Ночь адреналина.

***

      Ночь в баре, где байкеры собираются выпить, вспомнить былые деньки, а после решаются пойти и устроить гонки по окрестностям. Самая ночь, когда город затихает, проходит весело — все пьют, обсуждают рок-группы и веселятся. Они не спят, они словно вампиры: просыпаются и начинают веселье, пока обычные люди спят, ворча в полусне за громкий рёв двигателя любителей мотоцикла.       Вару сидел за барной стойкой, выпивая безалкогольное пиво и осматривая обстановку. Бар был полон байкеров, а помещение окутывал застывший в воздухе запах алкоголя и пота. Кто-то играл в дартс, кто-то — в бильярд на ставки. Все выглядели по-разному: с татуировками, с пирсингами, в кожаных куртках и штанах с цепями. Когда кто-то затевал драку, все реагировали спокойно, даже бармен, словно это было обычным делом. Он продолжал начищать рюмки и стаканы, наливая посетителям добавки. Ну, все привыкли к таким ситуациям, что тут поделать.       Рок Kiss и AC/DC гремел, заглушая разговоры, так что приходилось почти кричать, чтобы поговорить с другом, или заказать выпивку у бармена. Зеленоволосый парень в олимпийке лениво смотрел матч по телевизору, крутя пустой стакан. На нем была зелёно-чёрная куртка, которая подходила к его кудрявым волосам. Кожаные перчатки без пальцев приятно холодили кожу, немного сжимая, но не причиняя боли.       Ему нравилась эта атмосфера: он здесь был уже не первый раз, и с каждым проведённым здесь временем это место нравилось ему всё больше. Так, по крайней мере, он мог отвлечься и не появляться в квартире. Здесь было оживлённо и хорошо (за исключением драк, хотя, может, и они тоже придавали оживлённости этому месту), а дома скучно и уныло — даже в холодильнике мыши не завелись. Да, ему лучше заплатить в баре за выпивку и закуску в оживлённом месте, чем сидеть дома одному и смотреть в тишине видео столетней давности.       Зеленоволосый, поняв, что выпил достаточно для своего организма, отказался от предложения бармена, когда тот спросил, нужно ли долить. Вару огляделся, чтобы посмотреть, чем можно заняться — в дартс играть не хотелось, однако в бильярд — очень даже, особенно если это будет на ставку, ведь он, несомненно, хорош в этом деле, и пока никому не удавалось обойти его, поэтому репутация у него была довольно-таки хорошая среди местных.       Вару решил, что сегодня хороший повод подзаработать, и пошёл к бильярду, пафосно засунув руки в карманы излюбленных джинс, которые, он, наверное, не стирал уже много недель, но они всё ещё были чистыми!       Он подошёл к бильярдному столу и увидел, что какие-то байкеры уже играют и спорят о том, что один из них смухлевал, пока другой пытался отстоять свою честь. Тем не менее, Вару, подумав, что сегодня может и не быть достойного соперника, вздохнул и закатил глаза, оперевшись о стену, и стал дожидаться, когда закончится партия, ведь он "зарезервировал" себе местечко. Он наблюдал, как чуть ли не вспыхивает драка между игравшими.       В итоге, решив, что выяснят отношения на улице, ребята, игравшие до этого в бильярд, ушли. Вару, пощелкав языком, не знал, кому можно предложить сыграть — будто нарочно все стали "занятыми", чтобы назло ему испортить настроение. Он подошёл к бильярдному столу, обошёл его и взял кий, осматривая, пригоден ли тот для игры, а то мало ли, попортиться уже успел.       — Играешь? — зеленоволосый услышал голос со спины. Обернувшись, он увидел парня с фиолетовыми волосами в костюме мотоциклиста. Парень прищурил глаза, осматривая Вару с ног до головы. Видя, как тот держит кий, он усмехнулся. Наверняка из него игрок в бильярд, как из мухи слона — даже держать правильно не умеет.       — Играю, — коротко ответил Вару, прищурив глаза в ответ. Он не понимал, почему парень так пристально осматривает его, будто тот — металлоискатель, а Вару — ученик, пронёсший телефон на экзамен.       Фиолетоволосый парень обошёл стол и встал напротив Вару, взяв в руки кий.       — На сколько играем? — спросил Вару, когда парень напротив молча осматривал кий на пригодность, видимо, не зная, что буквально только что здесь играли другие парни. Кстати об этом, Вару полез доставать забитые битки из луз, а затем положил их в найденный треугольник.       — На 40 баксов, — коротко ответил незнакомец, и Вару закатил глаза. Что ж из него слова приходится вытягивать?       — Как тебя зовут? — поинтересовался Вару, и незнакомец, оторвавшись от взгляда на кий, посмотрел на зеленоволосого пронзительным взглядом. Но Вару не из тех, кто срётся от жёсткого взгляда — по его мнению, его взгляд тоже может быть жёстким, и даже больше, чем хотелось бы.       Парень напротив выгнул бровь, ухмыляясь, и Вару недоуменно посмотрел на него, фыркая.       — Пик Ллойд, — коротко ответил незнакомец, а теперь, точнее, Пик, у которого имя было немного странноватым, но, наверное, ему даже подходит — особенно под его фиолетовые волосы.       — Вару Райт, — сухо ответил зеленоволосый, не желая тратить слишком много слов на этого самодовольного хера, который выглядит так, словно пуп земли. Еблан, а не пуп земли.       Игра началась, и Вару даже не сразу успел понять, когда вокруг них образовалась толпа, и из этой толпы слышались поддержки в сторону Ллойда или в сторону Райта. Кто-то так вообще умудрился сделать ставки на то, кто выиграет — Пик или Вару. Но Вару знает, что он хорош собой, хотя холодности и чёткости у Пика не занимать. Если зеленоволосый действует немного импульсивно, необдуманно, то Пик действует решительно, чётко, холодно, словно он уже проходил такой момент тысячу раз и знает всё наперёд. Наверное, если бы он знал всё наперёд, он бы не делал ставку на 40 баксов.       Партия проходила почти в полном молчании, если не считать возгласов радости, когда Пик или Вару закатывали шар в луз. Кто-то и вовсе пустился во все тяжкие, увидев, как Вару толкает кием шар точно в дырку. Похоже, ставка у этого чувака была гигантской, раз он от отчаяния принялся пить пиво, продолжая следить за счетом, словно это могло что-то изменить.       — Неплохо держишь кий, но, по-моему, ты слишком самоуверен, — подал голос Пик, обходя стол, когда Вару с цоканьем промахнулся. Вару вскинул бровь, толкаясь языком в щёку.       — Самоуверен? Или я просто знаю, что делаю? А ты пришёл показать, как надо? — игра в бильярд переросла в словесную перепалку. Толпа затихла, наблюдая за двумя соперниками, которые то и дело менялись местами, если кто-то промахивался. Пик всё ещё не промахнулся, но Вару не подавал виду, что напуган или встревожен — внешне он был совершенно спокоен, словно достиг нирваны. В нём вспыхнула нотка азарта: Пик затеял игру, а Вару подхватил, заинтересованный тем, насколько далеко зайдёт их словесный поединок.       Ллойд промахнулся, и его место занял Райт, который сразу принял стойку и вытянул руку с кием на столе. Фиолетововолосый с прищуром наблюдал за действиями самоуверенного парня.       — Знание — это одно, а вот как ты его сможешь применить — совсем другое, — фиолетововолосый скрестил руки на груди, и толпа, словно подхватив их волну, затихла, внимая каждому слову, слетавшему с их уст.       Тишину пробил звук битка, который успешно залетел в луз. Вару с победной ухмылкой посмотрел на Пика, стоявшего в стороне.       — Я применяю его так, как посчитаю нужным. А ты пришёл учить или просто языком поболтать? Смотри, мастер, не упусти своё место, а то за трепливым языком можешь его проворонить.       Из толпы донеслось протяжно «у-у-у». Многие даже приложили кулак ко рту, охуевая от слов Вару и от того, что сейчас назревает. Пик, при этом, оставался спокойным, словно ничего не могло его разозлить, и вообще будто вместо крови у него магний.       — Языком болтать? Твоя дерзость и самоуверенность доведут тебя до твоего же падения, — зеленоволосый мельком посмотрел на Пика и, растеряв внимание, не попал в луз, вследствие чего с матерным словом отошёл в сторону. Ллойд, словно знал, что так и будет, усмехнулся, подходя к столу.       — Только из-за дерзости я ещё на плаву и могу дать отпор, чтобы защитить себя.       Ллойд хмыкнул. Партия должна была вот-вот закончиться, и пока что выигрыш держался на стороне Пика, что Вару изрядно не нравилось. Райт даже на мгновение задумался, что стол какой-то проклятый: то чуть драка не произошла за ним, то он сейчас просрет 40 баксов. Такого исхода не хотелось.       — Посмотрим.       Вару не понял, к чему было сказано именно это слово, но тактично промолчал, хоть очко, конечно, хотело найти приключений на задницу.       Пик промазал и цокнул с раздражением, словно его терпение, которое он копил в себе, вот-вот выйдет из-под контроля. Вару может стать этим выходом из под-контроля, если как следует доведёт Пика до белого каления — особенно сейчас, когда Пик, как лох, промазал. Хотя Вару не лучше, но он этого не признает. Он всегда считает себя пиздатым и охуенным.       — Че, не попал? Ай-яй-яй, — зеленоволосый с притворным цоканьем сделал вид, что сожалеет, но в душе ликовал и чуть ли не показывал средний палец Пику, у которого глаза чуть ли не загорелись огнём — то ли от злости, то ли от чего-то ещё, — непонятно.       Вару принял нужную позу, вытянул руку с кием и, ударив по битку, попал точно в цель. Ещё чуть-чуть, и он одержит победу и заберёт свои 40 баксов, на которые сможет немного прожить. А там можно ещё сыграть — особенно с Пиком, ведь он такой лох и дебил, его так легко развести можно (возможно, если бы не толпа, наблюдавшая за их игрой, Вару бы смухлевал).       И Вару забил решающий удар. Попал точно в цель, и те, кто ставил на его победу, заликовали вместе с чемпионом. А те, кто ставил на Пика, грустно начали доставать деньги из карманов и отдавать победившим в споре. Зеленоволосый видел, как Пик на мгновение прикрыл глаза, словно принимая для себя какое-то решение.       Райт положил кий на стол и, подойдя к Пику, протянул руку, как бы намекая: «Деньги». Фиолетововолосый лишь достал две купюры по 20 баксов из кармана и чуть ли не швырнул их самодовольному Вару, который лыбился до ушей победной улыбкой.       — Как-нибудь ещё поиграем. Надеюсь, деньжата у тебя есть, а то проигрывать будет нечего, — понизил тон Вару, чтобы только Пик слышал его. Толпа начала расходиться по своим делам, но когда Пик подал голос, все прислушались, и фиолетововолосый, понимая, что все его слышат, начал говорить увереннее.       — Зачем же показывать себя в бильярде? Давай проверим скорость. — Вару видел, как у Пика ходили желваки оттого, как он сдерживает свою злость, которая внезапно в нём вскипела.       — Скорость? Это ты о чём? Ты уже проверил скорость, вот, — зеленоволосый помахал купюрами, которые Пик недавно отдал ему, перед лицом Пика, действуя на нервы.       — Я про гонку, сопля. Завтра в 10 часов от старого заброшенного особняка до центра.       Толпа замолчала, охуевая. Кто-то даже выкрикнул: «Вару, да он тебя порвёт!», словно переживая за бедную задницу Вару, которая любит попадать в неприятности. Однако Вару уверен, что ему ничего не стоит обыграть этого Пика в два счёта, как он сегодня сделал в бильярде.       — Какая ставка? — сомнительно спросил Вару, сощурив глаза. Пик загадочно ухмыльнулся, вильнув бровью.       — Ставки не будет. Просто в этой гонке мы узнаем, кто — неудачник, а кто — победитель по жизни, — после этих слов толпа вновь загудела с протяжным: «У-у-у». Вару, конечно, усомнился такой идее, ведь тратить своё время за бесплатно он пока не готов был, но, если ему надо показать этому жлобу (потому что денег на ставку пожалел), что Вару круче и лучше, то он, несомненно, поднимет свой авторитет и репутацию в этом баре, и его будут (он надеется) встречать как того самого, который смог уделать Пика везде: в бильярде, в гонке, а если он предложит ещё сыграть на что-то, где Вару покажет себя победителем, то это хорошо.       — Согласен, — поразмыслив, Вару спрятал купюру в карман, и они скрепили договор рукопожатием. Их взгляды были как мечи, столкнувшиеся в битве — холодные и железные лезвия. Они стояли друг напротив друга, пока вокруг шла битва. Пик попросил кого-то сломать их "союз" руками, и добродушный мужчина разломал их рукопожатие. Толпа, теперь уж точно не ожидая подвохов от этих двух, разбрелась по своим делам: кто пошёл смотреть матч, кто начал играть в бильярд, следуя примеру Пика и Вару, а кто, пьяный в стельку, выползал из бара со стонами или словами «не буду так больше пить...». Конечно же, эти слова — полная ложь во всех её проявлениях.       Вару фыркнул и решил последовать примеру выползшего байкера, но только он спокойным шагом вышел из бара и пошёл к своему мотоциклу, который стоял в оживленном месте. Рядом стояли мужчины, попивая пиво, они переговаривались о каких-то буднях, или о какой-то цыпе которая смогла кого-то там охмурить. Закат, недавно сверкавший на горизонте, пропал, и за ним пришли сумерки и началась глубокая ночь, показавшая луну и звёзды. Лишь летняя прохлада освежала мозги и адреналин, который недавно играл в крови, даже не то, что играл — бушевал, как ненормальный. Райт подошёл к своему мотоциклу и провёл рукой по фаре, как бы разговаривая со своим транспортом. И нет, это не глупо. Для него каждый транспорт, прибор — как живой, и он часто может поглаживать свои вещи и говорить с ними, моля начать работать и не тормозить.       — Уже уходишь? — знакомый голос раздался за спиной Вару. Он усмехнулся и, положив руки в карман, нащупал пачку сигарет с зажигалкой. Повернувшись, Райт попутно достал сигарету из пачки и зажёг её, поднося к губам. Он затянулся, а потом, вальяжно ответив, словно у него всё время мира в запасе, потянулся и подошёл к Пику чуть ближе, чем следовало.       — А что? Неужели боишься соскучиться по мне? — Вару щёлкнул языком и провёл им по губам. Но Пик, словно каменная скала, смотрел только в глаза, прожигая насквозь. Возможно, это даже бесило Вару — уж очень этот Пик любит зрительный контакт.       — Нет. Просто подумал: не соскочишь? — Вару, после этих слов, закатил глаза и цокнул, отходя на два шага назад к своему транспорту. Крутя в руках сигарету и оттягивая тянущееся ожидание между разговором, он смотрел на Пика серьёзно. Вару — человек чести, пусть и с ебанцой, пусть и со своими дурными привычками, но чести. И если хоть кто-то думает иначе, то он может оказаться в нокауте. Но так как завтра заезд, он всё же не хотел "красить" лицо Пику, да и себе, если тот подумает отбиваться. А он подумает.       — Ты меня за кого принимаешь? Я тебе кто? Сайфер, что ли? — Вару нахмурился, и, накурившись и обкуривишись знатно, кинул сигарету на траву и затоптал её, втаптывая в землю. Пик хмыкнул, возможно, из-за своих мыслей, а возможно, из-за слов Вару.       Пик скрестил руки на груди, пристально посмотрел на транспорт Вару, а потом закачал головой и ответил:       — Нет. Ты скорее Джек Воробей, такой же эксцентричный, со своими тараканами в голове, но уж точно не Сайфер, — фиолетововолосый подошёл ближе, и Вару вздохнул.       — Че, ниче поумнее в голову не пришло, кроме него? Или... Погоди, ты что, пришёл давать мне бабки за то, чтобы я проиграл? — Вару осенила внезапная, и его глаза загорелись огнём в поисках ответа от опешившего Пика, который в растерянности уставился на него.       — Что? Че ты несёшь, сопля? — Пик нахмурился и чуть было не взмахнул руками, но, поняв, что это не соответствует его статусу бунтаря и владыки, засунул их в карманы. Теперь Вару уставился на Пика в недоумении.       — А на кой хер ты пришёл? — резко ответил зеленоволосый.       — Чтобы увидеть твой страх на лице перед завтрашним состязанием, — пристально вглядевшись в лицо собеседника, Вару увидел, что тот опешил перед заявлением зеленоволосого, и попытался выкрутиться из ситуации.       — На хуй иди. Я скорее бабки все проиграю, но страха моего ты не увидишь, — Вару полез за шлемом, и, пока Пик приходил в себя, завёл мотоцикл. Показав фак сопернику, он схватился за ручки и, нажав на газ, заставил Пика закашляться выхлопным газом.       — Пиздюк!       Последнее, что услышал Вару прежде чем скрыться в центре города. Словно пчелиное гнездо, город казался неусыпным. Бурлил без остановки, словно вампиры. Вампиры, может, и спят днём, но этот город не спит даже днём — все время находится в таком режиме, но Вару, в какой-то степени, это даже завлекало, и ему это нравилось.       Вару чувствовал, как ветер треплет кончики волос вместе с курткой; особенно из-за набравшей скорости ветер стал сильнее развеваться, и теперь куртка вместе с джинсами колыхалась, шурша. Проезжая мимо машин, он слышал голоса людей в транспорте: кто-то говорил по телефону с распахнутым окном, кто-то сидел с семьёй в машине, обсуждая, что будет на ужин, а кто-то молча слушал музыку. Вару подумал почему бы ему тоже не включить? Все-таки он тоже не пальцем деланный.       Пока Райт стоял на светофоре, он врубил «It's My Life» от Бон Джови, качая головой в такт музыке и постукивая ногой по дороге, подпевая. Ему казалось, что люди смотрят на него как на психа, покручивая пальцем у виска. Но как же ему, черт возьми, было плевать. Он не выживал в этой жизни — он жил на полную катушку, и ему нравилось, что он такой, какой он есть — это делает его уникальным.       Проезжая через центр, он не заметил, как светлые локации, светящиеся так, что свет доходил до неба, сменились тёмными закоулками, которые Вару знал как свои пять пальцев. Дорогие машины, попадавшиеся ему по пути домой в центре, сменились другими — теперь он видел скутеры, велосипеды и транспорта, на которые даже смотреть жалко, не то что ездить.       Мужчины, или скорее, тюфяки, набухались и теперь лежали на земле в подворотне, обнимая бутылки и общаясь о том, какие женщины шлюхи, потому что не дают. Вару такой логики не понял, а поэтому просто проехал мимо них, особенно когда те позвали его, чтобы он, видимо, съездил за выпивкой. Стоило ему послать их на хер и показать фак назад, как они тут же замолчали, не ожидая отпора и отказа в их просьбе.       Наконец, доехав до своего домишки (если это можно так назвать), Вару припарковался и, заглушив мопед, на мгновение опустил голову на руль. Сегодня он устал, но заработанные 40 баксов говорили о том, что он постарался на славу — такая мысль бодрила его.       Забрав ключи, он прошёл к лифту, который. скажем так, держался чуть ли не на соплях. Вызвав механизм кнопкой, Вару принялся дожидаться, когда лифт подъедет к нему. Сейчас он просто хотел лечь спать и уснуть непробудным сном, пока не зазвонит будильник и ему не придётся опять идти на работу.       Вару не заметил, как оказался в своей квартире. Включив свет в прихожей и, разувшись, он снял с себя верхнюю одежду, повесив её на крючок, а обувь просто оставил там же, где и разулся. Ну, а хули, к нему всё равно никто не ходит, гостей он не ждёт, а ему и так заебись.       Подтянувшись и зевнув, Вару пошёл в комнату, включив темно-зелёный свет, и переодевшись в домашнюю одежду: чёрная футболка идеально подходили для его тела, которое находилось в хорошей форме. Он не может сказать, что он качок, или типа того, но бицепс, трицепс и выступающие кубики у него имеются, что позволяет ему гордиться своим телом.       Растрепав причёску, он не стал заниматься чем-то серьёзным, а просто упал на кровать, предварительно приглушив свет, так, чтобы оставались оттенки зелёного, словно он находился в самой гуще деревьев посреди ночи — охуенное чувство.       Вообще, квартира у него оборудована хорошо — ему всегда нравился ремонт здесь, так что он даже не стал его менять при покупке, а просто решил добавить пару функций для себя, чтобы чувствовалось, что это квартира Вару, а не какого-то неизвестного ебанько.       Сидя в телефоне, зеленоволосый подумал о том, как завтра выжить. Как же он заебался от работы, но она приносит хорошие деньги, что ему в плюс. Он не заядлый геймер, но и не тот человек, который не может себя обеспечить. Мастер татуировок, что сказать. Так что он не какой-то там простофиля, который с голоду умирает от того, что нет денег и не на что купить пожрать.       Вару откинул телефон на кровать, рассчитывая расстояние так, чтобы тот не пизданулся экраном на пол со всей силы. Зеленоволосый провёл рукой по лицу и, положив обе руки под голову, смотрел в потолок, задумавшись о завтрашнем дне. Работа, потом можно расслабить булочки, а потом эта гонка. Ух как Вару оторвётся завтра на этом Пике — задаст взбучку такую, что о нём ещё будут ходить легенды среди местных байкеров.       Возможно, он зазвездился после сегодняшнего выигрыша, но он, чёрт возьми, имеет право — так он сегодня уделал этого упыря, что тот чуть не расплакался от обиды.       А вот почему Пик к нему подходил на улице — Вару так и не сообразил, че он вообще хотел. Если не дать бабки взамен на то, чтобы Райт проиграл, то что? Позлорадствовать? Вару кажется, что это не в стиле Пика. По его мнению, Пик Ллойд — расчётливый стратег с холодным мышлением, его ум и знания всегда могут помочь, и он не кажется тупым человеком, а уж тем более тем, кто будет злорадствовать.       Райт вздохнул, и образ Пика, который, с помощью кия, толкает шар в луз, отчётливо всплыл в голове. Вару на мгновение ухмыльнулся, а потом, перевернувшись на бок, натянул одеяло и заснул крепким сном.

