Пусть остаток будет ярким, хоть и не долгим.

Это была она. Голос, что он узнает из сотни... Нет, из тысячи других голосов. Дыхание остановилось. Он не мог поверить собственным ушам. Наверное, ему просто показалось. Но это было уже совсем не важно. Даже если это какая-нибудь галлюцинация, созданная воспалённым сознанием, всё это не имело никакого значения. Хотелось снова просто плакать, чувствовать запах её волос и ощущать холодные ладони на своей коже. Парень резко встал, от чего чуть не подскользнулся на влажной траве, пробежал пару метров и буквально впечатался в плечо Лампчки, едва не уронив её. Нет, это не галлюцинация. Не самозванец. Настоящая. Лёгкое платье, голубые кеды и взгляд, полный спокойствия и нежности. На плечи накинут фиолетовый плед. Его плед. В самом начале её болезни, Кнайф притащил его в изолятор, с целью хоть как-то помочь. Теперь же, тёплое покрывало обнимало парня, вместе с нежными руками Лампчки. Только ей было позволено прикасаться к нему. Только ей он мог прямо сейчас рыдать в плечо. Только её хотелось видеть каждый день. Сердце бешено колотилось, отдаваясь небольшой пульсацией в висках. От тех резких движений голова шла кругом. Руки сами сжимали девушку всё сильнее, словно боясь снова потерять. А она лишь аккуратно гладила его по голове, тихо что-то причитая. Когда её еле различимый шёпот стих, парень услышал всхлипы. Слегка отстранившись, Кнайф посмотрел на бледное лицо своей лучшей подруги. Красные волосы стали значительно светлее, следы опухоли почти полностью пропали и самое главное — глаза, что снова наполнились жизнью, наполнились ещё и слезами. Он не мог на это смотреть. Не мог смотреть на её слёзы, от чего в следующий же момент прижал её к себе с такой силой, что та невольно пискнула. Пара секунд и девушка не сильно, но настырно, стучит ему по спине, тихо произнеся: —Ты меня сейчас задушишь! - после чего послышался нежный смешок. Кнайф отстранился уже полностью, но оставил свои руки на плечах девушки, разглядывая её милое личико. Было дикое желание поцеловать эти тонкие губы. Ощутить жар чужого тела. Почувствовать запах голубики от её волос. Уткнуться в шею, слушая стеснительные вздохи. Повалить на землю и... —Ты... что-то помнишь? В смысле... что с тобой было? - раздался хриплый, будто бы пропитый голос курильщика с десятилетним стажем. Впервые за неделю парень заговорил. Первое слово далось очень непросто, от чего пришлось немного прокашляться. Смотря на её прекрасное личико, которое Кнайф так давно не видел, хотелось продолжать плакать. Слёзы не прекращаясь лились рекой, но парень уже не обращал на них особого внимания. Лишь украдкой протёр глаза одной рукой и тут же вернул её обратно. Теперь его взгляд стал более серьёзным, однако всё ещё наполненный волнением и трепетом. На поставленный вопрос девушка только отрицательно покачала головой, что явно означало "нет". Кнайф слегка улыбнулся и вновь обнял девушку, но уже гораздо более нежно, чем в первый раз. Сейчас, эта чрезмерная и совсем не свойственная Кнайфу чувствительность и тактильность полностью рушили тот образ "загадочного парня", который он выстраивал очень долго. Но ему уже было наплевать на чужое мнение. Любимая девушка снова рядом, обнимает и гладит по спине. Большего ему и не надо. С небес потихоньку начал накрапывать лёгкий дождь, намекая на то, что героям уже пора уходить. Однако, такое неприятное обстоятельство в виде ухудшения погоды совершенно не напрягало героев. Они могли бы простоять так до поздней ночи, греть друг друга своим теплом и изредка тяжело вздыхать, если бы сзади не послышался шорох кустов и хруст веток. Лампчка первая отстранилась от парня, после чего глянула на кого-то за его спиной и в тот же момент лучезарно улыбнулась. От её улыбки было очень тяжело оторваться, настолько сильно она согревала душу и тело, подобно ванне с горячей водой после холодной улицы. Но взгляд пришлось устремить на причину, что нарушила эту атмосферу, ведь объект обожания Кнайфа полетела обниматься с другим парнем, что стоял за его спиной. От этой картины у сероглазого перехватило дыхание. Его Лампчка обнимала