Жертва пренебрежения

***

Пускай посеревший корпус Рэтчета был давно захоронен, но он чувствовал, как по его эфимерному корпусу пробежали будто маленькие скраплеты. Медику было очень больно смотреть на сложившуюся картину. Хочется рвануть и помочь, но единственное, что возможно сделать - наблюдать. Наблюдать, пока юный автобот медленно уходит в дезактив. Пускай краснозначных осталось очень мало, за ними всегда следили бродячие искры давно почивших их товарищей. Наблюдали за каждым их шагом...Даже сейчас, когда три искры остались в каньоне, наблюдая за тем, как скатываются капли омывателя по щекам жёлтого бота. Того, кого они любили, как своего младшего брата, который дарил радость в такие тёмные военные времена. Никто, увы не мог показать свою привязанность к нему, ведь шла война. Ну, а теперь они могут только ждать его на другой стороне... Старого бота сжирала еле подавимая злость. Так, что он чуть ли не прокусывал губную пластину до энергона. Он знал всю ситуацию. Знал, из-за чего Бамблби сейчас страдает. Точнее...Из-за кого. Тот, кого он всегда уважал, косвенно свёл молодого меха в могилу. Оптимус. Джаз, стоящий рядом, положил манипулятор на плечевой сегмент военврача. Одного взгляда голубого визора хватило, чтобы без слов намекнуть. Сейчас не время для злости. Точно не сейчас. Кто-то должен будет позаботится о погасшей искорке. Поддержка Би будет сейчас нужна больше, чем никогда-либо. Потому Рэтчет глубоко вздохнул и кивнул. Он почти в пустую смотрел на то, как медленно гаснет оптика цвета лазурного прилива. За войну он видел много таких моментов. Но сейчас войны нет. И тускнеет сейчас слишком дорогой ему бот. От этого ещё больнее. Рэтчет не хотел слышать из постепенно замерающего вокодера имя, от которого сжималась искра.

***

Кажется...прошло много времени? Ничего не было понятно. Мутный взгляд Бамблби не может нормально сфокусироваться...Он...умер? Но...почему так больно?...Очень, очень больно. До этого спину и бок не так сильно сжимали когти агонии, а сейчас ещё добавилось жжение в искре. Как бы храбрый разведчик не умел терпеть боль - но эту не смог бы выдержать даже бот без нужных сенсоров. По лицевой вновь покатился омыватель. Хотелось...кричать. Но оплотом спасения оказалась чья-то ладонь, аккуратно прикоснувшаяся к щеке. Прикосновение было таким невесомым, будто его и не было, но от подобного Би сразу же прижался к такому родному манипулятору. Спустя пару кликов окуляры наконец сфокусировались и...Его процессор точно его не обманывал? Перед ним была лицевая воен-медика. Старый бот смотрел на него немного нахмуренно, от чего в мысли пробивались воспоминания с тех времён, когда его неаккуратные действия на заданиях приводили к посещению мед-отсека. Но автобот не собирался ворчать или кричать, как делал раньше, заваривая новые травмы золотого шмелика. Нет, точно нет. – Р-рэтчет... – Еле как смог произнести имя старого друга Бамблби. – Я...я...прости... От этого искра упомянутого сжалась сильнее. Он опустил шлем, вздыхая, пытаясь совладать с эмоциями. – Как же я надеялся, что не увижу тебя здесь...Но...Шлак. Медик схватил Бамблби в крепкие объятия. Золотистый этого даже не ожидал. Его аккуратно прижали к самой искре, поглаживая по голове. Боль от былых ранений начала уходить в такую же эфимерную усталость и тяжесть. Потому Би собрал все оставшиеся силы и обнял Рэтчета в ответ. Из-за плеча он мельком увидел знакомые фейсы Айронхайда и Джаза. – Как же...как же я рад...вас видеть... – Би зажмурил оптику и уткнулся в плечо обнимающего его бота Он сам не заметил, как задрожал, а воколайзер уже срывался на натуральный плач. Но никто его не осудит. Наврядли после такого можно вообще держать "стальную маску", которую он носил при активе. Остальные, кто пришёл встретить юнца, подошли ближе, присаживаясь рядом. Они не трогали измученного разведчика в руках медика, но от одного их присутствия было уже теплее на искре. ... Би успокоился довольно быстро. Ему самому было некомфортно от столь непривычного выражения эмоций. Поэтому он сам выбрался из объятий, которые живой мех точно не почувствовал бы. Двигаться всё ещё было больно, хотя ран на его призрачном корпусе уже давно нет. Только яркая голубая искра - единственное, что болело по-настоящему. Ещё пару нано-кликов он бросал взгляд от фейса Рэтчета, до Хайда и Джаза. А после тот решился оглянуться назад. Но почти сразу дернулся обратно. Сзади него, всего в нескольких метрах был его разорванный труп. Всё такой же израненный, с потухшей оптикой и следами омывателя на щеках. Хотя, покинувшая тело потухшая искра выглядела не лучше. Вдруг Бамблби почувствовал такое же призрачное прикосновение к плечу. Рядом с ним был Айронхайд. Специалист по оружию постарался улыбнуться, сказав: – Пойдём, Би. Манипулятор соскользнул с плечевого сегмента в предлагающем жесте. Би без особых раздумий принял предложение. Его аккуратно подхватили под мани, помогая встать. С одной стороны Хайд, а с другой Джаз. Шмелика немного шатало в разные стороны, но ему не давали упасть манипуляторы старых боевых товарищей. После чего все четверо пошли прочь из каньона. Правда Бамблби в этот момент не услышал, как мимо них пронеслись звуки колёс и турбин. Но вот уже крики Уилджека о его дезактиве, плач террансов и остальных уже смогли долететь до его аудиосенсеров. От чего искра сжалась до размера точки, он остановился. Все слова отдавались в процессор, доставляя больше боли. Рэтчет, идущий замыкающим, смотрел назад. Но после положил мани на плечо разведчика, не давая тому если что вдруг повернуться назад. Би не хотел уходить под скорбь и плач, мольбы о возвращении. Никто из них этого не хотел. Потому старшие искры поспешили уйти, дабы Бамблби ничего из этого не видел. Не сейчас. Ему нужно время. Он не должен этого слышать... Особенно эти слова... – " Биии?....Ну, давай...активируй оптику… П-пожалуйста… пожалуйста очнись.....Молю очнись… Я… я больше не пропущу твои звонки. Я-я....буду с тобой каждый день… Слышишь? Всё будет хорошо. Би, пожалуйста… ....БИ!!! Пожалуйста! Шмелёнок!!! Прошу, не оставляй меня! " – " Почему ты стал его игнорировать? Разве он раньше дёргал тебя по пустякам? Оптимус, он погиб потому что мы не пришли раньше.... " – " Я себе этого не прощу... " – " ШЛАК! Простишь ты или нет, какая разница?! Его уже нет!!! Но стоит порадоваться теперь он с теми кто его действительно не оставит! Уверен Ретчет бы возненавидел тебя! " Насчёт последнего полевой медик не уверен. В нём боролись совершенно разные чувства Да и это сейчас не имеет никакой роли.... Слишком поздно и Оптимус, и все остальные поняли свою ошибку. Теперь о малыше Би могут позаботится только они. И с ними он больше никогда не будет чувствовать себя брошенным.