***

      День проходил относительно нормально, если не считать клиентов с психическими заболеваниями: то подросток припрётся, у которого даже нет разрешения от родителей, то тату-машинка не такая, то у Вару рожа не такая и доверять ему нельзя, и вообще «понабирают кого попало». Конечно, Вару давно бы послал таких клиентов подальше, но на работе он держится стойко — хоть мысленно и посылает на жирный и толстый хуй, который только может быть.       И вот наступил вечер — сегодня будет жарко, и в гонке определится, кто по жизни — лузер, а кто — победитель не только в гонке, но и в жизни. Вару с коллегами и, сев на мотоцикл, поехал через весь город, чтобы оказаться возле заброшенного особняка. Кстати, он столько граффити оставил на этом особняке, что даже гордится собой. В юности с друзьями они гоняли сюда подальше от суеты, подальше от родителей — приходили сюда пожрать, попиздеть, нарисовать граффити, ведь это место никак не охраняется, словно хозяин просто исчез с радаров, оставив после себя пустоту.       Вару уже подъехал к назначенному месту, но, никого не увидев, а потом посмотрев на часы, понял, что приехал немного раньше. Он заглушил мотоцикл, поставил подножку, слез и начал расхаживаться. Ничего, лучше прийти раньше и не опоздать, чем прийти позже и опоздать, получая дополнительные насмешки, чего Вару не нужно. Ему нужно держать авторитет, чтобы все знали, кто он, и что можно ему говорить, а что — нельзя.       Сумерки медленно наступали, и солнце отступало, давая луне и звездам показать себя в ночном небе. Таинственный полумрак окутывал землю, особенно здесь, за городом, где находились лишь Вару и особняк. Вару помнил, что об этом особняке ходили легенды: якобы душа владельца витает в этих стенах, предметы двигаются сами, а дом словно шепчет на ухо и пугает своей аристократичностью старых времён. Чушь. Столько раз Вару был здесь и никогда подобного не видел и не слышал — особняк как особняк, ну подумаешь, заброшен, хуйня это всё собачья.       Очертания деревьев вдалеке стали тёмными, их крона словно затонула во тьме, что поглотила её целиком. Фонарей здесь толком не было, и Вару, честно сказать, ну, совсем немного, зассал и захотел, чтобы хоть кто-нибудь поскорее приехал сюда. Да хоть пусть волк или медведь отсюда выйдет — хоть пусть этот фиолетовый упырь поскорее приедет, и Вару не будет так ссыкотно — с ним можно и посраться, и повтыкать, и поугарать над ним, а он и бесится.       Дотронувшись пальцами до каменного забора, он почувствовал под кожей мох, который заменил здесь хозяина — порос здесь, обтянув своими щупальцами весь забор. Не только забор, дорожка, насколько Вару помнит, ведущая в дом, тоже заросла мхом, а дом внутри покрылся паутиной с пылью. Теперь, нынешние хозяева — это мох, пауки, и, возможно, крысы.       Услышав рёв мотоцикла, Райт слегка ухмыльнулся, не спеша оборачиваться. Он знал, что это Пик. Конечно, что за еблан поедет в глушь леса к заброшенному особняку, о котором ходят легенды, что здесь якобы живёт дух умершего владельца. Кроме Пика и Вару, безумных нет, но они не собираются заходить внутрь, хотя, многие стараются опасаться этого места вообще, поэтому здесь не так уж и людно.       — Неужели не боишься здешних призраков? — Пик подал голос, и Вару, медленно обернувшись, скрестил руки на груди, визуально увеличивая мышцы в свете фар мотоцикла Пика. Ллойд не глушил мотоцикл, потому что знал, что сейчас они поедут, и решится многое.       — Живых бояться надо, а не мёртвых, — с чёткой уверенностью ответил зеленоволосый, и, подходя к мотоциклу, достал шлем, надевая его, но не опуская визор.       — Готов опозориться на всю оставшуюся жизнь? — Пик неожиданно сменил тему, со скукой наблюдая, как Вару, убирая подножку, чуть ли не на ходу заводит свой мотоцикл и подъезжает к Пику, чтобы быть с ним на равне. Хоть линии старта и не было, но Вару поравнялся с фиолетоволосым сантиметр в сантиметр.       Вару осмотрел образ Пика; тот, находясь в шлеме, поднял визор, видимо, чтобы держать зрительный контакт. Он был в костюме для мотоциклиста, который чётко обтягивал его крепкие мышцы, особенно при свете фар теперь двух мотоциклов — их видно особенно хорошо. Вару облизнулся и хитрым взглядом уставился на Пика, который выжидающе смотрел на собеседника, или соперника.       — Неужели тебе мало было вчера? Денежки просрал, а сегодня авторитет просрёшь. Че тебе не имётся, а? Ну поплакал бы в подушку вчера и забыл бы. Че тебе приелась эта гонка?       Пик хмыкнул — не грозно, не смешно, а просто хмыкнул со всей серьёзностью, словно Вару поставил его в тупик этим вопросом.       — Хочу посмотреть, как будешь плакать ты в подушку, когда продуешь, — уверенный в себе Пик пожал плечами, а Вару чуть ли не расхохотался.       — Это мы ещё посмотрим, Ллойд, — обретя уверенность и серьёзность, зеленоволосый заговорил. За этими словами последовала короткая тишина, и Пик, опустив визор шлема, крепко сжал руль. Райт, последовав его примеру, сделал аналогичные действия. Ллойд, словно ожидая, когда Вару подготовится, начал отсчёт:       — Пять. Четыре. Три. Два. Один.       После последней цифры мотоциклы взвизгнули, а их водители, держась крепко, управляли транспортом, следя за дорогой. Вару чувствовал ветер, который выл ему в уши, трепал одежду, а вместе с тем — и мозг. Адреналин бешено бурлил на кончиках пальцев, в груди, а в животе словно произошёл невообразимый кувырок. Но Вару нравилось это чувство — оно заставляло чувствовать себя живым, а не какой-то каменной статуей, которая существует только для того, чтобы на неё пялились. Он сам на себя пялился, и ему было в кайф.       Пока непонятно, кто выигрывал, но Райт, мельком и кратко поглядывая на Пика, видел, как тот уверенно едет вперёд, словно знает маршрут наизусть. Вару тоже знал маршрут наизусть, но Пик... Хах, что-то в нём было определённо не так, но Вару это заводило, и ему определённо нравилась эта игра. Ему нравилась эта игра и правила в ней.       Вару казалось, что у него чуть ли не зрачки пульсировали от концентрации внимания на дороге. Он почти не моргал, и когда осознал это, почувствовал, как глаза немного заслезились. Он проморгался, но вытереть не мог, так что слёзы просто скатились по щекам, оставляя влажный след.       Небоскрёбы проносились мимо, а свет в окнах сливался в одно неразличимое цветовое пятно. Проходящие мимо люди становились лишь фоном, жалким скоплением в боковом зрении.       Дороги были пустые. Хотя одна-две машины попадались им на пути, они их обгоняли — ведь не время выяснять отношения с водителем, время — выяснять отношения между собой. Вару крепче сжал ручку газа, не заботясь о том, чтобы тормозить, — по крайней мере, пока он не увидит финишную черту и группу людей, кричащих его имя и имя Пика вперемешку. Мотоциклы, словно звери рычали или ревели как ненормальные, будто крича, что их хозяева — сумасшедшие, совсем их не жалеющие.       Пик, выверенно выруливая в другую сторону, смог обогнать Вару на лишний метр, что зеленоволосому не понравилось. Он, быстро подумав, какой маневр совершить, чтобы обогнать Пика, сжал ручку газа и свернул вправо, на мгновение опередив Пика.       Не успел Райт обогнать фиолетоволосого, как светофор загорелся красным, и ему пришлось застыть прямо перед зеброй. Позади он услышал мотоцикл Пика, а потом, увидев, как Пик поравнялся с ним, недовольно цокнул, постукивая ногой по земле.       Теперь Вару понимал, что немного выдохся, но не время для слабости — самое интересное только начиналось, и сейчас явно не время расслабляться.       Светофор, как на зло, попался без таймера, и Вару это бесило. Почему нельзя устанавливать светофоры с таймером? Ну в чём проблема?       Приходилось вдвойне следить за красным цветом, который вскоре должен быть стать зелёным. Пик, судя по всему, концентрацию тоже не терял — держал руль, особо ногу не ставил на землю, чтобы не расслаблять булки, и постукивал пальцем по ручке тормоза.       По зебре проходило несколько пешеходов, словно никуда не спеша, в отличие от Ллойда и Райта, которые состязались за авторитет. Возможно, глупо, но для Вару авторитет — это всё, и он пока старался не думать о том, что будет, если он проиграет. Хоть такая мысль и частенько мелькала.       Когда дорога опустела, но красный свет всё ещё не сменился зелёным, Вару и Пик терпеливо ждали. Да, возможно, они оба были козлами, мудаками и так далее, но они не хотели нарушать правила дорожного движения, чтобы потом загреметь под статью.       Вспыхнул зелёный свет, и Вару с Пиком рванули вперёд. Ллойд делал резкие выпады, маневры, от которых у Вару кружилась голова; Пик прорывался вперёд, а он, на мгновение потеряв уверенность, уже хотел сдаться. Но он смог его догнать и даже поравняться с ним, а значит — не время сдаваться.       «Если сделаю вид, что поворачиваю вправо, он выдвинется вперёд меня, но если я поверну влево перед ним, то...»       Вару, покрепче сжав ручку газа, резко повернул влево, прямо перед Пиком, рассчитав всё так, чтобы фиолетоволосый не врезался в него, но потерял концентрацию. Действительно, так и случилось: Пик, испугавшись за свой мотоцикл, затормозил, а Вару, громко хохоча, рванул вперёд, называя Пика лузером.       Он, к сожалению, не слышал матов, которыми покрывал его Пик, но почему-то был уверен, что ничего хорошего бы не услышал.       Мельком взглянув в зеркало, Вару увидел силуэт Ллойда, который постепенно догонял его. Пришлось поддать газу, выпуская чёрный выхлоп из мотоцикла — ничего, выветрится.       Что Райта бесило в этой гонке, так это то, что большие улицы постоянно сменялись узкими, которые сужались. Это было неудобно, потому что стоило ему набрать скорость, как тут же приходилось снижать её, чтобы не врезаться никуда.       А если он снижал скорость, то Пик, который ехал сзади и набирал скорость, догонит его быстрее, чем Вару рассчитывал, а значит, Ллойд может с ним поравняться.       Вару хаотично посмотрел в зеркало и, выругавшись, вывернул на большую улицу. К сожалению, Пик догнал его быстрее, чем он рассчитывал, хотя, возможно, это и хорошо — Вару сразу увидит его лицо, когда он проиграет.       Осталось совсем немного, и Вару, то ли мерещится, то ли действительно слышит, — крики байкеров из бара, которые скандируют его и Пика имена, улюлюкая.       Вару наконец-то увидел финишную черту и группу людей. Ехать ещё минуты три, и Вару поднажал так, как никогда не поджимал; всё чаще выпуская выхлопные газы, он мечтал быстрее доехать до финиша первым, но Пик разрушил все его планы, казалось, до самого максимума выруливая вперёд, и Вару показалось, что адреналин взял верх над Пиком, и...       Пик пересек финишную черту первым, и Вару не успел даже понять, как это произошло, пересекая черту вторым. Он резко затормозил, тяжело дыша после испытавшего его адреналина, и, находясь всё ещё в непонимании, поднял визор, смотря на то, как люди, болевшие за Пика, радостно запрыгали, а те, кто болел за Вару, честно говоря, по их лицам можно было подумать, что они расстроились (может, из-за денег, которые они поставили на то, что победа у Вару в кармане).       Вару стиснул зубы и разочаровался в себе. Теперь он станет посмешищем, а Пик — всеми обожаемым. Злость захватила его разум, и ему захотелось прямо сейчас швырнуть в Пика что-нибудь, начать швырять мебель или, блять, пиздануть по его морде так, чтобы он сплевывал кровь.       Зеленоволосый сжал штанину, и ему показалось, что он услышал, как посреди гула знакомых ему ребят трещит ткань джинсов, а ногти неприятно впились в эту ткань, и стало больно.       — Вару, ну что, не получилось одолеть Пика? — к нему подошёл Уилл, один из его знакомых, хохоча и скрещивая руки на груди, пока Вару слезал с мотоцикла, ставя подножку, чтобы тот не наебнулся. Пока остальные чуть ли не подкидывали Пика вверх как победителя, он один подошёл к Вару, видимо, постебаться над его горем.       Райт снял шлем и, встряхивая голову, словно собака, потому что капельки пота были на его волосах после такого выброса адреналина, посмотрел на Уилла пронзительным взглядом, стараясь не обращать внимания на гул за спиной.       — Возможно, я проиграл сегодня, но запомни — придёт время, и я одолею Пика, — не зная, что ещё сказать и стараясь прожевать горечь разочарования, Вару всё-таки обернулся, чтобы посмотреть на победителя, и тут же встретился взглядом с Ллойдом, который словно и ждал, пока Вару посмотрит на него.       Пока остальные веселились возле фиолетоволосого, он лишь улыбнулся взглядом победителя и, хитро прищурившись, посмотрел Вару в душу. Последнее, что он увидел, — это то, как Вару показывает фак и отворачивается обратно к своему другу.       — Да всё нормально, не парься ты за это. Хотя, признаюсь, многие ставили на тебя, — Уилл похлопал Вару по плечу, и Вару тяжело вздохнул, осознавая, что стал проблемой для тех, кто ставил на него, и тем более — посмешищем для тех, кто ставил на Пика. Хуже не придумаешь. Хотелось выпить пива и покурить, лишь бы не думать обо всей хуйне.       Держа в руках шлем для мотоцикла, Вару покрутил его и, прислушавшись к звукам позади себя, ещё раз вздохнул — он слишком расстроился после сегодняшнего вечера, на который он возлагал большие надежды.       Вару не успел опомниться, когда к нему подбежали остальные с предложением выпить за это состязание (даже не смотря на то, что Вару проиграл). Переглянувшись с Уиллом, они согласились, пожимая плечами — всё равно делать нечего, а так можно будет запить своё горе.       Пик, на удивление, тоже согласился, хотя Вару думал, что он, такой весь из себя "хуй бумажный", поедет домой и расскажет своим друзьям, как же он уделал этого зеленоволосого. Однако, когда все расселись по транспортам и рванули к бару, сомнений не осталось.       Шлем внезапно начал давить на затылок, а руки вовсе не слушались, но Вару держал их под контролем. От обиды хотелось закричать и разбросать мебель, но, понимая, что стоит следить за дорогой, Вару сосредоточился на ней, крепко сжимая ручки газа и тормоза.       