Немой свидетель

Виктор — немой паренёк, который совсем недавно поселился и работает в поместье. Прошло три месяца с того дня, как он прижился в этом месте, и многие невзгоды уже давно позади. Все рабочие к нему добры и заботливы, поэтому Виктору не приходится переживать о мелочах. После выполнения всех своих обязанностей он, как обычно, решил прогуляться по парку поместья, за которым тщательно следят садовники. Ну и, конечно же, не забыв своего верного друга Вика — без него он как без своей правой руки. Солнце давно село, а над головой светила яркая луна, около которой, словно пятнами, разместилось множество звёзд. Многие уже собирались ложиться спать или уже спали, а кто-то перед сном, имея хоть немного свободного времени, что-то мастерил, читал или писал о чём-то. Медленными шагами, шастая по парку, прямо посреди свода из листвы, окружённый цветами и деревьями, он увидел лежащего человека. Всё каменное покрытие и щели между плитами были глубоко пропитаны красной жидкостью, а ещё живой человек издавал непонятные хлюпающие звуки. Перебивая крики и мольбы о помощи другого, над ним навис неизвестный, насмехался и показывал свою власть над его жизнью. Виктор застыл на месте, не сумев подобрать хоть какую-то эмоцию. Газовые фонари, которые должны были освещать местность, то угасали, то снова светили, а округа будто бы сильнее наполнялась туманом и темнотой. Атмосфера становилась пугающей. Собака начала неистово лаять, а Виктор был просто в оцепенении от ужаса — только лай его друга привёл его в чувства. Когда убийца посмотрел на него и медленно начал приближаться, Виктор, не раздумывая, схватил свою собаку и тут же побежал в более освещённую местность. От поместья он ушёл достаточно далеко, но всё равно бежал к нему в надежде на помощь. Вокруг были лишь заборы из кустовых роз, деревья за ними — и ни одного человека. Собака всё продолжала лаять, не понимая, в какой ситуации они находятся. Виктор даже повернуться боялся и продолжал бежать со всех ног, надеясь, что убийца не станет за ним гнаться. Но как только он повернул голову, чтобы удостовериться в своих мыслях, его ударили в живот и схватили за шкирку, неся через кусты и опрокидывая на грязную землю. Он успел откинуть от себя собаку, чтобы с ней ничего не случилось. Собака лаяла где-то рядом, а Виктор, корчась от боли, одновременно пытался жестами прогнать её. Убийца толкнул собаку ногой, и та, заскулив, спряталась за деревом, ожидая дальнейших действий. После чего неизвестный схватил Гранца за горло, сжимая с неистовой силой, ногтями впиваясь в тонкую кожу, в которой вены начинали набухать. Заставляя того извиваться, царапать чужие руки и пытаться выбраться. Сознание покидало Гранца, но лай Вика заставлял его снова и снова раскрывать глаза, пытаясь разглядеть человека. Убийца отпустил его и приставил нож к горлу, спрашивая, кто он такой. Гранц, выгибаясь от боли, кашляя и руками прося о пощаде, успел заметить, что этот человек был одет достаточно солидно — может быть, он был гостем, но Гранц не помнил людей с таким ожогом на пол-лица. Он возражал и жестами пытался что-то объяснить, после чего до убийцы дошло, что тот немой. Но чтобы точно удостовериться, тот взял его руку и провёл ножом по ней. На лице Гранца был виден животный страх и надежда на жизнь. Пытаясь выдавить из себя хоть что-то, он плакал, дёргался, а из его рта текли слюни. В лице злоумышленника не было ни капли жалости или сомнения в своих действиях — он слегка посмеялся с ситуации. Откинув нож в сторону, он прислонил Гранца к одному из деревьев и пригрозил: — Если хоть кто-то узнает об этом… я найду тебя. Не знаю как, но найду. И убью. Хорошо? Последнее слово прозвучало мягче, как будто неизвестный стал чуть лояльнее на секунду. Виктор незамедлительно, поджав губы и закрыв глаза, закивал, при этом пытаясь ладонью остановить кровь на руке. После чего убийца скрылся в противоположном направлении от поместья. А Виктор, заплаканный, подозвал собаку и, сидя около дерева, пытался осознать произошедшее. Понимание того, что она в порядке, делало его по-настоящему счастливым. Запястье немело, поэтому Виктору пришлось поспешить в поместье, но он решил пойти другим ходом. Вернувшись обратно, он, как обычно, прошёл через общую кухню для прислуги, поднялся по лестнице и направился к своей комнате, которая находилась дальше всех остальных. Зайдя в комнату, Виктор вздохнул с облегчением, всё ещё находясь в шоке. Он не успел опомниться и переварить все свои мысли, как в дверь постучали. Это был его сосед — Эндрю Кресс. Тот стучал с неистовой силой, так что Виктор даже засомневался, открывать ли дверь. Пока за ней не послышался знакомый, переживающий голос. Виктор открыл дверь, и Эндрю начал расспрашивать, почему тот так поздно пришёл. Такая настойчивость была чем-то непривычным от Эндрю, и это сильно напрягало, а больше всего — пугало. Как только у Виктора появился режим, он обычно приходил строго по времени и спать ложился так же. Видимо, Крессу было дело до его расписания — было приятно осознавать, что кто-то переживает. Но точно не человек, который в прошлом закапывал трупы, а сейчас скрывается от преследователей. Виктор начал мотать головой, взял ближайшую бумагу и перо, облокотился на столик у двери и начал что-то писать. Как вдруг Эндрю своими мокрыми руками схватил запястье Виктора и начал расспрашивать, что с ним