16

Солнце, уже потеряв дневную ярость, мягко золотило крыши домов, окрашивая небо в нежные оттенки розового. Шесть часов вечера — тот самый час, когда город, словно выдохнув после долгого дня, переходит в более спокойный темп. Улицы постепенно остывали. Толпы людей стекались с разных сторон к остановкам общественного транспорта. Усталые после рабочего дня, они спешили домой, к семьям и вечернему отдыху. Кто-то оживленно обсуждал прошедший день с коллегами, кто-то, уткнувшись в телефон, просматривал новости или сообщения. Молодые пары, держась за руки, неспешно прогуливались по тротуарам, наслаждаясь прохладой наступающего вечера. Дети, возбужденные после целого дня игр, бегали вокруг родителей. На трамвайной остановке стоял мужчина. На прошлых выходных ему только исполнилось 40, но выглядел он лучше своих лет. Черные волосы, уложенные в слегка взъерошенный квифф, падали на лоб, придавая лицу немного дерзкий вид. А подтянутые мышцы, проступающие под деловым костюмом, намекали на регулярные физические нагрузки. Среди своих коллег он выделялся не только внешним видом, но и умом. Да и в целом производил впечатление человека успешного и уверенного в себе. Хотя на самом деле все было не совсем так. Взгляд его был устремлен в землю. Транспорт заметно опаздывал, что, впрочем, мало беспокоило работягу. Спешить ему все равно было некуда: дома его никто не ждал. Ощущение пустоты, обволакивающее его уже несколько лет, прилипало на плечах холодным чувством безысходности. Мужчина вздрогнул. Мысленно он начал перебирать дни, похожие один на другой. После развода его жизнь превратилась в бесконечное ожидание чего-то, что хоть немного украсит его дни. Он вздохнул, почувствовав привычное ощущение тоски. Вроде бы ничего плохого и не происходит, уже стоило бы смириться, но он продолжает чувствовать себя подавленно. Наконец, вдали показался долгожданный трамвай. «16» — гласили выделенные жирным красным шрифтом цифры. Мужчина, невольно выпрямившись, посмотрел время на наручных часах. Пара минут, и транспорт уже стоял на остановке. Стремясь избежать толкучки, мужчина торопливо вошел в еще не заполненный пассажирами трамвай. Быстро протянув кондуктору — молодому парню — необходимую сумму, он получил билет и, не теряя времени, занял место у окна. Двери тихо закрылись, и транспорт тронулся. За стеклом начали мелькать знакомые улочки. Но взгляд мужчины быстро вернулся внутрь. В трамвае царила удивительная тишина. Всего три человека, не считая его самого: девчушка, кондуктор и водитель. Пустота в такое время показалась ему настолько необычной, что он невольно нахмурился. Что-то здесь было не так. Эта неестественная тишина, почти пустой салон… Он снова посмотрел на девушку, сидящую напротив (и когда она успела подсесть?). Ее взгляд был направлен прямо на мужчину. Почему-то ему стало тревожно, он поспешил отвести взгляд. И, как только мужчина сделал это, он пожалел. Сердце его ушло в пятки. Под ними простирался город, а они… они парили над ним! Невероятность происходящего отняла дар речи. — Артур Ширяев, я так полагаю? — подала голос девушка. Первая мысль, которая пришла ко мне: «Я сплю». Тихий голосок девчушки отдавался в моей голове. Артур Ширяев... Это я? Я и есть Артур Ширяев? И правда... — Не бойтесь, это нормально, и нет, вы не во сне, — как будто прочитав мои мысли, сказала девчонка. — Сейчас вы находитесь на маршруте 16. Скоро наш трамвай попадет на Путь ваших Воспоминаний, вам нужно оставаться спокойным, чтобы доехать невредимым. Я обвел взглядом салон. Кондуктора уже не было, на его месте восседал кот. — Ах, вам понравился Ноэль? — я кротко