Angel of Blood: Human Heart

Чонгук

Голова раскалывалась. Кажется, я переборщил с пивом вчера. Еле разлепив глаза, я обнаружил себя на диване в гостиной, рядом с полупустой коробкой из-под пиццы и несколькими пустыми банками. Стив храпел на полу, на расстеленном одеяле, а Тэхёна... Тэхёна нигде не было видно. Он, наверное, свалил к себе в общежитие, пока мы тут отключались. Ну и хорошо. Меньше проблем. Я попытался подняться, и мир качнулся. Чёрт, давненько я так не отрывался. Нужно было привести себя в порядок, ведь сегодня лекция отца. Мысль о нём заставила меня поморщиться ещё сильнее, чем похмелье. С трудом добравшись до ванной, я включил холодную воду и сунул голову под кран. Ледяные струи немного привели меня в чувство. Глянув в зеркало, я увидел растрёпанного, бледного парня с красными глазами. Не лучший вид для встречи с отцом. Я принял быстрый душ, пытаясь смыть остатки вчерашнего веселья и противного запаха пива. Чистые вещи нашлись быстро. Выбрав что-то нейтральное – тёмные джинсы и свободную толстовку, я попытался причесаться. Без особого успеха. Взглянув на часы, я понял, что времени на долгие сборы нет. Нужно было хотя бы заскочить в кофейню по пути. Стив всё ещё спал, когда я выходил из пентхауса. Захлопнув дверь, я глубоко вдохнул утренний воздух, пытаясь прочистить лёгкие. Путь до университета занял минут пятнадцать, и я успел купить крепкий американо, прежде чем направиться к аудитории. Когда я вошёл, большинство студентов уже сидели на своих местах, а отец уже стоял за кафедрой, поправляя очки. Он был таким же строгим, как всегда, его взгляд скользнул по аудитории и задержался на мне всего на секунду, прежде чем он продолжил свою речь о тонкостях конституционного права. Ни приветствия, ни даже намёка на признание. Впрочем, я и не ожидал ничего другого. Я нашёл свободное место в дальнем ряду и опустился на стул, стараясь быть как можно незаметнее. Голос отца звучал монотонно, но каждое его слово было отточено и весомо. Рядом со мной, к моему удивлению, сидел Тэхён. Он выглядел свежим и выспавшимся, как будто и не было никакой ночной пирушки. Его глаза внимательно следили за отцом, и я заметил лёгкую, едва уловимую улыбку на его губах. Попытавшись игнорировать его присутствие, я достал тетрадь, хотя буквы сливались перед глазами. Профессор Уайт продолжал говорить о каких-то прецедентах, и я изо всех сил старался сосредоточиться, но похмелье и неприятное ощущение того, что Тэхён сидит так близко, мешали. Внезапно Тэхён наклонился ко мне, его тёплое дыхание коснулось уха. — С чего это ты такой смирный сегодня, зайка? — прошептал он, и я почувствовал, как мурашки пробежали по коже. Я вздрогнул, стараясь сохранить невозмутимый вид, и бросил на него быстрый взгляд. — Тише. Это мой отец. Тэхён лишь усмехнулся. — Я заметил. Почему его фотографий нет в пентхаусе? Его вопрос застал меня врасплох. Я ожидал чего угодно, но не этого. Я лишь хмуро взглянул на него, не зная, что ответить. Отец как раз сделал паузу, оглядывая аудиторию, и я почувствовал, как его взгляд на мгновение снова задержался на мне. — Все в порядке, Чон? — голос профессора Уайта был ровным, но в нем слышалась стальная нотка. — Да, профессор, — ответил я, стараясь звучать как можно увереннее. Профессор Уайт кивнул и продолжил лекцию, но я чувствовал, как Тэхён все еще смотрит на меня, ожидая ответа. Лекция тянулась бесконечно. Каждое слово отца отдавалось в моей голове не то отголоском похмелья, не то давней, въевшейся в подкорку неудовлетворённостью. Он был безупречен, как всегда. И именно эта безупречность всегда давила на меня. Рядом Тэхён, кажется, делал вид, что слушает, но его боковой взгляд то и дело возвращался ко мне. Я чувствовал его присутствие буквально каждой клеточкой, и это было одновременно раздражающе и… странно притягательно. Как только профессор Уайт объявил о перерыве, студенты начали подниматься со своих мест. Я поспешил вскочить, чтобы поскорее покинуть аудиторию, но Тэхён оказался быстрее. Он встал передо мной, блокируя путь, и его улыбка была слишком уж невинной. — Куда так спешишь, Чонгук? — спросил он, его глаза искрились весельем. — Может, прогуляемся? Или ты