Ma Chérie

Глава 10

      Валери, вместе со всеми Всадницами Судьбы, вернулась в деревню, где был один из коттеджей Лизы. Девушкам удалось убедить Валери в том, что не только она нуждается в их поддержке, но и в том, что они — нуждаются в ней.       А Валери ощутила, что уступает голосу сердца, что не в силах ему сопротивляться, ведь все ее самое дорогое, что, как она поняла в ночь раздумий, ей никогда не забыть — это ее дом, каким бы он ни был, и разлука с прежним миром сказывалась болью в груди. А потому она помнила и хваталась за одну единственную фразу, что сказала ей Женя в ее последний вечер перед телепортацией на Юрвик: «слушай свое сердце», точно бы решив, что, следуя этому совету, ей станет вскоре легче и теплее на душе.       Валери вместе со всадницами остались гостить в доме Лизы. Прежде всего Лиза сама предложила Валери поесть, и домашний пирог оказался очень кстати. Затем они пили чай, говорили обо всем, что только можно, и эта уютная и непринужденная атмосфера напомнила Валери ночные посиделки, такие же, как она устраивала у себя дома.       Она проронила слезу, но не успела это скрыть, и вот уже расспросы. — Эй, ты чего? — поинтересовалась Линда, — не нравиться с нами сидеть? — Нет, — ответила Валери, — просто я… вспомнила дом. — Надо же, — сказала Анна, — ты действительно скучаешь. — Ну, бросьте, девочки, наводить печаль, — попросила, вдруг встрепенувшись, Линда, — а ты, Валери, лучше скажи, отчего не напоминаешь о своем племяннике?       Валери поглядела на нее так, точно бы та сказала ей, что с ней скоро случиться новогоднее чудо, и ответила, пытаясь унять навернувшиеся на глаза слезы: — Я не знаю… Он здесь, где-то рядом? — Он в доме у Тиары, она сейчас угощает его печеньем, которое испекла. Но, если ты хочешь, мы пойдем к ним в гости. — предложила Лиза.       И, когда Валери, вне себя от радости, согласилась, они с Лизой оставили девочек у нее дома, а сами пошли туда, где сейчас должен был быть Джон. — Валери, может, это сейчас не кстати, но ты уж прости нас, если мы тебя обидели, — поспросила Лиза, пока они шли к дому Тиары. — Просто… я уже пережила предательство, и не могу, до сих пор не могу избавить себя от этой боли, — вдруг открывшись, объяснила ей Валери. — Хорошо. Тогда позволь мне сгладить вину, — и с этими словами Лиза постучала в дверь дома, к которому они подошли. — Иду, иду, — кто-то за дверью торопливо вставил ключи в замочную скважину, и вскоре Лиза и Валери оказались в теплом, прогретом камином, большом доме.       Валери познакомилась с Тиарой, женщиной лет сорока на вид, статной и ухоженной, одетой в довольно дорогую на вид одежду, она вызвала только восхищение. Тиара любезно проводила девочек в гостиную, где Валери и увидела Джона после долгой разлуки. Мальчик десяти лет сидел на мягком диване и действительно кушал печенье, обмакивая его прежде в стакан с молоком. — Джон, это… это я, — не веря своим глазам проговорила Валери.       Мальчик поднял взгляд, и, стоило ему только узнать свою тетю, он бросил печенье и кинулся к ней на шею с радостными возгласами: — Тетя Валери пришла! Тетя Валери!       Они долго обнимались, а затем все никак не могли наговориться. Мальчишка был здоров и все так же мил и общителен, однако что-то в его взгляде показалось Валери иным, не таким, как раньше… или же это она сходит с ума? — Тетя Тиара сказала мне, что у тебя будет свой конь! — Правда? — шутливо спросила Валери, — и как же мы его назовем? — Мы выберем ему имя, в зависимости от того, какой масти будет жеребец! — очень важно заявил мальчик. — А если это не жеребец, а кобыла? — спросила Валери, ласково поправив прядь его волос. — Тогда ее называть тебе! — ответил Джон.       Вечером того дня Алекс, Лиза и Линда, и даже Анна, согласились остаться с Валери и Джоном в доме Тиары, так как мальчику было у нее привычнее. — Лиза, — подошла к всаднице Валери, пытаясь успокоить себя, когда почти все уже уснули, а ее новая знакомая вышла на кухню, что бы налить воды, — когда мы сможем вернуться домой? Как вы нам с Джоном поможете?       