I wish that I could wake up with amnesia

Джисон до сих пор отчетливо помнит тот день. Он врезался в его память с мучительной детализацией, как это бывает с большинством травмирующих воспоминаний. Запахи, звуки и чувства. Когда он ложится в постель ночью и в его спальню ненадолго проникает странный проблеск фар, всё это возвращается. Прошёл почти год с тех пор, как это случилось. Джисон всё ещё мучается от боли и стонет, когда испытывает физические нагрузки, для которых, по мнению его организма, он уже слишком стар. Джисон чувствует невыносимую вину, когда Феликс смотрит на него щенячьими глазами на репетиции, пытаясь заставить танцевать, а ему приходится отказываться. Когда Чан или Чанбин пытаются затащить его в спортзал, и его мышцы болят в течение недели после этого. Гораздо дольше, чем должны. Да, его мучает глубокое до костей чувство вины, что он отстаёт от своих сверстников. Но они не знают этого. Джисон всё преодолевает с улыбкой. Они не знают, что его доктор сказал ему, что это навсегда. Они думают, что он танцевал со смертью и вышел из этого танца совершенно здоровым. Ложь, но безобидная. Верно? За исключением того, что она вскоре превратится в нечто не безобидное. Джисон только сейчас возвращается к учёбе после долгого перерыва, просто добавьте это к той вине, которую он испытывает ежедневно. Его жизнь складывалась так хорошо, пока пьяный водитель не решил нацелиться на сонного и опоздавшего на последний автобус Джисона по дороге домой из студии. Теперь он отстал, деля учебный год с Чонином и Сынмином. Не то чтобы он был против, не поймите неправильно, просто… Нет, всё в порядке. В свои двадцать два он чувствует себя неудачником. Его терапевт говорит ему, что он может так чувствовать себя какое-то время. Что, пока реальность ситуации не догонит его, он может испытывать сильную вину. Пока он не сможет понять, что это не его вина, а так оно и есть, он будет чувствовать, что отстаёт от остальных. Но это нормально, верно? Ну и что, если он не окончит университет вместе с Хёнджином и Феликсом? Его двумя лучшими друзьями с самого рождения. Это не имеет значения. Верно? Важно то, что он вообще заканчивает учёбу. Хоть и с опозданием. - Сон, это чудо, что ты вообще жив! – Феликс всхлипнул, когда Джисон швырнул свою тетрадь через комнату после того, как случайно пропустил задание: он был слишком увлечён попыткой улизнуть на физиотерапию, что забыл, что задание должно быть сделано к вечеру. Это был последний раз, когда Джисон высказывал Феликсу свои опасения по поводу учёбы; Феликс не нёс за это ответственность, и грустные глаза, которыми блондин смотрел на него, только в десять раз усиливали чувство вины. Вот так Джисон оказался там, где он есть сегодня. Опаздывает, потому что когда он не опаздывает? Его физиотерапия затянулась, и, конечно же, автобус тоже опаздывал, поэтому теперь ему пришлось бежать, бежать, истощая свою сократившуюся выносливость. Сынмин уже сидит в кафе, его ноутбук и тетради аккуратно разложены на столешнице. Джисон вбежал в кафе так быстро, что колокольчик, оповещающий о новых посетителях, опоздал как минимум на секунду. У него ныли колени и болела спина; его физиотерапевт решил, что пора оценить его прогресс, поэтому сегодняшняя тренировка была особенно изнурительной. Возможно, если бы это была обычная тренировка, автобус не опаздывал, и Сынмин не был таким педантом в отношении пунктуальности, он бы заметил большое препятствие между собой и столиком. Точнее, человека. К сожалению, ничего этого не произошло, и его «туннельное зрение» удобно проигнорировало студента с почти пустым стаканом со льдом и остатками американо. Это единственное, что Джисон осознал, прежде чем врезаться в него. Стакан чуть ли не вылетает из рук парня, ледяная вода и эспрессо разлетаются во все стороны, а Джисон начинает судорожно извиняться, прежде чем понимает, кто это. - Простите! Я не смотрел, куда иду! Он едва успевает закончить фразу, лишь дважды отводя взгляд, прежде чем снова посмотреть на лицо человека перед ним. Должно быть, тот узнал голос Джисона, потому что его рот на мгновение слегка приоткрылся, прежде чем он пришел в себя. - …Джисон? Вопрос. Но Джисону не нужно было отвечать. Он метался внутри, конечно, внешне он оставался спокойным, взгляд бесстрастным. Ли Минхо. Любовь всей жизни Джисона. Они познакомились на первом курсе, быстро стали друзьями, а затем – намного больше, чем друзьями. Джисон был без ума от него. Он думал, что они будут вместе навсегда. Но когда в их отношениях появилась небольшая трещина, Минхо быстро сбежал. Джисон не знал, как ему удалось выжить. Он чувствовал, что его мир рухнул. Это было настолько тяжело и травмирующе, что Джисон так и не смог залечить раны, даже сейчас, спустя полтора года. Столкновение привлекло к ним внимание Сынмина. Он почти мгновенно встал, увидев, с кем говорит Джисон, и быстро, решительно подошел к ним, теперь стоя немного позади Минхо. - Джисон… ты в порядке? Приступ сильного гнева пронзил Джисона. Он ещё спрашивает? Год спустя самого худшего дня в жизни Джисона. Наглость. Миллион эмоций одновременно нахлынули на Джисона, но он сохранил невозмутимое выражение лица. И тогда он делает что-то иррациональное и импульсивное. Он лжёт. - Извините, я вас знаю? Слова сорвались с языка, и он почувствовал, как внутри все перевернулось, захотелось мгновенно взять их обратно. Глаза Сынмина расширились, он обошел Минхо и остановился рядом с Джисоном, взявшись за его рукав двумя пальцами – максимум телесного контакта, который он мог вынести в последние дни. Это, по всей видимости, застало Минхо врасплох так же, как и Сынмина. - Это я… Минхо? – парень задал вопрос. Будто был сам не уверен, кто он. И Джисон делает это. Он идёт до конца. - Извините, я попал в аварию около года назад… и не помню последние несколько лет. Хватка Сынмина на его рукаве едва уловимо усилилась. Минхо тихо ахнул, и его взгляд метался между двумя друзьями. К счастью, именно в этот момент Сынмин решает вмешаться, поскольку Джисон уже разжег этот пожар. - Минхо, приятно видеть, что у тебя все хорошо. Но нам нужно поработать над проектом. С этими словами Сынмин тянет Джисона за рукав к своему столику. Джисон бросает один взгляд на Минхо; тот тоже смотрит на него, их глаза на мгновение встречаются, и Джисон пытается улыбнуться. Минхо все еще выглядит сбитым с толку, его смятый стакан кофе безвольно висит в руке. После этого Джисон поворачивается к столику, и садится спиной к парню.