Часть 1
24 июня 2025 г., 13:38
Пять утра — самое собачье время. Особенно первого ноября. Особенно после всех выступлений на Хеллоуин. Особенно когда идет дождь… холодный ноябрьский, мать его, дождь. Собственно, именно это я и думала, когда ожидала Аниту у клуба «Запретный плод», закутавшись в толстую непромокаемую куртку и надеясь, что новые зимние сапоги выдержат это издевательство.
Так уж вышло, что мои способности помогли расследовать несколько дел и поймать некоторых давно неуловимых мошенников и прочую пакость, поэтому уважаемый лейтенант Дольф решил припахать и меня к расследованиям всякой гадости. Ладно, Аниту они знали давно и сотрудничали плотно, тут уж не отвертишься. Но и мой нос решили поэксплуатировать. Видимо, чтобы я не расслаблялась.
Джип Аниты затормозил у самого крыльца. Я для приличия поворчала о нелетной погоде, когда даже голуби ходят пешком или вообще никуда не ходят, а мирно спят под крышами. Но увы, тащиться на место преступления все равно пришлось.
— Ты как? — Анита вела ровно. Я следила за дорогой, чтобы не выскочила какая-то невидимая в дождевых струях дрянь и не устроила аварию. Обычно все так и случается — дождь, мокрая дорога, плохое торможение…
— Натанцевалась так, что ноги отваливаются, но в целом вполне жива, — клуб в эти холодные мерзкие времена переживал второе дыхание. Даже после Хеллоуина народу в ночь набилось предостаточно, чтобы заполнить весь зал и даже оставить кого-то тосковать у барной стойки. — А ты как?
— Сама видишь, — Анита зевнула, но взгляда от дороги не отрывала. — После чудной ночки с подъемом зомби вынуждена ехать расследовать очередное убийство.
— Кого убили-то? — равнодушно спросила я.
— Понятия не имею. Но то, что это случилось на кладбище, наводит на нехорошие мысли. Твои все на местах?
— Практически все, — я мысленно проверила свою волчью гвардию — большинство спало, Том и Стивен заканчивали смывать грим и тоже отправлялись на боковую. Один чудак мастерил в мастерской поделки и явно торчал там с самого вечера. Ну да чем бы дитя не тешилось… лучше пусть вырезает из деревяшек всякие прикольные фигурки, чем потрошит народ. — А что, думаешь, оборотень напал? — в последнее время оборотни у нас были довольно дрессированные. Но это не отменяло случайно зараженных, блудных одиночек и сумасшедших.
— Не знаю, сейчас увидим. Дольф как всегда темнит.
И мы увидели. У кладбища уже хватало полицейских машин с мигалками, от которых резало глаза. Мало мне мигающего клубного света, так еще и они. Хвала всем богам хоть сирены уже не выли. Преступление уже случилось, спешить поздно. Теперь нужно расследовать вдумчиво и методично.
Что, собственно, полицейские и делали. Беда в том, что проклятый дождь смывал все следы и превратил землю в сплошную грязевую кашу. На выходе из машины я от души нырнула в лужу по щиколотки и тихо выругалась.
— А вот и кавалерия пожаловала! — выкрикнул Зебровски, спеша к нам. — Девочки, где ваши плащи? Дать дождевик?
— Да тут уже плот надо строить, дождевик не поможет, — буркнула Анита, но отказываться от предложения не стала.
Я покачала головой — мне пока хватало куртки, к тому же вампирам простуда не грозит, да и все равно после этих приключений буду отмокать в горячей ванне. С бомбочкой. Точно, с малиновой. И пусть там хоть конец света и геенна огненная.
Дольф нашелся поодаль у старой могилы. Мокрая земля влажно чавкала под ногами, нехотя отпуская сапоги и поглощая их вновь. Дольф смотрел на то, что некогда было человеком, а теперь представляло собой истерзанную кучу останков разной степени ободранности. Мне даже нюхать не надо было, чтобы понять, что бедолаге выпустили кишки. Запашок стоял такой, что кроме Дольфа никто особо не рвался к трупу. Все старательно фотографировали, брали пробы и бродили по сторонам в некотором отдалении.
— И снова здравствуйте, — я попыталась быть вежливой, но в этой среде вежливость не приживалась.
— Похоже на ритуальное убийство, — без приветствий начал Дольф.
Анита рассматривала надгробие. Возле могилы дождь размывал остатки кровавого круга, точнее, уже практически размыл, оставив лишь оборванные линии. Интересно, кто в своем уме творит магию в такую собачью погоду? Само надгробие было ужасно старым. Я даже прищурилась, чтобы рассмотреть в неверном свете фонарей даты и надписи. Дата смерти приходилась на конец девятнадцатого века. Слишком старый мертвец, чтобы его мог поднять слабый аниматор. Впрочем, растерзанный человек аниматором не был, но в нем точно клубились остатки какой-то силы.
Благодаря Аните и ее работе я перезнакомилась со всеми доступными аниматорами. И подходящий под описание чернокожий красавец сейчас точно был дома с женой и детьми, наверняка видел десятый сон. Этот же хоть и был черным, но явно меньшего роста, судя по уцелевшей ноге.
— Очень похоже, — согласилась Анита, осмотрев уже почти полностью смытый круг и какие-то плошки с подношениями. — Но мертвеца не подняли из могилы. Он там, хоть и потревожен магией.
— А на кой ляд тогда это было начинать? — я указала на мисочку с какой-то жидкостью. Ее изрядно разбавила дождевая вода, но запах алкоголя все еще отлично чувствовался. Скорее всего добротный коньяк. Ну и чего ж было самому-то дома не выпить, вместо того, чтобы тащиться на кладбище?
— Не знаю, но это очень похоже на магию вуду, — Анита не прикасалась к мисочкам, но наклонилась, чтобы понюхать.
— Коньяк, — ответила я. — Марку не определю, но если у Жан-Клода в подвалах такой есть, то вынюхаю и покажу.
— Какой смысл наливать коньяк для ритуала? — удивился Зебровски. — Обычно кровь же льют.
— Крови тут тоже хватает, — Анита показала на брошенный за надгробием труп собаки. Ей ловко перерезали глотку острым ножом. Нож, кстати, полицейские уже нашли и изъяли, как вещественное доказательство, но толку-то — жертву разорвали, а не зарезали.
— Это не человек и не оборотень, — сразу ответила я на не заданный вопрос Дольфа, стоило только ему повернуться ко мне. — Специфического запаха нет.