Во всей суматохе он не успел сообразить, едет Ллойд за ним или перед ним, а в шлемах впереди очень трудно разобрать, кто из них Пик (он просто не запомнил шлем Пика). Но он точно знал, что Уилл едет впереди, и, приглядевшись получше, потому что всё равно встали на светофоре, он увидел знакомый мотоцикл, шлем и торчащие тёмные волоски из-под шлема.       По привычке захотелось зачесать волосы назад, но в шлеме это будет сделать проблематично и невозможно. До бара осталось совсем немного, а значит, скоро они будут на месте, напьются (Вару решил, что поедет домой на такси, а за мотоциклом, так уж и быть, вернётся утром или днём), накурится, и этот день забудется. О нем будут ходить лишь легенды, и о победе Пика Ллойда, о том, как он смог одолеть слишком самоуверенного Вару Райта, который славился своей хитростью и достижением цели любым путём.       Светофор загорелся зелёным, и колёса мотоцикла взвизгнули в унисон. Выхлопные газы разлетелись по ветру, развеявшемуся в ночи. Вару крепче сжал ручки тормоза и газа, и казалось, сжимать крепче уже нельзя было, но он смог (даже не смотря на то, что ладони после ослабления хватки заболели).       Доехав до бара, все слезли со своих мотоциклов и ввалились в двери, а у бедного бармена, наверное, чуть ли глаза не на лоб полезли от такой толпы, ведь сегодня по расписанию он никого не ждал.       Вару старался не пересекаться с Пиком, когда заходил в бар, да и в самом баре — тоже. Ему не было стыдно, ему не было страшно — он просто не хотел его видеть. А возможно, Райт просто не хотел признавать своё поражение в этой гонке, и, возможно, он разочарован. Всё это можно прогнать с помощью пива и алкоголя, что Вару и собирается сделать, уже усаживаясь на барный стул и прося у официанта пиво вместе с орешками, чтобы было чем закусить.       Уилл сел рядом с Вару, пытаясь подбодрить его. Однако зеленоволосый лишь угукал, и просто кивал, залпом выпивая пиво чуть ли не с одного глотка, а затем давился, закусывая орешками. Уилл, посмеявшись, похлопал его по спине: «Чувак, упиваться до смерти — не выход». Он полагал, что это развеселит Вару. Однако после этих слов Райту, наоборот, захотелось пить сильнее.       Гул футбольного матча и шум в баре слились воедино. Вару, даже если бы захотел сконцентрироваться на своих мыслях, не мог. Причин было две: одна — алкоголь, другая — неумолкающий Уилл, рассказывавший о своей дочери и жене, которая ушла из-за того, что у него на семью было мало времени. Вару лишь похлопал его по плечу, словно пытаясь поддержать, а затем, попросив у официанта два пива, предложил Уиллу (и нет, он не спаивал его, просто хотел, чтобы Уилл расслабился).       Уилл не отказался от такого щедрого дара со стороны Вару, особенно после слов, что заплатит Райт. Выпивая вместе и закусывая всё теми же орешками, Вару медленно терял связь с реальностью, и язык сам начинал нести белиберду.       — Я почти его уделал! Ты бы видел, какой маневр я совершил, он отстал от меня на две минуты! — Вару, услышав брошенное Уиллом невзначай «Как же ты так проиграл, братишка», подскочил со своего места и чуть не ударил стаканом по барной стойке, привлекая к себе ненужное внимание. Уилл мягко усадил его обратно на стул и с пониманием закивал, поджав губы.       Минуты тянулись быстро, перерастая в часы. Вару сбился со счёта, сколько стаканов пива выпил, но, судя по тому, как его тело раскачивало из стороны в сторону — достаточно. Уилл куда-то испарился в потоке байкеров, заводя диалоги с кем-то и оставив Райта одного. Но, возможно, так было лучше — никогда не помешает побыть одному, особенно сейчас.       Вару решил, что сейчас свежий воздух ему нужен как никогда, особенно после запаха в баре, пропитанного сигаретами, пивом и потом, потому что кто-то здесь успел устроить армрестлинг (на самом деле, Вару так и не понял, что это было, потому что, когда он слезал со стула, всё, что он видел, — это дверь, чтобы выйти наружу).       Дойдя до цели, а именно, выйти на улицу, Вару, пошатываясь, облокотился о стену и достал сигарету из кармана вместе с зажигалкой. И нет, он ещё не был настолько пьян, чтобы поджечь самого себя, так что всё нормально. Наконец-то он смог зажечь сигарету и почувствовать вкус табака во рту, смешанный со вкусом пива и орешков.       Смотря в ночное небо, звёзды и луну, Вару задумался, аккуратно покручивая сигарету в пальцах. Он вздохнул и почувствовал холодок по спине — ветер неприятно задул, и ему стоило бы вернуться в помещение, но Райт не хотел. Небоскрёбы в небе, казалось, доходили до самых облаков, а свет из города отражался в небе — ночные фонари, свет от фар, свет из окон и так далее.       — А я думал, ты расплачешься прямо на месте, — услышав знакомый голос, Вару затянулся и, выдохнув сигарный дым, аккуратно повернул голову к двери, из которой сам недавно вышел. В проходе стоял Пик, который скрестил руки на груди и смотрел в небо, словно общаясь со звёздами, а не с Вару.       — А я думал, ты празднуешь победу, — закатив глаза и цокнув, Вару продолжал покуривать, выдыхая колечки дыма, которые тут же рассеивались в воздухе.       — Я же говорил, что твоя дерзость и самоуверенность погубят тебя, — судя по словам Ллойда, он усмехнулся, что Вару взбесило в один миг. Со скрипом проговаривая следующие слова, он старался не смотреть на Пика, не потому, что боялся, а потому, что тот его бесил.       — А я говорил, что твой болтливый язык доведёт тебя до белого каления? Отъебись, а, — Вару, накурившись достаточно, выкинул окурок в мусорку, которая стояла совсем рядом. Не зная, что можно ещё сказать, Райт решил вернуться в помещение, где он сможет отвлечься от мыслей о проигрыше — по крайней мере, там сейчас валяется бухой Уилл, и наверняка рассказывает о том, как он любит свою доченьку. Что ж, Вару, возможно, хочет послушать про это.       Пик преградил ему путь, загораживая проход собой и не давая зайти внутрь. Вару пришлось поднять взгляд на него и посмотреть в глаза. Ллойд выгнул бровь, как бы своим видом показывая, что его широкие плечи и мускулистое телосложение не дадут пройти Вару.       — Че тебе надо? Ты всем уже показал, какой ты пуп земли, теперь отъебись от меня, — обиженный на весь мир, Вару еле мог формулировать предложения и слова. Алкоголь, который так хорошо опьянил голову, теперь разливался по всему телу, и Вару немного покачнулся, когда решил, что он сможет пройти через вон тот свободный проход, а это оказалась светлая часть в одежде Пика.       — А если нет? — Ллойд схватил Вару за запястье — не грубо, но с нажимом, чтобы оставить белые следы на руке Райта. Вару попытался вырваться, но тщетно — мало того, что пьян и слаб, так он и менее мускулист, чем Пик, который, наверное, своё тело оттачивал годами в спортзале, чтобы добиться такого успеха.       Вару посмотрел Пику в глаза, и тот, столкнувшись с ним взглядом, замолчал. Райт может признать, что при свете луны и уличного освещения, Пик выглядел хорошо, возможно, даже очень — особенно этот костюм, который обтягивает его мышцы.       Вару сам не заметил, как оказался в моменте, когда он целует Пика, а Ллойд, словно этого и ждал, положил руку на талию Райта, сжимая одежду в тиски. Запястье Вару он отпустил, и теперь обеими руками словно вылепливал глиняную фигуру под себя — чтобы принадлежала она только ему.       Их языки переплетались, словно две змеи на дереве, которые своим телом оставляли невидимые отметины на стволе. Вару схватился за плечи Пика, как за спасательный круг, не находя опоры здесь ни на что другое, кроме как на Пика.       Круглый пирсинг на языке Вару ударялся о зубы Ллойда, но их обоих это ничуть не смущало — возможно, это, наоборот, даже возбуждало.       И когда кислорода стало не хватать, Пик первый отстранился, потому что Вару, судя по его напору, газовал на полную. Они пытались отдышаться, немного раскрасневшиеся, они смотрели друг на друга, не веря в происходящее: ещё вчера соперники в бильярде, сегодня — в гонке, а сейчас целуются, словно два любовника, которые играли роли, а теперь, когда их никто не видит, они могут уединиться.       — А я думал, ты хочешь, чтобы я отъебалс...       — Заткнись, — шёпотом, но немного гневно промолвил Вару.       Пик ухмыльнулся и разжал талию Райта, когда тот поежился в его руках, намекая на дискомфорт. Однако Вару не думал отпускать плечи Пика, уж очень массивными они ему показались.       Вару чувствовал, как голова начинает ходить кругом, и на мгновение зажмурившись, вновь посмотрел на Пика.       — Пойдём, — начал было Ллойд, взяв Вару за руку, словно за поводок, как щенка, и сразу же пошёл к своему транспорту, припаркованному недалеко от бара.       — Куда?       — Ко мне.       — Аа, я понял, ты решил воспользоваться моим положением и принять мою слабость за похоть, — Вару, конечно же, пошутил, однако мысль о том, чтобы ехать домой к незнакомому мужчине и заниматься с ним сексом, честно говоря, была немного сомнительной. Но, понимая, что это на одну ночь и вряд ли это повторится, пьяный Вару согласился бы, а вот Вару в трезвом состоянии просто отпиздил бы пьяного Вару.       — Возможно. Но нет. Ты еле на ногах стоишь, и зачем вызывать такси, когда нам и так хорошо вместе? — Пик, подойдя к своему мотоциклу, достал оттуда два шлема, словно припас один именно на такой случай, и передал Райту один. Вару хмыкнул и взял шлем, еле надевая его, а Пик, хитро посмотрев на него, надел свой шлем и, сев на мотоцикл, аккуратно похлопал по месту сзади себя.       Вару ухмыльнулся, сел сзади Пика и, совсем не стесняясь, переплел руки вокруг живота Ллойда, как за опору. Пик, ничего не сказав, убрал подножку, завел мотоцикл и рванул вперед, словно у него была мысль, что Райт передумает, а ему, возможно, в глубине души, не хотелось этого.       Проезжая через город, у Вару лишь мелькали силуэты, а световые спектры сливались в одно неразличимое пятно. На душе вдруг стало так легко, появилось такое радостное чувство, что он сам и не понял — почему. Просто в одно мгновение ему стало хорошо, и он, на мгновение сжав живот Пика, вздохнул.       Ллойд, если и подал виду, что ему понравилось — не показал, потому что внимательно следил за дорогой. Ведь когда ты едешь за рулем сам — тебе не страшно нарушить правило, но когда за твоей спиной сидит пассажир, а возможно, будущий любовник, то, честно говоря, становится страшно.       Поездка проходила в тишине. Они, может, и могли говорить, но им не нужны были слова. Не сейчас, не сегодня. Сегодня их словами будет ночь, которая будет хранить в себе всё.       Пик вздохнул, и Вару почувствовал это, потому что его живот систематически втянулся. Райт на мгновение подумал, не перегибают ли они палку, начиная отношения с того, что будет сегодня?       Но Вару был слишком пьян, чтобы задумываться об этом всерьез и отвечать самому себе, что плохо, а что — нет. К счастью, поездка продлилась не так уж и долго, и совсем скоро показались высокие многоэтажки, заполнявшие собой этот город.       Пик затормозил в подземной парковке, и Вару, не долго думая, встал и, снимая шлем в попытке передать Ллойду, слегка шатнулся в сторону из-за того, что зрение подвело. Ллойд лишь прищурился, посмотрев на Вару, словно оценивая, можно ли в таком состоянии делать такие вещи, но Райт не намерен отступать.       Пока Пик укладывал шлемы, Вару осмотрелся; парковка на вид находится в приличном районе, осталось оценить квартиру Ллойда, и будет шикарно.       Теперь, оказавшись в самой квартире, которую Пик открыл минуту назад, Вару не заметил, как они успели подняться на лифте в полном молчании и подойти к квартире.       В самой прихожей царил мрак, освещенный лунным светом из окна. Вару услышал щелчок замка и, повернувшись, увидел Пика, который смотрел на него нечитаемым взглядом, словно в них таилось нечто такое, что Вару ещё никогда не видел.       В этой тишине шаги Пика казались отголоском собственного сердца Вару, и Райту кажется, что на его ушах осел румянец, ведь всё тело горело, возможно, долбанный алкоголь взбудоражил ему мозг, нагревая тело с головы до пят.       Наклонившись к Вару, Пик на мгновение задумался, но когда Райту надоело ждать и он сам двинулся на встречу, поцеловав Ллойда с языком, то все сомнения у Пика улетучились.       Вару знает, что во рту у него осел привкус алкоголя и сигарет, но похоже, Пика это ничуть не смущало. Целуясь с непроизвольным чмоком и переплетая языки, Ллойд подхватил Вару под бедрами, и Райт, поняв намёк, подпрыгнул, стараясь не прерывать поцелуй, и Пик понёс его в комнату, попутно разуваясь на ходу, что сделал и Вару, скинув обувь.       Вару не видел, куда несёт его Ллойд. Пик, не прерывая поцелуй, шёл, зная наизусть свою квартиру, с закрытыми глазами.       Когда Вару почувствовал под собой мягкий матрас, который заскрипел под его весом, он открыл глаза и понял, что Пик уже уложил его на кровать. Сам же, отстранившись от поцелуя, полез в тумбочку.       Раскрасневшись и пытаясь отдышаться, Вару осмотрел комнату. Было темно, но лунный свет, проникающий сквозь окна, заполнявшие стену, позволял насладиться моментом благодаря эстетичному виду комнаты.       Он не заметил, когда Пик вернулся на кровать и, нависнув над Вару, смотрел ему в глаза, ничего не говоря. Просто смотрел, пытаясь заглянуть в глубину души, в то, что таило в себе смертные грехи. Но он знал, какой их общий грех, и ни о чем не жалел.       — Я не должен пожалеть об этом, — намекнул Вару. Он смотрел, как взъерошились волосы Пика, потому что, когда Ллойд нёс его в комнату, Райт, признаться, схватился за его голову и немного трепал его волосы.       — Ты не пожалеешь, — и Пик, словно забыв обо всех возможных тормозах, начал снимать с Вару куртку, ведя молнию вниз, чтобы потом скинуть её на пол, не заботясь о её судьбе. Под курткой была чёрная футболка, и Райт, признаться, почувствовал холодок по коже, а пробежавшие мурашки подтвердили это.       — Так хотелось раздеть меня поскорее? — Райт, не удержавшись от колкости, расстегнул свой ремень. Пока Пик, наверное, любовался телом Вару, ремень уже летел на пол. Звон, который услышал Ллойд, словно отрезвил его.       — Возможно, — уклончиво ответил Пик и жестом показал Вару приподняться. Вару, в обычной жизни, послал бы, но сегодня жизнь была необычной, поэтому он сделал как показал Ллойд, поднявшись и ожидая, что будет дальше.       