ну хватит злиться

Ночь в Белграде идет полным ходом. Жара идет, но кондиционер перекрывает ее. Лёгкий ветерок продувает комнату, и Даня вздрагивает, холод заставляет его поёжиться, выходя из своих мыслей и укрыться одеялом. Мирослав спит глубоким сном, грудь легконько вздымается и опускается вновь. А у Дани бессонница, обычная, обыкновенная, неделю он не спит, а кофе нельзя, на мажоре в злую шутку с длинноволосым сыграет. Выбираясь из одеяла, он идет на балкон, вздыхая холодный запах и недавно пролитого дождя. Но долго стоять он не может, и через секунд тридцать возвращается обратно. Ложась на кровать, кареглазый пытается заснуть, но, кроме того как ворочаться, ничего не получается. После слышится чей-то сонный и оттого грубый голос: — Дань, чего ворочаешься? — тихо спрашивает Плахота, ложа руку на талию Дани, подминая под себя. — Не знаю, думаю о завтрашнем дне. — Тебе успокоительного дать? — шёпотом говорит зеленоглазый, вставая с кровати, смотря что-то в чемодане. — Может... Через минуту, с включённым ночником, Даня выпивает таблетку и ложится обратно на кровать. Засыпая, он видит опять тот сон, что был и вчера, и позавчера, и всю прошлую неделю. Проигрыш, грусть, горечь. Он отмахивается от этого сна и засыпает нормально, жаль, он не знает, что это правда. Думать и не спать Думать и не спать.