— Это нечто с большой силой, раз его так разорвало, — Анита поморщилась от вида трупа, но хотя бы не блевала. Это хорошо. На крайняк дам ей мятную карамельку, чтобы не тошнило. У меня их полный кармашек в сумке.
— Вампир? — предположил Дольф.
— Сомневаюсь — на нем нет укусов, — Анита придирчиво осматривала жертву. Я тоже подошла.
К счастью, мне не надо было так сильно приближаться к трупу, чтобы осмотреть остатки кожи. Иначе оконфузилась бы уже я. Запах от кишок шел преотвратный. Лучше запах крови, чем говна, это я искренне говорю.
— Я не вижу следов укусов да и он не обескровлен, — подтвердила мои догадки Анита. — Не слишком тянет на вампира.
— Тогда что это за хрень вообще? — возмущенно спросил Дольф.
— Может он проводил какой-то ритуал и вызвал демона? Я в кино видела, — предположила я.
Зебровски кашлянул.
— Валена, при всем уважении, демонов не суще…
— Тихо, — шикнула на него Анита. Она, похоже, знала об этом больше моего. — Он точно проводил какой-то ритуал. И что-то вызвал. Кто его нашел?
— Кладбищенский сторож, только он не нашел. Он сразу вызвал полицию на подозрительные звуки. Говорит, вандалы балуются, вторую ночь подряд изрисовывают могилы какими-то знаками. Только боюсь, дождь все смыл, — Зебровски закутался в свой дождевик и уныло уставился на могилу.
— Что он услышал? — деловито спросила Анита.
— Какой-то вой или визг, решил, что подростки балуются, ну и вот, — Зебровски развел руками.
— Мощные, однако, подростки, — вздохнула я. — И без запаха.
— Можно уже его забирать? — уточнил какой-то парень, скорее всего из судмедэкспертизы.
— Да, забирайте. Все равно дождь смыл все следы ритуала и понять, что он рисовал невозможно, — Анита отошла в сторону и сняла резиновые перчатки. Мне таковых не полагалось, да и моя задача не трогать, а нюхать. И пока что мой нос был здесь бесполезен.
Мы вернулись в машину. Анита сняла запасной дождевик и отдала Зебровски. Я куталась в куртку и грелась как могла. От холодного дождя словно все тело становилось окоченевшим. Видимо, разбаловалась я за теплый октябрь.
— Приеду домой и сразу в ванну, — мечтательно сказала я, глядя на Аниту. — Там парни уже наверняка наготовили то ли завтрак, то ли ужин, так что голодать тебе не придется.
— Да уж, после такого зрелища обычно есть не хочется, — Анита мельком взглянула на меня и снова уставилась на дорогу. — Заедем куда-нибудь позвонить.
— Не мучайся, — я достала из сумочки мобильник. — Звони прямо отсюда.
— Все забываю о прогрессе, — устало фыркнула она.
Жан-Клод подарил ей мобильник, просто она не хотела им пользоваться. То ли чтобы ему насолить, то ли просто не привыкла. А вот я оценила удобство и сейчас активно продвигала телефоны среди оборотней и вампиров. Все время быть на связи чертовски удобно, к тому же не надо бегать и искать кто где, чтобы узнать у него что-нибудь важное.
Анита звонила Мэнни — своему старому приятелю, учителю и эксперту по вуду. Думаю, от меня здесь толку не будет, поскольку в магии вуду я понимаю не больше, чем в играх на бирже. Вот когда скажут, кого ловить и бить, тогда я с удовольствием включусь в игру. Но полицейским нравилось использовать мой нос не по назначению, а для расследований. Да и оборотней я выслеживать могла, в отличие от собак-ищеек. Так что скорее всего нам придется побегать вдвоем. Ничего, и котики, и волчики уже большие и справятся несколько дней без круглосуточного присмотра.
Надиктовав предложение о встрече на автоответчик, Анита вернула мне телефон, и мы наконец поехали домой.
Дом в дожде являл собой странное, почти призрачное зрелище. Мы выбирали его вдвоем, чтобы каждой было удобно. Увы, я не могла купить дом самостоятельно, так как вампирам пока еще таких прав не положено. Пришлось оформлять дом на Аниту, а сумму делить пополам. Кстати, нам продали его с большой скидкой. Дом у самого леса, поодаль от цивилизации и с убийством хозяина в анамнезе не пользовался спросом. Зато нам было хорошо. И оборотням есть где выгуляться — выскочил из двери или окна и уже на природе — и обзор круговой из всех окон и чердака. На чердаке, кстати, есть весьма любопытная приблуда для отстрела всех незваных гостей. Ну это я так, к слову. Капканы поставить же не смогла из-за обилия оборотней, вот пришлось хоть так выкручиваться. Приблуду эту нам подогнал Эдуард за вполне божескую плату. Это было что-то вроде модернизированного пулемета, но точнее я не скажу. Работает — и ладушки.
Кухня у нас получилась общей. Изначально поделить ее не вышло, так что мы решили и не мучиться. Все равно Анита не готовила, так что кухня досталась в полное распоряжение оборотням, у которых хватало сил и времени заниматься приготовлением самых разных блюд. Судя по запахам оттуда, сегодня у нас аж целый сладкий пирог с яблоками, что-то с курицей и явно запеченные на гриле овощи. Дай мужчинам гриль и они все на нем будут готовить.
Я, как и обещала себе, отправилась отмокать в ванне, надеясь, что больше никакой гадости за сегодня не будет.
