Отвезу куда хочешь

Медовый месяц. Сюрпризом купленные билеты на рейс "Сеул - Париж". Яркие улыбки, слёзы счастья и нежные поцелуи. Беготня за сбором чемоданов. Первые неуверенные шаги в новом городе после многочасового рейса и лишь одна мысль "Это того стоило". А дальше всё как в тумане. Хёнджин прижимает Сынмина к себе, притягивая за талию, как только они переступают порог домика, снятого на пару ночей в городе мечты. Он нежно целует омегу, игривые пальцы пробираются под подол короткого платья, сжимая округлые ягодицы, а свободная ладонь ловко защёлкивает дверной замок. Сынмин отвечает на поцелуй, руками обвивая шею альфы и доверчиво жмётся к нему. Омега прикусывает губу альфы, за что получает шлепок по мягкой попе. Сынмин на это лишь тихо хихикает в губы Хёнджина. Хван отстраняется от Сынмина и ведёт пальцами вверх, легонько сжимая грудь омеги в ладони. Ким отзывается довольным урчанием, давая альфе на это зелёный свет. - Вина? - голос альфы немного хрипит. Сынмин кивает и закусывает губу, не сумев сдержать расплывшуюся на губах улыбку. - Спрашиваешь ещё, - омега скидывает туфли и проходит в кухню, соблазнительно качая бёдрами. Хёнджин тоже разувается, внимательно следя за действиями омеги. В его глазах - ничем не скрытое восхищение и желание. Альфа идёт следом и ловит Сынмина за талию, когда тот оглядывает полку с алкоголем. Не то, чтобы они выпивают часто, но да, у них уже накопилась небольшая коллекция для подобных вечерних свиданий. Хёнджин улыбается и берёт с полки вино Пино Нуар, что называют самым капризным сортом. Он покупал его с одной только мыслью - Сынмину понравится. Сынмин нарезает сыр, аккуратно выкладывая его на тарелку и беря один кусочек. Он ещё давно выучил, какие закуски и к какому алкоголю предпочитает альфа. Они прихватывают бокалы и встречаются губами к губам ещё раз, прежде чем пойти в спальню. Там они устраиваются на кровати, бедром к бедру. Хёнджин открывает вино и разливает его по бокалам, устроив это всё на столике перед кроватью. Омега берёт свой бокал, и Хван следует его примеру. Их бокалы со звоном встречаются друг с другом, после чего они оба делают глоток. И альфа был прав - Сынмин оценил. Какое-то время они просто сидят на кровати, просто рядом, и пьют вино. Хёнджин сжимает талию Сынмина, а Ким, устроив голову на плече альфы, прижимается к нему и болтает о последних новостях. Об отпуске знакомой пары в Египте, например, и глупом выборе страны. На "Мы, Джинни, такие мудрые люди, всё таки, раз сидим именно здесь!" Хёнджин лишь посмеивается и кивает. Сынмин замолкает и делает ещё один глоток, после чего тянется и берёт кусочек сыра, мыча от этого восхитительного комбо. Хёнджин хмыкает и целует омегу в висок. - Хороший набор, не думаешь? - спрашивает он как бы между делом, поглаживая бедро омеги и наклоняясь к его лицу, - Самое то для того, чтобы осуществить нашу мечту.. - ладонь скользит выше, к плоскому животу Сынмина. Кожа покрывается мурашками, а омега драматично ахает. Конечно, он понимает, что имеет в виду Хёнджин. Альфа уже долое время намекает ему на ребёночка - то как бы невзначай потянет его в сторону магазина детских товаров, то будет весь вечер рассказывать какой милый у него племянник, с которым попросили посидеть. - Не на пьяную голову, - Ким смотрит в глаза мужу и отвечает вполне серьёзно, - Это не такое дело, за которое нужно браться так неожиданно. - Мы ещё успеем это обсудить, милый - Хёнджин понимающе кивает. Он носом ведёт вдоль шеи омеги и мягко целует метку, прижимая Сынмина к себе. Хёнджин щекочет нежную кожу парня и вдыхает родной запах земляники. В предтечный период запах Сынмина словно раскрывается ещё сильнее, становится более сладким и насыщенным (или у Хёнджина уже сносит крышу от этого омеги). Сынмин хихикает. - Может быть, я бы согласился зачать ребёнка в шикарном отеле Нью-Йорка, - шепчет так, будто знает, что для Хёнджина перевезти своего малыша из Парижа в Нью-Йорк - не проблема. А омега в этом уверен. Хёнджин оценивающе кивает. - Принимаю твоё предложение, детка, - альфа хмыкает, - Отвезу куда хочешь, - обещает он и мягко толкает омегу в плечо, заставляя отклониться назад. Время приступать к самому интересному. Сынмин отползает к спинке кровати и тянет Хёнджина за собой, обвивая его шею руками и осторожно целуя, словно на пробу. Ким так очаровательно улыбается, ёрзает и выглядит таким довольным, что Хёнджин просто не может больше ждать. Альфа медленно и глубоко целует Сынмина. Сынмин отстраняется, приподнимаясь, и