Animal flag

Словно цикличность, сцены, что устраивает Нам Гю после каждой юбки прижатой к Таносу так и норовящей прижаться еще ближе,чем было дозволено, пытающаяся облизать каждый открытый участок тела рэпера-становятся регулярными и наверное привычными. Не помогали слова, которые должны были помочь Нам Гю не чувствовать клокочущей ревности внутри. Не помогал ни нежный, не животный секс, который бы мог доказать Нам Гю, что ни одна девушка вжимающая свое тело в Таноса, с ним не сравнится. Возможно, это не помогало потому что Танос любил специально выводить на ревность. Будто бы иногда проверяя насколько далеко может зайти и Нам Гю со своей животной ревностью и он сам, со своими проверками. А Нам Гю каждый раз бесился. Мог разбивать кружки в паре метров от феолетовых волос, мог угрожать, что обязательно в следующий раз перегрызет горло сначала той шлюхе, что опять вешалась на Су Бона, а потом уже и ему. Каждый раз Нам Гю божился, что вскоре ему станет все равно на запреты Таноса по поводу засосов на видных местах и он, Нам Гю, обязательно сделать все возможное, чтобы фиолетовой была не только голова Таноса, но и каждый открытый участок его кожи.

***

После каждой такой вспышки ревности, Нам Гю чувствовал стыд, остывая, ведь Танос никогда не давал серьезных намеков на то, что действительно может променять его на сисьски. Хотя, жгучая злоба с прошлого раза, когда к игре Таноса "в ревность" подключилась сучка Сэ Ми до сих пор грохотала где то в глубине сердца. Но это было единственным, что не простил Нам Гю Таносу по сей день. А тот ведь и правда старался загладить вину. Чего только стоило то, что он на месяц взял на себя всю работу по дому, а после и готовку. И сейчас, когда месяц готовки Су Бона подходит к концу-Нам Гю задумался, а может быть у них получится жить без постоянных сцен, как нормальные люди? Тогда, может быть и Танос прекратит ради потехи выводить его на ревность. Все складывалось в голове хорошо, здоровые отношения, доверие и самое главное без траты нервов. Но от мыслей, как этого придется достигать что то внутри Нам Гю протестовало. Молчать он не привык. Всегда говорил так, как есть будь то те слова, что заденут, или же наоборот. А если это касалось отношений и тем более ревности-Нам Гю никогда не мог остановить поток своих слов. До одного момента. Пока голос не охрипнет.

***

Как сам Нам Гю и ожидал, он не продержался долго. И как он сам считал-это была абсолютно не его вина. Ведь Танос, не знавший о том, что Нам Гю пытается наконец, спустя 5 лет постоянного недоверия научиться доверять и не ревновать, решил вернуться к своим играм на ревность. В первый раз Нам Гю сумел сдержать себя и ни разу не закричал, а отреагировал настолько спокойно, насколько смог. Он тогда даже подумал, что ему пора в актерское, ведь чувствуя разрастающееся раздражение с ревностью, он сумел сдержать себя в руках. Чего только стоил взгляд Су Бона который явно не ожидал настолько спокойной реакции на его новый сторис в Инстаграм с двумя похожими на друг друга девушками, которые облепили его с двух сторон. Сложнее сдержаться было и во второй раз, когда Танос буквально через пару дней решил повысить градус и проверить-это все тот же Нам Гю которого он знает и живет с ним болбше 5 лет? Красная помада на рубашке как точно такого же цвета тряпка для быка. Заигрывающая, раздражающая. Нам Гю задержал взгляд на ней дольше положенного, чувствуя, как от ярости начинают краснеть кончики его ушей и он лишь надеялся, что Танос этого не заметит. Тогда, Нам Гю лишь тихо выдохнул, стараясь выпустить вместе с воздухом желание заехать в челюсть Су Бону. Но он сдержался, за что был горд собой. Когда наступила ночь и Танос уснул, Нам Гю выкинул эту рубашку с окна, даже не пытаясь отстирать. Даже трогать было ее противно. На следующий день, Су Бону, который не смог найти свою любимую рубашку, пришлось поделиться, что это он попросил Сэ Ми остаивть авторский принт на его рубашке. После чего невинно попросил ее отдать, но был удостоин лишь многозначительного среднего пальца.

***

На третий раз Нам Гю не сдержался, ведь Су Бон перешел по нескромному мнению Гю все границы дозволенного, придя домой с настолько же красным, как и в прошлый раз помада-засосом. В самом видном месте. На блядской шее. И в этот раз Нам Гю не стал сдерживать себя в желании заехать по лицу Таноса. На следующий день у Су Бона была красивая сине-красная шея, пестрящая кучей засосов и укусов, которые были поставлены пусть и с ненавистью, но с ровно настолько же и любовью. К дополнению к красной шее шла красная щека, по которой Нам Гю смачно заехал. Разглядывая Таноса теперь, Нам Гю даже немного радовался, что наконец исполнил то, о чем предупреждал Су Бона, шея действительно выглядила красиво, особенно тот участок кожи, который был первоначально не с его засосом. Он его перекрыл, сильным укусом который даже кровоточил поначалу. Су Бон в свою очередь сидел тихо, пытаясь не создавать лишних движений, но надолго его как всегда не хватило. Он долго извинялся и чуть ли не на коленях перед Нам Гю стоял, объясняясь,что этот засос он поставил самостоятельно, на что Нам Гю покрытил пальцем у виска, продолжая слушать тираду Таноса о том, что он беспокоился на счет того, что Нам Гю был сам не свой последние недели. Дослушав слезные переживания Су Бона, Нам Гю признался, в чем была причина и если бы ситуация располагала, он бы даже посмеялся с ошарашеного лица Таноса, быстро переходящее в столь виноватое, что даже стало его немного жаль. Больше пытаться измениться Нам Гю не пытался, весь накопленный гнев выливался с удвоенной силой. А Танос в свою очередь ни разу не высказал слова о том, что это слишком. Что пощечины слишком сильные, что темп, с которым Нам Гю вбивает его в кровать после очередной фотографии со слишком близ стоящей юбкой, слишком быстрый и жестокий. Что посуда в доме слишком быстро поскуднела и приходится закупаться больше и чаще, чем раньше. Возможно, им и не нужно ничего менять и скорее всего они находят свой шарм в своих животных отношениях.