***
К Мэнни мы поехали после обеда. Хоть немного выспались и то хорошо. Я надеялась, что старый аниматор что-то расскажет дельное, но вот что спрашивать-то? Кого или что можно было вызывать глубокой ночью на кладбище под дождем? Странно как-то. Дом у Мэнни был добротным и удобным. Сразу чувствовался тот старинный дух, который бывает лишь в давно обжитых домах. Смесь запахов еды, людей, духов, стирального порошка, цветов и чего-то еще. Запах давней и активной жизни. Мне, конечно, не полагалось звать его Мэнни, для меня он был мистером Родригесом, но мысленно-то можно. Он встретил нас во дворе, но в дом не пригласил. — Поедем куда-нибудь в тихое место? Не хочу, чтобы жена слышала, как мы обсуждаем… все эти дела, — сказал он Аните. И она согласилась. Он уселся на заднее сиденье, и мы поехали в ближайшее кафе. Что поделать, обычно такие мерзкие вещи действительно обсуждаются вне дома. Люди не хотят тащить чужую грязь и смерть к себе. Сам по себе Мэнни был еще крепким стариком. Анита говорила, что ему шестьдесят, но я бы дала меньше. Впрочем, если он завязал с магией, это не означало, что магия завязала с ним. Ничуть не означало. — И что на этот раз? — спросил он, когда мы зашли в кафе и взяли меню. Аните полагался обед. Мне — кока-кола и возможность послушать умные разговоры. Мэнни тоже что-то выбирал. — Убийство на кладбище, очень похожее на ритуальное, — будничным тоном заявила Анита. — Совершенное уже после Хеллоуина, что довольно странно и не показательно. Думаю, там замешана магия вуду, поэтому мы обратились к тебе. — Мы — это ты и твоя странная спутница, — Мэнни взглянул на меня с прищуром и покачал головой. — Не знаю, где ты отхватила это чудо, но учти, что скрывать такой потенциал с каждым годом будет все труднее. — Спасибо, но это сейчас не главное, — Анита достала распечатку фотографий, которые утром прислали из полиции. — Что ты можешь сказать об этом? — она показала фото чернокожего парня, точнее, того, что от него осталось. — Да, завтракать после такого вредно для здоровья, — Мэнни поморщился, а затем взял другую фотографию — почти смытого круга и плошек. — Могу точно сказать, что парень практиковал вудуизм — вон на надгробии знаки, — он подчеркнул их ногтем. — И все? — нахмурилась Анита. — Не совсем. Что было в этой мисочке? — теперь его палец указывал на медную мисочку. — Коньяк. Достаточно дорогой, если судить по остаткам запаха, — пояснила я. — А еще это старое надгробие, самое старое из всех на кладбище, верно? — спросил Мэнни почти утвердительно. — Да, там кто-то умерший в конце девятнадцатого века. — Вудуисты часто поклоняются Барону Субботе. Его день как раз первого ноября, он горазд хорошо выпить, закусить и повеселиться с женщинами, — начал рассказывать Мэнни. — Обычно именно его почитают на самой первой могиле мужчины на кладбище, а его жену — на самой первой могиле женщины на этом же кладбище. — Ты хочешь сказать, что его убил Барон? — поперхнулась Анита. — А кто это вообще? — спросила я, поглядывая то на него, то на нее. — Очень сильный дух, воплощение смерти вудуистов, — Мэнни покачал головой. — И нет, он не стал бы убивать того, кто приносит ему подношения. Вот вселиться и заставить беднягу напиться до полусмерти мог бы. Но чтобы так… — Какое хорошее оправдание алкоголизма, — вздохнула я. Ну да, это так просто — не я пил, Барон Суббота вселился, бес попутал, дьявол соблазнил. Жалкое зрелище. — Ну не скажи. Он довольно сильный и порой жестокий, если потребуется, — Мэнни снова рассматривал фотографии. — Скажи, как выглядел круг, когда вы приехали? — Почти никак, его смыло дождем, — Анита покачала головой. — Жалко. Если бы я знал, что точно там было написано, мы могли бы понять, действительно ли это была всего лишь дань уважения Барону или же призыв иной сущности. — Может быть, что-то пошло не так? Ошибся, дождь смыл нужный знак и все такое? — предположила я. Магия — наука точная и не любит ошибок. Некоторые ошибки заканчиваются смертью. Когда окружающих, а когда и смертью мага. — Вполне возможно. Если бы там были точные символы, я бы сказал, что этот человек хотел что-то попросить у Барона, но так как дождем могло смыть или разрушить барьер, то… оттуда что-то вырвалось. Возможно, злобный дух, возможно, какой-то монстр… — Мэнни отложил фотографию. — Простите, девушки, я вряд ли смогу вам помочь при таких скудных данных, но если найдете что-то еще, то скажите. В любом случае это все не просто так. — Хорошо, если мы что-то найдем еще, связанное с вуду, я с тобой свяжусь, — Анита легонько улыбнулась. Но в глазах ее стояла тоска. Мы остались обедать в молчании. Я прихлебывала колу и рассматривала окружающих. Просто так, поскольку ни охотиться, ни пить кого-то из них я не собиралась. В Сент-Луис потихоньку лился ручеек туристов и с каждым годом только креп. Мекка вампиров привлекала как самых отбитых, так и довольно серьезных людей. И хотелось бы, чтобы город был безопасным и удобным для всех без исключения. Потому-то я и помогала с расследованиями — все, что в моих силах, лишь бы только жилось спокойно и вампиров больше не трогали.***
Вечером у нас с парнями было выступление. Мы по очереди танцевали то в клубе, то в цирке, для разнообразия и чтобы не приедались публике. На этот раз мы были в клубе. Анита отправилась собираться поднимать зомби. Я надеялась, что на сегодня лимит приключений превышен, но нет. Когда взмыленный Джейсон притащил мою сумку с орущим телефоном, я как раз спускалась со сцены. — Анита. Скорее всего срочно, — сообщил он и тут же ушел, оставив меня разбираться с делами. Как оказалось, полиция нашла новую жертву. На этот раз в доме неподалеку от кладбища убили женщину с даром. Она не была аниматором, но Анита знала ее. — Патрисия Мерсер, она больше специализировалась по духам, — вздох у Аниты вышел довольно грустным. — Куда подъехать? — спросила я. — Ко вчерашнему кладбищу, от входа вторая улица налево, ты найдешь, — она уже знала, что адреса называть бессмысленно, я их все равно не запоминала и в поисках адреса могла кружить по одной улице до бесконечности. А вот с ориентирами дело шло куда лучше. — Отлично, скоро буду. Ночь определенно не задалась. Я быстро смыла грим, переоделась в рабочее и оставила