро. Арс оперся бедром о стол, склонил набок голову и прижал к груди сомкнутые в замок пальцы. Смотрел уверенно и с надеждой одновременно. Как бы говорил этим взглядом: «Да, я готов и к такому, только дай возможность, дай добро». Позов наконец взгляд от телефона оторвал и зыркнул на Арсения. На секунду, но всё же лучше, чем ничего. А потом начал с интересом изучать собственные тяжёлые ботинки. — Хочу, — наконец, хрипло сказал он, отложил телефон и поднял наглый взгляд на Арсения, — становись. Дима распрямил спину, ногу с ноги убрал и поставил её резко на пол, громыхнув ботинком по линолеуму. Поза вызывающая. Ясная. Тут никаких сомнений не должно остаться о том, что он от Арсения ждёт. Ну а что? Сколько они уже беззастенчиво флиртуют? Год? Два? И все никак черту не перейдут. Вот сейчас Арсений облажался, так что пускай решается. Берёт на себя первый шаг. Дима с вызовом посмотрел снизу вверх на Попова, ещё чуть шире расставил ноги. Наконец, взгляд Арсения перестал блуждать по Диминому телу, по этой позе, от которой даже слегка задрожали коленки. Взгляд остановился на манящих ореховых глазах, которые сейчас глядели так строго. Арсений решился. Шаг, и Арс уже перед Димой. Вздох, и он одним грациозным движением опустился на колени. Удар сердца, и руки прошлись по напряженным бёдрами. Кончики пальцев покалывало от контакта с грубой джинсой. Но на самом деле от того, что они касались Диминых бёдер. Наконец-то. — Димка, прости меня, дурака, — шёпот в сосущей тишине казался оглушающим. — И это всё извинение? Маловато будет, Попов. Так, хорошо. Подначивает. Значит, Дима отступать тоже не собирается. Теперь уже точно можно. Длинные пальцы потянулись к ремню. Дыхание ускорилось от предвкушения у обоих. Димина подрагивающая ладонь легла на плечо. Сжала. Приятно. Арсу подумалось, что сжала по-собственнически. Ему это вдруг понравилось чертовски. И он начал двигаться быстрее. Судорожными движениями расстегнул ремень, оглушительно звякнув пряжкой. Зацепил двумя пальцами змейку и потянул её вниз. Сердце заходилось как бешеное. Вот-вот случится что-то безумное. Что-то, что перевернёт их жизни, их дружбу, их общение. Перед глазами уже немного плыло от волнения. Но Арсений продолжал действовать уверенно, ломился дальше и даже не думал останавливаться. Он схватился за верхнюю часть джинс и с тихим гортанным рыком потянул вниз. Дима опёрся о стол рядом с собой и приподнял бёдра, помогая себя раздевать. Джинсы опустились вдоль ног, дзынькнув по полу пряжкой ремня. Арсений пару раз моргнул, глядя на Димино возбуждение, так ярко проступающее сквозь ткань белья. Прикусил губу от нахлынувшего вожделения и взглянул Диме в лицо. — Шире, — тихо попросил Арсений. Дима, будто спохватившись, снова широко развёл бёдра. Арсений тут же подполз на коленях ближе, устроился меж Диминых ног. И с большим удовлетворением услышал, как Дима громко сглотнул слюну. Нет, Арсений и так видит, что Диме хочется. Но так ведь ещё понятнее. Так ещё очевиднее. Так ещё больше кроет. Кроет, с высоких гор скатываясь гулкой лавиной давно живущих там чувств. Арсений приник к внутренней части Диминого бедра даже не губами, а будто бы всем лицом. Он не целовал, просто водил губами, шумно выдыхая в горячую кожу. Длинные пальцы оглаживали икры, неожиданно крепкие для того, кто не бегает и в целом не сильно погружён в физическую активность. Хотя, может быть, Арсений чего-то не знает? Такая мысль тут же колет где-то в районе сердца, неприятно и уязвимо. Хочется знать про Диму как можно больше. Боже, как хочется по-настоящему быть частью его личной жизни. — Сильные, — всё же озвучил Арсений и сжал икры более ощутимо, чтобы Дима понял, о чём речь. — Неужели благотворительные футбольные матчи так влияют? И снова глянул снизу вверх. Прижался щекой к бедру, чтобы Диме было сложнее формулировать мысль. Арс наслаждался этим, действительно кайфовал от того, как сильно он сейчас влиял на Диму. Всё, что было раньше — не мираж. Все Димины томные взгляды не просто казались Арсению. Все разы, когда Дима желал проводить больше времени вдвоём, не были случайностью. Димины расспросы, его желание понять Арса и его точку зрения, вдумчивые разговоры полушёпотом на заднем сидении автобуса по