кивнул. Она мило улыбнулась и продолжила. — По вам видно, что вы любите животных. Знаете, он мог бы быть хорошим котом, это правда. Только вот он не совсем кот. Я снова посмотрел в окно. И только открыл рот, чтобы узнать у девчушки, где мы, как она неожиданно спокойно произнесла: — Артур, вы умерли. Мы же, ваши проводники, должны доставить вас, — она сделала небольшую паузу, — Точнее вашу душу, довезти в целости и сохранности до места назначения. Я впал в ступор от такой информации. Я умер? Но как? Я же только возвращался домой с работы, был цел и невредим. Стоял на остановке, так почему? До этого на работе все тоже было хорошо: как обычно, я с Михаилом написал утренний доклад, на обеденном перерыве с другими коллегами сходили в кафе неподалеку. А еще раньше, утром, я точно подкармливал бездомную кошку, когда в полшестого возвращался домой с пробежки. Что произошло? И, кажется, прошло достаточно много времени, потому что вышел я из этого состояния только тогда, когда место рядом со мной оказалось занято котом, а он заговорил. Заговорил по-человечьи, чего я, конечно, ожидал, но не так скоро. — Не хочу прерывать ваш мысленный поток, Артур, но это очень важно, — грубоватым голосом проговорило животное. — Ронд, — больше обращаясь к девочке, указал лапкой на огромное облако кот, — через минуту мы будем на Воспоминаниях. — Ох, — девчонка обеспокоенно перевела взгляд на меня и взяла за руку, — Артур, сейчас будут как приятные, так и неприятные ощущения. Я прошу вас держать меня за руку и ни за что не отпускать, иначе может произойти нечто... Неприятное. Простите за мою тавтологию. Ладно! Это не то, что нам сейчас нужно! Знайте, мы с Ноэлем рядом. И, пожалуйста, — ее голос стал совсем тихим, — ни в ко ем случае не отвечайте. Внезапно трамвай качнуло. Сильные потоки ветра мешали двигаться трамваю вперед, а тяжелые водяные пары начали обволакивать транспорт со всех сторон, проникая внутрь и создавая ощущение тумана. Сначала все было хорошо, но после нескольких секунд я почувствовал, как начинаю задыхаться. Маленькая ладошка сжала мою руку сильнее. Мне даже показалось, что на моих ногах устроился кот. Моя голова начала кружиться, а в ушах стало гудеть. Я думал, что умру еще раз, и это произойдет от нехватки воздуха. Но все резко прекратилось. И так же резко моя голова стала взрываться от накативших воспоминаний. Я зашипел. Они пришли не постепенно, а обрушились, мощной волной, унося меня в самые недра прошлого. Уши гудели от звуков вокруг меня. Я крепче сжал ладошку девочки, чтобы окончательно не забыться в своих воспоминаниях. Вот я стою перед мамой. О, как она меня ругала, когда я каждый раз после прогулки приходил домой с бандой маленьких котят. А вот мы с Мишкой на поле собираем саранчу, чтобы попугать девчонок. Вот уже компания побольше, кажется, играем в войнушку. А потом — школа. Вот моя первая влюбленность: Наташа из 3 «Б». Я потом еще долго ходил красный, вспоминая этот случай. Первые школьные драки, а все из-за шайки Медведевых, которые любили поживодерничать. Вот и мое любимое место: библиотека... Запойное чтение научных книг и мечты о большом, невероятном будущем. Затем — институт. Много новых знакомств, бессонные ночи за учебниками, первые попытки самостоятельности и осознание того, что мир намного сложнее, чем я представлял себе в детстве. И Линда. Полячка, в которую я влюбился. Множество голосов всплыло на тот момент. Все они, к сожалению, принадлежали Линде. Я старался не слушать, но... «Артур, ты видел их? Они такие милые!» «Ширяев, не сегодня, прости». «Ты так смело заступился за них, горжусь тем, что ты мой друг!» В уголках