Моя стихия

Глава 4 (Вик)

Мои отношения с Терри – мой персональный ад. Особенно последние полгода. Я уже забыл, что такое секс, зато знаю, где все его тайники, где можно спрятать наркотик. Если б я не спускал всё это в унитаз, уже купил бы яхту. Шутка, до слёз похожая на правду. Я всё никак не мог понять, куда подевался тот весёлый беззаботный парень, который вытянул меня самого из депрессняка несколько лет назад. Мы были счастливы – целых полтора года, потом абонемент закончился, и рай затрещал по швам. Терри и раньше баловался наркотой, я думал, что помогу ему спрыгнуть. Теперь мне постоянно нужно его контролировать. Я забрал у него деньги, карточки, буквально всё. Но я не подозревал, насколько он хитрый. Терри сдавал холл с выходом к озеру под бордель своему дружку. Я чуть не охренел, когда увидел, что мой любимый ковёр испачкан в чьей-то сперме, а под ногами использованный презерватив. Рядом на диване уютно развалился Пол. Я открыл дверь настежь и выбросил его шмотки на улицу. Едва он разодрал сонные глаза, я вытолкал его за дверь. Мне уже хватило прошлого раза, когда я наткнулся на голого мужика. - Вон! Раз Пол ночевал здесь, значит, у Терри опять есть деньги. Чёрт… Я не могу быть рядом двадцать четыре часа в сутки. Мне нужно работать и тоже как-то жить. Многие удивляются, почему я до сих пор его не бросил… Но я всё-таки любил его, хотя уже не так сильно, как раньше. Иногда с ним по-прежнему интересно, но всё чаще он, как малое дитя. Я мог бы завести себе кого-то ещё – чисто ради секса. Но я просто не могу так…блядь… Хотя уже реально рвёт крышу. - Терри, - позвал я его, - ты спишь? Терри лежал на кровати, раскинувшись на «звезду». Глаза широко раскрыты, изо рта течёт пена, комната пропахла рвотой, она растеклась по простыне. - Терри! Что ты наделал, блядь!!! Я перевернул его на бок, набрал 9-1-1, затем его отца. - Вам нужно срочно в больницу. - Опять? - К сожалению, да. Одна из «прелестей» жизни гомосексуала – это то, что тебя не принимают всерьёз, если ты пытаешься что-то объяснить в больнице. Конечно, родные, которых он видит по праздникам, и то через раз, всегда знают больше, чем тот, кто спит с ним в одной постели последние года три. Я задолбался со всеми спорить, теперь просто вытаскивал отца. Дуглас прилетал мгновенно. В этот раз дела посерьёзнее, чем обычно. Терри впал в кому и провёл так целую неделю – я думал, что сойду с ума. Я молился, чтобы этому старому придурку не пришло в голову отключить его от аппаратов, он легко мог это сделать. Терри из очень богатой семьи, но это ему редко помогало, скорее, наоборот. Дело даже не в том, что он гомосексуал. Слишком много давления, правил, ожиданий. Он всегда делал не то, не вовремя, не так. После долгого и нудного втаптывания в дерьмо на голову сыпались снисходительные подачки – в виде шикарного дома у озера, например. У меня до сих пор перед глазами его ошарашенное лицо, когда его мать «любезно» разрешила со мной встречаться, обсмотрев меня, как лошадь на продажу – со всех сторон. Странно даже, что не заглянула в штаны. Это при том, что мы были вместе уже целый год и даже строили на дальнейшую жизнь какие-то планы… Думаю, всё это понемногу его добило. По капле выдавливало стержень, пока не прорвало. - Я совершенно конченный, - сказал он мне однажды. - Я всё равно люблю тебя. Только я не уверен – как мужчину, как друга или брата. Всё перемешалось в моей уставшей от его выходок голове. Я держал его за руку, очень лёгкую и худую, и жутко боялся, что в следующий раз мне придётся спускаться к нему в морг. Очень хотелось есть, я отошёл к кофейному автомату и заказал себе «сникерс» и латте. Я не знаю, сколько времени прошло – минут пятнадцать, двадцать. Мне позвонил клиент, и я вышел во двор. Когда я вернулся, в палате никого не было. Молоденький темнокожий медбрат завозил новую кровать. - Терри?! Он что… - Он пришёл в себя, - ответил парень, - мне велели перевезти его вниз. - Куда? - Этого я не знаю. Я вылетел из палаты и столкнулся с его отцом. - Нам нужно поговорить, Виктор. Господи, как же я это ненавижу! Я уже двадцать семь лет – просто Вик. Но, как всегда, «мы улыбаемся и машем». - Да, Дуглас. - Я отправляю его в клинику, в Израиль. - Что? Но как… я не могу там быть, у меня контракт! - Тебя никто и не приглашает. - Но…чёрт…но как? Я настолько в шоке, что слова застревали в горле. - Это решение Терри, и я с ним согласен. - Я хочу