Виски и пепел

Не помню точно, что произошло, но ноги сами принесли меня в этот клуб. Это было очень странно для меня. Я не хожу по таким местам, только если с друзьями, за компанию. По моему мнению, тут нечего ловить. Откуда я в принципе знал про существование клуба близко около моего дома? Я же живу в спальном районе. Наверное, в жизни каждого человека это случается. Когда мир рушиться, когда казалось, что все стало лучше, но один неверный шаг, – и этот карточный домик посыпался. Если кто-то пытался построить карточный домик, то знает, что это не простое занятие, особенно если все карты воспламеняются, только они касаются пола, что в итоге у тебя не остается карт вовсе. Вот так и я остался только с пеплом. В один момент все разрушилось – я даже не понял, что стало спусковым крючком… Это и неважно. Два месяца я был просто разбит, не знаю, чем. Человеку ведь может быть хронически плохо? Хотя в таком случае стоило бы обратиться за помощью. Все к черту. В этот вечер ноги сами меня принесло именно в этот клуб. В голове ни разу не возникло противоречия или осознания, что что-то не так. Раз я в клубе – надо развлекаться, по крайней мере так делают все. К моему удивлению, музыка не била мне по ушам. Я все видел через какую-то пелену. Музыка приглушенная, и свет, тоже. Лица людей смазаны, как будто я в замедленной съемке или у них просто лиц нет. Говорят, алкоголь – хороший способ расслабиться, поэтому я достаточно быстро оказался около барной стойки и стоял, заказывая уже очередную дозу какого-то не слишком крепкого коктейля. Больше мне и не надо было. – Что глушим? - рядом, как оказалось, сидела девушка, которую я сразу и не заметил. Смерил ее взглядом: массивные ботинки, короткая юбка, открытая спина. Она, в свою очередь, оценивала меня, потом как-то скучающе отвернулась к бармену. – Миш, налей мне еще. – Тебе хватит на сегодня, ты так не думаешь? Если ты не пьянеешь, то это еще не значит, что я позволю тебе травиться здесь, как в последний раз, - отозвался парень за стойкой, протирая стакан и даже не смотря на нее. – Разве я спросила: “Как думаешь, мне хватит?”, - голос ее был сама невинность. – Нет, я сказала: “Миш, налей мне еще”, поэтому… - даже в полумраке я мог увидеть, как уголки е ее губ дрогнули. – Миш, налей мне еще. Бармен вздохнул, но больше ничего говорить не стал. Звякнул стакан об стол, уже полностью сухой. Парень потянулся за бутылкой, и янтарная жидкость полилась в ее олд фэшн бокал. – Интересный выбор напитка для дамы, - вдруг сказал я. Она метнула на меня свой взгляд. Интересно, что ее лицо я видел очень отчетливо, будто свет падал только на нее. Бармена я так и не смог разглядеть. А вот ее… Помада была размазана на губах и глаза, серые, выразительные, и уставшие. Пара прядей падала на ту часть лица, которая была дальше от меня. – Интересен этот напиток только для Вас, - она сделала глоток. - Вы, как видно, не особый ценитель. – Не часто захаживаю в клубы, уж простите, - я усмехнулся и, принимая ее вызов, а я не сомневался, что это был именно он, тоже сделал глоток. - Вы же завсегдатай, как можно заметить. Она рассмеялась. Такой заразительный смех и такой живой, что я невольно тоже улыбнулся. – Безумная проницательность, - она закинула ногу на ногу и оперлась на руку, как мне показалось, чтобы быть поближе ко мне. Глаза прикрыты, и на губах играет привычная ей хитрая улыбка. – Так что же ты глушишь в столь непривычной для обстановки? – Себя, - не уверен это эффект от алкоголя или от нее. – Когда хочешь умереть, наверное, можешь придумать кучу способ отвлечь свой мозг, который… – Продолжает тебя донимать разными мыслями не особо приятного содержания, - она закончила за меня. Я даже удивился, как точно она попала в это все. - Не переживай, это пройдет. Это надо пережить. Заметь, что