На осколках судьбы

Дверь квартиры захлопнулась, отсекая прошлое одним резким звуком. Больше в этом месте меня ничего не держало. Не было нужды прощаться, просить прощения, строить планы. Осталось лишь забрать необходимое и бежать. Павел нес мои картины, бережно, словно хрупкие сокровища. Я тащила сумки, набитые одеждой и личными вещами, которые еще недавно казались важными, а теперь – просто багажом, который нужно сбросить. Мы быстро погрузили все в машину. Долго не могли найти ключи от мастерской, я уже начинала волноваться, что придется возвращаться. Но наконец, ключи нашлись, и мы направились в мастерскую. Там я забрала кисти, краски, холсты, все необходимое для рисования. Без этого я не представляла себе своего существования. Без этого я чувствовала себя потерянной. Когда все было собрано, мы выехали из столицы. Я не могла больше оставаться в этом городе, где каждая улица напоминала о Максиме, где каждый дом дышал его присутствием. Я нуждалась в глотке свежего воздуха, в тишине и покое. Наши пути вели к морю, в маленький приморский городок, где я провела несколько месяцев, пока не встретила Максима. Именно там я впервые встретила Павла. Он стал моим другом, моей опорой, человеком, который принимал меня такой, какая я есть.

[Тина Кароль — Полюс притяжения]

Дорога была долгой. После всего, что произошло, мне было тяжело говорить, и Павел это понимал. Он не задавал лишних вопросов, не пытался меня разговорить. Просто вел машину, внимательно глядя на дорогу, а я смотрела в окно, наблюдая, как меняется пейзаж, как поля сменяются лесами, как солнце медленно опускается за горизонт. Под вечер я почувствовала усталость. Бессонные ночи, переживания, стресс – все это сказалось на моем самочувствии. Я прислонилась к окну, пытаясь найти удобное положение, и незаметно для себя уснула. Я проснулась от холода. В машине было темно, и только свет фар разрезал мрак ночи. Я увидела Пашу который напряженно вглядывался в дорогу. — Где мы? – спросила я, сонно протирая глаза. — Далеко от цивилизации, — ответил он, чуть улыбнувшись. – Хотел остановиться в мотеле, но свободных мест нет. — А что делать? – пожала я плечами. Он помолчал немного, прежде чем выдать: — Предлагаю переночевать в машине. Я нахмурилась. — В машине? – переспросила я. — Да, — кивнул он. — Раскладывается заднее сиденье. Не очень комфортно, конечно, но что делать? Я вздохнула. Спать в машине не входило в мои планы, но выбора не было. — Ладно, — на выдохе сказала я. Паша что-то предпринял, и вскоре заднее сиденье превратилось в подобие кровати. Он принес из багажника теплые одеяла и подушки. — Не очень уютно, но что есть, то есть, — повторил он, смущенно улыбаясь. Я кивнула. Не хотелось ему создавать неудобства. Паша выключил свет и устроился на переднем сиденье, укрывшись своим одеялом. Я лежала на заднем сиденье, глядя в потолок машины. В темноте я слышала только тихий шелест ветра и его размеренное дыхание. Мне не спалось. Я думала о Максиме, о прошлом, о будущем. О том, что ждет меня впереди. И о нем. Я понимала, что он для меня очень важен, что я благодарна ему за его поддержку. Я повернулась на бок, пытаясь уснуть. Внезапно машина осветилась ярким светом фар проезжающего мимо автомобиля. Я увидела профиль Паши, его спокойное лицо. Он спал. И в этот момент я поняла, что не знаю его. Не знаю, что у него в голове, какие у него мечты, какие у него чувства. Я знала его только как друга, надежного и верного. Но сейчас, глядя на него спящего, я почувствовала… любопытство. И что-то еще. Что-то такое, о чем я пока не хотела думать. Я лежала в темноте, пытаясь уснуть, когда яркий свет фар прорезал тьму. Он усиливался, приближался, освещая салон машины, а затем – внезапный скрип тормозов. Мое сердце бешено заколотилось. — Паш! – вырвалось у меня, испуганный шепот. Свет фар продолжал слепить, проникая сквозь щели между стеклом и дверью. Снаружи было тихо, а внутри – напряженное ожидание. Я затаила дыхание, прислушиваясь к каждому шороху. — Паш, проснись! – повторила я, уже громче, толкая его за плечо. Павел мгновенно встрепенулся, резко сел. Его глаза были сонные и растерянные. — Что такое? – пробормотал он, оглядываясь по сторонам. — Там машина остановилась, — быстро сказала я, показывая на свет фар, бьющий в окно. Он кивнул, нахмурившись, и быстро вылез из машины. Я слышала, как он что-то говорил, но из-за шума ветра и гула чужого мотора, слова были неразборчивы. Страх охватил меня, заставляя сжаться в комок. Что, если это Максим? Что, если он нашел меня? Дверь машины открылась, и Павел заглянул внутрь. Его лицо было напряженным, но спокойным. — Все в порядке, — сказал он, стараясь улыбнуться. — Просто машина остановилась. Кажется, колесо пробило. Я облегченно вздохнула, но облегчение быстро сменилось беспокойством. Ночь, глухая местность, пробитое колесо… Это не предвещало ничего хорошего. — Что будем делать? – спросила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Сейчас посмотрим, — ответил Павел, доставая из бардочка фонарик. — Есть запаска. Он вышел из машины, и я слышала, как он возится с колесом. Свет фонарика мелькал в темноте. Мне было страшно оставаться одной в машине. Я хотела выйти, помочь ему, но боялась. Вдруг я услышала странный звук – треск, похожий на хруст веток. Мое сердце снова бешено заколотилось. — Паш! – крикнула я. Но он не ответил. Я выглянула в окно. В свете фар ничего не было видно, только темные силуэты деревьев. Внезапно раздался резкий удар. Я вскрикнула от испуга. Свет фонарика погас. Вокруг царила кромешная тьма.

