Без названия

Поздний вечер. Здание Кьюб Энтертеймант. Частное мероприятие. Соён осталась дольше всех — её пригласили на неформальную встречу с продюсером, который хотел обсудить сольный проект. Менеджеры ушли, девочек не было рядом. Юци узнала об этом только спустя полчаса, когда вернулась за забытой сумкой в здание и услышала от стаффа: — Соён ещё у продюсера. Он в студии С6. Внутри студии C6. Комната была почти темной. Мягкий свет от мониторов. Соён сидела на диване, напряжённая. Продюсер — мужчина лет сорока — говорил слишком мягко. Слишком близко. Он слишком многое себе позволял, в жестах, в словах. Его ладонь уже касалась её плеча. — …ты же понимаешь, в этой индустрии многое решается между строк. Я могу дать тебе всё. Сольно. И твой голос, и клип — ты будешь звездой, Соён. Только будь гибче. Пойми меня правильно… Соён попыталась отстраниться. — Я думаю, мне пора. Он медленно подходит к двери и закрывает её на щелчок. — Подожди, мы же просто разговариваем. Куда ты убегаешь? Он подходит ближе. Слишком близко. Соён делает полшага назад, но стол упирается ей в бёдра. Ты много трудишься. А я... могу дать тебе больше. Он положил руку на её запястье. Наклоняется, почти шепчет: — И не надо делать вид, что ты не знаешь, как всё устроено. Все так делают. Один вечер — и я лично устрою, чтобы ты получила всё, чего желаешь. Он тянется к её щеке, пальцы почти касаются кожи. Соён резко отступает, голос напряжённый. — Руку уберите! Не трогайте меня! — Ха-ха, хочешь показать свою дерзость? Любишь когда берут силой? Ну давай поиграем... Он выпрямляется, лицо каменеет. Резко подходит к ней, и наваливаясь прижимает к столу. Дверь резко вылетает, с грохотом — как удар. Юци влетает внутрь, дыхание рваное, глаза горят. Продюсер вздрагивает, не успевает даже отступить — Юци уже возле него. Её рука сжимается в кулак, и первый удар - в челюсть. Глухой звук, он отступает, покачиваясь. — Я тебя уничтожу, тварь. Как ты посмел притронуться к тому, что принадлежит мне???! Она не даёт ответить — второй удар, локтем в грудь. Он падает на спинку стула. Она поднимает его за ворот рубашки. —Ты исчезнет отсюда, сука, с этой минуты тебя больше не существует. Собираешь свои вещи и уёбываешь с этой страны. Если я хоть раз тебя увижу - Я тебя прикончу. С каждым словом — короткие, редкие удары. В плечо, по щеке, снова в грудь. Он пытается закрыться, но Юци сильнее — не физически, а силой ярости. В её голове всё гудит. Она видела, как Соён дрожала, как молчала, прижавшись к стене. Улыбка, которая обычно светится — исчезла. Это выключило в Юци всё. Она больше не айдол, не публичная персона. Сейчас — только ярость, Грязная, жгучая, настоящая. Продюсер еле встал, жалкий, скрючившийся. — Это не твоё дело, Сон Юци. Мы обсуждали проект. Она больше не слушала. Просто встала между ним и Соён. Не крикнула. Не ударила. Только посмотрела — и всё стало ясно. Такой Юци не видел никто. Даже Соён. Продюсер что-то пробормотал и вышел. Быстро. Почти побежал. Юци повернулась. Соён всё ещё сидела. Не могла поднять глаза. Плечи дрожали. Юци опустилась на колени перед ней. Молча. Осторожно дотронулась до руки. — Всё хорошо. Ты в безопасности. Я рядом. — голос тихий. Соён всхлипнула. — Я… не смогла ничего сказать. Я замерла. Это было… будто меня выключили. — Ты не виновата, Соён. Прости, прости пожалуйста.... Я должна была быть рядом. Юци прижала её лоб к своему. — Я не позволю никому тронуть тебя. Никогда. --- Минни, Миён и Шухуа уже были в курсе. Они сидели в общей комнате, потрясённые, пока Соён лежала в комнате Юци. Шухуа сжимала кулак: — Почему такие люди вообще среди нас? Минни молча наливала всем кофе. Миён — впервые — не пыталась шутить. Она тихо сказала: — Я не знала, что у Юци такой голос. Такой... взрослый.