главное слово пережить, значит, выживешь, не смотря ни на что. Ее слова отдавались в голове набатом. Слишком права. Слишком не спрятаться, даже тут, где всегда, как казалось, вечное веселье. – Я и не сомневался, - сказал я и залпом осушил свой бокал, отставив его в сторону. – Иногда слишком страшно, поэтому я в этом странном месте, как будто не должен быть здесь. – Расскажи же мне, о милый странник, что же ты тогда делаешь в этой обители зла? – Занесло? - это я скорее у себя спросил, снова пытаясь найти вопрос у своего затуманенного сознания. Я даже не помню, как пришел сюда, как вошел и как оказался около нее. Я никогда не хожу сюда. Второй коктейль. Мне все это противно. Ненавижу алкоголь. Третий коктейль. Ненавижу людей, которые здесь собираются. И тем не менее я тоже здесь… – Это ведь ты, коварная ведьма, притянула меня к себе. – Точное попадание в свою роль, - она сделала еще глоток. - Раз я такая коварная ведьма, не хочешь составить мне компанию на танцполе? - ее глаза заговорчески сверкнули, но кажется, что я уже и до этого был в ее власти. - Но учти, отказ может дорого тебе стоить, мой милый путник. Она потянула меня на танцпол, но я не особо сопротивлялся. Все в ней излучало невероятную силу, которая так и манила к себе. Оголенная спина, полуприкрытые губы: она и вправду была ведьмой, потому что я полностью оказался в ее воле, хоть не жалел ни секунды. Вот мы на танцполе. Конечно, ведет она. Какая-то клубная музыка. Бессчетное количество прожекторов-фонариков, которые хаотично заливают народ. Ноги передвигаются, как заговоренные. Около нее все было сюрреалистичным. – Что же такая прекрасная ведьма делает в этой обители разврата? - я попытался задеть её что ли. Не мог представить, что такая девушка может быть одна в клубе – считаю, что клубы не место для нее. Тем не менее, она была словно рыба в воде. – Уже прекрасная? - насмешливо спросила она, ее руки переместились на мои плечи. – Развлекаюсь – жизнь безумно скучная штука, особенно если ты один, особенно если ты прекрасная ведьма, которая всегда остается одинокой. – она стала еще ближе, хотя мне казалось, что это невозможно. Я мог ощущать ее дыхание на своей шее. – Знаешь такого монстра, которое именует себя одиночеством? Оно сожрёт тебя быстрее, чем ты это поймешь. Ее тело в моих руках было таким хрупким. Как картина под стеклом в музее, никогда не даст тебе рассмотреть ее вблизи, иначе ты навредишь ей. В ее случае, и стекло, и картина – это все она. Только подумаешь, что наконец-то стекло пропало, как оно тут же запотевает, напоминая о своем присутствии. Она не ангел. О, нет, скорее наоборот – дьяволица-искусительница. Но как же она была изящна в этом… С каждым ее движением: я знал, что околдован. – Отчего же ты одинока? - спросил и сразу пожалел, не только потому что она оттолкнула, а потому что знал - она не ответит, а я не смог остановиться. – Нетактичный вопрос, ты и сам это понимаешь, - она легко улыбнулась, мне стало проще. Перед ней не было желания показаться сильным. – Прости. – Разве так просят прощения у ведьмы, пусть и прекрасной? - в ее глазах плясал адский огонь. – Что же надо сделать, чтобы ты простила меня? - прошептал я. – Ну… Поцелуй меня, - я готов поклясться, что в этот момент мое сердце пропустило удар. Два. А может и три. Она подставила мне свою шею. Если она хотела меня соблазнить, то у нее получалось это чертовски хорошо. Я чувствовал ее едва уловимый, но сладкий запах духов. Кожа была нежная, как и все ее существо. – Я прощен? - спросил я, заглядывая в ее серые глаза. Она лишь улыбнулась. А дальше все было как в тумане. И как мы выходили из клуба. И как мы попали в мою квартиру. И как ее одежда оказалась на полу. А потом и моя, тоже. Одно помню точно – ее горячие губы со вкусом виски и чем-то еще.

