Врата трех миров

桜の花が落ちるところだけ、春ですが、白い雪片が空中を飛んでいます。 しかし、この雪は本物の雪ほど簡単には溶けません！ Лишь там, где опадает вишни цвет, Хоть и весна но в воздухе летают снежинки белые. Но только этот снег не так легко, как настоящий тает! •Соку-хоси Шагая неторопливо по длинному школьному коридору, Амэй вдруг вспомнила его. С их последней встречи прошло две недели, и после того, как он подвез её до дома, более не маячил на горизонте. Он как будто бы испарился подобно тому пару, что исходил от горячего шоколада в белой фарфоровой кружке на столе его дома. В голове вертелась мысль, что стоило взять у него хотя бы номер телефона, ведь и по сей день у неё осталось миллион вопросов. Да и в некоторых моментах помощь его бы не помешала. На днях её чуть не сожрало огромное проклятие, чудом только смогла сбежать. Из мыслей ей помог выбраться громкий голос подруги, что со всей скоростью летела на Сонохару. Ещё секунда. Брюнетка только и успела, что обернуться, как в тот же момент на неё с прыжка кинулась рыжеволосая девчушка с высоким пышным хвостом и повалила на пол. Остальные ученики, которые так же, как и Амэй, брели по коридору по направлению известному только им, обернулись на шум и застыли. - Боже, Момо… - шикнула черноволосая девушка с короткими волосами по плечи, - Вы ж вчера виделись… Она стояла рядом с двумя девушками, что сейчас расстелились на полу коридора. Амэй нервно улыбнулась, слегка похлопывая Момо по плечу. - Амэй! Ты как? Я слышала от мамы, что твоей бабушке вчера стало хуже, - пробубнила зеленоглазая куда-то в плечо подруги. - Да. Всё хорошо. Сегодня ей стало легче. - Всё, вставай! - сказала третья, пытаясь отлепить рыжеволосую от Сонохары. Две эти девушки были единственными подругами Амэй. Первая - Кофуку Момо. Рыжеволосая девчушка, которая, казалось, никогда не перестаёт улыбаться. Вторая - Дзицумэ Хана. Про неё можно было сказать - сама серьёзность воплоти. Они были подругами Амэй со второго класса младшей школы. Эти двоя были единственными, кто не считал её сумасшедшей. Семилетние малышки всегда казались старше своего возраста, рассуждали порой даже лучше чем взрослые. Тогда. полностью разбитая Сонохара, нашла свою пристань, нашла своё место и людей, что смогут понять её сердце и принять любой, какой она бы не была. - Пойдёшь завтра с нами? Мы с Ханой хотим сходить развеяться перед итоговыми экзаменами, - Момо подхватила девушку под руку, всё так же улыбаясь, источая тепло и любовь. - Я думаю можно, - задумалась, поднимая взгляд на белый побеленный потолок, - Но нужно будет ещё к бабушке зайти в больницу. - Могла бы и не говорить, - сдержанно улыбнулась Дзицумэ, идя по левую сторону от Амэй, - Мы в любом случае зашли бы к ней. - Вот именно! - достаточно громко ответила рыжевласая, но тут же ойкнула, падая на деревянный пол. Сонохара тут же остановилась, обращая внимание на подругу. Та смотрела с испуганным выражением лица на причину, по которой упала. Над ней возвышалась девушка с нелепым макияжем и крашенными в блонд волосами. Смотря на упавшую с яростью и ненавистью, потерла плечо. Школьная задира, дочь обеспеченных людей. Она с самого детства считала, что планеты солнечной системы крутятся вокруг неё, как и все люди живущие на планете земля. Более надменного человека и не встретишь. Ребята из средней школы всегда старались обходить её стороной. Не так посмотришь - ищи свои вещи изрезанными в женском туалете, небрежно скинутыми в унитаз. Множество изощренных издевательств хроняться в голове этой бестии. Конечно же, всё ей сходило с рук, ведь