моих глаз выступили слезы. Линда... Как же я ее люблю. Ее сияющую улыбку, мягкие теплые ладони, необычные привычки и ее волнистые волосы. Только я хотел прошептать ее имя, как почувствовал, что меня ущипнули за ладонь. Точно... И вот снова. После института пришли воспоминания о начале взрослой жизни. Трудные поиски работы, разочарования, постоянная борьба за выживание. Но наконец я нашел работу своей мечты. Линда на протяжении многих лет поддерживала меня. И я сделал ей предложение. Она согласилась. Свадьба была грандиозной. Белое платье Линды, ее счастливый смех, блеск в глазах, веселые лица моих и ее родителей и наших общих друзей. Периодические прогулки после работы я помню до сих пор. Потом… потом наступило затишье, опустошение. Отношения с Линдой закончились внезапно. В какой-то момент искра интереса ко мне потухла, оставив после себя лишь холодную золу разочарования. Я не помнил точно, когда это началось, но помнил все, что было после. Развод, одиночество, пустота. Я уже не мог сдерживаться и задыхался в слезах. Мы с ней мечтали о детях, думали, что в скором времени переедем в другой город, но увы и ах... После нескольких лет скончались мои родители. И снова я стал совсем один. В сердце стало так пусто... — Но вы не одни! — послышалось так далеко, но вместе с тем очень близко. И моя смерть. Я оказался в пустоте. Белое мягкое нечто обволакивало мое тело, и я хотел закрыть глаза. — Я тоже была одна! — я оглядел пространство вокруг. Было ли оно бесконечно или нет, я не знал. — А потом я нашла кота, — продолжал голос. Я слышал плач девочки и ощущал тепло ее ладони. Ее не было нигде, но в то же время казалось, что она была везде. — Мне тоже было больно, я тоже была одна, но трамвай спас меня, — девочка, кажется, Ронд, перешла на шепот, и я стал ощущать как все заканчивается. — Нельзя сдаваться, поймите! Даже после смерти есть жизнь, даже после смерти все можно исправить, можно успеть все. Я услышал мурлыканье кота и его хриплое: «Скоро наша остановка». Девочка шмыгнула и крепче схватила мою руку. — Артур, 16! Не забывайте. 16! Повторите! Я молчал. — Артур, я прошу вас! И не забывайте! — 16. — Еще! — 16. — Еще раз! — 16! — громко сказал я, сильнее зажмурившись. Гудение в голове прекратилось, и я больше не слышал ни девочки, ни кота. Я открыл глаза. — Где я? — спросил сам себя я и обернулся. Дорога вперед. Я шел туда, куда она меня вела. Я шел долго. Наверное, час. А может и два, три... Где я? — Ваше имя? — величественно прозвучало откуда-то сверху, и я поднял голову. Свет ослепил мои глаза. Я зажмурился, приставив к голове руку. — Имя?.. — я задумался, пытаясь вспомнить. А кто я? На языке крутилось что-то до боли знакомое, но я не мог вспомнить. — Шестнадцать, — выпалил я и удивился. Я совсем ничего не помню, только это. Голос сверху довольно хмыкнул, и я начал чувствовать усталость. И скоро совсем закрыл глаза, погружаясь в сон. — Думаешь, у него получится? — облизывая черную шерстку, обратился к Роланде Ноэль. — Я знаю, что у него все получится, — улыбнулась девочка, накручивая прядку белоснежных волос на палец. Кот хмыкнул и улегся на ее колени. — Эй, ты уже взрослый! — Это неважно. Важно другое... Зачем ты ему сказала? — он с непониманием уставился в окно. Они снова спокойно ехали в трамвае по улицам одного из городов. — Мы должны помогать таким как он, — она приставила свой пальчик к подбородку и улыбнулась, — или ты забыл? Он фыркнул и свернулся комочком. Скоро они заберут следующего пассажира, но до того момента нужно хорошо отоспаться. Такие скачки сквозь Воспоминания на самом деле очень утомляют многих проводников.