образ (хван хенджин)

Хенджин не верил в себя. он затерялся в темном лабиринте своей головы, где роились мысли, словно потревоженные осы, жаля и не давая ни минуты покоя. мир представлялся ему грохочущим, безжалостным механизмом, пугающим своей непредсказуемостью. когда шум становился невыносимым, он искал спасения под одеялом, сворачиваясь в кокон тишины, где, казалось, можно было укрыться от всех бед. каждый день, словно повторяя мрачное заклинание, он твердил себе: «я сложный. забудь меня. я не создан для любви.» а она… она была как дыхание весны у запотевшего стекла. тихая, но с несгибаемым стержнем внутри, будто вековое дерево, устоявшее перед натиском самых яростных бурь. она не ломилась в его жизнь. не звала по имени. просто приходила. садилась у его порога, обняв колени, и молча ждала, не требуя ничего взамен, лишь тихо надеясь. иногда она оставляла небольшую записку, написанную ее изящным почерком: «ты не один. я рядом. даже если не откроешь.» сначала он злился на ее настойчивость, чувствуя себя загнанным в угол. потом привык к ее молчаливому присутствию. а после начал ждать ее прихода. но дверь в свой внутренний мир, запертую на множество замков, он так и не открыл, продолжая прятаться за ней от всех и вся. Хенджин боялся снова почувствовать, снова обжечься, снова испытать ту адскую боль, которая, казалось, преследовала его по пятам. он не хотел быть влюбленным, не хотел впускать в свое сердце свет, который, как он считал, лишь подчеркнет тьму, царящую в нем. даже в другой жизни, в параллельной вселенной, где у него, возможно, был бы шанс на счастье, он отказывался от этой возможности, считая себя недостойным. но однажды она не пришла. ни утром. ни вечером. ни на следующий день. тишина, которую Хенджин всегда так страстно желал, которую так тщательно оберегал наконец-то пришла. всепоглощающая. абсолютная. глухая. бесконечная. он почувствовал леденящий душу страх, словно он потерял что-то невероятно важное, что-то, без чего его жизнь теряла всякий смысл, что-то, что держало его на плаву в этом бурном океане отчаяния. впервые за долгое время Хенджин с трудом оторвался от своей ненавистной кровати, заставил себя подойти к двери, которая служила ему надежным щитом от внешнего мира. — кто-нибудь, прошу постучите. — прижавшись к ней лбом, прошептал он. и в этот самый момент, в этой звенящей тишине, скрипнули старые, обветшалые ступени лестницы. легкий, едва уловимый стук в дерево, словно робкое обещание надежды. превозмогая дрожь во всем теле, словно преодолевая гравитацию, он медленно потянул на себя тяжелую дверь, за которой, возможно, ждало его спасение, а может, и новое разочарование.