танцевальное платье для чистки. Второй раз бросаю оборотней, ну ничего, доедут домой самостоятельно. До кладбища я добралась довольно быстро, а дальше нашла нужный дом не сколько по ориентирам, сколько по множеству полицейских машин. Как говорится, примета современности — там, где много полицейских точно что-то произошло. Анита уже приехала, натянула защитный костюм и перчатки. Мне тоже досталась пара перчаток. Только пришлось на куртку прицепить бейджик о том, что я внештатный консультант. — Много вас развелось, — ворчал дежурный полицейский, но все же пропустил меня за желтую ленту. В доме сразу ощущалась аура человека, связанного с магией. Я понюхала воздух — пахло полынью. Некоторые травы хозяйка разложила пучками по особым местам — в точках силы. На полу лежали вязанные коврики, на стенах висели вполне неплохие картины. В целом, складывалось впечатление, что эта женщина жила довольно мирно и спокойно. Если не считать запаха крови, который активно просачивался сквозь полынь и домашний уют. — Там… сами увидите, — Дольф как обычно не здоровался. — Жертва пыталась защититься, насыпав круг из соли, но это ее не спасло. — То есть, у нее было на это время, — констатировала Анита. Ну да, добежать до кухни, взять пачку соли, насыпать вокруг себя… — Да. Думаю, она что-то почувствовала, так как пыталась спастись. Она была медиумом или что-то вроде того, — Дольф махнул рукой. Первой на кухню вошла Анита, я следом. Здесь запах крови висел так плотно, что я невольно прикрыла нос рукой. Не хватало еще начать кусать невинных полицейских. Им тоже нет никакой радости в три часа ночи расследовать убийство вместо того, чтобы мирно отсыпаться дома. Тело хозяйки дома неизвестный разорвал точно так же, как и вчерашнего негра. Всей разницы, что голова ее осталась на месте, зато ей зачем-то обезобразили рот. Я постаралась не дышать, благо тело откликнулось на мой призыв. Не дышать. Нюхать. Искать чужеродные запахи. Что-то отличное от крови и запаха тела. Что-то чужое… Анита осторожно подняла оторванную руку женщины. На запястье болтался серебряный браслет с камушком. Камушек пропитался кровью и теперь стал темно-красного цвета. — Огромная сила у нашей твари, — констатировала она. — Но есть еще кое-что. — Да, в этот раз он не выпустил кишки, — для того, чтобы говорить снова пришлось дышать. И невольно ощутить запах крови. — Он спешил? — Или не видел смысла, — Анита убрала руку в полиэтиленовый пакет и вернулась к телу. — Он разорвал ей рот, чтобы она не сказала что-то. Или не прочитала заклинание. — Все может быть. Но потрошить не стал. Занятно, — я обошла круг из соли. Кое-где натекшая кровь разрушила его, но в целом… сквозь этот круг не перешагнуло ни одно живое существо. И тело осталось в круге. Он не вытащил его наружу, просто убил ее и оставил. Неизвестный некто он… Патрисия была женщиной средних лет, возможно, около сорока, точнее я бы не сказала из-за изуродованности лица. Ее средней длины светлые волосы пропитались кровью и слиплись сосульками. На лице застыли ужас и обреченность. Пробовать кровь на месте преступления мне тоже нельзя, так что я осталась как есть, хотя могла бы узнать, что она видела в последний момент. — Анита, это может быть дух? Смотри, дверь не взломана, стекла на окнах целы, мебель не тронута и не сдвинута. Вот она вбежала в кухню, обсыпалась солью, вот ее убили и… все? Убийца был либо абсолютно спокоен и уверен в себе, либо бежал без оглядки, но никаких следов нет. Я стояла в шаге от кровавого пятна. Еще одним условием было не вступать в кровь и не разносить следы из грязи. Вполне логичное условие для расследования. И кто бы ее ни убил, он не оставил следов — ни капель крови на полу, ни сдвинутой мебели. Могу поклясться, что с отпечатками пальцев тоже глухо. — Дольф, а Дольф, — я повернулась к полицейскому, который стоял на пороге. — Можно я попробую кровь, чтобы узнать, что она видела перед смертью? Одну капельку. Она ведь наверняка его видела или чувствовала, раз так подготовилась. — Я сам тебе наберу, кровопийца, — проворчал он и вышел. Вернулся через минуту с пластиковым стаканчиком и ловким движением зачерпнул кровь. Она была еще достаточно жидкой. — А ведь ее убили недавно, — Анита смотрела на кровь в стаканчике, которая хоть и загустела, но не свернулась. — Соседка услышала жуткие звуки и крики и вызвала полицию. Они все сильно напуганы двумя убийствами подряд, — Дольф отдал мне стаканчик. Я принюхалась. Кровь этой женщины пахла магией и силой. Утраченной, разлитой теперь в воздухе бесполезной силой. Того, что он набрал, хватит только на один глоток. Важно не ошибиться. Я осторожно попробовала кровь языком и осторожно выпила. Мне нужны последние моменты ее жизни. То, что ее убило. Перед глазами возникла размытая тень — быстрый, очень быстрый. Патрисия спешила и была в ужасе, в ее крови горечью плескался адреналин. Она боялась того, что пришло за нею. Тень, призрак, нечто ужасно сильное и отчаянное. Нечто, не принадлежащее к миру живых. Но убивающее вполне материально. — Это какая-то тварь, — тихо произнесла я. — Патрисия была уверена, что соль и одно интересное заклинание защитит ее. Перед смертью она все шептала его, и он вырвал ей челюсть, чтобы не дать полностью защитить себя. Пожалуй, заклинание не дало ему распотрошить ее — в воздухе все еще плавают остатки ее силы. — Как эта тварь проникла в дом? — хмуро спросил Дольф. — Она… она просто возникла, — я задумчиво смотрела на него. — Очень похоже на призрака, но это не призрак. Анита, ты не знаешь, что такое можно было вызвать на кладбище? — У вудуистов много разных мифов, — Анита покачала головой. — Но чаще всего они занимаются подъемом мертвых, призывом духов и… стоп, призыв духов, — она выставила вперед руку, тем самым призвав помолчать некоторое время. — Есть один способ призвать мстительного духа, который должен уничтожить твоего врага, — наконец произнесла она, когда Дольф уже начал терять терпение и постукивать ногой по паркету. — Давайте выйдем отсюда и попробуем разобраться. — Вчерашний убитый был родом из Нового Орлеана, приехал к нам с полгода назад. Фредерик Прайс — не знаешь такого? — возле нас встал Зебровски, который держал в руке блокнот с карандашом. — Первый раз