Проваленное начало карьеры Эффи Тринкет

Итак утро перед 55 ежегодными голодными играми Хэймитч провёл как обычно. С похмельем. Он одел первое, что попалось ему под руку. Рубашка не стираная воняла ужасно, но Хэймитч не обратил на это внимание. Оделся, умылся. Вот и всё, ментору больше и не надо. Плевать что он оброс как пудель! Плевать что рядом с ним не нужен нашатырь! Он всё равно идёт на Жатву, а там всем до звезды на ментора, все прощаются с родными, с друзьями, с любимыми. Ведь сегодня кого-то из них выберут и им придётся «Представлять честь своего дистрикта!». Он опять идёт туда где скоро выберут «два мяса для потех» (Так ментор называл трибутов чтобы не привязаться к ним). Когда Хэймитч пришел к помосту, где глазами искал свою сопровождающую. Нет, что вы он не жаждал встречи со старой капитолийкой, он всего лишь хотел чтобы её передёрнуло от его чересчур резкого, невероятно резкого запашка. Но передёрнуло не её. Оставалось ровно полчаса до жатвы, а его новая сопровождающая валялась без сознания на руках миротворцев. Хэймитч застыл на месте при виде такой картины. Мимо него прошёл мер, который кого-то искал. Остановился, кашлянул, поморщился, потом перевёл взгляд на Хэймитча и на капитолийку, распластавшуюся на руках у миротворцев. - Это что такое?! - начал орать мэр - Я спрашиваю это что такое!? До эфира 20 минут, что с ней?! - он кричал не понятно куда, толи на миротворцев, толи на ментора, толи на всех! Хэймитча забовляла эта ситуация, он достал из кормана фляжку и сделал небольшой глоток. Чем ещё сильнее взбесил мэра. - А это ещё, что такое?! Эбернети вы совсем страх потеряли пить на жатве! Да ещё и в такую минуту! - Так она ж сама очухается. - говорит Хеймитч попутно делая глоток из фляги. - Сэр 10 минут. - раздался голос одного из миротворцев. - Врача, позовите врача с нашатырём! Срочно у нас десят минут до трансляции! - наконец прокричала одна из секретарш. Во клоунада, подумал ментор попивая из фляги и смеясь. - Эбернети ещё пара смешков и Жатву проводить будите вы! - закричал мер. - Врача срочно! Нашатырь несите быстрее! - начал кричать Хэймитч. - Пять минут! - Четыре! Горе врач наконец прибежала, вся запыхаешься. С лица, да вообще со всего стекал пот. Жара на эту Жатву выдалась знатная. Видимо погода и одежда Хэймитча сыграла злую шутку с сопровождающей. - Три минуты до эфира! Девушка врач помахала перед лицом капитолийки нашатырём и та медленно начала открывать глаза. Как только задвигались ресницы эскорта, её тут же резко поставили на ноги, отчего та снова чуть не упала, благо миротворцы сново подхватили капитолийку. - Минута! Сопровождающая витала в облаках находившись в полу-дрёме. - пятьдесят секунд! Мэр уже очень сильно нервничал. От того, что даже от нашатыря та не проснулась и не была готова доставать бумажки с именами детей. - Ну же мисс Тринкет! - мэр потряс её за плечи, ничего не помогало, испепеляющая жара не давало эскорту проснутся и тогда он решил дать ей лёгкую пощечину, дабы та проснулась. Свистящая пощёчина со звоном ударила капитолийку по лицу так, что остался след. Тринкет с закрытыми глазами нахмурилась, медленно открыла глаза и также медленно поднесла руку к удару, открыла рот чтобы что-то сказать, закрыла его убрала руку и положила голову на другое плечо. Хэймитч подошёл к ней, попутно раздвигая собравшуюся мини-толпу, подвинул пару миротворцев, секретаршу, которая без умолку трещала - Двадцать пять секунд!- пробравшись между ними, ментор достал флягу и придвинул её ко рту сопровождающей. Послышались перешептывания прибывших из Капитолия.  - Он, что собрался её напоить?  - Ей же сейчас выходить! - Эбернети, не хотите ли вначале оповестить нас о том, что вы собрались делать!? - прокричал мэр. - Дать ей проснутся. Или вы хотите, чтобы она проспала вашу драгоценную Жатву? - спокойно сказал ментор. Мэр тщательно обдумывал свои решения. Либо жатва перенесётся, за это его с вероятностью 99.9 накажет Капитолий, либо на сцену выйдет пьяный эскорт. Вывод очевиден. - Ладно! Но ты выйдешь с ней и будешь придерживать её, чтобы не дай бог свалилась на сцене. Хэймитч недовольно кивнул, открутил крышку фляги и влил всё содержимое в открывшийся рот Тринкет. Та всё выпила, через секунду нахмурилась, открыла глаза и резко встала, отчего у неё закружилась голова, она пошатнулась и схватилась за плечи Хэймитча, чтобы удержаться. Она взглянула на него и поплыла в улыбке. - Оо Хэймитч Эбернети собственной персоной! Я так наслышана о вас. - она слишком долго проговаривала слова. - Я кстати Эффи Тринкет. - капитолийка протянула руку, он тоже выставил руку. Она хотела её пожать, но промахивалась и хмурилась. Мэр не в силах смотреть на это закрыл лицо руками. - Она такая пьяная будто не фляжку выпила а целую бутылку. - задумчиво сказал мэр. - Вы, что намекаете что я БУХАЛА перед Жатвой! - она медленно протягивала все слова уперевши руки в боки. - Это неслыханно! - Нет нет нет дорогая, тебя никто не в чем не упрякает, мы всего лишь сообщим начальству. - говорила секретарша, объясняя Эффи как маленькому ребёнку. - Честное слово я не пила. - проскулила Тринкет. - Хэймитч, а что у тебя было во фляжке? - спросил мер. - Водка, а что? - спокойно сказал ментор. - Понятно… Что?! Ты напоил её! Ты дал ей целую флягу водки в жару! Господи за, что мне всё это! - Эфир через три, два… - Так Эффи нам сейчас надо выйти на сцену и ты должна сказать свою речь, а ещё вытянуть бумажку, я тебе прочитаю то, что там написано и ты это скажешь, хорошо? - Хэймитч старался говорить с ней как с ребёнком, который вот вот за истерит. - Да выходите вы быстрее! - закричал мер. Эффи попыталась сделать несколько шагов но шаталась как осиновый лист. Хэймитч взял её за плечи и придерживал, чтобы не свалилась. Так они дошли до середины сцены и встали у микрофона.  Нужно чтобы она не упала, не сбила микрофон, не начала петь или плакать, ну или, что там ещё могут натворить пьяные женщины, точно, не сказала ничего лишнего, и главное чтоб не забыла, что говорить. - Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте! - она опять расплылась в этой пьяной улыбке. Хэймитч посмотрел в сторону кулис, на мэра и секретаршу со сценарием, по её взгляду было понятно, что Эффи произнесла ровно на два «Здравствуйте» больше чем надо. Тем временем Тринкет распиналась про фильм. Почти всё, осталась только главная часть, выбор трибутов. Вроде, пока она сильно не напортачила.  Эффи неуклюже достала из шара две бумажки сразу, я посмотрел на мэра и секретаршу, они махали руками и показывали один палец. Я сказал капитолийке выбрать одну бумажку, иначе у них будет две девочки трибутки. Тринкет пыталась открыть бумажку, но у неё не получалось, она начала смотреть на него, а он смотрит на секретаршу с мером, которые грызут ногти от волнения. Он перевёл взгляд на Эффи, молясь чтобы у неё получилось открыть листок, ведь если сделает он, это вызовет ещё больше вопросов, а он и так стоит и придерживает свой экскорт за плечи. Она справилась. Смотрит на листок, щурит глаза. Ментор смотрит на него, тоже щурится. Он смотрит на мера, тот размахивает руками «Мол продолжай, читай! Делай хоть, что то!» наконец то Хэймитч хоть, что то говорит. - Ну вроде Фрэнсис Лоур… - Дорогая Фрэнсис Лоур! Становится первым трибуном дистрикта 12.  