Стоун Сити

Ночь, несколько часов до пробуждения Руни Топовский, сидя на своем матрасе, молча смотрел на Фласку, с широко раскрытыми глазами. Сама Фласка же в свою очередь повернулась к Скрэтчу, и явно злым голосом сказала. — Скрэтч, нам надо поговорить. Наедине. — она схватила своего друга за шиворот, и потащила его на второй этаж. — Эй, ну не так же грубо! — сказал парень, но девушка его не послушала, и тащила так же. А когда затащила наверх, то увидела Акакия. Коричневоволосый парень смотрел в окно, за котором была лишь темнота. Он не моргал, но и не всматривался, а просто стоял, убрав руки за спину. — Акакий, можешь пожалуйста спуститься вниз? — сказала Фласка, и парень кивнул, а после направился вниз. — Может отпустишь меня? — спросил Скрэтч, и Фласка молча его отпустила. Парень встал перед Флаской, убрав руки за спину, и смотря ей в глаза. — Ты хочешь сдать Топовского, я правильно понимаю? — Конечно правильно понимаешь! Скрэтч, мы этого парня знаем меньше месяца, а Хэлд нас взял с улицы, накормил и воспитал! Очевидно, что нам надо делать! — Фласка, я знаю, что ты сейчас очень нервничаешь. Но Фирамир сказал, что надо быть спокойными! Значит, нам надо быть спокойными! Мы явно найдем другой выход! — Скрэтч искренне верил, что Фирамир прав, что он знает, что делать, и что если его слушать, все будет хорошо. — Скрэтч, а что мы дальше делать будем!? Вот успокоимся мы, а дальше что?! Как мы вытащим Хэлда по другому?! — Я НЕ ЗНАЮ! — парень сорвался — Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО НАМ ДЕЛАТЬ! НО Я ЗНАЮ, ЧТО ПРОСТО СДАТЬ ТОПОВСКОГО МЫ НЕ МОЖЕМ! Фласка замолкла, сделав шаг назад, и стала смотреть на Скрэтча широко раскрытыми глазами. Она не ожидала, что ее всегда спокойный друг повысит голос. Скрэтч же, в свою очередь, сделал глубокий вдох, и закрыл лицо руками. Он нервничал не меньше, чем его подруга. Руки тряслись, ноги подкашивались, дыхание сбилось. — Хэлд же учил нас быть добрыми. Помнишь? Фласка кивнула, у нее пошли небольшие слезы из глаз. Скрэтч сделал небольшой шаг вперед, и положил одну руку ей на плечо. — Д-давай просто дождемся того, что скажет нам Фирамир, хорошо? — Л-л-ладно… — сказала Фласка, и резко Скрэтча обняла. Тот не отстранился, а наоборот, прижался ближе. — Всё будет хорошо, дядушка Фир точно что-то придумает… Я уверен… Тем временем на нижнем этаже. Топовский все еще сидел на матрасе, не понимая, что происходит. Все что он знал, мусорщики похитили Хэлда, и требуют его в качестве обмена. И что Хэлд это воспитатель Фласки и Скрэтча. Но кто конкретно такой Хэлд, тем он приходится для Скрэтча с Флаской, когда его хотят обменять, он ничего этого не знал. И пока он думал, что с этим делать, спустился Акакий. — Акакий, привет. — сказал Топовский, и получил в ответ кивок — А ты мог бы рассказать мне больше о этом Хэлде? — Я мало с ним знаком. — холодно ответил коричневолосый парень. — Ну, хотя бы что ты знаешь. Пожалуйста. Акакий без эмоционально посмотрел на Топовского, и сделал пару шагов вперед. Теперь он смотрел в сторону входной лестницы, стоя спиной к своему собеседнику. И руки свои заложил за эту же самую спину. И стал говорить. — Хэлд подобрал Фласку и Скрэтча с улицы, когда им обоим было 4. Он их накормил, потом решил оставить. Хэлд научил их считать, обучил базовой грамматике, воспитывал из них правильных как он думал людей. Под правильными, он считал волевых, сильных духом, но не лишенных доброты людей. Это всё, что я знаю. — А, так вот как оно… — Топовский перевел свой взгляд вниз — Теперь понимаю, почему Фласка так отреагировала… Парень подпёр свою голову левой рукой, которая сама упиралась ему в ногу. И стал думать. — «Может все таки отдаться мусорщикам? Вероятно меня все равно сдадут, а так хотя бы отношение хорошее сохраню. Надо продумать, как я от мусорщиков сбегу…» В тот же момент, Скрэтч и Фласка вернулись с верхнего этажа. У обоих были следы от слез под глазами. — Топовский, мы тебя не отдадим. — глаза Скрэтча были полный решимости — Да! — подтвердила Фласка — Скрэтч образумил меня. Эти твари не получат тебя, и Хэлда не сохранят! И-и прости, что взъелась на тебя… Девушка отвела взгляд немного в сторону. Она не привыкла извиняться, особенно в такой ситуации, и сейчас у она испытывала легкий стыд. — Извинения приняты! — ответил ей Топовский, показав большой палец вверх —«Нихера себе, меня не сдадут…» — подумал он же, но не озвучил этих мыслей. В этот момент, Акакий вмешался в разговор. Он медленно развернулся, смотря четким взглядом куда-то в даль, и произнёс. — Тогда нам нужен план. — и в этот же момент, за окном, сверкнула молния, осветив лицо Акакия с одной стороны, что предало фразе еще больше пафоса.