поговорить с ним. - Нет! - Вы не можете запретить, он совершеннолетний! Дуглас схватил меня за плечи. Он такой же высокий, и у него чертовски жёсткий взгляд. - Послушай меня, как отца, Виктор. Я сейчас серьёзно. Оставь его, ради себя. Ты тратишь молодость, это лучшие годы… - Это МОИ годы! - Когда-нибудь ты скажешь спасибо, мальчик! - Нет! - Да. В глубине души я понимал, что Дуглас прав. Он всегда ко мне относился неплохо, тем не менее до чёртиков обидно. Мы ведь даже не попрощались…блядь! - Я хочу его увидеть! - Прощай, Виктор. - Нет… Я так и не увидел Терри. Он заблокировал мой номер, закрыл доступ к соцсетям, я даже не был уверен, что он вообще жив. Я подкараулил Дугласа возле его офиса, он дал нам минуту поговорить со своего телефона. - Всё кончено…Прости, Вик. Да, это был он, и судя по всему никто не стоял над ним с пистолетом. Я глубоко вздохнул. С души как будто свалился огромный крест. Но вместо облегчения я чувствовал тоску… Казалось бы, иди куда ведёт компас, гуляй, заводи романы, трахайся хоть целыми днями. Не хотелось вообще ничего. И пару недель подряд я тупо плавал. Два, три, четыре часа – сколько повезёт. Я уже освоил десятку и посматривал на двенадцатку… Сегодня я впервые с неё прыгнул. Какой же это кайф! Ощущения круче оргазма. Жаль, что это максимальная высота. Вернувшись из бассейна, я упал на кровать, распластавшись, как выброшенная на берег медуза. Разгорячённые мышцы ныли от удовольствия, я медленно погружался в сладкое небытие. Замок в двери щёлкнул, я только приподнял брови. Рядом с кроватью упал рюкзак. Матрас скрипнул под тяжестью ещё одного тела. - Нет, Хайк, ты будешь спать там. У него поразительная способность сталкивать во сне даже такого немаленького парня, как я. Когда мы засыпали рядом, я всё время оказывался на полу. Не представляю, как он вообще с кем-то спит в постели. Наверное, поэтому там сплошной сквозняк. - Я зашёл ненадолго, просто поболтать. - Для «поболтать» есть телефон. Такая штука с сенсорным экраном. - Я сто лет тебя не видел. Хайк протянул ладонь, и мы сплелись пальцами, это привычка с детства. Я смотрел на почти совершенную копию самого себя, только в кепке и с дурацкой белой прядью на чёлке. - Что это? Вождь – белое перо? - Почти, - ухмыльнулся Хайк, - я на тропе войны. - Всё настолько серьёзно? - Увы. - Мы с Дином смотрели твою игру в футбольном баре. По-моему, всё отлично. У тебя хорошие шансы, главное, не просрать, как обычно. - Да, - Хайк нервно подёргивал коленом, кровать ходила ходуном. - Ты опять встрял? – догадался я, - что на этот раз? - Я даже не знаю с чего начать. Кажется, поспать сегодня не удастся. Я сполз с кровати и достал из тумбочки шоколадку. - Не хочу… Мне нужна помощь, Вик. - Может, лучше купить тебе замок? На член или на рот? - Член уже и так под замком. Можешь смеяться, но я не хочу, чтобы Санни сделала аборт. Я уже привык к мысли, что стану отцом. И мне это нравится. - На таком сроке она уже не сделает, - заметил я, - но я за тебя рад. Звезда опускается с неба, приобретая человеческое лицо. - Пожалуйста, не надо… Мне и так тошно. Кто бы что ни говорил, я знал, что Хайк её любит. Хотя, любовь довольно странная, с бесконечными походами налево. У меня за всю жизнь не было столько парней, сколько он натягивал случайных девиц из фан-клуба – всего лишь за неделю. Санни – это наша с ним первая общая любовь, с самого детства. Мы делили её, даже без драк. Носили её рюкзак по очереди, соревновались, кто больше подарит конфет, рисовали сердечками рождественские пряники… Пока я не понял, что меня тянет к мальчикам Хайк – её первый мужчина. Сильно подозреваю, что вообще единственный Правда, они миллион раз расставались. В последний раз года на два, пока он не влип в потасовку в баре. - Хайк, - сказал я, - твой бесплатный психотерапевт ждёт подробностей. - Ты ведь знаешь, что эта команда – мой последний шанс! После всех этих скандалов, я просто счастлив, что меня взяли. Тем более сейчас! У нас крепкие ребята и очень пробивной владелец. Очень, Вик! Я готов глотку грызть, чтобы остаться. Это всё, что у меня есть, блядь! - Ну и кого ты уже перегрыз? - Пока что себя… - Это не смертельно. - Знаю. - Тогда в чём проблема? - Я говорил, что он гомосексуал? - Кто? - Бойд Кракетт, владелец команды. - Ну, гомосексуал… в чём проблема? Он что – преследует тебя? Я осторожно взял его за вторую руку. Есть парни нормальные, есть откровенные