Вару решил не ждать, пока Пик отдуплится, а потому, сняв с себя футболку и откинув её к куртке, ухмыльнулся, ожидая реакции Ллойда. Но тот, осмотрев тело Райта, прильнул к его губам, промычав в них.       Пик начал водить руками по телу Райта, обводя подушечками пальцев накаченные мышцы рук, а потом и опускаясь к очертаниям пресса, касаясь пупка, на котором красовался пирсинг. Вару схватился за плечи Пика, пока тот уже держал его за талию и мял. Райт, вслепую найдя замок на одежде Ллойда, повёл бегунок вниз, попутно целуясь так, словно они пытаются сожрать друг друга, словно пытаются насытиться.       Доведя молнию до конца, Вару, чьи руки как раз находились на плечах Пика, скинул его верхнюю одежду, и она, упав к ногам Ллойда, обнажила его мощное тело.       Отстранившись из-за нехватки воздуха, Райту стало интересно вживую посмотреть на это мощное тело, которое он иногда представлял себе.       Что Вару не ожидал, так это то, что тело Пика будет в татуировках. На руках, от плеча до запястья проходили чёрные рисунки, и, если бы Вару вгляделся, возможно, что-нибудь интересное увидел бы. А так же шея Ллойда — тоже была в татуировках, и Вару облизнулся, представляя, если бы он делал ему татуировки.       — А я думал, ты порядочный, — Райт ухмыльнулся, переводя дыхание после такого страстного поцелуя. Пик усмехнулся и на мгновение отвёл взгляд в сторону. Вернувшись взглядом к Вару, он опустил свои руки ниже — на бёдра, а возможно, хотел уже поскорее перейти к делу.       — Если бы я был порядочным, стал бы я пьяного парня затаскивать к себе домой?       — А ты и не затаскивал, — с намёком на то, что Вару сам захотел этого, он провёл пальцами по бицепсу Пика — такому накаченному, словно даже в расслабленном состоянии он как машина.       Пик промолчал, и Райт, посчитав это знаком, снял с себя джинсы и кинул к остальным вещам на полу, оставаясь в одних лишь боксерах. Ллойд, хищно осматривая тело юноши, аккуратно провёл пальцами по оголенным бёдрам, которых тут же пробил холод от температуры в квартире — когда они вошли, здесь было холодно, но когда они начали переходить к делу, температура начала максимально нагреваться.       И их разговоры закончились на этом. Теперь для разговоров не осталось мест, место осталось только для действий. Ллойд, решив больше не ждать, быстро снял с себя штаны вместе с боксерами, показывая обнажённый и вставший член. Райт присвистнул; он не думал, что Пик настолько возбуждён, что ткань штанов и боксеров мешает ему.       Хотя, признаться, Вару и сам чувствовал, как ткань боксеров натягивается параллельно медленно встающему члену, стоило лишь подумать о том, как Пик будет вдалбливать Райта в кровать, что та, под их грубым сексом, просто напросто сломается.       Но времени для размышлений не осталось; Пик, прильнув губами к Вару, медленно, совсем не стесняясь, полез рукой в трусы к Райту, касаясь головки, которая уже сочилась смазкой от возбуждения, намачивая ткань. Райт, сам того не осознавая, промычал или простонал в губы при прикосновении к своему члену. А так же мысль о том, что Пик упирается своим членом во внутреннюю сторону бедра Вару, тоже возбуждала.       Касаясь мошонки, словно дразня, Пик вернулся обратно к головке, и, пока Вару мычал ему в губы, просто стянул с него боксеры до колен. Райт даже не успел сообразить, в какой момент рука Ллойда пропала из трусов, и, отстранившись, Пик потянулся на другую сторону кровати.       Вару следил за действиями Пика, снимая с себя боксеры и откидывая их. Он посмотрел на спину Ллойда и увидел ещё кучу татуировок на верхней части спины — словно если он не будет зататуирован весь, то начнется апокалипсис. Затем, опустив взгляд ниже, он зацепился глазами за две упругие ягодицы, и захотелось шлепнуть по ним, но, сдержавшись, Райт облизнул губы.       Услышав шуршащий звук и видя, как поворачивается Ллойд, Вару увидел в его руках презерватив, переливающийся на лунном свету, и бутылек со смазкой, которая при встряске еле заметно сдвинулась с места. Судя по всему, Пик не собирался передавать эти вещи Райту, и Вару выгнул бровь.       — А я думал, я трахну тебя, — скучающе и стараясь не показывать внутреннего мандража перед Пиком, сказал Вару, закинув руки за голову и наблюдая, как фиолетоволосый, открывая бутылёк, смачивает пальцы.       — Передумаешь.       Вару цокнул и, почувствовав, как сердце забилось быстрее обычного, вздохнул, скрывая это за вздохом возбуждения. Отвернув голову, чтобы посмотреть в окно, Райт увидел соседние многоэтажки: во многих горел свет, а фары от машин, казалось, доходили и до двадцать пятого этажа, если не до самого неба.       Райт почувствовал, как Пик подтянул его за бёдра ближе, и, не успев опомниться, он почувствовал, как Ллойд вставил два пальца. Анус инстинктивно сжался, и сам Вару шикнул, но Пик решил смягчить положение и, пытаясь отвлечь Вару, поцеловал его с языком — мокро и грязно проводя своим языком по нёбу Райта, переплетая их языки.       Растягивая задний проход в форме ножниц, Пик давал время Вару привыкнуть. Иначе какой секс, если один получает удовольствие, а другой — боль? Конечно, совсем никакой. А Пик не хочет, чтобы было больно, он хочет, чтобы было хорошо до одури в голове.       Ллойд водил руками по телу Вару, стараясь заземлить его, не переставая целоваться. Если и переставал, то лишь для того, чтобы набрать в лёгкие воздуха и снова страстно поцеловаться, не жалея ни дыхания, ни собственных губ.       Райт, почувствовав, как привыкает, вслепую нашёл плечо Пика и похлопал по нему. Ллойд всё понял без слов. Вставляя третий палец, он растягивал Райта, чтобы потом отыметь его по полной. Вару чувствовал, как притупляющая боль, от пальцев Пика сменилась спокойствием и ему не терпелось поскорее начать.       Вару первым отстранился от поцелуя, когда почувствовал, что Пик вытащил пальцы. Его анус инстинктивно сжался, требуя большего, чем просто пальцы. Пальцы Ллойда, измазанные в густой смазке, сплетались, словно паутина, и Райту пришла в голову безумная идея. Он привстал, и пока Пик осматривался, обо что можно вытереть пальцы, Вару лизнул безымянный палец. Ллойд удивлённо посмотрел на него.       — Что? Не нравится? — Райт взял Пика за запястье, намекая, что пока он не вылижет пальцы полностью, они не приступят. Хоть Вару и знал, что Ллойд в разы массивнее его, такая мелочь давала Райту ощущение вседозволенности и власти над Пиком.       Ллойд возбуждённо вздохнул. Вару мельком бросил взгляд на его член — он был приличных размеров, и Райт облизнулся, когда Пик прикоснулся к себе, пытаясь унять возбуждение. А Вару подливал масла в огонь: он продолжал лизать безымянный палец, сначала облизывая подушечку, а потом — полностью. Обводя липкий палец языком, он почувствовал странный, но вполне себе терпимый вкус.       Чуть посасывая палец, он немного надул губы и, глядя Пику прямо в глаза, увидел в них возбуждение, страсть и похоть. Высунув палец изо рта, он перешёл к другому, манипулируя им так же, как и безымянным. А потом, взяв в рот три пальца, чтобы вычистить их до конца, он услышал мат Пика и понял — пора.       Райт высунул пальцы изо рта — они были в его слюнях, но тем не менее, теперь они были чище. И, не дав Ллойду времени выдохнуться, Вару повалил его на кровать, седлая его, словно коня.       Пик промолчал в ответ на это действие, а Райт показал ему язык, а потом и вовсе облизнул губы самым похотливым образом, какой только мог существовать. Взяв презерватив и открыв упаковку, он, подкравшись к члену, для пробы лизнул головку и, услышав после этого томный вздох, ухмыльнулся.       Натянув на орган презерватив, он взглядом обвел каждую венку, а потом, аккуратно взяв Ллойда за яйца, заставил того сматериться и параллельно с этим — вновь выдохнуть.       Вновь седлая Пика, он залез на его бёдра, и после того, как он уселся, Ллойд сразу положил свои руки на бёдра Райта, крепко сжимая.       Рукой сзади нащупав член, Вару принялся усаживаться на него, чувствуя, как он проникает ему глубоко в задницу, заставляя ослабить хватку. Положив руки на татуированную грудь Ллойда, он чуть было не свалил на него сверху, но почему-то знал, что тот его поймает и приласкает.       — Привыкни к ощущениям, — чем Пик нравится Вару, так это тем, что как партнёр по сексу он хорош: он даёт время привыкнуть, в случае чего заземляет. Одну руку Ллойд оставил на бедре Райта, поглаживая, а другую положил сверху на руку Вару, которая лежала на его груди, и принялся немного массировать.       — Знаю, бубнила, — еле прошептав, Райт понял, что пальцы не смогли бы подготовить его к размерам Пика, но тем не менее, неприятное ощущение вскоре сменилось желанием завладеть больше. Поняв, что можно двигаться дальше, Вару опустился ещё глубже, заставляя и себя, и Пика вздохнуть.       Ллойд смотрел на него непроницаемым взглядом. Вару даже не нужен был яркий свет, чтобы разглядеть Пика в темноте: по его мнению, свет луны прекрасно с этим справлялся, очерчивая его острые скулы и линию подбородка.       Вару звонко застонал, когда сел на всю длину, и, почувствовав, как Пик чуть сжал его бедро, он ухмыльнулся, глядя тому в глаза. Постепенно начав двигаться вверх и вниз, словно наездник, Райт начал стонать, взмахивая бёдрами. Ллойд, чуть откинув голову, тихонько постанывал от приятных ощущений.       Обстановка начала накаляться: Вару, набирая обороты, начал двигаться резче и быстрее. Он чувствовал на своём теле руки Пика, которые, блуждая, исследовали каждую частичку кожи, запоминая. Стоны обоих отлетали от стен, эхом возвращаясь к ним, чтобы они запомнили эту ночь.       Хорошо до звёздочек в глазах — до невозможности приятно. Райт, поджав пальцы на ногах, перестал сдерживаться и застонал во всё горло (возможно, чтобы Пику было стыдно смотреть в глаза соседям). На мгновение замедлившись, он позволил себе передышку, пока Ллойд не отводил взгляда от его лица.       Райт чувствовал, как собственный член, головка которого находилась у пупка, смазывая живот предэякулятом, пульсировал. Одновременно пульсировал член Пика, который находился в заднице Вару. Как только Вару сжал анус, Ллойд гортанно простонал, сжав бедро Райта до белых пятен.       Ллойд, приподнявшись на локтях, положил свои огромные ладони на узкую талию Райта, сжимая её. Затем, толкнувшись внутрь, он услышал звонкий стон рядом с ухом. Это действие разожгло в Пике немыслимый огонь.       Положив руки на плечи Ллойда, Райт, найдя опору, вновь начал двигаться на члене, слыша хлюпающие звуки и удары кожи друг о друга. Это чертовски возбуждало, возбуждало так, как не возбуждало ни одно порно, которое смотрел Вару.       — Ты такой похотливый сученок, — прошептал Пик, начиная сам толкаться в податливое нутро, которое в ответ на это сжалось. От этого Ллойд, недовольный, поставил Райту засос, который после расцвел синим бутоном.       — А ты? — Вару, тяжело дыша, почувствовал, как бёдра начинают неметь. Потому, немного замедлившись, он дотронулся до себя, размазывая естественную смазку по головке. Ллойд опустил взгляд на член Вару, прищурив глаза. Теперь пришла его очередь доминировать, и, повалив Вару на подушки, он, немного выйдя из задницы, закинул ноги Райта себе на плечи. Но Вару, судя по его взгляду, был даже не против. Почувствовав пустоту вместо пульсирующего члена, анус Райта вновь инстинктивно сжался, но стоило Пику войти обратно, как Вару, чуть ли не высовывая язык наружу, застонал.       Руки Ллойда блуждали по его телу, щипая соски. Грубо трахая Райта, Пик быстро двигал тазом, намереваясь довести Вару до обморока от такого жёсткого траха. Ллойд не забывал и об удовлетворении Райта — нажимая большим пальцем на головку члена Райта, он, растирая смазку по основанию члена и проводя пальцами по каждой венке, довольно ухмылялся, видя, как Вару звонко и громко стонет, словно назло всему миру, чтобы все знали — что ему хорошо.       Ударяясь о яйца Вару, Пик впервые задумался о том, какой он молодец, если смог принять Ллойда целиком и полностью. Да даже сам подпрыгивал на члене, пока не заебался, причём в буквальном смысле этого слова.       Пик кусал Вару в разных местах: на шее, по всему телу, оставлял засосы рядом с укусами, при этом не прекращая двигаться глубоко и грубо. Судя по стонам Вару и по тому, как он просил ещё, Ллойд понял, что в некотором смысле он мазохист, причём серьёзный. Иначе у него не находится объяснения, как Вару так хорошо принимает его.       Райт, когда Пик убрал руку с его члена, начал сам надрачивать себе, при этом слушая свои неконтролируемые стоны и шлепки, перемешанные с хлюпаньем. От этого стало так горячо и возбуждающе, что Вару понял, что он вот-вот кончит. В быстром темпе водя рукой по члену, который постоянно бился по животу от того, как Пик трахал Вару, Райт кончил с громким стоном. Сперма брызнула на зеленоволосого и немного на Ллойда, но Вару ни о чём не жалел — это был лучший секс в его жизни.       Пик кончил почти сразу после Райта. Возможно, то, как Вару надрачивал себе, возбуждающе стонал, и как его член шлёпался о яйца Вару, выглядело слишком горячо. Ллойд, выйдя из тёплого нутра, увидел, как презерватив наполнился собственной горячей спермой. Сняв с себя контрацептив, Ллойд завязал его и положил на тумбочку слева от Вару. Оба тяжело дышащие, они смотрели друг на друга, словно не веря в то, что только что произошло. Им, безусловно, всё понравилось, и в их головах пронеслась мысль, что, может быть когда-нибудь, это повторится.       То ли Райт давно не занимался сексом, то ли сам процесс был достаточно хорошим, но Вару понял, что это отняло у него много сил. Чувство прежнего возбуждения сменилось усталостью и желанием закрыть глаза. Он так и сделал, прикрыв их на мгновение и по привычке перевернувшись на бок. Но, услышав шуршание позади себя и кряхтенье, он не стал оборачиваться. После он почувствовал на себе одеяло, и, почувствовав дыхание в затылок, коварно улыбнулся. Пик положил ему руку на талию, прижимая к себе и не выпуская из медвежьих объятий. А Вару был доволен, словно кот, наевшийся сметаны.

