Глава 1: Искра
***
Пирожный остров окутывал густой туман, смешиваясь с запахом морской соли и сладковатым ароматом желе, витавшим в воздухе. Акаину стоял на причале, его высокую фигуру окутывал черный плащ, а в глазах мерцал холодный, почти нечеловеческий огонь. Он пришел не по приказу — им двигало личное любопытство. Катакури. Имя звучало в его голове, как навязчивый ритм. Второй сын Шарлотте Линлин, человек-загадка, чье лицо скрыто под слоями ткани, чьи способности граничили с божественными. Адмирал хотел увидеть его настоящего. Их встреча произошла в пустынных доках, куда даже самые преданные слуги Линлин не осмеливались заходить ночью. Катакури появился из тени, его массивная фигура едва умещалась в узком проходе. Шарф скрывал нижнюю часть лица, но Акаину уже знал, что под ним. — Ты ищешь смерти, дозорный? — голос Катакури был низким, словно гул подземного толчка. Акаину усмехнулся, медленно снимая перчатки. — Я ищу тебя. Их первый бой был не столько схваткой, сколько танцем — два хищника, изучающие друг друга. Кулаки Акаину, обожженные пламенем, сталкивались с плотной, резиноподобной плотью Катакури. Никто не мог одержать верх, но в этом не было нужды. Когда их взгляды встретились в последний раз перед тем, как разойтись, оба поняли: это только начало.Глава 2: Голод
***
Последующие встречи стали ритуалом. Они находили друг друга в заброшенных уголках острова, где никто не мог помешать. Сначала — бой. Потом — разговоры. Потом... нечто большее. Акаину любил срывать с Катакури шарф, обнажая его острые зубы, которые так контрастировали с обычно невозмутимым выражением лица. — Ты боишься, что кто-то увидит? — адмирал провел пальцем по шраму на губе Катакури, чувствуя, как тот напрягся. — Я не боюсь. — Катакури схватил его за запястье, но не оттолкнул. — Тогда почему прячешься? В ответ Катакури впился в его губы, кусая до крови. Акаину застонал, впиваясь ногтями в его плечи. Они падали на пол, на стол, на голый камень — им было все равно. Акаину любил оставлять следы, метить его, зная, что Катакури это не очень нравилось. И с каждым разом голод становился сильнее.Глава 3: Слияние
***
В ту ночь все было иначе. Катакури лежал под ним, его массивное тело обнажено, кожа блестела от пота. Акаину чувствовал его сердцебиение, слышал, как кровь стучит в жилах. — Ты прекрасен, — прошептал адмирал, целуя его шею, чувствуя под губами пульсацию. Катакури застонал, когда пальцы Акаину вошли в него, готовя к тому, что должно было случиться. Но сегодня Акаину не хотел просто трахать его. Он хотел поглотить. Когда они соединились, это было болезненно, почти невыносимо — Катакури сжал его бедра, но не оттолкнул. — Ты... — он не закончил, потому что Акаину впился зубами в его плечо. Кровь хлынула, теплая и соленая. Акаину застонал удовольствия, чувствуя, как плоть поддается его зубам. Катакури не сопротивлялся. — Да... — прошептал он, обнимая адмирала, прижимая его ближе, словно желая, чтобы тот съел его целиком. Акаину оторвал кусок плоти, жевал, чувствуя, как мясо тает во рту. Катакури слабел, но его бедра все еще двигались, требуя продолжения. — Я... твой... — он выдохнул, когда Акаину впился в его шею, перегрызая артерию. Кровь хлынула фонтаном, смешиваясь с потом и спермой. Акаину ел, трахал, поглощал — пока от Катакури не осталось лишь обглоданное туловище. Утром Акаину вернулся на корабль. Никто не спросил, где он был. Но иногда, в тишине каюты, он чувствовал вкус моти на губах. И улыбался.