[Тина Кароль - Я все ещё люблю]

— Паш! – мой крик разрезал ночную тишину. — Оля? – Паша тут же встрепенулся, поворачиваясь ко мне. Его голос был встревоженным. — Что случилось? Тебе плохо? Я судорожно вздохнула, пытаясь прийти в себя. Меня била крупная дрожь. Я потерла глаза, пытаясь отогнать остатки сна. Резкий вдох. Я сидела на заднем сиденье машины. В салоне темно. Лунный свет слабо освещает пространство. Тишина. Я задыхалась. Сердце вырывалось из груди, дыхание сбилось. Я видела кошмар, ужасный сон, в котором… в котором… — Этого не может быть, — пробормотала я. — не может быть... не может быть.. Павел быстро перебрался на заднее сиденье и обнял меня. Его объятия были такими крепкими и успокаивающими. — Все хорошо, — шептал он. — Ты в безопасности. Это всего лишь сон. Я прижалась к нему, чувствуя, как дрожь постепенно отступает. — Мне казалось… что нас… — я замолчала, не в силах выговорить эти слова. — Ш-ш-ш, — Павел гладил меня по голове, успокаивая. — Ничего не случилось. Ты со мной, всё хорошо. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Видение убийства, темнота, безмолвие… Все это было так реалистично, что мне до сих пор было страшно. — Все хорошо, — мягко говорил он. — Сейчас просто успокойся. Выдохни. Я прижалась к нему еще крепче, чувствуя его тепло и поддержку. Я знала, что с ним я в безопасности. Через некоторое время дрожь отступила. Я отстранилась от Павла, стараясь взять себя в руки. — Прости, — сказала я. — Я тебя разбудила. — Все нормально, — улыбнулся он. — Просто… давай больше не будем спать на заднем сиденье. Я улыбнулась в ответ. — Хорошо, — сказала я. Павел перебрался на переднее сиденье. Он включил фары, и я увидела, что действительно – мы стоим в глуши, а возле машины – разбросанный мусор. — Кажется, ветер, — сказал он, глядя на дорогу. — Сейчас посмотрю. Он вышел из машины. Я видела, как он осматривает колеса, а затем – как он возвращается назад. — Все в порядке, — сказал он, садясь за руль. — Никого и ничего нет. Я кивнула. Мне было неспокойно, но рядом с Павлом я чувствовала себя в безопасности. — Ты как? – обеспокоенно спросил он. Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Кошмар все еще преследовал меня, и я понимала, что одной мне будет тяжело справиться с этим страхом. — Можно… можно ты посидишь со мной? – попросила я, сама удивляясь своей просьбе. Павел тут же кивнул. — Конечно, — сказал он. — Конечно, можно. Он пересел на заднее сиденье, осторожно обнял меня, прижимая к себе. Его объятия были такими теплыми и надежными, что я почувствовала, как страх постепенно отступает. — Просто дыши, — шептал он, поглаживая меня по голове. — Все хорошо. Ты в безопасности. Я уткнулась лицом ему в плечо, вдыхая запах его одеколона, который казался мне невероятно успокаивающим. Сердце мое билось ровно, дрожь почти ушла. Мы просидели так некоторое время, молча, в тишине ночи. Только звук ветра и дыхание Павла нарушали спокойствие. Он гладил меня по спине, и я чувствовала, как напряжение покидает мое тело. В его объятиях, под защитой его тепла, я почувствовала, как сон снова накрывает меня. Глаза мои закрылись, и я провалилась в глубокий, спокойный сон. Я спала спокойно и безмятежно, зная, что рядом со мной находится человек, который будет оберегать меня от любых бед. Мне больше не снились кошмары. Сны, в которых не было Максима, а был только Паша, его улыбка, его забота, его… нежность.