всё ещё боишься вопросов о своём отце? Я нахмурился. — Не твоё дело. И я не боюсь никаких вопросов. Я попытался обойти его, но Тэхён легко шагнул в сторону, снова преграждая путь. — Ой ли? А мне показалось, что ты сбегаешь. Ну же, Чонгук, это просто прогулка. Или ты боишься, что я тебя съем? — Он подмигнул, и его взгляд скользнул по моим губам, отчего мои щёки снова вспыхнули. — Придурок, — пробормотал я, но уже чувствовал, как напряжение немного спадает, уступая место лёгкому раздражению. — И что ты хочешь этим добиться? — Просто немного твоего времени, — Тэхён пожал плечами, его улыбка стала шире. — Поговорим. Обо всём, что тебе так не хочется обсуждать. Например, о том, почему твой отец не появляется на семейных фото. Я стиснул зубы. Он был настойчив, и это одновременно злило и... интриговало. С ним было невозможно злиться по-настоящему. — Ладно. Но только до следующей лекции. И не смей задавать идиотские вопросы. — Договорились, — Тэхён сиял, как солнце. — Пойдём, кофе я покупаю. И прежде чем я успел что-либо сказать, он взял меня за локоть, легко потянув за собой к выходу из аудитории, оставляя за собой шлейф своего манящего аромата. Я мог поклясться, что чувствовал на себе взгляды других студентов, но мне было уже всё равно. Мы пришли в небольшую кофейню недалеко от университета. Запах свежесваренного кофе и выпечки немного успокоил мой желудок. Тэхён заказал мне ещё один большой американо и себе какой-то модный латте. Мы сели за столик у окна. Я сделал большой глоток, пытаясь избавиться от противного привкуса во рту. — Так, Чонгук, — Тэхён поставил свой стакан на стол, его глаза были полны любопытства. — Почему твой отец не… Но он не успел договорить. К нашему столику подошла Лия, улыбаясь. — Чонгук! — её голос был мягким и благодарным. — Я так рада тебя видеть! Ещё раз огромное спасибо за вчерашнее. Ты меня просто спас! Я почувствовал, как лёгкая улыбка тронула мои губы. — Да не за что, Лия. Рад, что всё обошлось. — Я бы хотела тебя поблагодарить по-настоящему, — она чуть покраснела, — может, ты согласишься поужинать со мной сегодня? Я на мгновение заколебался, бросив взгляд на Тэхёна, который застыл с поднятой чашкой латте, и его улыбка медленно сползала с лица. Его глаза сузились. В тот момент, когда он заметил, куда я смотрю, он вновь натянул на себя маску безразличия. — Да, почему бы и нет, — ответил я Лие, чувствуя, как этот ответ что-то изменил в Тэхёне. — Запиши мой номер, я тебе напишу, когда освобожусь. Лия просияла, быстро записала номер и, ещё раз поблагодарив, ушла. Как только она отошла, я повернулся к Тэхёну. Его лицо было непроницаемым, но я заметил, как он стиснул челюсти. В его глазах мелькнула какая-то странная, до боли знакомая эмоция. Ревность? От этой мысли меня немного озадачило, но одновременно и сильно смутило. — Что? — спросил я, пытаясь прозвучать равнодушно. Тэхён медленно поставил свой латте на стол. — Ничего, зайка, — его голос был ровным, но в нём чувствовался холод, которого я раньше не слышал. — Просто… наслаждайся ужином. Он отпил свой латте, но взгляд его был колючим. Воздух между нами вдруг стал густым, наэлектризованным. Я не знал, что сказать, и просто смотрел на него. Его обычная игривость исчезла, уступив место какой-то мрачной сосредоточенности. Он молчал, и это молчание было громче любых слов. Я чувствовал, как он словно поставил невидимую стену между нами, и это было непривычно. Наконец, Тэхён отвёл взгляд и уставился в окно, сквозь стекло наблюдая за суетящимися студентами. Он выглядел отстранённым, погружённым в свои мысли. Я почувствовал себя неловко. Это была первая их ссора, если это можно так назвать, и она оставила неприятный осадок. Мне почему-то хотелось, чтобы он снова начал дразнить меня или подкалывать. Это было привычнее, понятнее. — Так… — я попытался нарушить тишину. — О чём ты хотел поговорить? О… отце? Тэхён медленно повернул голову, его глаза снова встретились с моими, и теперь в них читалась лишь холодная отстранённость. — Уже неважно, Чонгук. Иди ужинать со своей Лией. Я почувствовал, как раздражение начало смешиваться с... чем-то вроде укола совести? Или это просто похмелье играло злые шутки? Тэхён