Яд белладонна

Утро началось с дрожи — в теле Вару, в душе, в сознании, где смешались страх, боль и туман. Он проснулся, не зная, где находится, с разбитым сердцем и пустотой в голове. Паника в груди росла, сжимая каждую клеточку, вызывая желание убежать, спрятаться, исчезнуть. Пик, заметив тревогу, сел рядом на кровать, осторожно взял его за руку. — Вару, я рядом. Ты не один, — прошептал он. Но Вару не мог ответить. Его мысли были наполнены ужасом и неумолимыми тенями прошлого. Данте уже несколько дней работал с Вару. Он понимал, что физическая ломка — лишь часть борьбы, главная битва — внутри. — Твои страхи — не враги, а часть тебя, — говорил он мягко. — Ты научился жить с ними, но теперь они выходят наружу. Позволь им быть, но не дай им управлять тобой. Вару слушал, с трудом фокусируясь на словах. Внутренние голоса требовали покоя, а тело жаждало избавиться от боли. ОКР обострилось. Мысли, словно навязчивые повторения, преследовали Вару, заставляя его мыть руки, проверять замки и снова возвращаться к темным воспоминаниям. — Я не могу... — срывался он на слёзы. — Мне страшно, я хочу назад... Пик крепко обнял его, поглаживая по голове: — Ты сильнее, чем твои страхи. Мы справимся вместе. Флешбеки возвращали Вару в детство — мать, которая, с доброй улыбкой, давала ему ту жидкость. — Это поможет тебе быть лучше, — она говорила, но в её глазах пряталась тревога и усталость. Он помнил, как пил ту жидкость, не понимая её смысла, но чувствуя зависимость. Пик и Данте часто говорили между собой тихо в коридоре. — Если мы не поможем ему сейчас, он может не выжить, — говорил Пик. — Мы должны быть терпеливыми и внимательными, — отвечал Данте. — Постепенно он начнёт доверять и открываться. Тем временем Куромаку продолжал исследования, пытаясь разработать метод снижения симптомов отравления и зависимости. — Это будет долгий путь, — говорил он сам себе, глядя в микроскоп. Дни шли, а Вару продолжал бороться — с телом, с разумом, с болью и страхом. Каждый маленький шаг — огромная победа. Пик не отходил от него ни на минуту, стараясь быть опорой и поддержкой. Другие ребята дома — Зонтик, Габриэль, Феликс, Ромео — не оставляли Вару одного, принося заботу и смех, словно пытаясь рассеять тьму. В конце главы Вару впервые за долгое время улыбнулся — слабой, но искренней улыбкой, почувствовав, что он не один в этой битве.