ублюдки. Я знаю, как это может быть мерзко, я таких встречал. Старые склизкие извращенцы! - Он пригласил меня на уикэнд. И я, сука, не знаю, что делать! Если я не поеду, этот пидор меня сожрёт. - Ты говорил ему, что ты натурал, что у тебя есть невеста и всё такое? - Он срать на это хотел. - Но ведь это же откровенное сексуальное домогательство, Хайк! Если он конченный, его, конечно, ничто не остановит. А вдруг нет? Просто откажись для начала. Если он нормальный, он сразу всё поймёт. Поверь – нет никакого кайфа, если парень тебя не хочет. - Я уже согласился. Кажется, у меня что-то со слухом? Но нет… Хайк рассматривал свои пальцы так, как будто собирался класть на плаху. - Зачем? - Он припёр меня к стенке. В буквальном смысле. - Вот так вот, ни с того ни с сего? Мне сложно представить, чтобы рослого футболиста сто кило плюс можно зажать в углу. Я знаю Хайка, знаю, как у него слетает крыша, если ему хотя бы показать кулак. - Чего ты не договариваешь, Хайк? Похоже, я попал в самую точку. Хайк снял кепку, запустил ладонь в волосы и сжал. - Я видел, что ему нравлюсь … и решил, что грех не воспользоваться. Немного… - Немного – это как? - Как это обычно делают… ну, посмотреть в глаза, дать себя иногда потрогать. Просто за руку. Ну, один раз за зад. А ещё он поцеловал меня в висок… Случайно. - Ты что, дурак? Покажи мне того натурала, которого я могу просто поцеловать в висок или потрогать за зад, чтобы через минуту не вылетели зубы? - Ну…слегка перестарался. Я лишь хотел, чтобы он попускал слюни, я не думал, что он попрёт, как танк. - Это называется по-другому, Хайк! - Мне плевать, как это называется, Вики… Что делать? - Ты соблазнял мужика, теперь не знаешь, как его послать? Я тоже не знаю. Я не страдаю такой хернёй. - Он просто меня уничтожит. - Ну а что ты хочешь от меня? - Вик! - Нет! Я примерно догадываюсь, к чему ты клонишь… Но нет. - Я не прошу сверхъестественного. Просто съезди с ним вместо меня. Тебя хотя бы не стошнит, если он полезет целоваться. - Почему ты считаешь, что не стошнит? Если он противный старый хрен… - Ему еще нет сорока, Вик. - Ладно, не слишком старый… Но я не буду с ним спать… Даже ради тебя. - Почему сразу спать, Вик? Можно просто пообщаться…придумай что-нибудь. У тебя отлично выходит. - Отлично выходит у тебя, Хайк! Как ты себе представляешь, что я ему скажу, если он захочет секса? Что у меня месячные или как? Мужчины всегда договариваются на берегу, это нормально. Он пригласил тебя на уикенд, считай, что секс идёт в комплекте по умолчанию. Ты ведь не сказал ему «чувак, я поеду так, в качестве фанерки»? - Нет…Блядь! Хайк подобрался сзади, обнял меня за шею – совсем, как в детстве. Не только, когда хотел, чтобы я сделал что-то вместо него. Он точно также обнимал меня во время грозы, хотя самому было страшно. Или, когда я болел гриппом, а он боялся, что я умру. Мы вообще, близняшки-обнимашки… Сука, он знает все мои слабости, знает ко мне подходы. Ему даже не нужно открывать рот. - Нет, Хайк…ещё раз нет. - Ты говорил, что у тебя давно не было секса. Он не такой уж урод… - Хайк, лучше заклей рот скотчем. - Бойд реально закроет для меня профессиональный спорт. Я просто повешусь, Вики. - А что будет потом? Допустим, чисто теоретически – я согласился. Дальше что? Он вернулся, ты по-прежнему в команде. Что ты будешь делать, если он захочет опять? Например, в душе, там у вас, на стадионе? В отеле, в машине… Да что я тебе рассказываю! Ты сам прекрасно знаешь, если хочется, то быстро найдёшь, где. - Думаю, это не проблема. - Думаешь? - Ведь можно, чисто теоретически, хотя бы попробовать сделать так, чтобы он больше не захотел? - Можно всё, Хайк…если захочешь. - Я бы этого очень-очень хотел. - А я хочу пятнашку… - Что? - Спрыгнуть с вышки. - Господи, Вик! - Я сегодня сделал тройной винт с двенадцатки. Ещё пару недель, и выдам что-то покруче. Придёшь на меня посмотреть? - Если ты… Блядь! Клянусь, что приду, Вики! Даже если нет… Я уже понял, что соглашусь, и Хайк это прекрасно знал. Это наша стабильная игра – я пытаюсь увернуться от новых «приключений», он выбирает соус, под которым мне это придётся съесть. Вот только раньше это никогда не касалось моей постели… Я ничего не могу с собой поделать. Хайк – всё, что у меня есть, он единственный, кто мне по-настоящему дорог. Даже для собственных родителей я всего лишь его невзрачная тень. А Хайк… - Люблю тебя, Вики. Ты лучший брат на свете.