не плачь

о тэхене и чонгуке и их отношениях знает каждый в компании. только придя в компанию, всех поставили в известность, чтобы не было флирта или намеков на что-то. чонгук собственник, поэтому сразу попросил об этом мужа. он в своем альфе уверен, но видеть, как около него крутятся омеги и девушки — неприятно. а тэхену только нравится смотреть на довольного чонгука, который при всех потерся щекой о его шею и оставил на нем свой запах до конца рабочего дня. их коллектив дружный, так что время от времени на праздники они собираются где-то, иногда даже в компании, и отмечают парой шотов. в этот раз двадцать человек разместилось в комнате отдыха. на всех мест на диванчиках и пуфиках не хватило: пришлось садиться на пол. событие для сбора — одной из коллег исполняется тридцать. — ну что, в правду или действие? — предлагает кто-то. — мы что, подростки, чтобы играть в это? — зато весело. все садятся в круг на полу, чонгук двигается ближе к тэхену, облокачивается на диван позади, обвивая руку тэхена своими и кладя голову ему на плечо. первые минуты на них горлышко бутылки не останавливалось, давая расслабиться и посмеяться над откровениями коллег и действиями, загаданными особо смелым. хосок, кувыркнувшись на диване и чуть не упав с него, крутит бутылку. все задерживают дыхание на секунду. горлышко указывает на тэхена. улыбка чона становится хитрой, но тэхен обламывает его, говоря: — правда. он устал за рабочий день, сил для выполнения херни нет совсем. — хм… когда ты плакал в последний раз? тэхен задумывается, пытаясь вспомнить, но после минуты размышлений качает головой. — наверно, когда был на выписке сестры из роддома, — усмехается альфа. — это было год назад, — шокировано смотрит чонгук. и без ого большие глаза становятся еще больше от удивления. его муж лишь пожимает плечами. — ты придерживаешься позиции, что альфы не плачут? — интересуется именинница. — да нет, просто… если буду плакать я — чонгук будет плакать тоже, а я не хочу, чтобы он плакал, — честно отвечает, в конце смотря с улыбкой на своего очаровательного мужа. и у того глаза на мокром месте. — чего ты, чонгу-я? — ласково спрашивает ким, поворачиваясь к чонгуку и загораживая его ото всех. нежно хватает за щеки, чуть сжимая их. на них уже не обращают внимания, отмахнувшись от сладкой парочки. — почему ты такой… — надрывно шепчет омега. — идеальный. — я просто люблю тебя, малыш, — он прижимает омегу к себе, давая ему спрятать лицо у него в груди. через пару секунд он слышит приглушенную просьбу: — плачь, когда хочешь. я ведь тоже люблю тебя. — все, что захочешь. могу плакать, если прикажешь, — хохочет тихо тэхен. — дурак, — чонгук вылезает из своего укрытия. — а когда я расскажу тебе о беременности, ты будешь плакать? — нет, — серьезно отвечает ким. — беременным нельзя плакать и волноваться. гук хихикает, утыкаясь в шею мужа. — пошли домой, хочу лежать с тобой в кровати и обниматься. тэхен встает, тянет за собой чонгука и, придерживая его за талию, подходит к имениннице, чтобы еще раз поздравить. — идите уже, а то чонгук нас всех сожрет, если мы не дадим ему понежиться с тобой, — смеется союн, махая рукой. уже в кровати, под теплым одеялом и с фильмом на фоне, чонгук лежит на плече мужа. ковыряет его спальную футболку, о чем-то усиленно думая. тэхен не допытывает — омега сам расскажет, когда захочет. — тэ… тихо зовет гук. — да, малыш? — ты правда не плачешь из-за меня? — почему с виной в голосе спрашивает омега. — чонгук, — начинает тэхен, смотря только на него. — я не плачу, потому что не хочу, чтобы ты плакал тоже. я не люблю видеть слезы на твоем лице. я сам это выбрал, поэтому ты не должен себя винить за что-то. понял, малыш? — понял-понял, — лепечет чонгук, почти накаливаясь на тэхена и целуя его в щеку, потом — в губы. коротко, из-за чего ким недовольно мычит и сам затягивает его в нежный поцелуй, полный чувств. — и чего ты такой идеальный?