пути в очередной ДК — всё это было настолько по-настоящему, что внутри отчаянно защемило. И все набухшие в сердце бутоны решили расцвести в этот самый момент осознания, принося с собой аромат эйфории и счастья с какой-то ноткой безуминки. Арсений с усилием выплыл из воспоминаний — сейчас ведь происходит кое-что особенное и важное для них, а он витает в облаках. Хотя его можно понять. Всё же не каждый день твои чувства оказываются взаимны. И их выражение, как казалось Арсению, было вполне в их стиле — дерзкое и горячее. Он даже не был удивлён, что вместо первого поцелуя в губы он вот-вот будет целовать головку члена. От таких мыслей хотелось смеяться одурело. И поэтому Арсений попытался ещё немного остудить себя, схватился за мысль о Диминых икрах. — Так что? — Продолжил допытываться Арсений. — Ещё и в играх тебя особо за ноги не полапаешь. И кто ещё из нас скрытный? Улыбнулся и потёрся щекой о Димино бедро игриво. — Арсюх, если ты сейчас не прекратишь болтать… — Наконец ответил Дима. — То что? — Тут же вскинулся Арс. Лисья заинтересованность, ушки на макушке. «Да-да, пожалуйста, что же там ещё, Дима? Что ты со мной хочешь сделать?» — Как что? Не прощу. Или ты забыл, за что ты стоишь на коленях? От того, каким низким голосом Дима это сказал, Арсений словил мурашки и, кажется, сердечный приступ. — Справедливо, — признал он и снова улыбнулся. Улыбнулся, и тут же поспешил спрятать эту улыбку. Способ для этого Арсений выбрал довольно необычный — уткнулся прямо в Димин пах. Сразу почувствовал губами член под бельём. А губы… Ах, губами Арсений будто бы владел не сам. Они мгновенно раскрылись хищным цветком, прошлись вдоль ствола, заставили Диму дышать ещё чаще. Эти губы завладели всем Диминым существом, заставили его член сочиться естественной смазкой, закрутили в Диминой груди какой-то безумный круговорот. А Арсений всё ещё не спешил стягивать с Димы трусы. В этот момент Дима отчётливо понял, насколько же интересно оно бывает в жизни — самый отвязный секс в его жизни даже близко не стоял с тем, что сейчас происходило с ним и Арсением. Нет, конечно Дима влюблялся. И не раз. Но не так. Не настолько. Не падал в другого человека настолько основательно, чтобы плавиться под его ладонями. Это не просто хороший секс. Это полная экспозиция собственных глубин, честная и открытая. Смотри, я такой. Я перед тобой открыт. Хочу твоего внимания безумно, на съёмках и вне. Теперь я, наконец, увидел, что и ты этого хочешь. Кто бы мог подумать, что такие мысли будут приходить в голову во время того, как вожделенный мужчина будет стягивать с тебя трусы? Дима вот точно даже не представлял такого поворота. Он вообще не ожидал, что может так много думать во время интимных приключений. К тому же таких желанных. Однако всё же горячее дыхание Арсения прямо рядом с головкой члена вернуло Диму в здесь и сейчас. — Боже, Арс, — прошептал Дима, протягивая руку к его волосам. Он опустил руку аккуратно, будто спрашивая разрешения. Не почувствовав сопротивления, с удовольствием зарылся в мягкие волосы. Арсений судорожно дышал и ошалело улыбался, не отрывая взгляда от Диминого члена прямо перед его лицом. Он не делал никаких резких движений. Будто выжидал. Да даже не будто. Он ждал, пока Дима пропустит несколько его прядей сквозь пальцы. Вспомнит про свою роль обиженного, про извинения. Ухмыльнётся. И надавит на затылок. Прижмёт лицо Арсения к своему члену. Почувствует вибрацию от чужого стона и застонет сам. Вот так бесстыдно и смело. Они оба настолько погрузились друг в друга, что смогли отпустить себя, осмелеть даже в таком месте, где обычно сексом не занимаются. Стоп-стоп, пока без погружений. Пока что Арсений водил губами по чужой плоти словно безумный, время от времени вытаскивая язык в попытке вылизать ствол, но затем снова смыкал губы и прижимался ими, целовал ими, любил ими. Пальцы Арсения вцепились в широко расставленные бёдра Димы, сжимали их до явного дискомфорта, но боже! Какой же желанной для Димы была эта хватка. И каким же желанным был этот рот, что был так близко, но лишь дразнил, лишь возбуждал ещё больше, но не приближал к разрядке. Так что Дима легонько потянул за пряди, побуждая Арса слегка отстраниться. Его лицо было всё ещё