***

      Райт просыпается с чувством удовлетворенности и одновременно с ужасной головной болью — вчерашний алкоголь дал о себе знать. Он осматривается: Пика уже нет, хотя Вару чётко помнил, что тот лежал за его спиной, крепко прижимая к своей тёплой груди. Окна зашторены, и Райт ухмыльнулся, понимая, что Ллойд позаботился о нём: вчера ночью шторы были открыты, лунный свет просачивался, но не солнечный, поэтому Вару смог хорошо поспать.       Он посмотрел на тумбочку. На ней лежала пачка сигарет и зажигалка, оставленные Пиком, возможно, когда тот выходил на балкон покурить. Рядом стоял стакан с водой и упаковка аспирина, ещё не открытая. Райт принял это за вызов встать с кровати. Он всё так же лежал под одеялом и, понимая, что всё ещё голый, поспешил взять свою одежду, аккуратно сложенную Ллойдом, у изножья кровати.       С трудом одевшись и застегнув джинсы, он затянул ремень, чтобы они не упали, хотя чего уж стесняться — вчера они с Пиком такое вытворяли, чего Вару не вытворял за 26 лет своей жизни. Райт потянулся к упаковке аспирина, достал блистер, надавил на таблетки, чтобы задняя сторона открылась, и вывалил на ладонь сразу две. Он закинул их в рот и сразу запил водой, которая чуть не полилась ему на подбородок от жажды.       Вару поставил полупустой стакан на тумбочку, набрался сил, смог встать и выйти, чтобы понять, где Пик и не съебался ли он вообще. Райт рассмотрел квартиру: она, на удивление, обставлена с хорошим вкусом в современном дизайне, всё по новым технологиям. Он думал, что Ллойд живёт под мостом или в отеле, потому что, у него такой вид и постоянно эта дебильная прическа, всё говорили за себя, не давая даже шанса на знакомство.       Вару вышел из комнаты, и в его ноздри проник запах блинчиков. Он сглотнул слюну: оказывается, он проголодался как чёрт. Представив Пика в розовом фартуке, Райт подавил смех. Пройдя чуть дальше, он заглянул за стенку и увидел широкую татуированную спину Ллойда, который стоял в одних шортах и жарил блинчики, то и дело переворачивая их.       Райт хитро ухмыльнулся, прошёл чуть вперёд и с громким кряхтеньем, чтобы привлечь внимание, сел на барный стул. Ллойд даже не повернулся.       — Ты ещё и готовить умеешь? — Вару, не удержавшись от колкости, взял красное яблоко с фруктовницы, покрутил в руках, будто проверяя на наличие яда, откусил и почувствовал свежий сок во рту. Хорошее и сочное яблоко.       — А ты что думал, что я беспомощный? — Ллойд кинул свежезажаренный блин из сковородки на тарелку, в такую же гору других блинов.       — Кто знает. Заботишься обо мне? Аспирин принёс, одежду сложил, а сейчас это... — Райт намекнул на блины и продолжил смотреть на спину Пика. Теперь он разглядел на ней китайского дракона, который занимал почти всю длину спины. Вару присвистнул, закидывая ногу на ногу.       — Не думай, что это что-то значит. А блины — это, так скажем, к серьёзному разговору, — а Райт думал, что никакого разговора не последует, но, похоже, он ошибался, причём глубоко. Ровно так же, как член Ллойда проникал ему в задницу. Что ж, теперь, когда голова находится в здравом уме, он пытается осознать, что вчера произошло: проиграв в гонке, он напился и поехал с Пиком заниматься сексом. Так что это можно назвать ошибкой только потому, что это было по пьяни? Но Ллойд ведь не был пьян, он как раз был в здравом уме, в отличие от Вару. Логично, что он не стал бы пользоваться Райтом в таком беспомощном положении, так что... В общем, теперь это кажется немного, хотя, может, и много, странным. Но Вару должен сказать, что ночь была хорошей. И кто знает, может, он хотел, чтобы она повторилась?       — Такой весь из себя серьёзный, ну прям не могу, — откусив ещё яблоко, Райт и не заметил, как дошёл до косточек. Оставив их на столе, он почему-то не решался спросить, где находится мусорка. Может, боялся, а может, просто не хотел показаться беспомощным. Хотя в чём тут беспомощность? Узнать, где находится мусорка, чтобы не быть как свинья?       Райт продолжал осматривать квартиру. Напротив него была входная дверь, и, увидев свою обувь и обувь Пика, которая лежала в разброс, хмыкнул. Квартира прямо не то что хорошая — она прямо охуенная. У Вару, конечно, тоже квартирка ого-го, но у Ллойда — другое.       Пик промолчал в ответ на заявление Вару. Лишь дожарив последний блин и бросив грязную сковородку в раковину, он взял тарелку и поставил её перед Райтом, замечая огрызок яблока. Ллойд вильнул бровью и большим пальцем указал под раковину позади себя.       — Выкинуть можешь там, — Райт цокнул и, взяв яблоко, точнее, то, что от него осталось, встал. Открыв дверцу, он выкинул огрызок с косточками точно в мусорное ведро. Что сказать, он мастер в меткости. Вернувшись на место, он сел перед Пиком, который, к слову, даже не удосужился надеть футболку, и Вару, облизнув губы при виде этой груды мышц, схватил блин, на мгновение забыв, что он был только что изготовлен. Кинув обратно к этой горе из блинов этот, как он считал, проклятый блинчик, Райт поднёс пальцы к языку.       — У тебя че, мозги не из того места растут? — Пик закатил глаза, и, постаравшись достать блин чуть ли не из самого низа, мягко говоря, порвал его на две части. Вару прыснул смехом, ударяя кулаком по, так скажем, барной стойке.       — Тоже мне, мастер-ломастер.       Пик замолчал, и Райт, немного притихнув, посмотрел ему в глаза. В них читалась вся серьёзность и требование быть услышанным. Вару вздохнул.       — Ну, и? Че ты хотел сказать? — Райт даже не стал оправдываться, по типу, что он был пьян. Он ждал, пока Ллойд начнет разговор, чтобы начать оправдываться по мере накаливания темы.       Пик поставил локти в шпилеобразном положении, и только его глаза остались видны, смотрящие на Вару непроницаемым взглядом.       — Я знаю, что вчера ты был пьян, и, возможно, ты даже жалеешь о том, что произошло. Но знай одно — я ни о чем не жалею, и предлагаю стать партнёрами по сексу, — после этих слов Райт подавился водой, чуть ли не выплевывая её в лицо Пику. Пик же, судя по его виду, даже не шутил — он говорил с полной серьёзностью и уверенностью.       — Партнёрами по сексу?       Ллойд пожал плечами и кивнул.       — Да, без отношений. Считай, что они у нас свободные — просто спим вместе и всё. — Пик говорил так, словно о будничном деле, а не о совместном сексе и партнерстве.       — А если у тебя или у меня кто-то появится? — Райт почесал подбородок, откусывая блин. Чёрт возьми, как бы он не хотел это признавать, это самые охуенные блины в его жизни — он и не думал, что Пик, этот грозный с виду человек, который давит своими мускулами и взглядом, может готовить так хорошо.       — Разойдемся. — Ллойд вновь пожал плечами, и Вару закатил глаза от его немногословности.       — И всё? Так просто? — Райту казалось сомнительным то, что всё слишком легко. Не может быть так просто — если кто-то нашел себе пару, то они тут же расстаются, при этом, будто совсем не имея чувств за проведенные ночи. Вару нахмурился и, доев блин, посмотрел на Пика, который, судя по всему, не собирался как-либо оправдываться в своих словах, которые, по мнению Райта, прозвучали слишком... странно.       — Да, так просто. Будь здесь как дома, — гостеприимный Пик продолжал есть блины, и Вару вздохнул, всё же такую возможность он не хотел терять — уж больно ему понравилась вчерашняя ночь, чтобы так просто отказываться от таких же ещё сотни повторяющихся ночей.       — Ладно, бубнила, понял. Где тут у тебя сральник? — Вару привстал, вытирая руки о полотенце, которое лежало специально для этого.       — Прямо и налево, — и опять же — эта немногословность, хотя, Вару даже находил в этом что-то индивидуальное.       Сделав все свои дела, и посмотрев на себя, красавца, в зеркало, Райт вышел из туалета и вновь прошёл на кухню. Туалет у Ллойда, что надо, конечно — в целом Вару нравилась эта квартира: приятный интерьер, цветогамма, и что самое важное для него — современность. Она придает самый шарм во всех квартирах. Зайдя на кухню, Вару увидел, что Пик уже был в футболке с рукавами, которые доходили ему до плеча, и ставил посуду в посудомойку, после закрывая и включая её.       — Отвези меня к бару, — чтобы лишний раз не заморачиваться над такси и, в основном, по деньгам, Вару решил по-наглому попросить об этом Пика. Черт возьми, он вчера впервые был пассивом в постели, хоть поездку до бара он заслуживал!       — Отвезу.       Вару подавился воздухом, ведь он не ожидал, что тот согласится так быстро, тем более, даже не прекращая своих дел, словно Райт попросил что-то обыденное, а не в наглую приказал Ллойду отвезти его в нужное место. Что-то сегодня всё слишком просто, и Вару, возможно, это и не нравилось, но в этом были и свои плюсы. За сегодня он обрёл партнёра по сексу, личного водителя, судя по всему, и повара — так где же минусы? И это он ещё даже не начал делать свои дела, тогда он боится представить, как они хорошо у него пойдут.       — Оденусь тогда, — пройдя в прихожую, зеленоволосый нашёл свою куртку, которую повесил Пик (просто проснувшись утром, Райт её не нашёл, поэтому, логически сообразив, понял, что она будет здесь). Пока на кухне были слышны шуршания и грохот, Вару, найдя ложку, обулся, но не спешил надевать куртку, чтобы не запариться.       Пик, судя по тому, как он ушёл в комнату, пошёл переодевать штаны — ну конечно, куда ему в шортах ехать. Но вот что Вару заценил ещё, так это ноги Пика, и, вспоминая, как он вчера седлал его, присвистнул, вспоминая минувшую ночь. Это было охуенно, и Райт хотел, чтобы это повторилось, и ему, возможно, даже не важно, где — с Пиком ему было более чем хорошо, может, даже больше, чем он думает. Может, Вару проявил небольшую симпатию, но он не спешил действовать — сначала надо повременить и понять, что Пик думает насчёт кандидатуры Райта, а вот потом можно решительно действовать.       Сидя в телефоне, который даже почти не разрядился, Райт успел лишь просмотреть галерею прошлого месяца, прежде чем услышал, как Ллойд вышел из комнаты и закрыл дверь. Вару поднял на него глаза и вновь присвистнул: на нем не было костюма мотоциклиста, но были охуенные джинсы, которые отлично сочетались с его чёрной футболкой, особенно если учитывать, что под ней у Пика очень хорошее телосложение. Вару уж точно знает теперь.       