На бис

      — Драко, — Малфой видел его тень, медленно ползущую по полу. — Мой любимый преданный последователь. Ты пробыл на задании месяц. Расскажи мне, как продвигаются наши дела в славной Скандинавии.              Парню было никогда не понять его тёплого отношения к той земле. Скоро у него будут трещать позвонки от упоминания Норвегии. Драко провёл там целый месяц, пытаясь не пропить всю печень в горе от сотрудничества с язвой под боком.              — Мой Лорд, всё идёт по намеченному плану. Я слышал, что сомнения в правящей партии растут, а противников их толерантности к грязнокровкам становится больше.              — Отлично, Драко. Это то, что я и рассчитывал услышать от подобного тебе. Расскажи мне о ваших методах.              — Без убийств не обошлось. Мы решили следовать стратегии Исаксен, которую она проводила ещё до её обнаружения. Убийства ваших главных приверженцев, чтобы простые чистокровные начали чувствовать панику от своих вчерашних грязнокровных друзей.              Нужно было только дать повод, почва давно была прогрета для вашего величия.              Волан-де-Морт держал руки за спиной. На его устрашающем лице выросла мерзкая улыбка.              — Я рад, что ты меня не подвёл… пока что. Это была идея Руны Исаксен, не так ли? — красные глаза обратились на Малфоя, который поглотил этот взгляд, не дрогнув.              — Да, всё верно.              — Что ты думаешь о ней, Драко? — шипяще поинтересовался Лорд.              Как она мне?              Драко не имел понятия, что с ней не так.              Когда он прокручивал все её действия в своей голове, все поступки… Его мысли путались хуже, чем нитки в клубке.              Ей было необходимо войти в ряды Пожирателей, получить метку, чтобы… чтобы стать примерной последовательницей? Так она говорила.              Драко больше нихера не верил её словам.              Обличие, которое она строила по кирпичикам так кропотливо, рушилось в его глазах с каждым её поступком. Исаксен не была монстром, который пойдёт по головам ради своей цели.              Он не видел в ней той маньячки, с которой боролся в пещере.              Блондинка была слишком… принципиальной?              Крайне моральной.              И чем больше он узнавал её, тем больше хотелось разрушить этот образ, который она сооружала.              Малфою было необходимо узнать, что она скрывает. Потому что беззащитную и настоящую будет легче загрызть.              Чудовище внутри него запросто разорвёт девушку в клочья.              — Она неплоха.              — Я редко слышал, чтобы ты отзывался так о ком-либо. Думаешь ли ты, что ей стоит доверять?              — Сомневаюсь, — честно ответил Малфой, ощущая свой ускоренный пульс, который разгонялся только от одного повёрнутого к нему Лорда. — Но она может быть полезна. До поры до времени.              Казалось, Волан-де-Морта устроил такой ответ, потому он кивнул.              — У неё достаточно приверженцев, которые пойдут за ней. Этого нельзя упустить из виду. Если мы избавимся от девчонки, может произойти бунт уже на нашей стороне. Я не допущу подобного риска. Сможешь ли ты убить её, Драко, когда придёт время?              — Непременно, Мой Лорд.              — Я ценю твою усердность, Драко. Ты — одно из лучших вложений моих сил.              — Благодарю, Повелитель, — Малфой присел на одно колено, опуская голову.              