слышу, — Анита ждала его вердикта. — Так вот, говорят, он практиковал вуду и иногда помогал страждущим. За деньги, разумеется. По мелочи — сделать какую-нибудь гадость, бородавки навести, что ли. Но неделю назад наш дорогой мистер Прайс пел чуть ли не дифирамбы некоему заказчику, который позволит ему разбогатеть. — И этот заказчик заказал ему провести ритуал и вызвать тварь? — удивилась я. — Не совсем. Этот заказчик просил извести его конкурента. Представляешь, наш покойник все выболтал в баре бармену, напившись в драбадан… — А потом пошел вызывать Барона Субботу? — недоверчиво спросила я. — Какого еще Барона? — вздернул бровь Зебровски. — Ну, мы тут проконсультировались и узнали, что ритуал похож на обращение к Барону Субботе, очень почитаемому божеству вуду, — я пожала плечами. — Черт его знает, что он там вызвал, но оно продолжает убивать. — Это похоже на духа или призрака, только вот призрак не может навредить живому человеку. А этот еще как может, — я поморщилась. Воспоминания Патрисии все еще горчили в мыслях. — Кстати, вы заметили, что у обоих убитых были магические способности, завязанные на смерти? Вудуист и медиум… — Анита задумчиво смотрела на то, как упаковывают останки Патрисии в плотный черный пакет. — То есть, тварь охотится на тех, кто связан с магией мертвых? — предположил Дольф. — Может быть. А может, ей заказали охотиться на таких людей. Беда том, что заказчик самый первый попался ей под руку. Я отошла в сторону, чтобы запах крови не раздражал и не першил в глотке. Сегодня я уже ела, да и после танцев напиталась силой так, что едва не лопалась. Но все равно кровь есть кровь… Внезапно я услышала далекий крик. — На улице кто-то кричит, — я махнула Аните рукой и выскочила во двор, ловко перемахнув через открытое окно. Благослови боже одноэтажную Америку. — Ничего не слышу, — Дольф выглянул в окно за моей спиной. — Не удивительно, — я подавила желание сказать «ты же человек». Нет, с полицейскими в эти игры лучше не играть. Крик повторился. На этот раз его услышали все. Мы высыпали во двор дома, полицейские достали оружие. — Кричат со стороны кладбища, несколько человек сразу, — я указала в нужную сторону. Сегодня было хорошо — после дождя воздух оставался чистым и прозрачным, ветер почти не дул и не сносил в сторону звуки и запахи. И мы побежали к кладбищу. Там темноту прорезали фары машин, к некоторым быстро мчались их хозяева. Одна весьма миловидная старушка запричитала о дьяволе, который наказал ее за подъем мертвого мужа. Я же была уверена, что дьявол здесь как раз вообще ни при чем. В Аниту врезался рыжий перепуганный комок, оказавшийся Ларри. — Там, там… — сбивчиво бормотал он, тыкая пальцем в сторону, откуда все прибежали. — Спокойно, — я положила ладонь ему на голову. Если мы хотим внятного рассказа, то свидетель должен быть вменяем, а не терять рассудок от ужаса. Сила плеснулась вокруг Ларри и застыла, забрав страх и ужас. Я не могла питаться страхом, но немного работать с ним научилась. Точнее, не так. Я не хотела питаться страхом. Пожалуй, это было единственным барьером. — Тут зомби! — донесся до нас крик одного из полицейских. — Да, это мистер Дуглас, его супруга попросила поднять его, чтобы уточнить детали завещания, — на этот раз Ларри хоть и подрагивал, но говорил достаточно внятно. Вокруг нас взметнулся поток новой чудовищной силы. Я обняла Ларри и Аниту, не давая этой силе ухватиться за магию аниматоров. Мои щиты встали вокруг них так плотно, что Анита наверняка ощущала их кожей. Я же полыхнула силой нарочито ярко, чтобы дать понять, что это мои люди. — Такие жалкие смертные… — глухой голос прозвучал словно бы из-под земли. — И не поклоняются, а приказывают… Мы смотрели, как из земли медленно вытягивается тень. Поначалу бесформенная, дрожащая от света полицейских фонарей, а потом все более крупная и четкая. Тень без источника, тень без хозяина. Кто-то из полицейских достал освященный крест, но мне так показалось, что толку от того не больше, чем от соли, которую сыпала Патрисия. Чтобы крест действовал, в него нужно верить. И не только владельцу, но и нежити, которую пугают. Конкретно этот монстр чихать хотел на крест и все с ним связанное. Это плод другой религии, детище иных фантазий и представлений о не-жизни. — О, родственница… брось жалких смертных, они недостойны твоего внимания, — тень колыхнулась к нам ближе. Я видела, как Анита достала пистолет. Толку от него, конечно, немного — вряд ли мы могло повредить нематериальному существу, а вот подстрелить кого-то из своих — вполне. — Это мои жалкие смертные, не тебе тянуть к ним лапы, — прошипела я. — Тогда следи, чтобы они не вздумали мне приказывать, — тень взвыла и взмыла в небо. От резкого визга мне заложило уши, и я невольно отвернулась. — Вот тварь! — Анита спрятала пистолет. — Что значит «не вздумали мне приказывать»? — Похоже, этот приключенец до ужаса боится аниматоров, раз нападает на них, — я отпустила Ларри, только теперь заметив, что сжала их обоих слишком сильно. Ну ничего, синяки пройдут, главное, чтобы голова оставалась на своем месте. Анита расправила плечи и одернула куртку. — Идем, уложишь обратно мистера Дугласа. Бедняга, даже после смерти нет покоя, — она поманила пальцем Ларри, и тот послушно пошел возвращать зомби обратно в могилу. Я присела на корточки и порылась в сумке в поисках конфет. — Закурить не хочешь? — спросил Зебровски, появившийся рядом как чертик из табакерки. — Нет, хочу сладенького. И ты не кури, а то легкие вылезут наружу, — я протянула и ему мятный леденец. Карамелек, увы, не купила пока что. — Пока что легкие вылезают только у жертв, — цинично заметил он. — И ладно бы только легкие… — я поднялась и поправила куртку. — Думаю, на очереди еще аниматоры или люди, связанные с магией смерти. Вудуисты, жрецы, всякие медиумы и прочие, кто имеет хоть каплю дара. Зебровски только хмыкнул и развернул конфету. — Всех не допросишь и всех не спрячешь. Тем более от такого… — Не допросишь… — повторила я. А в этом есть смысл. Можно спросить у того, кто точно разбирается во всяких тварях. Того, кто сам является сильнейшим духом и фактически божеством. Но это нужно иметь очень много наглости. У того чудака из Нового Орлеана наглости хватило. Так