Чумной Доктор

      «Вчера Чумной Доктор наказал насильника, ранее избежавшего ареста за «недостаточностью улик». Неделю назад — избил двух грабителей. У насильника перелом скуловой кости, ушиб паховой области, перелом надколенника справа», — думает Лера на тренировке по кендо, — «У одного из грабителей «зчмт», перелом щитовидного хряща, у второго — перелом двух рёбер слева, ушиб мягких тканей правой голени. У обоих — перелом костей фаланг пальцев кисти», — Лера на автомате сражается с партнёром, — «Я — будущий врач. Меня учили понимать ценность человеческой жизни. Я знаю, какой вред наношу каждым ударом. Знаю, что последствия моих ударов могут быть смертельными. Я занимаюсь кендо. Я училась контролю долгие годы, привыкла принимать и соблюдать правила. Но теперь я в ловушке, где новые правила — отсутствие правил, а я — только марионетка. Я пытаюсь отстраниться от этой мысли, но каждый раз…» — Стоп! — кричит тренер, — Лера, в чём дело? — Простите! Я… Я не хотела! Я задумалась… — тараторит она, — Прости, пожалуйста! Люб, я случайно, честно! — Бывает, — успокаивает её подруга с больной улыбкой на лице.

***

— Лера, ты была одной из лучших в моей группе. Ты достигла огромных успехов для своего возраста, — расстроенно говорит ей тренер, — А теперь всё наперекосяк: пропускаешь тренировки, сегодня бьёшь так, будто на улице палкой отмахиваешься. Что с тобой происходит? — Я… Не могу объяснить, — Лера испуганно смотрит в пол. — Ты так не попадёшь на международные соревнования, я просто не смогу тебя на них допустить, — она стыдливо разок поглядывает на тренера, — Лера, ты тренируешься уже больше десяти лет. Неужели тебе самой приятно будет вылететь после всех усилий? — Я исправлюсь. Обещаю. Просто сейчас… — она медлит, — Просто сейчас происходит кое-что, из-за чего я не могу сосредоточиться. — Тогда избавься от этого «кое-чего» как можно скорее. Оно портит твою жизнь. После тренировки Лера пересекается в холле с братом. — Кир? Ты чего здесь? — Да пацанов с волейбола жду. Генку и Санька-скелета с третьего, помнишь их? — Ага. Привет им, — в расстроенных чувствах холодно отвечает Лера Кириллу. — А как там твоя работа во VMESTE? — Норм, а что? — Просто спросил. Интересная у тебя работа, знаешь: по вечерам и ночам пропадаешь, а что именно делаешь — не рассказываешь, — с издёвкой говорит Кирилл, — Даже папа не в курсе. — Я агент техподдержки и работаю в ночную смену — ну о чём мне рассказывать? О жалобах? — рассерженно выцеживает Лера, — Кир, я же не могу пойти на дневную работу и забить на институт. У меня уже сейчас проблемы, — девушка слегка замялась, — Я, похоже, вылетаю с летних соревнований.       На секунду всё замирает. Их взгляды встречаются и родные понимают друг друга без лишних слов. — Будешь половину? — предлагает Кирилл Лере шоколадный батончик. — Спасибо.