До парковки они спустились почти в тишине, хоть Вару и пытался как-то начать разговор, почему-то не смог. Просто не смог отважиться, чтобы заговорить о чём-то, да и о чём говорить с этим упырем? О гонках, о футболе, о баскетболе, о пиве, о сигаретах или о сексе? Короче говоря, Вару решил повременить с темой для разговора, просто издавая губами звук пердежа и получая на себе недоуменный взгляд Пика.       Райт запрыгнул на сиденье позади Пика, вновь обняв его за живот, который, казалось, был намного безопаснее, чем та же подушка безопасности. Солнце светило во всю, даже сквозь шлем, освещая поток людей на улице — выходной всё-таки, что поделать. Кто-то уронил мороженое и рыдал над горькой потерей, кто-то, говоря по телефону, никак не мог избавиться от работы даже в свой выходной, а кто-то так вообще сидел на скамейке, переосмысливая жизнь.       Райт вздыхал время от времени, иногда зевая, потому что его режим немного сбился, но он его восстановит, хотя с Пиком это будет проблематично. Вару хмыкнул своим мыслям и лишь крепче сомкнул руки на животе Пика, прижимаясь к нему со спины.       До заветного бара осталось совсем чуть-чуть — по крайней мере, Вару уже видел его вдалеке и свой мотоцикл, который он оставил вчера. Вокруг тусовались байкеры, которые, возможно, даже не покидали бар со вчерашней ночи, и, судя по всему, им было в кайф. Пик затормозил рядом с мотоциклом Вару, и Райт, спрыгнув с транспорта Ллойда, отдал ему шлем и понёсся на встречу к своему мотоциклу, который провёл ночь вдали от Райта.       Аккуратно прикасаясь к транспорту, Вару осмотрел его на наличие каких-либо царапин или чего-то подобного. Пик положил шлем, который теперь стал Вару, в мотоцикл и, поставив подножку, посмотрел, как Райт, садясь на мотоцикл в уже своём шлеме, вот-вот собирается уехать, чтобы, видимо, переварить все события вчерашней ночи и утра.       Пик сжал кулаки, пытаясь решиться спросить у Вару, приедет ли он завтра, или чтобы Ллойд заехал за ним. Ллойд никогда не чувствовал себя таким мальчишкой, который не может пригласить девушку на свидание. Он сглотнул и всё же решился — ему казалось, что если он не скажет то, что хочет, то потеряет Райта, а возможно, Райт о нём просто забудет, не будет приезжать в бар, а Ллойд, не зная его адреса, потеряет его раз и навсегда.       — Приедешь завтра? — это вышло немного хрипло, но голос оставался уверенным, даже не смотря на то, что внутри всё клокотало, а сердце колотилось набатом.       Райт посмотрел на Пика. Ллойд не видел его глаз, но знал, что тот, прищурившись, смотрит на Пика, пытаясь разобрать его мотивы. Ллойд старался оставаться сдержанным и уверенным в себе человеком, который не боится "малявки" по имени Вару. Или он хотел так думать.       — Приеду. Давай обменяемся номерами телефонов, чтобы не потерять друг друга. А то мало ли, захочешь съебаться из страны, а я не узнаю. — Пик не знал, почему его это рассмешил, но он выгнул бровь, как бы показывая, что такой хуйней заниматься не будет. Тем не менее, достав свой телефон и открыв записную книжку контактов, принялся вписывать цифры, которые диктовал Вару.       — Напиши мне просто, и я внесу тебя в контакты, — пожав плечами, Райту не хотелось доставать телефон. В целом, он не любил сидеть в телефоне за рулем, даже если стоял и пинал хуи. Просто не хотелось, пока он не слезет с мотоцикла. — Чао.       И Райт рванул с места, не дав Ллойду хотя бы попрощаться, или просто не хотел ничего слышать от Пика.       — Пока, — оставшись стоять в одиночестве, Пик смотрел, как мотоцикл Райта исчезает за небоскребами. Даже после того, как Вару затерялся среди многоэтажек, Пик смотрел в пустоту, будто бы запоминая запах волос Райта, его руки, тело, пирсинг. Ллойд вздохнул и, сев обратно на мотоцикл, поехал, а куда — не важно.       На этом и начались их партнёрские отношения. Но строились они, как и сказал Ллойд, лишь на сексе, хотя и их, как казалось бы, партнёрские отношения, начинали переходить черту. Всё чаще оставаясь у Ллойда, Вару понимал, что если дать ему ещё — он не остановится. Они вместе смотрели фильмы, поедая горячий попкорн, только что приготовленный в микроволновке. Один раз даже вместе приняли душ, но по большей мере, принимал его Вару, а Ллойд ввалился к нему со словами, что он забыл полотенце. Конечно, это закончилось сексом под душем, после которого у Вару даже ноги не держали, не то что голова работала.       И Райт может себе признаться, что влюбился, или просто у него появились чувства к Ллойду. Прошла, наверное, неделя или чуть больше, и за всё время они виделись раза 4, если не больше, но тем не менее, Вару смог проявить к нему чувства — не к его телу, не к его мышцам или внешности, а именно к его душе. И пусть это и выглядит слащаво, для Вару это ценно. То, что они просто партнёры по сексу, разбивает ему сердце. Возможно, они уже давно переступили эту грань, потому что их отношения становятся больше похожи на отношения влюблённых, чем на те, которые должны строиться только на сексе и больше — ничего.       Райт не знает, кто начал переходить черту, Ллойд или он, но всё началось в тот момент, когда он стал чаще оставаться на ночь. Пик даже иногда забирал его с работы, и они, езжая к Ллойду домой, делали доставку, за которую, конечно же, платил Пик. Перед доставкой, чтобы решить, кто будет платить, они играли в дурака. Ллойд оставался в дураках три раза, но на четвёртую партию он не убедил Райта сыграть. Повесив "погоны" из козырной дамы и короля, Райт посмеялся над Ллойдом, который уже полез в телефон делать доставку.

***

      Райт стоял на балконе в джинсах и футболке, ещё не успев переодеться в домашнюю одежду, которую привёз к Пику. Всё равно он чаще проводит время здесь, чем дома, особенно по ночам. Кстати говоря, Ллойд даже выделил ему тапочки, довольно-таки симпатичные, в которых стоял сейчас Райт, чувствуя, как ветер развевает его волосы. Он смотрел на город и курил уже вторую сигарету, не от нервов, совсем нет — просто почему-то именно сейчас он в них нуждался.       Сзади открылась дверь, и Райт, не оборачиваясь, понял, что Пик закончил мыться — наверняка с мокрыми волосами он выглядел сексуально, что уж говорить о нём, если он и со своей шевелюрой в обычной жизни тот ещё красавчик.       — Замёрзнешь ведь, — после этих слов Вару почувствовал, как на его плечи легла куртка, причём явно не его, потому что она была шире. Райт ощутил одеколон Пика на одежде и, посмотрев чуть вбок, увидел, как Ллойд, облокотившись на перила, смотрит в небо.       Райт достал пачку сигарет с зажигалкой и протянул их Ллойду. Тот даже не стал отказываться и принял этот "глубочайший дар", покуривая вместе с Вару.       Он выглядел необыкновенно красиво: его профиль был строгим, но в то же время утонченным, а его фиолетовые волосы, которые были влажными, развевались на ветру. Вару захотелось, чтобы Пик вернулся в дом и не мёрз только ради Райта. Пик был в шортах и футболке, и зеленоволосому очень часто казалось, что тот вообще не чувствует холода или просто хочет прикинуться крутым.       — Почему? — неожиданно спросил Райт, сам не осознавая, почему.       — Что именно? — Пик, докурив сигарету, бросил её в пепельницу, и Вару, последовав его примеру, сделал то же самое, но они оба не спешили уходить с балкона, будто это место умиротворяет их — успокаивает и помогает расслабиться, или переосмыслить всю жизнь.       — Почему ты подошёл ко мне?       Райт услышал вздох рядом с собой, но не осмеливался смотреть на Ллойда, смотрел вдаль, на машины, небоскрёбы, только не на него.       — Ну, а как тебя, такого яркого, не заметить? К тому же мне тоже хотелось поиграть, и не с кем было, а ты под руку попался, — краем глаза Райт увидел, что Пик пожал плечами. Вару толкнулся языком в щёку, осознавая слова Ллойда. В целом, это звучало типично и банально, но что-то в них Вару насторожило.       — Типа под горячую руку попался, что ли?       — Можешь так считать, если хочешь.       Райт вздохнул и понурил голову, не зная, что ещё можно ответить на такое заявление.       — Как ты думаешь, между нами будет что-то большее? — задав самый рискованный вопрос из всех, Райт услышал колотящееся сердце, которое отбивалось в ушах звоном, крепко сжав перила. Ему было чертовски интересно узнать, что думает Пик на этот счёт.       — Нет, не думаю. Всё останется так, как есть сейчас, не более, — после этих слов Райт почувствовал, как сердце полоснуло ножом. Он, в целом, и так ни на что не рассчитывал, но он просто не думал услышать от Пика это такими резкими и, по мнению Вару, грубыми словами. Как можно столько времени спать друг с другом, делить постель, вместе завтракать, ужинать и рассчитывать на то, что Вару не влюбится? Глупо.       — Ясно, — последовала тишина, и Райт сглотнул ком горечи в себя, не смея даже показать, что ему больно или печально — не здесь, не сейчас, ни когда либо ещё, по крайней мере, не перед Пиком.       Смотря на ночные звёзды, Райт смотрел на них с умиротворением в душе — им спокойно и хорошо, их ничто не гложет: ни отношения, ни жажда, ничего — они просто красивые и радуют своей красотой людей. Вару украдкой посмотрел на Пика, который, похоже, не собирался уходить, а если и собирался, то только после Райта. Конечно, он же хозяин квартиры, всё хочет контролировать, даже человека, который добровольно согласился быть его партнёром по сексу. Чёрт, Вару чувствует себя давалкой, которой, кроме секса, ничего и не надо — все прикосновения захотелось смыть под водой, а лучше — уйти из этой квартиры и никогда сюда не возвращаться. Заблокировать Пика, с посланием на хуй, и забыть обо всём.       Но почему Вару находит себя целующим Ллойда уже в постели? Он не знает, но он знает, что это больше не приносит ему кайфа — почему-то это стало приносить только горькую правду в душе, которую Райт хранит в себе, пока она не взорвётся и это не выльется из него рекой.       Вару просто понял, что он не сможет быть и дальше в этих партнёрских отношениях, пока он имеет чувства к Пику. Возможно, если бы он не полюбил Ллойда, он, может, и смог бы терпеть это, по крайней мере, их обоих всё устраивало, но теперь Вару ничего не устраивает. Им обоим будет легче: Вару — от того, что не надо будет играть роль человека, у которого нет чувств, а Пику — потому что не будет чувствовать себя виноватым из-за того, что не может подарить Райту те отношения, о которых тот мечтает.

***

      Прошло чуть больше недели, и Вару решился на отчаянный шаг: в перерыве между клиентами написать Пику рискованное сообщение. Сейчас было утро, медленно перетекающее в обед.

Мне надо поговорить сегодня вечером. Свободен?