***

Бамблби наконец-то воссоединился с теми, кто его не бросит. Он увидел многих, по кому так долго скучал или же наоборот. По эту сторону уже не важно, какой знак ты носил. Все их бродячие искры остались здесь, ведь нет более места, где могут родиться новые жизни. Они навсегда здесь, вместе. Би присоединился к ним, наблюдая за активом ещё живых. Пожалуй, это единственное, чем он может заняться. Как бы его товарищи не отговаривали его, он не мог не делать этого. Он чувствовал непосильную вину, за то, что их оставил. Что поддался эмоциям и позволил себе покинуть их. Поддался обиде, которую он уже должен был зарыть глубоко в землю. Он ведь разведчик Прайма, тот, кто всегда был рядом...а сейчас его дезактив надкосил всю команду, что было не есть хорошо. Террансы более не полны того энтузиазма, постоянно при упоминании тренировок кто-то из них пустит каплю омывателя. Уилджек с некоторой злобой бросает взгляд на лидера, который вообще стал сам не свой с того дня, когда он обнаружил посеревший корпус своего подчинённого. Би замечал, как тот делал каждый день, в определённое время звонок, слал несколько сообщений, зная, что не получит ответ. Хотя, Би хотел, очень хотел ответить. Тот, кого он считал создателем, совсем растерял хватку. Бамблби не привык видеть Оптимуса таким разбитым. Хотелось обнять, поддержать, как он делал всегда. Плевать на сообщения! Би был готов простить всё и вся, лишь бы не видеть убитые горем фейсы и полный разлад в команде. Все автоботы и Мегатрон долго ходили без единой улыбки на лицевой. Каждому нужна была поддержка, но никто её оказать не мог. Ведь как ты можешь помочь, если помощь требуется и тебе? У десептиконов тоже не всё шло гладко. Брейкдаун часто приходил на тот самый стадион, где так и не прошла одна из их схваток на скорость, и где их чуть не поймали люди из призрака. Он гонял там по кругу в полном одиночестве, пытаясь представить, что всё же его скоро догонит жёлтый спорт-кар. А Старскрим еле прятал то, как он расклеился. Что-то его терзало на протяжении последних недель. Это скорбь? Наверное... И видя всё это, Бамблби только сильнее расстраивался. Вина сьедала его. Как он посмел думать, что перестал быть нужным? Если бы он не позволил себе умереть, то ничего бы из этого не был- Круговорот мыслей прервали снова объятия. Рэтчет знал, что чувствует Би. Но это неправильно. Мальчишка ни в чём не виноват. И именно это старый медик пытался до него донести. Все остальные тоже. Старшего это невероятно злило. Би жертва в этой ситуации. Он не должен чувствовать вину за то, что с ним произошло! Но ведь мышление юнца, которого он знает много ворн, изменить не получится. Всё-таки...Он слишком многое перенял от Оптимуса. Особенно своё упрямство. И даже вечность, проведённая в кругу тех, кто тебя не оставит, всё равно будет заставлять тебя чувствовать себя брошенным. Будто смотришь в зеркало. Би всегда будет считать, что поступил также, как и Прайм с ним. И ни один, ни другой не смогут простить себе свои ошибки. Уже...поздно...

***