***

— Они детдом закрыли, чтобы открыть этот притон, и ты предлагаешь оставить всё, как есть? А ты видел, во что они превратили само здание? Я потратил миллионы, чтобы сделать реставрацию, а они там всё сломали ещё и позолотой облили! — Ещё раз повторяю: всё это случилось слишком уж «вовремя». Будто специально сделано, чтобы заставить тебя вылезти. Слышишь, что я говорю? — Слышу я. Сделано кем? Мы же столько раз проверяли. После того, как спецслужбы «решили» проблему с «международным террористом» его же методами, никто нас не ищет. — Взрыв вертолёта был слишком грубым, могли заподозрить подлог. А информация может быть полностью засекречена и до неё не добрался даже ты, — поясняет ему Олег.       Сергей ненадолго задумывается. — В любом случае, ресторан на месте детдома никак с этим не связан! — пожимает плечи он, — Это не ловушка — это, увы, — «обычный вторник в России». — Сегодня понедельник, — в дверях появляется Лера. Олег испуганно смотрит на неё, а после переводит взгляд на Сергея: — Ты не запер дверь, да? — на что тот лишь глупо-виновато улыбается. — Уже прочла описание нового кейса? — обращается он к Лере. — Историческое здание на Заслонова, в котором был детский дом, выкупил новый владелец, — она наливает себе воды, — Детей выселил, само здание переделал. Теперь он открывает там ресторан класса «люкс», но ты нарыл, что там будет подпольное казино. И теперь жаждешь отыграться с моей помощью, — Лера делает глоток, — Ты ведь прислал мне все инструкции онлайн, как в последние пару раз. Зачем понадобилась встреча? — Я так захотел, — жёстко отвечает Сергей, — Твоя задача в этот раз отличается. Как бы я ни мечтал, чтобы ты туда ворвалась, отключила охрану, избила главу оного казино, ну, или хотя бы в торт лицом макнула… — Я с пяти утра на ногах, пожалуйста… — еле стоит Лера. — Что ж ты совсем за собой не следишь? Сон — это важно! — Серый, лекцию про здоровый сон отложи на потом, окей? — намекающе смерил взглядом мужчину Олег. — Вечно вы меня ограничиваете, — наигранно обижается он. — Итак?.. — Лера плюхается в кресло, интонационно предлагая Сергею продолжить. — Итак, да, мне бы хотелось отыграться, но это мы оставим на потом. Сейчас мне важнее другое: ситуация получила большой резонанс, на открытии будет много СМИ и протестующих — отличный момент для первого выхода нового Чумного Доктора, — говорит Сергей, — Над входом в здание висит огромный экран, на который я дам проекцию и звук. Текст манифеста я подготовил. Тебе остаётся зачитать его, а пустим в записи. Ты выйдешь на крышу, чтобы люди тебя увидели, и после красиво исчезнешь, — мечтает мужчина. — Но какой смысл в моём появлении на крыше? Можно же просто пустить ролик, а потом завирусить его по соцсетям. — Многие вещи, которые я делал в последнее время, бессмысленны. Например, освобождение твоего брата или плата по долгам вашей семьи, — подкалывает её Сергей, заставляя промолчать, — Да и просто ролик легко принять за фейк. — А меня — за косплеера, — пререкается ему Лера в ответ. — Я не собираюсь обсуждать свои решения и твои задания. Ты будешь на крыше, когда я пущу запись речи. Постоишь, покрасуешься, подыграешь фонограмме, — пригрожает он ей, — Потом вернёшься на точку, переоденешься и пойдёшь домой отсыпаться. Задача предельно ясна? Или опять повторить? — испытывая злость к такой вольности Леры, Сергей всё же сдерживает себя, насколько это возможно. — Я поняла, — буркнула девушка. — Замечательно. — Тогда другой вопрос: охрана не начнёт в меня стрелять? — С такого расстояния костюм должен выдержать, — прикидывает Сергей. — Не начнут они стрелять, если не проявляешь никакой агрессии. По закону у них нет на это права, а на глазах толпы они будут его соблюдать, — успокаивает её Олег. — Ну класс… А сейчас вы меня вызвали, чтобы я зачитала речь для записи? — Ты такая умница, всё схватываешь на лету! — хвалит её Сергей с хитрой улыбкой на лице.

***

      На собрании обсуждается судьба Плахова. — Он проходил вторичный допрос, не выполнил требований, ещё и подкупил полицию! — возмущается Лис, изредка переходя на повышенные тона. — Всё верно. Он подлежит ликвидации. Но мы не можем действовать на абум, — спокойно отвечает ему Тишь. — Ну конечно, на абум нет, а вот на муба будто бы да! — возмущается в ответ ему Мать. — Слушайте, нам это надо согласовать с На-На. Вы же помните, как мы договорились? Общее управление, все дела. И вообще это она нас собрала. — Собрать-то собрала, а вот управлять забыла. Да и не всех нас собрала, раз уж на то пошло, — продолжает Мать, — Но ты же знаешь, что она по-любому одобрит, потому что его мы и разработали. — Мать, не нуди. Ты знаешь, почему мы обязаны, — отмахивается Тишь.       Та лишь обречённо вздыхает, обходя стол и направляясь с сторону комнаты Фаины. Он легонько стучит и слышит томное: «Войдите». — Плахова помнишь? — Это тот, который с трубкой в носу? — сонно отвечает На-На. — И владелец казино, — дополняет Мать, — Значит помнишь? — Такого ублюдка нельзя забыть, — переворачивается Фаина на лопатки, взором ловя собеседницу. — План согласуешь? — Глаголь, — машет секундно она рукой и поднимается с кровати.       Пока Мать рассказывает Фаине о плане, отвечает на уточняющие вопросы, та преспокойно одевается, оборудывает свой костюм, вслушиваясь в детали плана и одновременно с тем приспосабливая наряд к операции, подходит к Матери, кладёт руку на плечо и говорит: — Согласовываю. Собирайтесь. Спасибо, — после чего выходит из комнаты и видит весь старший состав на собрании, — А чего младшие? Что они, где они?       Из-за спины показывается «класс», и все облегчённо выдыхают. Тишь довольно глядит Матери в глаза. — Младшие сегодня на отдыхе? Ну, мы так надумали, — отвечает ей Богатырь. — Ладно, пусть гуляют, — Фаина прихватывает яблоко со стола и откусывает, — Вы собираться планируете? — На-Н, а ты в курсе что сегодня твой чд там будет? — откликается Неса, не отрываясь от монитора.       «Сегодня что-то будет походу…» — думает Фаина: — Значит нам нужна предельная точность действий и рассыпное возвращение.