      Отложив телефон в задний карман при виде нового клиента, Вару принялся показывать эскизы — возможные варианты, которые девушка хотела бы набить на своём плече. Ткнув на определённый, Райт приступил к работе. Он слышал различные уведомления, но одно из них выделялось: почему-то он мог отличить уведомление Пика от других, и это при том, что все они были одинаковыми. Уведомление Ллойда было особенным.       После долгих часов изнурительной работы Вару наконец-то смог достать телефон и посмотреть сообщения в окне уведомлений.       Свободен. Мне тоже надо поговорить.       Буду ждать у набережной в 9 часов.       Райт вздохнул и задумчиво почесал затылок. О чём хотел поговорить Пик, и хорошая ли это новость, или, как обычно, плохая? Как бы Вару ни хотел этого признавать, Пик очень внимателен и умен — даже запомнил время, когда Вару заканчивает. А заканчивает он как раз в пол девятого, и пока доедет, как раз будет девять часов вечера.       В предвкушении сегодняшней встречи Вару нервно покусывал губы и дёргал кожицу на подушечках пальцев. Признать, он немного нервничал. Нервничал, потому что не знал, чем может закончиться эта встреча — или концом этих отношений, или началом будущих, которые будут больше, чем просто партнёрские отношения по сексу. Но Ллойд сам говорил, что у этих отношений нет будущего — они просто партнёры по сексу, не более. А значит, Вару не мог продолжать эти отношения, поскольку не мог быть с Пиком только из-за секса, испытывая влюблённость к этому человеку.       И, проводя круговорот мыслей в голове, состоящих из хороших и плохих, Райт не заметил, как день пролетел. За окном уже стемнело, а люди, словно вампиры, стали выходить из домов: фары машин постоянно сверкали за окном; мимо окна проходили люди, возможно, они шли с работы, а кто-то — на работу, в ночную смену. Вару закончил с последним клиентом, который пришёл по записи. С маленьким рисунком на тело, что не заняло много времени, поэтому, освободившись даже чуть раньше, Райт, разложив всё по местам и выключив свет, закрыл помещение и наконец-то вышел на улицу, вдыхая свежий, чуть прохладный воздух, который, ударив в ноздри, взбодрил Вару похлеще, чем утренний кофе.       Достав шлем и надев его на голову, Райт прыгнул на мотоцикл и молниеносно завёл его, словно за ним началась погоня и на кону стояла его жизнь, где он мог стать пушечным мясом. А возможно, он просто боялся, что Ллойд не придёт, и хотел поскорее приехать на место встречи, чтобы застать Пика, который уже подумал уйти или который вовсе не хотел приходить.       Хотя, если бы он не хотел приходить, стал бы он назначать место встречи? Вару, проезжая через пространство между машинами, старался не думать о том, что случится. Светофоры постоянно менялись то с красного на зелёный, и Райт сглотнул ком в горле — внезапно захотелось пить, и даже воды не было.       Доезжая до набережной, Райт затормозил и стал оглядываться: мимо проходили люди, матери с детьми, которые, радуясь новому шарику, благодарили мать. Кто-то шёл, общаясь по телефону, а кто-то просто сидел и смотрел на море, словно размышляя, всё ли будет хорошо. Что ж, Вару, пожалуй, тоже так думал, не зная, чем всё это может закончиться.       Колесо обозрения светилось, постоянно меняя цвет; то с ярко-красного оно сменялось внезапно синим, а потом фиолетовым, и так из раза в раз, пока оно плавно крутилось, а люди, сидящие в кабинках, радовались виду, представшему их взору.       Райт слез с мотоцикла и снял шлем, убирая его, а после ставя подножку, осматриваясь. Он мельком взглянул на время, заметив на часах четверть десятого вечера, уже подумывал звонить Ллойду, но тот не заставил себя долго ждать. Будто зная, что Вару собирается его искать, он появился на набережной, как снег летом.       Он вальяжно подходил к Райту, словно специально оттягивая неизбежное, но Вару знал, что сначала ему будет больно, но потом всё пройдёт — всегда проходило, так почему сейчас не должно пройти?       Он и не заметил, как Пик подошёл к нему, сунув руки в карманы, что было не в его манере. В его манере всегда было скрещивать руки на груди, показывая абсолютную власть над другими, но сегодня было не так. Сегодня вообще всё шло не так, как надо, но, может, это и в порядке вещей.       Последовала неловкая тишина, прерываемая всплеском волн, лёгким ветром, доносившимся с океана, и разговорами людей, ставшими лишь помехами на фоне, потому что сейчас они были друг у друга, но Райт знал, что это временно.       — Так... О чём ты хотел поговорить? — Вару неловко почесал затылок, не зная, куда деть свои руки, потому что от нервов хотелось грызть ногти, кусать губы и нервно теребить пальцы в ожидании того, что хотел сказать Пик.       — А ты? — он выгнул бровь, всем своим видом показывая, что готов слушать первым. Райт нахмурился и недовольно цокнул, пиная под ногами откуда-то взявшийся камень.       — Может вместе? — Вару посмотрел на Ллойда исподлобья, как бы показывая, что не хочет говорить новость в одиночку. Пик вздохнул, вытащил руки из карманов, почесал бровь и осмотрел побережье, а затем вернул взгляд к ожидавшему ответа Райту.       — Ладно.       — Раз. Два. Три.       — Ты будешь моим парнем?       — Давай закончим наши отношения.       Вару замер, удивлённо глядя на Ллойда, который так же удивлённо смотрел на Райта. Вару показалось, что в глазах Пика он увидел проскользнувшую печаль от его слов, а самому Райту казалось, что предложение Ллойда звучит как глупая шутка, после которой он ткнёт в Райта пальцем и уедет, показав фак. Хотя это больше в стиле Вару, но не суть.       — Ты... Тебе что-то не понравилось? — единственное, что осмелился сказать Пик немного охрипшим голосом. Вару всегда видел его сдержанным и уверенным в себе мужчиной, но сейчас он будто сломался — пытался показать, что всё хорошо, но Райт, успевший немного узнать Ллойда, видел, что его слова задели Пика в самое сердце.       — Я... Не...       Вару определённо думал, что он не нравится Пику, и всё это — только чтобы потешиться сексом. И теперь, поставив себя в тупик, Райт глупо открывал рот, не зная, что сказать. Он совершенно не ожидал такого поворота событий, почему-то он думал, что Пик предложит то же самое, что и Вару, но он не думал, что Ллойд предложит стать его парнем, и вообще...       — Вару? — Пик, не дождавшись ответа, растерянно позвал Райта, продолжая держать каменное лицо, как будто не он сейчас лишался единственной любви.       — Я думал, что нужен только ради секса, — пожав плечами, Вару не нашёл, что ещё можно ответить в такой ситуации. Нервно посмотрев за спину Пика, а потом на море, решился посмотреть Ллойду в глаза и увидел там вину.       — Это из-за того, что я тогда сказал на балконе? — Пик тяжело выдохнул, топчась на месте, боясь прикоснуться к Райту.       — Да. Я давно к тебе испытывал чувства, но после твоих слов понял, что надо с этим заканчи...       — Заткнись. Пожалуйста, заткнись. Я люблю тебя, слышишь? — Ллойд, подойдя ближе, почти вплотную, взял лицо Вару в свои ладони, яростно шепча в чужие губы напротив. — Люблю, понимаешь? Я сморозил хуйню тогда. Прости.       Вару опешил от такого заявления, и он уверен, что Пику ничего не стоило бы сейчас упасть к коленям Райта и извиняться хоть до самого утра, пока не взойдет солнце, а может — до следующей ночи.       Райт накрыл ладони Пика своими, чувствуя, какие они холодные — он хотел их согреть, и поэтому, сжав ладони Ллойда крепче, яростно примкнул к чужим губам, прикрывая глаза и даже не обращая внимания на то, что их могли осудить за это — ему сейчас не до этого.       Ллойд, сначала растерявшись от пылкого порыва, замер, удивлённо уставившись на Райта. А потом, крепче сжав лицо Вару в своей хватке, увереннее поцеловал его, переплетая их языки, словно две змеи. Для них не осталось ничего, кроме друг друга, и они рады, что всё разрешилось и нет никаких недопониманий — теперь у них всё будет хорошо, а они начнут новую, совместную жизнь.       Отстранившись из-за нехватки воздуха, оба тяжело дышащие смотрели друг другу в глаза, пытаясь прочесть эмоции друг друга. Пик ослабил свою хватку на лице Вару, а потом и вовсе убрал ладони с лица, однако Райт не собирался выпускать их из своего плена, намереваясь согреть их.       — Это значит, ты согласен? — Райт, смотря на Ллойда, почему-то вспомнил медведя — с виду грозный качок, готовый уделать всех мизинцем, но с теми, кто ему дорог, проявляет ласку, заботу и внимание. Вару нравилось, что Пик не боится своих чувств. Кто знает, как бы всё закончилось, если бы у Ллойда были другие намерения. Но главное, что сейчас — всё хорошо.       — Да, Пик Ллойд, — прошептав имя, так легко слетавшее с уст, Вару ехидно улыбнулся и, не сдержавшись, впервые за всё проведённое время вместе, обнял Пика по-настоящему. Не тогда, когда у него вот-вот наступит оргазм, или тогда, в душе. Райт просто обнял его, словно душа желала соединиться с частичкой души Пика — она словно мигала красным светом, призывая к этому.       Ллойд обнял Райта в ответ, поглаживая по мягким волосам, вдыхая аромат шампуня. Они пахли яблоком, причем не магазинным, а тем, что растет в саду; они сочные и вкусные, а сок так и плещет во рту при укусе сладкого фрукта. Пик почувствовал, как Вару немного сжал его одежду, будто не намереваясь отпускать его ни на секунду.       — Спасибо, что подошёл тогда, дубина, — прошептал Райт в куртку Ллойда. Сарказм слышался в его голосе, но он был искренним — действительно, он был счастлив, что судьба удостоила его встречи с таким человеком, как Пик Ллойд, и подарила ему близкого человека, без которого он теперь не сможет видеть ближайшего будущего, а может — и всей жизни.       — Сам виноват. Своим видом привлекаешь, — ехидно прошептав, Пик был готов обнимать Райта столько, сколько угодно. Хоть стоять здесь десять часов без остановки, пока ноги не онемеют, а руки не перестанут слушаться после такого количества времени, поглаживаний по голове Вару.       Вару отстранился и посмотрел Ллойду в глаза, а тот, поймав зрительный контакт с Райтом, насмешливо выгнул бровь. Он взял зеленоволосого за руку, вложив свою ладонь в его.       — Пойдём?       Спросил Пик, не слишком уверенный в том, куда поведёт Вару. Он даже не стал объяснять.       — Пойдём.       И вот так просто, без каких-либо объяснений, куда идти — Вару слепо доверился Пику, и они пошли. Точнее, шёл Пик, а Райт, как послушный щенок, шёл за ним следом. Внезапно они остановились рядом с океаном, который, при свете луны, выглядел бесподобно — ночью он был особенным, будто вся глубина, что таилась в нем, полная загадок, постепенно выходила наружу, с каждой ночью.       — Красиво, — выдохнул Вару, держа Пика крепко за руку, не намереваясь отпускать ни на секунду. Он рад, что их отношения не закончились на недопонимании, на том, что они ничего не обговорили и просто бросили бы друг друга, забыв навсегда. Конечно, язык для этого и дан, чтобы обсуждать всё вместе.       И они просидели так несколько часов, молча глядя на приливающие волны, которые отходили обратно, а потом обрушивались с новой силой. Людей становилось всё меньше и меньше, пока они все не разошлись и не остались только они двое — возможно, прошло часа два или три, прежде чем они, осмотревшись, осознали, сколько же времени прошло.       — Ого, уже так много времени прошло, — выдохнув пар изо рта, Райт удивлённо уставился на побережье, а потом посмотрел на Ллойда, на чью грудь облокотился, смотря на берег.       — Поедем ко мне? — без задней мысли предложил Ллойд, и Вару ехидно улыбнулся, а после чуть вытянулся, чтобы оставить смазанный поцелуй на губах Ллойда. Но фиолетоволосый, похоже, не был против. Наоборот, сам потянулся за поцелуем, но Райт приставил свою ладонь к его губам, и Пик удивлённо уставился на него.       — Едем к тебе, — вновь хитро прищурившись, Вару встал, и, чуть пройдя вперёд, дальше от Пика, обернулся, чтобы лицезреть тут же вставшего Пика, последовавшего за ним, возможно, чуть ли не догоняющего Райта.       Пик, конечно, смог убедить Вару оставить мотоцикл и поехать на его, клятвенно пообещав, что он сам лично вернётся за мотоциклом Райта, если тот доверит его Ллойду. Зеленоволосый согласился, и поэтому, сев на мотоцикл Ллойда в уже надетом шлеме, взял его за живот, и они поехали. По ночному городу, пока людей вокруг можно было пересчитать по пальцам — они, оба влюбленные, словно два подростка, начинали свою историю. Вместе.