Хёнджину хватает двадцати секунд на то, чтобы стянуть с него платье и отбросить его в сторону. Хван, ладонью проводя по бедру омеги, кусает молочную кожу ключицы, засасывая, и оставляет на ней багровый след. Сынмин тихо хнычет и поддаётся вперёд, цепляясь ладошками за плечи Хёнджина, словно пытается стать с ним одним целым. Хёнджин бархатно смеётся. - Даже не знаю, кто из нас более нетерпелив, - хмыкает Хван, а Сынмин тут же меняется в лице. Омега высокомерно фырчит. - Конечно, ты, - Ким улыбается и склоняет голову набок. Цепкие пальчики сжимают плечи Хёнджина, а игривый шёпот раздаётся прямо около уха, - Как можно было не соскучиться по моим милым ножкам? - хихикает. Ладонь Хёнджина на его бедре сжимается крепче. - Знаешь ли, милый, - тем же шёпотом начинает Хёнджин, голос хриплый, полный желания, а глаза горят любовью и похотью в одной смеси, - Ты создаёшь впечатление, будто сам совсем не скучал по мне, - альфа проводит пальцами вверх по телу Кима, щекочет, едва касаясь, и зажимает чувствительный сосок между пальцев, совсем слабо, чтобы не причинить боли, но приструнить язвительный язычок омеги. Сынмин ахает и смотрит прямо в глаза альфы, закусывая губу. - Я скучал, - шепчет он искренне, приближаясь всё ближе к лицу Хёнджина. Тот смотрит на омегу и хмыкает, - Я правда хочу тебя.. - оправдывается омега скулящим голосом, кажется, действительно умоляя Хвана о прощении. Сынмин мягко седлает бёдра альфы, смотря ему прямо в глаза и обвивает его торс руками, прижимаясь ближе. Хёнджин улыбается. - Ну лис, - альфа качает головой и тихо посмеивается, - Подлиза ты, Минни, - и Сынмин почти не думает, прежде чем горячо прошептать: - Но лижешь обычно ты, - невинно шепчет омега и хихикает, а Хёнджин приподнимает брови и сжимает талию Кима своей ладонью крепче. - Ох детка, - альфа чуть приподнимает Сынмина и опускает его бёдрами прямо на собственное возбуждение. Ким тихо хнычет от этого трения, как и от того, что Хёнджин, в отличие от него, всё ещё одет, - Кажется, кто-то заигрался, - Хёнджин хмыкает и шепчет в приотрытые губы Сынмина. Парень улыбается и целует альфу в уголок губ, ёрзая. Хёнджин жадным взглядом проходится по ключицам омеги и мягко целует кожу, хотя его клыки уже чешутся. Он медленно проводит языком вдоль шеи, поднимаясь к метке и пальцем её касаясь. Вдыхает нежный запах омеги и сжимает в ладонях округлые ягодицы, легонько шлёпая Сынмина. Омега на прикосновения отзывается, тихо ахая. - М-м, чаги-я.. - Сынмин запрокидывает голову назад, и это действует на альфу как красная тряпочка на быка. Хёнджин едва слышно рычит и припадает к шее омеги, впиваясь клыками в нежную кожу. Он не прокусывает, но оставляет глубокий след, который ещё пару часов после будет болезненно напоминать омеге о том, чей он. Хёнджин отстраняется и быстро расстегивает пуговицы белоснежной рубашки, едва ли не срывая их. Сегодня он чувствует особую страсть и желание. Руки Хёнджина слегка подрагивают от нетерпения, когда омега слазит с его колен, чтобы альфа стянул брюки, оставшись в одном белье, как и Сынмин. Хёнджин резко переворачивает омегу и валит того на кровать, нависая сверху и впиваясь в пухлые губы поцелуем. Хван пальцами подцепляет резинку кружевных трусиков и, дразня, большим пальцем накрывает чувствительный клитор, надавливая. Сынмин тихо скулит в губы Хвана и бёдрами толкается навстречу ладони альфы, а Хёнджин отбрасывает их к платью, с чмоком отстраняясь от Сынмина, и выуживает смазку из-под подушки. Сынмин с готовностью раздвигает ножки и смотрит на Хёнджина с любовью и верным, покорным ожиданием в глазах. Хван хмыкает и наклоняется к Сынмину, пальцем проводя по возбуждённой киске, едва касаясь. Щёлкает бутылёк смазки, и Хёнджин выдавливает себе на пальцы немного, поднося ко рту и согревая своим дыханием. Сынмин на это действие отвечает довольным урчанием - о том, что Киму неприятно "на холодное" Хёнджину известно уже давно. Хёнджин подносит два пальца к киске омеги и осторожно проталкивает их внутрь, давая привыкнуть. Альфа медленно движет ими, подготавливая Сынмина и целуя того в висок. Ким выдыхает и прикрывает глаза, сжимая в ладошке простынь. - Куколка, - Хёнджин носом зарывается в мягкие волосы Сынмина, добавляя третий палец и осторожно толкая их в растянутое нутро, - Не больно? - заботливо интересуется Хёнджин. Омега мотает головой. - Приятно.. - шепчет Сынмин, откидывая голову назад. Хёнджин, довольный, кивает и продолжает медленно растягивать омегу, делая это осторожно, без