богатые родители быстренько всё улаживали и никто в сторону семейки этой не мог и слово вякнуть. Учителя умалчивали по той же причине, разводили руками, мол: “ Мы ничего не можем с этим сделать. Извините.” - Ты куда прёшь, кобыла? - мерзким голосом рявкнула на испуганную девушку. Все в коридоре тут же остановились, замолкая. Каждый из присутствующих боялся и пальцем пошевелить, не дай бог попадутся под горячую руку. Амэй, как бы неосознанно, последовала их примеру. Она не могла ничего сказать, просто не знала, что делать в таких ситуациях. Это ведь не касается её…так ведь? Но что-то сжалось в груди до болезненного неприятно. Положив руку на левую сторону, там, где шустро отбивало ритм сердце, она слушала своё сознание. Сейчас там не тишина, не беспросветная тьма, в которой не видно дальше своего носа, не видно даже своих рук. Её тьма потихоньку начала рассеиваться, нежные цвета акварели разливались в её душе, слышно, как шумит океан, что бился о золотистый песок. Сердце сказало - “Ты не пустышка. В тебе есть огонь. Разожги его и танцуй! Танцуй, богиня звездного неба, танцуй!” - Ты же ведь сама её толкнула… - тихо сказала Сонохара, поднимая глаза на блондинку. В её взгляде серебристым пламенем полыхали звезды и луна. То, что когда-то было похоронено внутри - вспыхнуло, восстало из пепла подобно фениксу. Цветы, заточенные во льдах, вновь расцвели. Две девчонки, что стояли позади крашенной, тут же перестали пережевывать жвачки, удивленно таращились на нахалку. Всё вокруг начали шушукаться, кто-то тут же достал телефон, запуская видеосъемку, вдруг попадётся в кадр месиво. - Че ты сказала? - резко и грубо ответила блондинка, подходя почти впритык. - Амэй. Не надо… - тихо сказала Хана, сжимая чужое запястье. Но она не слышала её и даже бровью не повела. Всё её внимание сконцентрировалось на девушке напротив. - У тебя было достаточно места, чтобы обойти, но ты всё равно шла на Момо, как будто специально. Почему тогда высказываешь ей о том, что она не смотрела по сторонам? - Тебя спросить забыла! Хана, не медля, подошла к дрожащей подруге, осторожно поднимая её с пола. Стоя сейчас за спиной Сонохары, ощущалось всё так, будто ты за каменной стеной. Некогда тихая и отрешенная, сейчас твердо стояла на своём, защищая дорогого человека. Дзицумэ смотрела на неё долго, пыталась понять, всегда ли её подруга была такой или же что-то в ней изменилось. Прекрасная бабочка звездной яркой ночи наконец выбирается из своего кокона, вот вот готовая расправить широко блестящие крылья. 19:48 Школьная библиотека давно опустела, основной свет в помещении погас и только настольные лампы не давали погрузить всё во мрак. Смотрящий библиотеки, развалившись в большом кресле, видел уже второй сон, пуская забавно пузыри. В этой тихой и умиротворенной обстановке, опустив голову на учебник, сидела Амэй. Ресницы её трепетали, но вовсе не из-за сна, что она видела. На протяжении двух минут телефон на столе жужжал, медленно от вибрации сползая к краю. Нехотя Сонохара разлепила глаза и потянулась к телефону, на автомате принимая входящий звонок. - Да? - зевая, сказала она. - Как славно, что ты ещё жива, - пропел знакомый мужской голос по ту сторону. - А это кто? - Как кто? Твой благодетель. - Это вы, Годзё-сан? - вновь зевнула, поднимая голову с книги. Пролежав в одном положении как минимум час, шея её отозваласьноющей болью, как бы намекая, что спать на столе была не лучшая идея. - Ты спишь чтоли? Дома? - Нет. Я в школьной библиотеке. - Тогда жди там. Я сейчас