***

Утро началось в шесть. Я уже даже привыкла. Какой бы прекрасной не была ночь, утро всегда услужливо напомнит мне, что я по сути мертвец, а память по кусочкам даст понять, что произошло, потому что алкоголь на нее не действовал, как и на все мое существо. Солнце встало и, как там в книгах пишут, заливало всю комнату. Его рука лежала на мне, обнимая меня. Я не вставала – видимо, не хотела его будить, что хотя по-хорошему надо было сматываться, но что-то держало меня, что-то кроме его руки. Рассматривать я тоже его не хотела, в клубе он показался милым, наверное, я боялась, что он и сейчас покажется милым, что было бы знаком проигрыша. Мои ранние подъемы всегда давали мне преимущество сбежать после ночи первой. К себе я никогда не водила парней: как минимум – ради безопасности, как максимум – успеть покинуть их до того, как они проснутся и начнут мнить себя героем-любовником. Сейчас сбежать не хотелось. Странно. Он не был настолько хорош. Он просто был обычным парнем, который еще в клубе дал понять, что уже без ума от меня. Как я от этого устала. Я поморщилась от всех воспоминаний – они помогли мне встать. На полу в комнате я нашла свои топ и юбку, а в коридоре – сумку. Рука привычным движением нащупала портсигар с гравировкой и зажигалку. Балкон был на кухне, что было очень кстати, потому что искать место, где покурить мне сейчас не хотелось. В голове был только один вопрос: “Почему ты не уходишь?” Но ответа у меня на него не было, поэтому я прикурила и сделала первую затяжку. Моя утренняя рутина всегда состояла из фильтр-кофе и сигареты, поэтому первая затяжка принесла облегчение. Горло обожгло, но мне было все равно. Пепел осыпался на пол. Пепельницы у него было, а думать, что можно использовать вместо нее не хотелось. Я смотрела на двор – никого не было. Все-таки утро – самое лучшее время дня. Никого нет: все умерли. Никаких звонков, сообщений, рева моторов, только ты и тишина, и навязчивые мысли. Я полазила по полкам кухни, но кофе не нашла, даже растворимого нет. Мне казалось, что, хотя бы такой есть у всех. Не знаю, на что я надеялась. А главное, не могу поверить, что я серьезно собралась пить кофе у него, будто пытаясь всеми силами задержать себя на подольше здесь. Начать кипятить чайник значило бы сразу его разбудить, а мне нужно было уходить. Хотя в этом я уже начала сомневаться. Сигарета обожгла мне пальцы, пока тлела, будто она могла сделать больно человеку, который не живет. Я долго смотрела на бычок, думая куда же его деть. Черт бы тебя побрал, мистер хороший мальчик, как можно жить без пепельницы или хоть чего-то смутно похожего на нее. По итогу я не придумала ничего лучше, чем залить ее водой и кинуть в мусорку. Вспомнила свой алтарь из выкуренных сигарет дома стало противно, что я так поступила с одной из них, она не заслужила такой участи. Я открыла окно, чтобы проветрить, потому что была уверена, что ему не понравиться запах табака, хоть мне и было все равно. Я еще раз окинула кухню взглядом, запоминая каждую деталь непонятно зачем. По пути к выходу заглянула в ванную, чтобы посмотреть, как я выгляжу. Все как обычно: макияж размазался, лицо уставшее и губы сжатые. Ну и ладно, не вижу смысла об этом волноваться. Ботинки мои были разбросаны, я взяла их в руки – решила, что обуюсь уже, когда буду в подъезде. Сделала глубокий вздох, он не пользовался парфюмом, поэтому здесь пахло так… по-домашнему? Что-то под ложечкой заныло, поэтому мне пришлось сделать усилие над собой, чтобы развернутся к двери. Не пьянеть – преимущество, когда сбегаешь, всегда помнишь на какой замок закрыта квартира. Замок щелкнул. – Уже уходишь? - Черт. Это все из-за такого, что я искала кофе. – Да, – сказала я, напуская на себя безразличие. – Может утреннего чая? – спросил он. – Я не пью чай, – ответила я, хотя понимала, что надо уходить, но он держал. Этот правильный мальчик задел меня, и я не могла развернуться и уйти. И кто из нас был коварной ведьмой? “Ты встретишь того, от кого не сможешь уйти”, - бред собачий, даже от него я уйду. Все лучше, чем остаться с человеком, который сожрет твою свободу. Мне и самой хорошо. Да? – Вино? – Я не пью вино, - отрезала я. он усмехнулся – я вопросительно посмотрела на него. – Прости, виски у меня дома нет. – Виски с утра сомнительное удовольствие. – Ты же не пьянеешь, какая разница? – Это не отменяет эффекта разрушенного здоровья. И зачем я продолжаю этот разговор? Причем еще стараюсь, чтобы последняя фраза осталась за мной. Кому я пытаюсь доказать, что независима? – Все-таки уйдешь? – Все-таки уйду, - начинаю