Вечером

      У ресторана «Золотой Восток» собирается огромная толпа людей. Протестующих людей. У них опять никто не спросил, можно ли вот так, просто ради очередного общепита для богатеньких, выселять детей. Да и не спросят ещё во веки веков. Журналисты обращаются ко владельцу сие чуда. — Почему вы выбрали именно это место для своего заведения? — Виталий Маратович! Как вам удалось получить разрешение на такой радикальный ремонт? — Дамы и господа, давайте не будем драматизировать, — надменно говорит владелец, — Прошлое здание не являлось частью архитектурного облика Санкт-Петербурга. Это был старый обветшалый дом, который мог рухнуть со дня на день, и никому, заметьте, никому тогда не было до него никакого дела! — бахвалится Плахов, — И где были все эти активисты, которые теперь пытаются набить себе лайков на повестке? — Но здание не было «обветшалым»! Предыдущим владельцем была проведена полная реставрация! — Да какая реставрация, одно название! — без всякой опаски и также надменно продолжает Плахов, — Мне, по сути, пришлось всё здесь снести и отстроить заново! — Здесь располагался детский дом, который вы расформировали. Как вы можете прокомментировать свои действия? — Детский дом, открытый маньяком и террористом!.. — делая акцент на таких определениях человека, владелец пытается перетянуть внимание на себя, мол: «Смотрите! Это не я такой плохой, я совершил добродетель!» — Послушайте, я ведь не выгнал этих бедных детишек в никуда! Они просто переехали в другое здание — и оно, между прочим, гораздо лучше, чем это. — Это за Кадом-то?       За зданием паркуются сегодняшняя марионетка-Лера и водитель-Олег. — На-На, за зданием машина, — докладывает Фаине Лис, — Чд выходит. — Не спускай с него глаз, — чуть ли не оговаривается она, догадываясь, кто же всё-таки под маской. — Всё помнишь? Повтори, — приказывает Олег. — Подняться, подыграть жестами, спуститься, уехать. Если что-то пойдёт не так, спуститься сразу. — Верно, удачи, — желает Лере напоследок Олег.       Звучат взрывы хлопушек, Плахов перерезает ленту. — Пока всё тихо, — передаёт Фаине Тишь. — Будь начеку. — Я нахожусь на открытии ресторана «Золото востока», который уже стал скандально известен благодаря своему месторасположению в историческом центре Петербурга и закрытию частного сиротского приюта «Надежда», находившегося на его месте. Владелец заведения Виталий Плахов, ранее державший сеть казино, судя по всему, планирует расширять свой бизнес, открыв целый ряд дорогих ресторанов по всему Петербургу… — Как вы понимаете, никакие жалобы, петиции и обращения не повлияли, и этот притон всё равно открылся! О чём это должно нам сказать?! О том, что все до самой администрации заинтересованы в появлении таких мест! Все мы сидим под огромной бандитской крышей! — На-Н, ты уверена, что что-то должно произойти? — спрашивает Фаину Мать. — Да. На все сто. Просто надо ждать. И уже приготовь звонок в скорую. Чую, что без жертв не обойдётся.       Вдруг на экране появляется знак Чумного Доктора. — Какого хрена?! — ругается Плахов. — Чума беззакония вновь захватила наш город. Он болен, на теле его нарывы, он задыхается в миазмах нечистот. Эта чума проникает везде — во все структуры и организации. — Ха, Чумной Доктор. Надо же, — удивляется Дочь, глядя на всё со стороны. — Лис, если чд остолбенеет, приведи его в чувство, только слегка. — Понял тебя.       «Что-то не так. Почему так всё сжимает изнутри? Лишь бы не произошло ничего страшного…» — думает Фаина. — Ради выгоды и наживы не щадят ни исторический облик города, ни тех, кто не может за себя постоять, — детей. Нравственность и закон бессильны там, где правят деньги! — Сделайте что-нибудь! Уберите его!!! — командует Плахов. — Пришло время напомнить, кто способен противостоять болезни, поразившей наше общество. Чумной Доктор вернулся к своей истинной цели! — «И заставил меня нести всю эту пафосную дичь». — «Гражданин» вернулся! — Офигеть, что творится! — Правильно, так их! — Веду прямой эфир с улицы Заслонова…       Три огромных джипа стоят в слепой зоне. Вадим читает книгу о «Троянской войне в исторической беллетристике средневековья», когда наконец видит прямую трансляцию с Чумным Доктором. Он машет рукой, и их эскадрилья выезжает на охоту. — На-На, это Неса. К вам выехало три затонированных джипа… с палёными номерами. — Поняла, спасибо. Мать, вызывай скорую. — Но ещё же… — Вызывай! — рявкает Фаина и быстрей идёт к дороге, ведущей к зданию. — Отныне в нашем городе… Слышится звонкий звук тормозов. — Тишь, снимайте всех… — завидев знакомую белобрысую макушку под маской, На-На продолжает, — Кроме громкоговорилки, — в это же время Вадим говорит свою короткую и ясную речь: — Вот что будет с теми, кто встанет на пути Чумного Доктора!       Начинается автоматная стрельба. Плахов убит. Большинство протестующих людей падают пачками. Фаина пытается задержать время, снимая автоматчиков из снайперской винтовки, но ей это, к сожалению, не удаётся в большей мере. Она скорей спускается вниз, в надежде или задержать преступников, или помочь раненым. «Ну, нам меньше крови на руки», — отмечает она про себя, завидев труп владельца. К ней подбегает Мать и говорит, что скорая в пяти минутах от места. — Молодец. Иди, спасай, — Фаина пожимает ей руку и обнимает, будто в последний раз.       Люди скорей-скорей разбегаются и прячутся от террористов. — Ну ты и… — матерится Фаина, подходя сзади к Вадиму и таща за шкирку обратно с джип. — Врача, вызовите врача! — кричит кто-то. — Я врач! Покажите, что… — Мать подбегает к человеку и начинает оказывать помощь. — Я… Я веду прямой эфир у ресторана «Золото востока», где человек, назвавший себя «Чумным Доктором» только что совершил теракт! — испуганный блогер снимает всю случившуюся заварушку, — И, кажется, здесь есть Морок, они здесь! — но ребят отряда ему не удается заснять: уже сейчас подъехали машины скорой помощи, а отрядовцы приступили к уходу врассыпную.       Лера смотрит на немалое количество трупов внизу, отчего у неё наворачиваются слёзы. Она слегка столбенеет, но очень скоро чётко мимо неё пролетает пуля: Лис, заметив недвижущуюся фигуру, привел девушку в чувство. Она слышит крик Сергея в наушник и быстрей спускается, так и не увидев стрелка.