присущей альфам грубости и резкости. Знает, что Сынмин любит нежнее, медленнее, полностью отдаться процессу и получить удовольствие. Омега, хоть и любит дразниться и подшучивать, да и довольно остр на язык, становится довольно нежным и любвеобильным в постели. А Хёнджин не хочет - ну рука у него не поднимается - навредить своему драгоценному омеге. Сынмин выдыхает, когда Хёнджин осторожно достаёт пальцы и шуршит пакетиком презерватива, раскрывая его. Он смотрит на Кима с нежностью. Альфа не выпил так много вина, чтобы быть в бессознательном состоянии или излишне агрессировать. Но если Сынмин попросил: без защиты - не сегодня, значит Хёнджин наденет хоть три презерватива, чтобы не дай бог не зачать нездорового малыша. Сынмин медленно моргает и смотрит на Хёнджина, не отрываясь. Омега тянется к прикроватной тумбочке и берёт бокал, делая небольшой глоток вина и ставя его обратно. Губы омеги наливаются соблазнительно красным оттенком. Не успевает Сынмин слизать последние капельки, как Хёнджин, натянув контрацептив, наклоняется к его лицу и затягивает в тягучий поцелуй. Хван пристраивается к промежности омеги и, отвлекая его поцелуем, осторожно входит в него. Сынмин прикрывает глаза, отвечая на поцелуй, и находит ладонь Хёнджина, переплетая их пальцы между собой. Альфа большим пальцем поглаживает нежную ладонь Сынмина и начинает медленно толкаться. Хёнджин отстраняется от губ Сынмина и движется чуть более смело, внимательно наблюдая за омегой. Ким краснеет и пытается спрятать лицо руками, хныкая от медленных, приятных толчков, но Хёнджин, толкнувшись чуть сильнее и глубже, вызывает вскрик. - Не прячься, - Хёнджин заправляет прядь волос за ухо омеги и улыбается. Он слишком сильно любит наблюдать за сменой эмоций на лице Сынмина во время их секса - от закушенной до боли губы и полуприщура, до громких бесстыдных стонов и слезящихся глаз. Он хочет видеть всё. Сынмин тихо скулит, выдыхая и стоная. Альфа трахает его размеренно, и это просто грань удовольствия. Кажется, что Ким вот-вот кончит на второй минуте. Хёнджин чувствует себя явно не хуже. Он довольно закатывает глаза, чувствуя как тёплое нутро обволакивает его член. Ладонью ведёт по тонкой талий Сынмина, двигаясь к впалому животику и оглаживает молочную кожу. - Я схожу с ума, Сынмин, - зачарованно шепчет Хван, толкаясь в растянутую киску омеги, - Я так хочу, чтобы ты носил моего ребёнка.. Сынмин хнычет и бёдрами толкается навстречу Хёнджину. Он тихо стонет и скулит, закусывая губу. Ему тоже хочется. И он надеется, правда надеется, просто молится на то, чтобы эти слова наутро не оказались пьяным бредом и мимолётной мечтой. Потому что он тоже хочет. Хёнджин - идеальный альфа, что с самых первых дней их знакомства начал добиваться омеги и добился своего, несмотря на очевидное высокомерие и любовь омеги к стёбу. Более того, даже нашёл тысячу и один способ приструнить пыл Сынмина своей доминантностью. Хёнджин сжимает талию Сынмина в ладонях. Этот парень, вопреки всему, сразу показался ему достойным партнёром. Милая зубастая улыбка, приятные объятия, из которых не хочется выбираться, и тёплые слова поддержки. Всё это долгое время пряталось за показушной маской "сучки", что не видела в Хёнджине достойного альфу. Но ведь Хван как знал, что растопит эту ледышку. Хёнджин затягивает омегу в новый чувственный, жадный поцелуй, прикусывая его нижнюю губу, и толкается в омегу последний раз, прежде чем кончить, и буквально на пару секунд опережает омегу. Сынмин тихо скулит и кончает тоже, со звёздами пред глазами и именем Хёнджина на губах. - Я тебя люблю, - выдыхает альфа и осторожно выходит из Сынмина, стягивая презерватив и сворачивая его. Не ленится - берёт с полки влажные салфетки, вытирается, выбрасывает мусор и идёт вытирать Кима. Сынмин же, довольно уставший, лишь мягко улыбается и одними губами шёпотом благодарит. - Я тебя тоже.. - омега прикрывает глаза и выдыхает, - Это было так хорошо. Ты невероятный, - честно признаётся Ким. Хёнджин не может сдержать тёплой улыбки, глядя на такого искреннего Сынмина. - Рядом с таким омегой, - мягкая улыбка украшает лицо Хвана, - Иначе не получается. Сынмин смотрит на Хёнджина и улыбается. Наутро - он уже знает - проснётся на чистом постельное белье от запаха свежеприготовленного завтрака. Отличное, всё же, было решение арендовать домик, чтобы парни могли радовать друг друга вкусностями, променяв шведский стол на это. И это, опять таки, было решение Хёнджина. Ну и как такому альфе не родить наследника?