случилось, немного повысив тон — видимо, недавно мыл руки. Эндрю превосходил его во многих аспектах — в росте, трудолюбии и силе. Конечно же, Гранц испугался и аккуратно постучал по руке собеседника, чтобы тот отпустил и он мог объясниться. Эндрю извинился и, перебирая руки, ждал ответа. Гранц написал, что упал недалеко в парке, пока гулял с Виком, и порезался об ветку. Эндрю сильно удивился и предложил свою помощь. На что Гранц отказался, написав, что справится сам. После чего показал ладонь, прощаясь. Эндрю снова опешил и настойчиво предлагал помощь, но Виктор находился в шоковом состоянии, из-за чего начал настойчиво закрывать дверь. Но Кресс всё держал и держал эту чёртову дверь, и Виктор уже был готов заплакать. А собака, учуяв беспокойство хозяина, начала лаять на Эндрю. Из недалеко расположенной двери вышел Лука Бальза — один единственный адекватный житель этого особняка, по мнению Виктора. Он уже собирался просить Виктора угомонить собаку и спросить, что случилось. Но, заметив почти мокрые глаза Виктора, торопливо мотавшего головой и пытавшегося закрыть дверь перед Эндрю, Лука резко оттолкнул его руки и начал ругаться с ним. Дверь резко захлопнулась прямо перед Гранцем, и Виктор, потеряв равновесие, приземлился на пол. Слёзы всё-таки хлынули. Как так могло получиться? Вроде бы каждый день был одинаковым, ничего необычного не происходило, но именно в этот день всё свалилось слишком внезапно. Однако, услышав какой-то шум за дверью, он снова аккуратно приоткрыл её. Лука замечательно владеет своими способностями изобретателя, поэтому если какая-то техника в доме ломается, он всегда приходит на помощь. Его комната намного больше, чем у Виктора или Эндрю, так как в оставшееся время от починки он разрабатывает новые изобретения для улучшения жизни в поместье. Ну и, конечно, в свободное время помогает строителям. Все знают, что он был заключённым и сейчас разыскивается. Каждый раз, когда полиция приходила, Лука запирался в комнате, и все слуги его прикрывали. — Что ты делаешь? Хватит приставать к нему, — измученно и с упрёком приказал Лука. — Иди чини свои машины. Это не твоё дело, — грубо и немного по-детски ответил Эндрю. — Ты же видишь — он напуган и устал. Иди тоже отдохни… — Я просто хотел ему помочь! Он сильно поранил руку! — Ну ты же видишь, что он не хочет, чтобы ты ему помогал. Он тебя боится, — уже с небольшим раздражением проговорил Бальза. Приоткрыв дверь и выглянув, Виктор всё слышал. Лука, который был зол на Эндрю и был готов ударить его, всё же держался и настойчиво отправлял того в комнату. На что Эндрю отвечал: мол, ты совсем не понимаешь Виктора, только он может его понять, и что Виктор для него — свет, и он желает ему только добра. Виктор вышел из комнаты и пытался своими силами уладить ситуацию, но без голоса он не имел никакого веса. Показывая жестами: давайте прекратим, все уже ложатся спать. Даже уборщицы, услышав посторонние звуки, повыходили из комнат, подогревая уши с интересом. Виктор чувствовал на себе столько разных взглядов, что это заставляло его чувствовать себя в ещё более шатком положении. Эндрю тоже замолчал — он, как и Виктор, не любил подобные взгляды и, возможно, даже больше остальных боялся таких ситуаций. Он тут же зашёл обратно в комнату, совсем позабыв о помощи Виктору. Бальза похлопал Виктора по плечу и попросился к нему в комнату. Виктор без проблем впустил его — к нему у него было больше доверия, чем к тому же Крессу. Даже к поварам у него было больше доверия, чем к Крессу. Так же, как и Эндрю, заметив кровь на его руке, Лука аккуратно взял её и предложил перевязать, мягко спросив, что случилось. Виктор покачал головой и жестами показал на дверь, мол, сделает всё сам. Напоследок Лука сказал, что Виктор может ему доверять и если что-то случится — пусть обязательно придёт к нему. Он не хочет видеть его таким напуганным и уязвимым. На что Виктор кивнул и слабо улыбнулся. В какой-то степени стало легче — осознание, что есть те, кто рядом и кому не всё равно. Как вдруг в голову ворвались воспоминания о человеке, которого убивал тот незнакомец. Вдруг его уже кто-нибудь нашёл и помог? Но почему-то всё ещё никто ничего не говорит об этом… После того как Лука ушёл, всё вроде бы успокоилось. Виктор сам промыл, обработал и обмотал рану, хорошенько затянув бинты. Не сумев успокоить свои мысли, он вскочил и посреди ночи решил снова осмотреть то место в саду. Да, он боялся как никто другой, но любопытство и тревога были сильнее. Вдруг это был кто-то из прислуги — он в первую очередь переживает за них. Вика с собой он не взял, лишь нож и керосиновую лампу. Подходя ближе, он не заметил ни одного человека в саду. По мере приближения тревожность нарастала. Может, ему всё это привиделось? Потому что даже следов крови не было, хотя её раньше было очень много, особенно между камнями. Он заглянул между кустами — ничего. Всё исчезло без следа. Виктор всё больше сомневался в том, что видел своими глазами. Но рана напоминала о себе. И страх, хоть в небольших дозах, всё ещё жил в нём. Услышав шорох в соседних кустах, он испугался и поспешно вернулся домой. Вик лаял и ждал его, не мог уснуть. После чего Виктор, измученный собственными переживаниями, каким-то образом всё-таки заснул. С утра он решил, что расскажет всё Орфею и проверит всех из прислуги. Проснувшись от будильника, Гранц почувствовал сильную головную боль.