На сцену выходит высокая, вроде сильная девушка, лет 17. - Я Фрэнсис Тоур, вообще-то! - Фрэнсис Тоур поднимайся сюда! - Эффи уже не говорила, а почти укричала. Хэймитч сново указал сопровождающей на другой шар, с именами мальчишек. - А теперь мальчики!  Ментор посмотрел на мэра, тот облокотился об сцену и потирал свои виски. Явно не ожидая такой бурной реакции. Она сново не могла открыть бумажку, протянула её Хеймитчу. Дура! Это же видит весь Панем! Ментору ничего не оставалось, кроме как открыть листочек. И протянуть его обратно, Эффи прищурилась, в глазах у неё явно плыло. Хэймитч опять прошептал имя эскорту. - Эбл Тро… как? - переспросила Тринкет прямо в микрофон. Переспросила! У него! Прямо в микрофон! На глазах у президента Сноу! Хэймитч снова прошептал уже раздраженный. - Эбл Трой! Иди сюда! Отлично, а теперь пожмите друг другу руки! - Представляю вам трибутов из дистрикта 12, которые будут представлять свой дистрикт в Капитолии и на 55 голодных играх! Хэймитч посмотрел на мэра. Тот с облегчением выдохнул и показал ментору жестом уходить. Тот уже хотел потащить Эффи обратно, но та продолжила говорить. - Счастливых вам голодных игр, и пусть… Ментор посмотрел на мэра с секретаршей, те истерически махали ему руками, показывали крест и звали его обратно. - Пусть удача… Хэймитч потащил её за кулисы, но та сопротивлялась и буквально прокричала последние слова. - ВСЕГДА БУДЕТ С ВАМИ!!! Она упиралась ногами, пыталась отпихнуть Хэймитча. Благо в дело подключились миротворцы, трибутов они только еле придерживали, один миротворец подхватил Тринкет и перекинул через плечо как сумочку. Та брыкалась и била его кулаками. Ошарашенные операторы только сейчас очухались и выключили эфир, но было поздно, в кадр попало слишком много. Сопровождающую закинули в поезд и та мгновенно упала на диван. В Капитолий ехать два дня. Поэтому ментор показал детям их комнаты, а сам пошёл к мини-бару, смотреть записи с Жатвы и попивать ликёр. И правда, на телевидение попало всё! К обеду следующего дня Эффи наконец пошевелилась, а к вечеру уже сидела у телевизора и смотрела свою проваленную Жатву. Хэймитч не заходил в вагон-ресторан, где и сидела эскорт. Когда трибуны заснули, он всё таки прошелся к мини-бару. Эффи всё также сидела и пересматривала раз за разом свою Жатву. Услышав его шаги она подхватила первое попавшееся под руку (это был пульт от телевизора) и кинула его прямо в Хеймитча. Заплаканная Эффи попала прямо в цель и разбила ментору губу. Ты ахринела!? Сумасшедшая!Я ахринела!? Может тогда ты мне объяснишь, как я оказалась пьяная на Жатве!? Ведь я не пила! А сейчас весь Панем меня обсуждает! - Тринкет уже не кричала, она присела на корточки, обхватив ноги руками и тихонько всхлипывала.Ты свалилась в обморок, и никак не хотела вставать, тогда я дал тебе выпить.Чего? Это ты так шутишь? Нет, а теперь всё проваливай и дай мне спокойно выпить. Эффи посмотрела на него своим убийственным взглядом, но всё же ушла. Ментор терпеть не мог Капитолий и всех его жителей, капитолийцев волновало только собственная репутация, что ещё раз доказала Тринкет. Она такая же пустышка, кукла если можно так сказать. С боевым макияжем и в странной одежде. У которой получается  только вызывать отвращение. Если отправить такую как она на арену, то умрёт ещё до сигнала, пошатнувшись на каблуках. А если нет, то драться она точно не умеет. Но Хэймитчу даже нравится выводить капитолиек из себя. Этих избалованных нелюдей, на которых не разу даже голос не поднимали.