Навстречу тебе, сквозь века

Ким Даон всегда входил в аудиторию так, будто это подиум. Даже если опаздывал. Особенно если опаздывал. — Преподаватель Квон, клянусь жизнью Чон До-чона, я не проспал — я… исследовал влияние сна на усвоение исторических фактов, — вещал он однажды, заскакивая в аудиторию, где уже полчаса шёл семинар. Все знали: Даон снова засиделся у подруги, обсуждая политические мемы эпохи Трёх Королевств. Или устраивал «экспедицию» в круглосуточный чимэк-бар с друзьями. Или внезапно решил на спор переписать всю "Анналы династии Чосон" вручную. На спор. За пиво. Он был этим студентом — душой кампуса, самым шумным на факультете истории и одновременно одним из лучших. Как он всё успевал — никто не понимал. Даже он. — Просто я потомок великого историка, наверное, — говорил Даон и подмигивал. — Только если великого лжеца, — кривился преподаватель Квон, но каждый раз улыбался. --- Ближайшее окружение Даона: Пак Ха Джин — лучший друг, будущий юрист. Циничный, постоянно "трезвый голос разума", но обожает Даона тайно и сердечно. Мин Сохён — вторая лучшая подруга, студентка культурологии, яркая, громкая, всегда с чаем в руках. Знает все секреты и разбивает чужие сердца между парами. О Су Бин — девушка Даона. Скромная, но остроумная студентка из факультета искусств. Любит фотографировать и носит очки с толстой оправой. Они начали встречаться "по приколу", но затянуло. --- В общежитии Даон был героем. Он устраивал тематические вечеринки по династиям, пел рэп на ханче, вел исторический подкаст с Сохён и ставил на звонок преподавателя звук гонга из старинной дорамы. И всё же… Иногда, ближе к ночи, он доставал из-под кровати старую книгу — анналы при дворе Чосон — и перелистывал страницы, будто искал кого-то. …И всё же, были у Даона минуты тишины. Обычно — после трёх часов ночи, когда весь кампус замирал, только ноутбуки гудели в углу, а чай из автоматов давно остыл. Он садился у окна с книгой и смотрел, как снег падает на старинный двор университета. В ту ночь ему попалась старая копия "Скрытых хроник Восточного двора". Бумага пожелтела, некоторые иероглифы были едва различимы, но Даон любил такие экземпляры — в них хранились не только факты, но и забытые дыхания времени. На 243-й странице, среди деловых записей о казне чиновника и списке поставок риса, он увидел фразу, обведённую слабым, почти стёртым чернилом: «…и был тогда человек, имя которого смыто временем, но помнят его, как юного полководца с глазами небесной грозы. Говорят, явился он во сне мудрецу, за три года до великой битвы. Его называли: Чхве Джусон. Лишь один портрет был оставлен. И тот — утерян…» Даон застыл. Он не знал, почему сердце вдруг сжалось. На полях кто-то приписал карандашом: См. архив визуальных копий, музейная база, №01357-KJ. Он откинулся на спинку стула, уставился в потолок и тихо выдохнул: — Кажется, у нас назначено свидание, товарищ Чхве… — Господа, — профессор Хан щёлкнул указкой по кафедре, — диссертация — это ваш билет за пределы этой аудитории. Постарайтесь не потерять его, как вы теряете студенческие. Даон закатил глаза, но тут же включился — это был его любимый предмет, а эпоха Чосон всегда притягивала его. Особенно после того странного открытия в старом архиве. — Тема любая, — продолжил профессор. — Но по эпохе Чосон. Без банальщины. Оригинальность, погружение, поиск. Он тут же нацарапал в блокноте: Чхве Джусон. — Не говори мне, что ты опять решил выкапывать полузабытых героев, — проворчал Пак Ха Джин, сидевший рядом. — Найди себе живое увлечение. Желательно без меча в руке. — А если это и есть моё призвание? — усмехнулся Даон. — Тогда у тебя больше проблем, чем я думал, — хмыкнул Ха Джин, но в его голосе проскользнула нотка заботы. К ним присоединилась Мин Сохён, держа в руках огромный стакан чая и сжимая подмышкой стопку распечаток. — Он снова нашёл таинственного красавчика в летописях? Я уже чувствую, как начинаются неприятности. — Не "красавчика", а великого полководца, — поправил Даон, но она лишь закатила глаза. — Одно другому не мешает. Надеюсь, он хотя бы с хорошим подбородком. — Вы сговорились, что ли? — пробурчал Даон. Но внутри всё уже горело от нетерпения. Позже, вечером, он пытался объяснить всё О Су Бин, своей девушке. Та сидела на полу его комнаты, листая фотоальбом с кадрами старых уличных вывесок. — Это не просто проект. Это… какое-то чувство. Как будто он мне знаком. Су Бин поправила очки и взглянула на него внимательно. — Даон… с тех пор, как ты нашёл ту запись, ты стал другим. Я понимаю, история — это твоё, но… — Ты думаешь, я схожу с ума? — Я думаю, ты становишься кем-то, кого я уже не совсем понимаю, — тихо ответила она. — Ты больше не смотришь в объектив. Ты смотришь в прошлое. А я — здесь. Он замолчал. Только достал папку с пометкой "01357-KJ" и снова взглянул на выцветший портрет с полурастворившимся силуэтом. Имя: Чхве Джусон.