Лиза обернулась к ней и тихо ответила: — Всему свое время. Не забывай, что Джон еще слишком мал для подобных «телепортационных» нагрузок, и ему тоже нужно время. Пусть он отдохнет еще некоторое время. А теперь пойди ложиться спать. — Но Лиза! — ухватила Валери ее за локоть, точно бы цепляясь за единственную надежду, — У меня еще так много вопросов! Кто те странные темные силуэты, что хотели меня забрать? Кто этот синий зверек, что мелькает, порой, в моей жизни с тех пор, как прочитали заклинание? Почему, в конце концов… — Тише, — вышла вдруг из-за двери Алекс, — Вы сейчас всех перебудите! Что, не спиться?       Лиза только покачала головой, и они вернулись к себе в постели.       Ночью Валери вновь было не до сна. Она лежала тихо, что бы никого не разбудить, и думала обо всяком, думала… Вспоминала своих новых знакомых, и вспоминала о том, что по странному случаю она в первый же день на Юрвике нашла их, тех, кто должен был ей помочь — Всадниц Судьбы. Вспоминала она и странные темные фигуры в плащах, что должны были ее «забрать» к себе, и о том, что она им ответила… Наверное, это было важно, ведь это была ее «проверка». Наверное, если бы в тот миг Валери поддалась логике и мыслям, и не согласилась бы на их условия, она бы не прошла ее, и тогда… что было бы тогда, Валери было неизвестно, а потому она отпустила эти мысли, благодаря свое сердце за помощь, ведь оно подсказало ей заступиться за своих спутниц, проявив… Храбрость? Смелость? Глупости… она просто испугалась за них. Но не за себя?..       Белоснежная лошадь — она думала и о ней. Кобыла, точно бы очаровав ее, вовремя подоспела к ней на помощь, ведь так и замерзнуть в снегах можно было. Так же Валери заметила, точно бы на Юрвике ее сознание было более спокойным, размерянным в те моменты, когда наступала опасность. Или это чьи-то магические силы?..       Она вспомнила Идриса и все гадала, что бы могло значить его наставление в тот ее еще первый день на Юрвике. «Я могу предсказать тебе дорогу, судьбу, но вот только тебе решать, каков будет окончательный твой шаг, — говорил он ей, — станет тяжело, вспомни мои слова: ты сильнее своих страхов, о том говорит твое собственное имя, Валери».       Затем Валери вспомнила и убеждения волшебника о том, что она должна довериться ему, и о том, что он говорил ей, будто готов приютить ее, если станет совсем сложно. «Что им всем от меня надо? — все гадала Валери во тьме ночной, — И где мне отыскать правду, а в ком различить ложь?»       Пока не рассвело, но стало наступать уже почти ранее утро, Джон толкнул Валери в бок и разбудил ее. — Джон, что случилось? — спросила Валери. — Тетя Валери, ты… меня любишь? — и в глазах мальчика она увидела… страх? — Что за вопросы? Конечно, люблю. — нахмурилась Валери, не понимая, в чем тут дело. — Если любишь, — и тут мальчик всхлипнул, затем добавил, — пойдем домой…       И его тихие всхлипы, и этот странный взгляд, невольно разбил сердце Валери, ведь она любила Джона больше всех, кого знала. Мальчик был для нее отрадой в ее суровой и серой реальности, как она когда-то считала, и сейчас почти ничего не изменилось, разве что дом свой она стала больше ценить.       Джон ее очень взволновал, и когда они с девочками позавтракали, то Валери вновь отвела Лизу в укромное место, что бы их никто не подслушал, и поделилась с ней, объяснив ситуацию с Джоном: — Лиза, мальчику здесь совсем нехорошо. Что-то неладное…       Лиза как-то напряженно взглянула на Валери и сказала: — Тебе не нужно знать всего, знай лишь, что мы наши Джона неким чудом, если можно так сказать, в лесах, где обычно никто не появляется, лишь дикие звери да ветер там по ночам бродят. Но будь спокойна — он действительно в порядке, а взгляд его — это просто твое воображение.       Но Валери после этого разговора стало совсем не по себе.