обычно был таким лёгким, весёлым, а сейчас он сидел напротив, как неприступная стена. Это было непривычно и выбивало из колеи. — Ну и что это значит? — я отложил свой стакан. — Ты сам предложил поговорить, а теперь заднюю даёшь? Что за цирк? Тэхён вздохнул, его взгляд скользнул по моей руке, которую я положил на стол. Он не ответил сразу. Казалось, он обдумывал каждое слово. — Это значит, что тебе есть чем заняться, Чонгук. Ужин с Лией, например. Я не хочу тебя отвлекать. Его голос звучал так равнодушно, что я почти поверил. Почти. Но я видел, как напряжены его плечи, как он сжал пальбы на стакане. — То есть, ты просто расстроился из-за Лии? — я невольно прищурился, пытаясь разгадать его. Тэхён хмыкнул. — Я? С чего бы мне расстраиваться из-за того, что ты пойдёшь на свидание с девушкой? Его слова были колкими, но это была та самая дерзость, которая мне была привычна. Это было лучше, чем его молчание. — Тогда в чем дело? — А ни в чем, — Тэхён поднял взгляд, и в нём мелькнул огонёк. — Просто я думал, у нас есть договор. До следующей лекции. А ты уже всё распланировал. Я почувствовал себя пойманным. — Но это просто ужин! — Конечно, — его голос был полон сарказма. — И тебе, конечно, очень нужен этот ужин, ведь ты так сильно интересуешься девушками. Я снова покраснел. — Это не твоё дело! — Ой ли? — Тэхён вновь наклонился ко мне, но на этот раз не так близко, как в ванной, но достаточно, чтобы я почувствовал его присутствие. — А разве ты не сказал, что я теперь твой "персональный парикмахер"? А парикмахеры, знаешь ли, любят быть в курсе жизни своих клиентов. Особенно, когда эти клиенты... такие интересные. Он снова назвал меня "зайкой" в своих мыслях? Я не был уверен. Но он определённо давил на меня. Я смотрел в его глаза, пытаясь понять, что за ним кроется. Игривость вернулась, но за ней чувствовалась какая-то обида. Или это я себе накручиваю? — Это не даёт тебе права лезть в мою личную жизнь, — наконец выдавил я, стараясь звучать твёрдо, но голос немного дрогнул. Тэхён откинулся на спинку стула, его губы изогнулись в хитрой улыбке. — А я и не лезу. Просто интересуюсь. В конце концов, мы же друзья, верно? И друзья делятся друг с другом. Или ты что-то скрываешь, Чонгук? Он снова вернулся к своей излюбленной тактике – давить, но при этом делать вид, что это просто дружеское любопытство. И, чёрт возьми, это работало. Я чувствовал, как он медленно, но верно проникает под мою броню. — Ничего я не скрываю, — проворчал я, отворачиваясь к окну. — Просто... это сложно. — Вот видишь, — Тэхён понизил голос, и в нём появилась нотка сочувствия, которая меня удивила. — А я готов слушать. Когда ты будешь готов говорить. На мгновение повисла тишина. Я чувствовал его взгляд на себе, но не поворачивался. В голове крутились мысли о Лие, об отце, о Тэхёне и его странной, непонятной ревности. Это всё было слишком много для моего похмельного мозга. Внезапно Тэхён поднялся. — Ладно, Чонгук. Кажется, наш кофе закончился. И до следующей лекции осталось не так много времени. Увидимся. Он оставил деньги на столе и, прежде чем я успел что-либо сказать, просто ушёл, оставив меня одного с недопитым кофе и кучей вопросов в голове. Я смотрел ему вслед, пока его силуэт не исчез за дверью кофейни. Оставшись один, я почувствовал странную пустоту. Разговор с Тэхёном, хоть и был полон подколок и скрытых смыслов, всё же держал меня в каком-то напряжении, не давая погрязнуть в собственных мыслях о похмелье и отце. Теперь же, когда он ушёл, всё вернулось. Я допил свой остывший американо, чувствуя, как горечь напитка отражает моё внутреннее состояние. Мысли о Лие и предстоящем ужине казались теперь не такими уж и привлекательными. Я согласился на него почти машинально, чтобы отвлечь Тэхёна, но теперь это казалось каким-то... неправильным? Или просто я слишком устал, чтобы разобраться в своих чувствах. Я встал, покинул кофейню и медленно побрёл в сторону университета, где должна была начаться следующая лекция. Голова всё ещё болела, но теперь к физической боли добавилась какая-то эмоциональная тяжесть. Я не гей. Но почему тогда реакция Тэхёна так сильно задела меня? И почему его отсутствие так ощутимо?