поразительно близко к Диминому члену. Поэтому смотреть на это было какой-то изумительной пыткой, фантазией, которая ожила каким-то волшебным образом. И тут Арсений поднял взгляд. Осоловевший, жаждущий. У Димы ёкнуло где-то в районе сердца. Он сглотнул скопившуюся во рту вязкую слюну и поднёс пальцы к подбородку Арсения. Дима снова касался нежно, бережно. Провёл по линии челюсти, по щеке, дошёл до губ. Провёл по ним сначала кончиками пальцев. Но затем оставил только большой палец на нижней губе. Дима поелозил по ней пальцем, словно пытаясь разведать территорию. Ещё раз сглотнул и надавил на губу. Арсений послушно приоткрыл рот и сразу же округлил губы, пряча за ними зубы, готовя себя к большему. От этого у Димы сам собой вырвался нервный смешок. Он был настолько поражён покладистостью Арсения, что на пару секунд завис. Они смотрели друг другу в глаза, не мигая, но вот Арс глянул вниз. На Димин член. И Дима больше не стал медлить. Он опять притянул Арсения ближе, в этот раз направляя его обеими руками. Он буквально насадил так пошло окрулённый рот на головку своего члена. Больше почувствовал, чем услышал, как Арсений часто дышит носом, потому что у самого кровь стучала в голове, а сердце надрывалось в грудной клетке. Дима надавил ещё больше и отпустил, ожидая, что дальше Арс справится сам. Но он почти выпустил головку изо рта, стоило только Диме перестать давить. Диме хотелось как-то иронично прокомментировать это, но собственный рот перестал его слушаться. Удалось лишь ухмыльнуться. А затем снова надавить на голову Арсения. Его рот с готовностью вобрал в себя головку члена. Рот был горячий и влажный. Он всегда манил Диму. А теперь, наконец, был там, где Дима его мечтал увидеть уже давно. Особенно, когда Арсений подбешивал, подкалывал Диму или выёбывался. Теперь всё было так правильно. Арс повыёбывался, а теперь сосёт. Хотя, кажется, что он выёбываться не прекратил, раз жаждет, чтобы Дима заставлял его брать в рот, раз не двигается сам. Хитрый и явно доволен этим. Дима надавил на голову Арсения ещё несколько раз, почувствовал как его слюни начинают течь по стволу. Чтобы продлить их интимный момент, Дима оттянул Арса за волосы. Они вновь впились друг в друга взглядами. Одна Димина рука начала гладить Арсову скулу, щёку, висок. А Арсений расслабил губы, и они тут же растянулись в довольную улыбку. Дима любовался таким Арсением открыто. Ему очень нравилось, что от возбуждения глаза Арса стали выглядеть темнее, что немного слюны собралось в уголках его губ, что Арсений тяжело дышит, что его щёки и шея сильно покраснели. Как он трогает себя через штаны. Красиво безумно. Собственные бледные пальцы в чёрных Арсовых волосах выглядели истинным безумием, парадоксально одновременно чем-то невинно-милым и возбуждающим. Хотя Дима понимал, что он уже близко к окончанию. Поэтому больше медлить не стал. У них ещё будет возможность и время, чтобы насладиться друг другом, а сейчас хотелось кончить, чтобы не кончиться самому от переизбытка эмоций и чувств. Дима вернул вторую ладонь на голову Арсения. Сжал пальцы чуть сильнее. И вновь направил его лицо к своему члену. В этот раз Дима надавливал увереннее, сильнее. Он заставлял Арса брать чуть глубже, чем до этого. Но из-за этого чаще делал перерывы, чтобы Арсений успевал дышать. В какой-то момент Дима почувствовал сопротивление. Арсений не желал выпускать член изо рта. Он шумно задышал носом и замычал, пуская вибрацию по стволу. Дима от этого дёрнул бёдрами вверх и охнул. Он толкнулся сильнее, чем планировал — почему-то он был уверен, что к такому Арсений не был готов. И он даже не сразу понял, что кончил. Дима удивлённо смотрел вниз, на то, как его сперма стекала изо рта Арсения вдоль члена вместе со слюной. И как Арсений жмурится, доводя себя до оргазма, не снимая штанов. После этого он застыл, пытаясь прийти в себя после произошедшего, всё ещё обхватывая головку члена губами. Арс вдруг заморгал часто-часто и поднял голову, взглянул на Диму как-то до боли пронзительно. — Ты меня простил? — Прошептал Арсений. — Блять, Арс. Я тебя из постели сегодня не выпущу, — хриплым голосом пообещал Дима. Он горел любовью и страстью к этому роскошному мужчине. И отпускать своё он больше не хотел.