***

             После прибытия в Британию впервые за месяц Драко отправился сразу на доклад к Лорду.              И только после встречи с ним Малфой вспомнил, что должен был зайти в их чёртову хижину, посмотреть новости, которые обычно ему оставляла Исаксен.              Так они избегали прямого контакта. Что, несомненно, устраивало обоих. Девушка оставляла норвежские газеты со своими комментариями на английском. Так Драко понимал, что происходило в стране после их миссий.              Малфой помнил, как в их убежище впервые заметил макулатуру с пометками. Почерк был аккуратным, но не таким идеально выверенным, как у него. Почему-то ему казалось, что он уже мог где-то видеть подобный.              В её заметках можно было понять, когда примерно будет их следующая вылазка, и какие меры предосторожности нужно принять на ближайшее будущее. А также сухо расписанная общественная реакция на убийства противников магглорождённых.              Как бы ему ни хотелось это отрицать, Драко был благодарен за это.              Этот подход был идеален, чтобы не встречаться лично по всяким пустякам. Если требовалось что-то срочное, она отправляла ему сову с зачарованными письмами.              И в преддверии встречи с Лордом Малфой бы не успел заскочить в их хижину, чтобы взглянуть на её записки. Если они там вообще были.              Если проклятие, которое послали в её руку, было не смертельное.              Гибель Исаксен усложнила бы его положение в раз сто. К его огромному сожалению.              Потому он решил, что отправится туда после того, как проведает Мэнор. Нужно было узнать, как там обстоят дела. Поместье без хозяев могло загнуться.              Драко вошёл в пристанище, которое давно не считал домом.              Тинки тут же появилась на пороге, пискляво крича:              — Хозяин!              Он не мог не улыбнуться на её восклицание.              — Привет, Тинки, — он присел, обводя взглядом скромное платьишко, которое было одето на эльфийке. Давным-давно Драко разрешил ей шить себе наряды.              — Тинки так рада, что вы здесь! Тинки соскучилась…              — Мы ведь виделись в Норвегии пару раз.              — Этого мало, чтобы Тинки перестала скучать. Хозяин должен почаще находиться здесь, со своей женой!              Упоминание Астории заставило его добрый настрой слегка померкнуть.              — Простите, Хозяин, — существо закрыло рот своими маленькими ладошками. — Тинки плохой домовой эльф! Тинки забылась!              И как только ринулась в сторону стены, чтобы врезаться своей головой в неё, Малфой схватил её за ручку.              — Я тоже рад тебя видеть.              В глазах эльфийки тут же начала собираться влага.              — Хозяин!              Тинки вместо стены врезалась в Малфоя, обнимая его.              — Тинки должна вам сказать, что…              — Мне казалось, ты способен постоять за себя и не тронуться головой, пока выполнял важное поручение от Повелителя. Иначе объяснить твоё мерзкое поведение сейчас я не могу.              Драко тут же выровнялся, вставая.              — Отец. Какой приятный сюрприз, — хватило одного короткого взгляда Драко, чтобы Тинки исчезла.              — Я думал ты вылечился от привязанности к всякому отребью ещё в детстве.              — Мама тоже здесь?              — Нет. Твоя мать сейчас в нашем шато во Франции. Начался сезон выведенного ею вида роз.              — Ясно, — сказал младший Малфой, проходя мимо Люциуса.              — Твоя жена говорила мне о вашей проблеме, Драко, — процедил мужчина.              — Как жаль, что я не успел на ваше чаепитие. Понимаешь, были дела, — без единой эмоции выдавил сын.              — Хватит паясничать. Ты знаешь, как важны наследники. Тёмный Лорд будет рад услышать, что род Малфоев ждёт роста семей. В такое время пополнение чистокровных будет очень кстати.              Драко почти физически ощутил, как его горло сжалось в трубочку.              — У меня нет времени думать об этих глупостях, и, если это так неочевидно, ты последний человек, с которым я бы хотел обсуждать свою половую жизнь.              — Поверь, все слышали о твоей половой жизни. Вот только почему-то собственная жена не входит в списки твоих глупых побед.              — М-м, как похуй.              Трость, которая была для Драко когда-то самым страшным ночным кошмаром, поднялась вверх.              