подъеду, дело одно есть к тебе, - сказал Сатору, а после сбросил, сосредоточив внимание на дороге. На улице было прохладно, легкий ветерок приподнимал школьную юбку, подхватывал шелковистые черные нити волос, развевая. У школьных ворот ни души, лишь девушка в коричневом теплом пальто одиноко стояла под фонарём. Со стороны это выглядело довольно романтично, если бы кто-то увидел. Нежный желтый свет от фонарного столба падал на хрупкую фигуру, хлопья снега кружили вокруг неё вальс, держа путь к земле. Они падали вниз, к ногам Амэй, и сразу же таяли. Снега в Японии зимой слишком мало. Он покрывает Токио белоснежным ковром только на несколько дней, а после исчезает, оставляя после себя только слякоть. Амэй обожала снег. В эти моменты душа её обретала покой, а тело хотело кружится в вальсе, в такт снежинок, а после, падая на землю, исчезнуть без следа. Вскоре, к одиноко стоящей под светом фонаря девушке, подъехала черная машина, из которой тут же вышел он. Высокий бог с белоснежными волосами и уже привычной черной повязкой, что скрывала глаза. На нем сейчас не было теплой одежды, только черная форма с высоким широким воротником. В руках он держал белый зимний шарф, и, подойдя к Амэй, надел его на шею, осторожно укутывая её. - Ты что, решила слечь с температурой? - пробубнил он, аккуратно поправляя шарфик. - Чтобы заболеть, человеку необходимо подхватить вирус. От холода ничего не будет. - Да да. Как скажешь, - всё так же тихо ответил Сатору. Она подняла голову, сонным взглядом рассматривая белоснежную шевелюру, на которую падали белые хлопья. В этот самый момент он действительно выглядел как бог, что покинул небесное царство. Светловолосый ничего не сказал, лишь развернулся к машине, без слов приглашая за собой. - Какое у вас ко мне дело? - Амэй поудобнее устроилась на сиденье, закрывая после дверь. - Я смог найти записи о печати, что перекрывает тебе доступ к проклятой энергии. Это первое, - он сделал небольшую паузу, пока выруливал на главную дорогу, после продолжил, - Второе: ослаблять её начнем только в марте, так как я не знаю, как на тебе это отразится. - А что третье ? - Узнаешь, когда приедем. Оставшееся время до дома Амэй они ехали молча. Сатору с головой ушел в свои мысли, а Сонохара, отвернувшись к окну, разглядывала проплывающую картину. На город давно опустились сумерки, но темно не было. Улицы столицы освещало бессчетное количество фонарей, ярких вывесок на зданиях и реклам. Людей было много, в прочем, как и всегда. Они кутались в теплые одежды, прятались в ресторанах и кафе. Людей было много, но в этой толпе ты всегда будешь одинок. Доехали они быстро, и двадцати минут не прошло. Плавно заняв свободное парковочное место, Годзё сразу же достал из кармана небольшую синюю коробочку, и протянув её Амэй, сказал: - Это подвеска из адуляра. Я напитал его своей энергией, так что можешь некоторое время ходить спокойно. - Как это? - приняв коробочку, тут же открыла, разглядывая украшение. Белый, почти прозрачный, небольшого размера, камушек, на свету переливался нежно голубым. Словно сейчас в её руках кусочек льда из самой прекрасной сказки. - Маги умеют вливать свою энергию в предметы и использовать их для защиты и с их помощью изгонять проклятия. Моя энергия будет отгонять их, они не посмеют к тебе подойти, - ответил он, улыбаясь, - А теперь ступай домой. И не забудь мой номер сохранить. - Хорошо. Спасибо! - сдержанно улыбнулась Амэй, прижимая к себе коробочку с украшением, и, попрощавшись, покинула салон машины, убегая поскорее домой.