почему бы и нам не повторить его путь? Только на этот раз в сухости и покое. Анита с Ларри уложили зомби обратно. Полицейские допрашивали свидетелей — родственников покойника, адвокатов и страховщиков, которым не повезло оказаться в центре событий. Мне же досталась роль генератора дурных идей. — Анита, как тебе идея спросить о том, что это такое у того, кто точно разбирается в монстрах вуду? — спросила я, когда она наконец подошла ближе. — Это у кого же? — нахмурилась она. — У Барона Субботы, конечно. Мы теперь знаем, где первая могила, мы знаем, что его можно задобрить и призвать… Ну и еще мы точно знаем, что он любит красивых женщин, а это нам на руку, — предположила я. — Валена, мне бы твою самооценку, — вздохнула Анита. — Бери на здоровье, отсыплю щедрой рукой, — я слегка улыбнулась. На самом деле Анита была чертовски красива, просто дурное влияние родственников и окружающих съело ее самооценку, оставив лишь несколько крошек. У нее отличная фигура и шикарные черные волосы, но она все продолжала комплексовать и загоняться насчет низкого роста. Хотя как по мне, то она вполне себе обычного женского роста. — Где мы возьмем собаку? — спросила она, вспомнив ритуал. — Нигде, я налью своей крови. Если что-то постороннее и выйдет в круг, то оно хотя бы не вырвется. — Ты даже не знаешь, как это делается! — возмутилась она. — Поехали к твоему наставнику уточним. Он должен знать. Анита устало посмотрела на часы. — Половина пятого утра, Валена. Мэнни еще спит, — но она все равно ему позвонила и надиктовала на автоответчик события сегодняшней ночи. Я тоже посмотрела на часы и зевнула. До рассвета в ноябре еще прилично, но все равно после такой ночки хотелось отдохнуть. — Ладно, вы как хотите, а я домой. Если что — звоните. И получив вялый кивок в подтверждение, я отправилась искать свою машину. Поди теперь вспомни, где я ее припарковала в этой суете…***
На этот раз Мэнни приехал к нам в цирк. Они с Анитой немного подождали, пока я соберусь и раздам указания оборотням быть внимательными. — Что вы собираетесь делать? — спросил Том, когда я надевала самый приличный из имеющихся теплых костюмов. — Вызывать Барона Субботу, — объяснила я. Костюм был моего любимого темно-синего цвета. Аниту мы нарядили в красное платье — ей шло невероятно. Поверх прилагались теплые куртки, под низ — утепленные телесные лосины. Нечего ноги морозить почем зря. — Вы с ума сошли, — только и выдохнул оборотень. — Так, я иду с тобой. Если тебе понадобится кровь, то лучше так. — Ладно, — спорить мне не хотелось. Хочет, то пусть идет. Хуже, чем есть, уже быть не может. — Но ты хотя бы предупреди тогда Жан-Клода, что выступление мы перенесем. — Сегодня выступает Ясмин. — Вот и отлично. Теперь ее неделя танцев, — я хищно улыбнулась. Ясмин осталась у нас ненадолго. Это «ненадолго» растянулось уже на годы, но в целом пока никто не жалел. Немного воспитательных мер — и у нас была вполне приличная мадам Мастер. Или как там правильно? В любом случае, Жан-Клод умело держал ее в руках. Иногда и с моей помощью. Зато нам было выгодно притворяться, что настоящий Мастер — это кто-то иной. Жан-Клоду так было легче скрываться на ее и моем фоне, а я теперь фонила дай боже каждому. А если еще кто-то придет убивать Мастера вампиров — получит сюрприз в виде троих. Поди угадай, который ему нужен. Ну да я отвлеклась. Мы вышли в коридор, где Анита о чем-то спорила с Мэнни. Даже прислушиваться не надо было, чтобы понять тему спора. — Это безумие! — ворчал он, но уже без напала, скорее по накатанной. — Это неплохая идея, — парировала Анита, стараясь держаться и не срываться. — Это осознанная глупость, — вклинилась я. — Но у нас нет другого выхода. Никто не знает своих монстров так хорошо, как самый главный монстр. — Так и знал, что это твоя идея, — мистер Родригес скривился. — Ладно, ты это придумала, тебе и отвечать. — Есть, сэр! — я шутливо козырнула. И мы снова поехали на кладбище, правда, теперь уже днем, чтобы точно не столкнуться с той тварью. — Валена, скажи честно — ты просто хочешь вызвать Барона Субботу, — сейчас Мэнни был именно что мистером Родригесом — суровым и весьма деловым. Но все же он меня практически не знал. — Я обычно не занимаюсь такими серьезными делами просто так, — я лишь поморщилась. — Тем более не стоит тревожить таких сильных сущностей по пустякам. Но у нас уже две жертвы, и чуть-чуть не случилось еще больше. — Ладно, но учти, если что-то пойдет не так — это была твоя идея, — он нахмурил седые брови. Я согласно кивнула. Мы подъехали к кладбищу. Днем оно представляло собой намного менее страшное зрелище. После ночного переполоха не осталось следов, кроме разве что следов от множества шин автомобилей, чьи хозяева в спешке покидали кладбище. Мы с легкостью нашли нужную могилу — за последние дни она стала самой посещаемой, к ней даже протоптали дорожку полицейские, сторож и прочие сотрудники кладбища. — Я сделаю все сам, от тебя требуется только кровь. Анита, ты страхуешь, — Мэнни занялся приготовлениями. Когда он разложил все необходимые инструменты и вещи, то я послушно закатала рукав куртки. Не знаю, понравится ли моя кровь божеству или нет, но хуже, чем есть уже не будет. Не хочу брать из приюта собаку только ради того, чтобы принести ее в жертву. Мэнни полоснул ножом по моему запястью. Черная кровь плеснула в подставленную плошку, а когда ее натекло достаточно, он повел меня по кругу, чтобы таким образом нарисовать кровавый круг возле могилы. А потом макнул пальцы в плошку и нарисовал на надгробии знаки. Не такие, как были при первом вызове, но тоже грозные. Странная тягучая сила заплескалась вокруг нас и магического круга. Что бы там ни было, а оно все же хорошо ощущалось. Мэнни выпрямился и отошел от круга. Я достала большую пачку салфеток и взяла себе сразу несколько штук, остальные протянула ему. Вытереть руки нам всем не помешало бы. Анита с тревогой поглядывала на Тома, но тот не собирался обращаться при виде внушительной лужи крови. Наоборот, подошел ко мне ближе. — Если будешь голодна… — тихо шепнул он. — Пока нет, — я покачала головой. Крови в круге хватило бы, чтобы поднять того зомби, но не он нам сегодня понадобился. Увы, Барон на вызов не спешил. То ли день был ему