***

— Минутку, кукушонок. Прежде чем ты снова всадишь в меня очередь, мне нужно кой-чего сделать, — закрывает рот Вадиму Фаина и говорит в рацию, — Проследите за чд. От и до. Куда, с кем, для чего. Приём? — Приём, На-На. Поняли тебя. А ты куда? — Позже объяснюсь. Отбой, — Фаина отключает рацию и обращается к Вадиму, — Ну давай, кукушонок. Объясни мне, какого чёрта сейчас было? — Что ты вообще здесь делаешь?! — звонкая пощёчина от Фаины при первой встрече после Сирии — этого, конечно, он достоин, — Приказ, — с отчетливым выражением отвращения отвечает Вадим. — Мне из тебя шокером информацию вить? Чей? — Не твоё дело. — Посмотрим. Чей? — Фаина действительно достаёт шокер и максимально близко подносит его к шее Вадима. — Дагбаева. — Дагбаева?! — удивляется Фаина, — Его ж убили… — бубнит она себе под нос, глупо хлопая ресницами: единственное, что мог бы увидеть бывший сослуживец неприкрытого костюмом.       Вадим молчит. Получить ещё одну пощёчину или чего похуже как-то не хочется. — Мы к нему едем? — Именно. — Значит едем, — Фаина откидывается на сиденье, складывает руки на груди и задумывается о своём.       Только сейчас Вадим замечает, что их всего трое. — А где мои люди? — Крысы сдохли, — отвечает Фаина, припоминая Вадиму последний их разговор в Сирии. — Твоих рук? — Не твоё дело. У Дагбаева и поговорим.       «У золотца, так у золотца», — думает Вадим и тоже откидывается на сиденье, стараясь расслабиться и прибегнуть к своему обыкновенному безразличию. Поэтому он берёт все ещё недочитанную книгу. Заметив на себе пристальный взгляд, Вадим недовольно спрашивает: — Что, и читать нельзя теперь? — Что ж ты на историка не пошёл… — неожиданно для него риторически спросила Фаина и отвернулась к окну, лишь изредка оглядываясь на уткнувшегося в бумагу Вадима.