высокого, блондина с тёмными глазами, чьи волосы имели фиолетовый оттенок. Внутри всё сжалось. Конечно, объятия продлились всего несколько секунд, для Кнайфа же это была вечность. Оба улыбались, казалось бы, дружелюбно, но парень видел лишь злобный оскал. В голове слышался нарастающий, противный писк тишины, которую сразу же начали заполнять ужасные мысли. Всё прекратилось в тот момент, когда блондин с обеспокоенным выражением лица обратился к сероглазому. Пару секунд оба парня молчали. Нож пытался понять, что ему только что сказали, а Бутылыч уже ждал ответа. Поняв, что собеседник не совсем понял вопрос, он указал на оголённую руку Кнайфа, которую было трудно детально рассмотреть из-за того, что тот стоял спиной к кареглазому. В области груди резко кольнула тревога, когда Ножик понял, о чём идёт речь. Рукав куртки стремительно закрыл место многочисленных повреждений, конечность неприятно заныла. —Не твоё дело. - холодно, в своей привычной манере буркнул парень и отвернулся, не успев заметить радостную и, в то же время, спокойную улыбку со стороны собеседника. Хоть Бутылыч откровенно боялся его, глубоко внутри парень переживал за их местного одиночку. Раньше он всегда едко подкладывал всех и вся, не боясь последствий. Однако, после инцидента с Лампчкой, он стал совершенно другим. Нет, парень и раньше не показывал свои чувства никому, только до этого он хотя-бы общался с большей частью коллектива. Редко, но общался. Теперь же, видеть, как тот снова показывает свой характер, пусть и не с самой лучшей стороны, было очень даже приятно. В это время, скромный дождик уже начал перерастать в полноценный ливень, от чего вся троица в спешке была вынуждена удалиться с "места встречи". Впереди всех быстрым шагом шёл Бутылыч, чью спину, на которой легко колыхались достаточно длинные волосы, собранные в очень низкий хвост, медленно сверлили ненавистным взглядом. Девушка шла рядом с сероглазым, накрыв обоих фиолетовым пледом, дабы хоть как-то защититься от дождя. Погода так резко изменилась, что парочка даже не успела спросить, зачем Бутылыч вообще пошёл к тому злосчастному обрыву. Но, когда они подходили ближе к поляне, всё стало немного понятнее : все участники шоу стояли под своими зонтиками и чего-то или кого-то ждали. Кто-то просто спокойно стоял, кто-то с явно недовольным выражением лица смотрел вдаль. Но больше всех была возмущена девушка, что была ниже всех по росту. Короткие пушистые волосы, карие глаза и чрезмерно большой голубой зонт, что явно не вписывался в её тёмную цветовую гамму. Она держала его обеими руками плотно прижав к голове, чтобы как можно меньше промокнуть. Стоило троице выйти в поле зрения остальных, как все тут же удивлённо ахнули, смотря на Лампчку. —Лампчка! Тебе уже лучше? - первой подала голос Стёрка, подбежав вплотную к этим двоим. Кнайфу стало жутко неловко, когда до него дошло, что сейчас тот буквально прижимается к своей подруге, вместе прикрываясь тонким пледом от дождя. Одним ловким движением он выскользнул из этого положения и остался мокнуть под дождём в гордом одиночестве, в то время как остальные жители поляны стремительно стекались к выздоровевшей подруге. В стороне остался только он и Бутылыч, который пристально наблюдал за парнем, но тут же отвёл глаза в землю, когда из взгляды пересеклись. Толпа, что собралась возле Лампчки и находилась между этими двумя, продолжала набирать громкость. Стали куда отчётливее слышны вопросы и просто слова поддержки, направленные в адрес несчастной девушки, которая пыталась ответить всем и сразу. Она чувствовала себя немного не в своей тарелке, когда к ней проявляли настолько повышенное внимание. Все голоса слились в одной большой гул, от которого начинала болеть голова. Снова тот же жар по всему телу. Снова потемнение в глазах. И вот, она уже совсем не слышит, что всё внимание перешло на фиолетового хоста. Не слышит, что именно он говорит. Не видит, что Кнайф в этот момент обеспокоенно смотрит на неё. Только на последок чувствует, как ноги подкашиваются и она падает прямо на кого-то, как кажется, не сильно высокого из толпы и после этого наступает лишь темнота...