помехой, то ли мы сделали что-то не так. Спасибо хоть новую тварь не вызвали на свою голову. Мэнни тихо ругнулся. — Я же говорил, что это плохая затея. Барон не зомби, чтобы его можно было призвать по щелчку пальцев. Это бог. Суровый и справедливый бог. — Не спеши, давай еще немного подождем, — Анита осторожно коснулась его руки. Пожалуй, между ними была та особая нотка доверия учителя и ученицы, которой мне так и не довелось узнать на своем веку. Анита счастливая девушка на самом деле, просто она не знает этого. Том покосился на часы на запястье, вздохнул и пошел к машине. — Мы забыли ром, — напомнил он на ходу. — Вот черт… — я шлепнула себя ладонью по лбу. Ну конечно, в тот раз в плошке был ром. Досадно. Не дождавшись ничего толкового, мы решили собираться. Ночью здесь вряд ли будет безопасно, а днем ритуал не сработал. Досадно, но ладно. Придется работать по старинке — идти в библиотеку и изучать много старых толстых книг. Внезапно подул резкий холодный ветер, вскружил опавшие листья и будто всколыхнул то марево силы, которое осталось на месте вызова. В воздухе появились отчетливые запахи гвоздики, рома и пороха. А потом сила всколыхнулась так, словно лопнул большой мыльный пузырь. И рядом с нами возник человек… Точнее, не совсем. Он был высоким, худым и одетым во все черное. Его лицо было загримировано под череп, да так искусно, что с первого взгляда могло и правда показаться, будто на тебя смотрит настоящий череп. Впрочем, в глазницах блестели настоящие живые черные глаза, так что Барон не казался полностью мертвым. Нет, он был живее всех живых. Он сделал отвлекающий внимание жест и ловко достал из ниоткуда уже прикуренную сигару. — О, сегодня меня почитают красивые девушки, — он с усмешкой оглядел нас всех. — Неплохо, неплохо, жаль только рома не завезли. — Простите, мы забыли, — я склонила голову. Том тут же принес забытую впопыхах бутылку и вручил духу. Или богу? Кто знает. Он был силен иначе, чем вампиры. И чувствовался больше как некая стихия, чем как живое или неживое существо. — А твоя кровь получше, чем у собаки… родственница, — он совершенно спокойно обошел меня вокруг. — Да, рад, что ныне древний род не мельчает, отнюдь… Но вы же не просто так хотите меня угостить? Он ловко выцепил бутылку из дрогнувших пальцев оборотня, одним движением снял крышку и пригубил напиток. — Мы хотели кое-что узнать, — Анита с интересом смотрела, как он пьет ром даже не морщась. Интересные боги у вудуистов, однако. — Спрашивайте, — Барон Суббота вернул Тому совершенно пустую бутылку. И выглядел он абсолютно трезвым, словно и не пил вовсе. Вот это талант! — На этом месте первого ноября некий мужчина приносил вам жертвы и просил об услуге, — начала деликатно Анита. — Было такое. Но он все сделал неправильно и призвал одного из моих подчиненных. Увы, с самым мерзким характером, — Барон поморщился. — Не знаю, кто вам подсказал, что со мной можно пообщаться не только ночью, но даже такая погода, право слово, лучше, чем проливной дождь. Я покосилась на густые серые тучи. Ну как сказать… до дождя тут недалеко. — Вы не могли бы подсказать нам, как… урезонить вашего подчиненного? — спросила Анита. Я слышала, как у нее бьется сердце — она в предвкушении разгадки этой тайны и решения дела. — Мог бы. Но у всего есть своя цена, — Барон с улыбкой рассматривал ее. — И какую же цену вы назначите за информацию? — голос Аниты сразу стал деловым. — Скажем… — он осмотрел нас так пристально, что у меня мурашки пробежались по спине. — Ладно, я люблю красивых женщин. Поэтому платой будут простые вещи. С родственницы — родственная кровь. Немного, — он протянул мне плошку. — А ты, красивая, подаришь мне поцелуй. — Не слишком ли за простой рассказ о том, кто такой этот монстр? — мне крови было не жалко, а вот Аните придется целоваться с… а кто вообще знает, кто он такой? Дух? Бог? Воплощение смерти? — Не слишком, учитывая, что я скажу вам его имя и его слабости, — Барон теперь взглянул на Мэнни и смотрел пристально. — А ты что желаешь узнать, ушедший из веры? — Ничего. Я всего лишь помог своей ученице, — тот покачал головой. — На нет и суда нет, так у вас говорят? — Барон внимательно следил, как я наполняю кровью плошку. Пришлось второй раз воспользоваться острым ножом Мэнни. Я бы даже сказала, маленьким мачете. Тот в ответ только кивнул. Я протянула кровь. Барон взял плошку и она исчезла без следа. Анита со вздохом подошла к духу вплотную и осторожно чмокнула в щеку. — Не так! — он покачал костлявым пальцем из стороны в сторону. — Эх, молодежь пошла, всему вас надо учить… Он сам ухватил Аниту за плечи и поцеловал. Вокруг взвихрилась сила — его и ее — да такая, какой я еще в жизни не видела. Словно бы бог смерти нашел идеальное воплощение, идеальную жрицу… да мало ли. Слишком уж остро все это било по нервам. Я даже глаза прикрыла, чтобы стало легче и меньше чувствовалось. Сзади неслышно подошел Том и бережно взял меня под руку. Я благодарно улыбнулась ему. А когда открыла глаза, то увидела немного удивленную Аниту и вполне себе довольного жизнью Барона. Он залихватски сдвинул набекрень старинный цилиндр и теперь со смешком наблюдал за ее смущением, словно так и надо. — Ну что ж, сделка заключена. Итак, информация, — Барон в мгновение ока стал серьезным и деловым. — Ваш недоразвитый собрат по ремеслу вызывал одного из моих самых сильных слуг — вампира-духа баку. К слову, он и тебе немного родственник, волк, так как умеет принимать различные облики, — теперь он смотрел на Тома. Оборотень хоть и дрогнул, но взгляд выдержал. — Зовут этого баку ныне Лонгридом, что в целом, верно, — он задумчиво уставился на Мэнни. — Ранее люди почитали его как мелкое божество, поэтому у него преувеличено чувство собственной важности. Вырвавшись на свободу он наверняка ошивается где-то по пивнушкам и дешевым театрам… его всегда тянуло к публике, к зрелищности… — Как нам его убить? — деловой тон Аниты прервал его размышления. — Да собственно говоря, никак. Вы можете его разве что изгнать обратно, но это потребует больших усилий. Зная его имя и имея мою поддержку, вы сможете от него избавиться, но это до следующего такого же случая, — Барон поморщился. — Знаете, он мне немного поднадоел, так что я бы