Родители всегда любят поучать своих детей по разным поводам. Даже когда дети становились намного мудрее них. Даже когда дети получали чин повыше.              Малфою не требовалось и толики раздумья, чтобы метнуться в сторону отца и толкнуть того к каменной кладке, выбрасывая оружие Люциуса в сторону.              — Ещё раз, блять, ты направишь эту херню в мою сторону, я забуду о том, что обещал маме тебя не трогать.              — Ты забываешься, сопляк! Я научил тебя всему, что ты умеешь! Ты получил хорошее звание только потому, что я…              — Давай поговорим о том, почему я вообще получил звание, отец! Мне пришлось отдуваться за тебя перед Повелителем, пока ты сидел в Азкабане, протирая свой зад на ржавой койке! Мне пришлось вытаскивать нашу семью из убогого положения, в которое вогнал её ты! И, чего уж мелочиться, ты сам выбрал служить ему.              — Что ты…              — Ты виноват в том, что мама страдает! — рявкнул прямиком в лицо своего отца Драко. — Ненависть к грязнокровкам не стоила того пиздеца, в который ты вогнал семью. Поэтому не смей говорить мне, что я обязан делать тебе грёбанных внуков! Я никогда не стану тем, кто испортит жизнь ещё не родившимся детям.              — Ты… ты… Как ты смеешь так говорить о…              — Попробуй ему рассказать. Мне ничего не стоит уничтожить тебя.              Ноздри Люциуса раздувались от злости. Его лицо покраснело, а одежда в месте, в которое сын его толкнул, помялась.              Драко отпрянул от отца, сразу же разворачиваясь на выход из Мэнора.              Ему нужно было успокоиться.              И единственный человек, который мог бы ему с этим помочь, должен быть сейчас дома.              — Ты пожалеешь об этом!              Малфой-младший только хмыкнул, не обращая внимания на выброс отца.              Малфой телепортировался к дому Забини и бесцеремонно вошёл в ворота, широким шагом приближаясь к главным дверям.              Перед ним возникла домовая эльфийка.              — Мистер Малфой! — её голосок дрожал, а ручки тряслись. — Никому нельзя входить в поместье Забини!              — Мне можно, — процедил Драко, уже подходя ко входу.              — Мистер Малфой! Хозяин настоятельно просил Миззи никого не пускать в дом! — вопила эльфийка, умоляя Драко остановиться.              Когда Драко попытался открыть дверь, она оказалась словно заколочена.              — Что за херня? — прорычал он, пытаясь вновь пробиться, дёргая за ручку.              — Дом защищён специальным заклятием. Никто, кроме семьи Забини, не может открыть его.              Малфой тут же поставил себе цель кастрировать при встрече своего друга. Несмотря на любое разногласие между ними, Блейз всегда был желанным гостем в Мэноре. И Драко до стёртых зубов бесило, что это, видимо, не работало в обратную сторону.              Пошёл ты нахер, Забини.              Драко ещё раз сильно ударил ебучую дверь ногой, а затем аппарировал под облегчённый вздох эльфа.              Стоило всего лишь пробраться в Мэнор, затем через камин оказаться в своей убогой маггловской квартире, чтобы переместиться из неё сразу же в эту зашарпанную хижину.              Малфой ударом распахнул дверь, замечая женскую фигуру.              Молниеносно парень вытащил палочку и направил её на девушку.              Исаксен удивлённо таращилась на него, зажав в зубах маггловскую сигарету.              Парень сделал неосознанный вдох. В его голове тут же всплыли его воспоминания из детства — упаковками шоколадных конфет.              — Хозяин, я не успеваю прятать от вас сладкое! У вас так испортятся все зубы! — строго грозила ему пальчиком Тинки.              — Ты куришь? — проговорил Драко неверящим голосом.              Девушка стушевалась, часто моргая. Её руки были до сих пор опущены на стол. Скорее всего Исаксен изучала свои же чертежи.              Оторвав ладони от деревянной поверхности, девушка медленно высунула изо рта сигарету. Малфой ни разу не видел, чтобы женщины курили такое же дерьмо, которым они баловались с Блейзом и Тео.              — Да.              Видимо, их перепалка закончилась, даже не начавшись.              — Как давно?              — Давно, — кратко ответила она, нервно делая затяжку.              — Чистокровная девушка, которая курит маггловские сигареты. Занятно, — проговорил Драко, всё же опуская древко вниз. — Как твоя рука?              — Пришлось подлатать, — сглотнув, ответила Исаксен, отворачиваясь от парня.              — У меня есть врач, который бы мог посмотреть, — он не знал, какого хера вообще это сказал.              Сука, именно с ней почему-то контролировать свои реплики было сложнее всего.              Девушка подозрительно изогнула брови и уставилась на него.              — Мне ничего от тебя не нужно.              Но каждому, кого Малфой встречал на своём пути, было что-то необходимо от него. Его неимоверно раздражало, что он не мог её считать так же быстро, как и остальных.              — Ты должна меня поблагодарить, — едко сказал Драко, рассматривая её. Он никогда не видел её в повседневной одежде. На девушке были синие джинсы и какая-то потрёпанная розовая рубашка.              Это смотрелось бы отвратительно. Если бы не красивая фигура блондинки.              Исаксен за секунду ощетинилась, складывая руки на груди.              — Что?              — Я спас тебя, — беспечно ответил Малфой, кичливо смотря ей в глаза.              — Если бы сам не создал такую ситуацию, тебе бы не пришлось этого делать. Поэтому ты просто тем самым извинился за свой идиотизм.              Это ему и было нужно.              Чтобы кто-нибудь поднёс спичку к взрывчатке.              — С хера ли это я?              — Из-за тебя мы задержались! Ты бы мог убить её быстро, но ты решил поиздеваться над бедной…              — Бедной будущей Пожирательницей? Это же просто абсурд. Я уверен, что на каникулах в своей только что законченной школе, эта девчонка пытала людей сотнями.              — Ты не можешь это знать наверняка…              — Ты сама мне говорила, что она опасна! Такими не становятся, потому что плохое настроение. Таких людей учат быть мразями.              — М-м. Знаешь не понаслышке? — девушка затушила сигарету о стол. — Рад, что твой отец сделал из тебя идеальную бойцовскую псину?              Он только услышал, как её спина врезалась в стену. Драко не заметил, с какой силой надавил на её плечи. Исаксен скривилась от боли.              — Закрой свой поганый рот. Ты ничего не знаешь о моей семье.              — О, я знаю достаточно, Малфой, — она ядовито выплёвывала каждое слово. — Я уверена, ты думаешь, что во всём вина твоего дорогого папаши, — она на пару миллиметров приблизила своё лицо к его. — Очнись. Ведь того человека, который раздел молодую девушку, создал ты сам.              Драко замер, яростно тараня её взглядом.              Будь бы на её месте кто угодно, он бы уже молил о смерти. Потому что Малфой любил калечить медленно. Со вкусом крови на языке.              — Кто ты такая? — единственное, что смог выдавить из себя Драко.              — Я та, кто рано или поздно уничтожит твою жизнь.              Совсем нездоровый мужской смех раздался в крошечном помещении.              — Какая же херня, — Малфой скривил губы. — Ты ведь даже убить нормально не можешь. Я видел, как у тебя дрожали руки. Блять. Знаешь, что делают с женщинами, которые говорят слишком много? Когда ты перестанешь быть нужной Волан-де-Морту, я попрошу отдать тебя мне. А ты знаешь, что я умею заставлять людей страдать.              Послышался шлепок.              Драко медленно поднёс ладонь к своей щеке.              Девушка уже дёрнулась, чтобы побежать прочь, как Малфой снова вогнал её в ловушку своих рук. Его пальцы легли к ней на шею, ощущая пульсацию её артерии. Он тяжело дышал, бегая взглядом от одного её глаза к другому.              — Сделай подобное ещё раз, если хочешь остаться без ёбаной руки до конца своих дней. Не думаю, что ближайшие пару месяцев ты хочешь провести инвалидом.              Ей начало не хватать воздуха, но он ждал.              Ему требовалось видеть её мольбу в глазах.              Хотелось, чтобы Исаксен осознала, какое место в пищевой цепочке занимает. Стоило Драко надавить на шею посильней, и её сознание окажется в небытие.              Именно он владеет игрой.              Но девушка глядела на него своими голубыми радужками иначе.              Нет, не так, будто она смирилась.              А будто видела его насквозь.              Из её глаз стали течь слёзы.              Девушка одними губами произнесла: «Я ненавижу тебя».              Драко усмехнулся и отпустил её.              Исаксен стала кашлять.              — Надеюсь, теперь ты научишься вести себя со мной соответствующе.              Малфой так и оставил её — сгорбившуюся на полу, восстанавливающую дыхание.