разворачиваться к двери. – Или все-таки останешься? Он, что, раскусил меня? Знает, что я не смогу уйти, не ответив. – Это же была просто обычная ночь, - я пожала плечами. Нужно отвязаться от него, иначе я и правда отсюда не уйду. – Мы друг другу ничего не обещали, уж я-то точно помню. – Можем пообещать сейчас. Уверена, что мои глаза полезли на лоб. Вчера он не казался таким самоуверенным. Вот, что женщина делает с мужчиной. Каждый раз страшно. – Зачем? Ты каждый раз что-то обещаешь своей девушке на ночь? – А ты? – А я с ними обычно с утра не общаюсь, – никто не любит девушку, которая скачет по кроватям, даже она сама. – Ты не понял? Я сейчас уйду. – Ты уже несколько раз пыталась уйти, но все еще здесь. Я не нашлась, что ответить, потому что он был прав. Меня бесило это, моя появившаяся вдруг беспомощность покинуть этот дом, и то, что он это понимал. Мы так и стояли: я около двери, пойманная на месте преступления и он, напротив, около входа в спальню в одних шортах. Никто не мог ничего сказать – по сути это был самый лучший момент, чтобы уйти, чтобы доказать ему, что он не прав. Это было бесполезно, потому что он знал, что прав, я видела это по его глазам. Как же неуютно, когда тебя читают. Интересно, он так же себя чувствовал вчера? И вообще все парни так себя чувствуют, когда их читают? Ничем не могу защититься. Утро – не моя стихия. Моя стихия – ночь, клуб и сигаретный дым. – Боялась тебя оставить, – и что это? – Так и понял, - его лицо озарила улыбка. Она была слишком милой, что я отвернула голову. – Это была просто ночь, - вновь сказала я. – Если так, почему ты продолжаешь это повторять? Потому что я хочу заставить себя думать именно так, потому что все, что происходит нереально. Я не готова проститься со своим привычным образом жизни. Потому что ты потенциальный мой враг, который запрет меня в четырех стенах. Потому что близость – роскошь, которую я себе не могу позволить. Потому что я готова потонуть в своем одиночестве, лишь бы не строить отношения, потому что я не умею их строить, а только разрушать. – Хорошо, – поднимаю руки, как будто в сдающемся жесте, – дай мне хотя бы одну причину, почему мы вдруг должны быть вместе после этой необычной ночи, – вру. и – что хуже – знаю: он тоже это знает. – Я люблю тебя, - с его губ сорвались те самые три слова, которых я боюсь больше чем пауков. – Я хочу быть с тобой. Я облизываю губы в нервном жесте. Он издевается… нельзя полюбить человека за одну ночь, при том, что ты был смертельно пьян. А чтобы быть с ним..? Не знаю, какой чудо должно случиться, чтобы я осталась. Даже мои друзья привыкли к моим постоянным исчезновениям. А тут человек говорит, что хочет быть со мной. Не со мной, с моим образом. Даже я не знаю, как это быть собой, да, уже и не хочу знать. Все равно. – Парни… - я даже рассмеялась. – Неужели каждый из вас считает, что этого достаточно? У вас это в настройках по умолчанию стоит что ли, когда вас на одном заводе печатают? Этого ни черта не достаточно! – А что еще? – я, честно, не знаю, он притворился, что не знает или реально не знает, но мне было не важно. У меня просто снесло башню. – А я? А ты мне? – закричала я. – Ты мне нравишься?! Хотя бы нравишься… Как же меня достали вы, которые после первой ночи готовы клясться в любви, потому что партнерша просто хороша. Ничего найдется кто-то, кто будет получше и ты уйдешь. Я знаю.  Я хочу быть с тобой! - я передразнила его. – Ты хочешь быть не со мной, о, далеко не со мной, а с моим прекрасным образом. Согласна, он невероятен, но за ним слишком много всего, чтобы мне каждый раз предлагали стать чьей-то девушкой. Готовы вы ли реально строить отношения? Лично я  – нет, потому что все, что я умею делать это: разрушать их. Я никакая не та самая, уже тем более не семейная. Я никогда не буду сидеть в квартире и ждать любимого мужа, потому что я никогда не буду готова к близким отношениям. Я – та деталь, которая пропадет, когда станет слишком плохо. Я не часть решения, и даже если бы я хотела остаться, - наверняка, я уже не следила за тем, что говорила. – А, поверь мне, я бы хотела остаться, но только ты произнес эти дурацкие три слова, я тебя ненавижу – ты такой же как они! – Я не это… - я не дала ему договорить. – Мне все равно, - я прямо-таки выплюнула ему эти слова. Резко дернула дверную ручку и вышла в подъезд. Прохлада обдала меня, что успокоило меня после неожиданной вспышки гнева. Я точно знала, что я больше не пойду в клубы. И я знала, что он будет искать меня в каждом. Я вздохнула, глянула на дверь, и так пошла босая по лестнице вниз.