посоветовал вам его чем-то занять. И ему полезно, и я от него немного отдохну. — Занять? — на лице Аниты впервые появился праведный гнев. — Спокойно, — я подняла руку. — А что он еще любит кроме пивнушек и театров? — Поклонение, страсть, внимание к его персоне… — стал перечислять Барон. — Так может ему в цирке выступать с нами? Ну а что, мы танцуем, даже ламия танцует и показывает фокусы, чем он хуже? — предложила я. — О, я с радостью посмотрю, как он будет выступать в цирке. Это ты неплохо придумала, — Барон широко улыбнулся. А мне подумалось, что этот самый бака должен был ему не просто надоесть, а осточертеть, раз он готов отдать его на потеху публике да еще и в компанию к вампирам и оборотням. Вот счастье-то какое… — Так тому и быть, приходите сюда в полночь, я помогу его поймать и удержать, чтобы он снова не набедокурил, — видимо, идея отправить в цирк надоевшего духа была настолько привлекательной, что Барон согласился лично поднапрячься. — Будем очень благодарны, — деловито кивнула Анита. Барон исчез. Без спецэффектов и красивостей. Вот был и вот его нет. Сила схлынула вместе с ним, остался только запах сигар и какое-то странное послевкусие во рту. Хотя я как раз с ним и не целовалась. — Надеюсь, тебе было не слишком… эм… мерзко? — тихо спросила я у Аниты, когда мы стали собрать свои вещи. Кровь с надгробия пришлось замыть водой из канистры. — Даже не знаю, как это описать, — она внезапно покраснела. — Нет, не мерзко. Скорее очень огненно, — она намеренно отошла в сторону. Ясно не хочет больше об этом говорить. Уже когда мы тронулись, Мэнни вздохнул. — Вы еще дешево отделались. Но почему родственница? — он смотрел на меня испытующе. — Наверное, валахийские вампиры каким-то образом родня гаитянским, — я лишь пожала плечами. — В конце концов мы все нежить в том или ином смысле слова. И мы все монстры так или иначе.***
Ради такого дела пришлось отменить танцы. И ехать на кладбище во всеоружии на случай, если Барону станет скучно сразу же и он захочет посмотреть зрелищный бой с баку. Барон как раз ничего не терял, а вот мы очень даже. Мэнни мы гонять не стали, да и его жена вряд ли согласится с необходимостью тащиться на старости лет в полночь на кладбище. Придется обойтись своими силами. Вампирам я нарочно ничего не сказала. Если выгорит — будет сюрприз, если не выгорит, то нечего им и лезть не в свое дело. В конце концов это же полицейское расследование. Хотя от полиции мы все были очень далеки. Ехали мы раздельно. Анита перед этим умудрилась поднять как минимум двух зомби, если судить по энергетике и отчетливым следам магии смерти на ней, а мы как раз рулили из цирка, где пришлось срочно менять номера и немножко скандалить с Ясмин. Ничего, после серьезного внушения она все поняла и согласилась выступить два раза вместо одного. Том тоже прицепился за компанию — ему интересно было посмотреть на этого баку в живую. У могилы никого не было и то счастье. На этот раз кровь нам не понадобилась. Достаточно было Аните выплеснуть немного магии смерти, чтобы он почуял нас. И прокричать трижды его имя, чтобы он явился. В этот раз баку выглядел как обычный человек неопределенного возраста, только глаза абсолютно черные, без зрачка и белка. Хотя я уверена, что он мог бы подделаться под человека полностью. Но не стал. — А вот и родственница пожаловала со свитой, — фыркнул он, но ругаться не стал, лишь приосанился. — Так как, принесли мне щедрые дары? — О да, у нас есть очень щедрое предложение, — я деловито осмотрела его с ног до головы. — Но только в том случае, если ты сможешь сделать лицо поинтереснее. — Вот так? — спросил он и лицо его вытянулось, нижняя челюсть наполнилась частоколом зубов, а длинный красный язык высунулся и извивался, как змея. — Примерно так, все, заканчивай демонстрацию, — я захлопнула ему зубастую пасть, и все тут же стало обычным и человеческим — и его лицо, и зубы, и даже глаза растеряли часть тьмы. — Наглая девчонка, — прозвучало это почти как комплимент. — Давай свое щедрое предложение. — Да на здоровье. Смотри, ты хочешь, чтобы тебе поклонялись и несли дары, так? — он кивнул. — Отлично, тогда ты сможешь работать с нами в цирке. За возможность увидеть такую демонстрацию люди будут готовы платить деньги, подарят тебе цветы и… — Цветы? Мне подарят цветы? — баку расхохотался. — Как в старину? — он выглядел потрясенным и неожиданно довольным. — Да, Лонгрид, как в старину. Цветы и воздушные шарики. Ты получишь внимание, славу и любовь зрителей. А если будешь хорошо выступать, то и большую известность. Сможешь даже гастролировать, — идея убрать его все-таки подальше пока еще была жива. — О, это очень щедрый дар. И что ты за него хочешь? — спросил он. — Самую малость — чтобы ты никого не убивал. — Если я буду всего лишь показывать свою силу и получать такие щедрые дары, то мне и не нужно никого убивать, — Лонгрид ненадолго задумался. — Все ради этих жалких смертных, верно? — Можешь считать и так, — я пожала плечами и оглянулась. У надгробия стоял довольный Барон, правда, полупрозрачный, словно бы он не определился, хочет подойти к нам или и так неплохо. Он растянул губы в красивой улыбке, сменившейся плотоядным оскалом, стоило ему взглянуть на нашего баку. Анита недовольно смотрела на это все. Ей наверняка не хотелось оставлять такую сильную тварь в живых, но… если так считать, то нужно убивать всех, начиная мной и заканчивая Томом, а на это она не пойдет. — По рукам, родственница. Кстати, ты кем больше предпочитаешь быть — тетушкой или племянницей? — это звучало как шутка и поддевка. На самом деле этот парень был намного старше меня. Очень древний вредный дух. — Кузиной, — буркнула я и шлепнула ладонью о его ладонь. Рука у него была прохладной, но не скользкой, как ожидалось. Обычной. Не совсем человеческой, но очень похожей. — Отлично, кузина, давай, веди меня в мир, где мне будут радоваться и поклоняться, — заявил наглый баку и первым поскакал к машине. Да уж, Барон был прав — характер у этого парня не сахар. Но при должном старании как-нибудь уживемся. В конце концов, ужились же мы с толпой вампиров, ламией и целой кагалой оборотней, уживемся и с двоюродным дядюшкой Лонгридом. Лишь бы только никто ни на кого не нападал по чем зря.
