В последний раз

Икар знал, что завтра он умрёт. Да, его лишили высокого статуса, а медный браслет он снял самостоятельно, но это не значит, что доступа к Фемиде не было. Ещё в приюте Икар понял, что даже если он, по ощущениям, находится в полной безопасности, лазейку оставлять надо в любом случае. Никто не знает, сколько эта безопасность продлится. Здесь получилось именно так. Икар лично приложил руку ко многим обновлениям Фемиды и всегда оставлял маленький пунктик в коде, который давал ему возможность в любой момент воспользоваться ИИ. И поэтому Икар знал обо всём, что происходило. Он не был глупым и наивным мальчишкой, ослепленным своей мечтой, совершенно нет. Икар прекрасно понимал все риски, осознавал, что его громкое выступление на шоу Деметры вызовет волну обсуждений. И, конечно, Тесей не сможет оставаться в стороне от такого. Икар предполагал, что тот будет всеми силами стараться сохранить полный контроль над Полисом. Но не ожидал, что Архонт прибегнет к таким методам. Его диалог с Брутом юный гений прослушал несколько раз. Внимательно, не отрывая взгляда от экрана, на котором показывалось изображение с камеры. «Принеси мне крылья героя павшего». Вот оно как... Тот, кого он считал своим отцом, отвернулся от него окончательно. — Фемида, — Икар запнулся, не зная, как правильно сформулировать, — какова вероятность... что Брут выполнит приказ? — Считываю эмоциональный фон... Вероятность – 50%. Икар прижал одну ногу к груди, задумчиво кусая губы. 50 процентов. — А какова вероятность, что Тесей предусмотрит действия в случае, если Брут отступит? — Крайне велика. Тихий вздох. Икар чувствовал, что ответ будет таким, но услышать подтверждение собственных мыслей было тяжело. Значит, завтра. Так странно знать, что тебе остался один день... Даже меньше. Полвечера и одна ночь. А с утра он пойдёт на Центральную Площадь. Пойдёт, не отступится! Он обещал. Кто, если не он? Кто поведёт людей за собой? Хотя, учитывая недавние события, людей за собой поведёт Муза. С ней ведь точно ничего не случится. Она полетит, она откроет новые миры. И обязательно будет о нем помнить... Будет же?... От тяжёлых давящих мыслей его отвлёк звонок. Взяв со стола гаджет, Икар, не глядя, поднял трубку. — Икар, Икар, послушай меня! — из динамиков раздался взволнованный голос друга. — Хватай прямо сейчас Музу и улетайте, не ждите утра, улетайте скорее! На сердце сразу стало теплее. Значит, Брут действительно не предал. Решил пойти в обход, предупредить его. Он пошёл против Системы, против Архонта и Полиса. Ради своего друга. Брут... Его дорогой Брут... Но нельзя. Икар не должен показать, что знает всю правду. Не должен показать, что уже принял это страшное решение: — Брут? Что ты несёшь? — Тесей не допустит этот полет. — Он же сам его разрешил, — да, как разрешил, так и отменит. Архонт по головам пробежится ради безопасности. И угрозу городу представляет именно Икар. В трубке раздался тяжёлый вздох. Икар невольно улыбнулся. Вот как всегда Бруту приходится разгребать все проблемы. Бедный он, устал... Отпуск нужен, здоровый сон и любимый человек рядом. Но нет... Только груз ответственности. — Икар, послушай меня, — голос стал ровнее, будто учёный объяснял что-то маленькому ребёнку. — Ты в опасности. Я тебе прямо сейчас принесу крылья, и летите, открывайте новые миры. Ты же этого так хотел, Икар! Подойдя к окну, кудряшка поднёс телефон к стеклу, сквозь которое пробивались крики счастливых людей, что получили шанс на совершенно новую жизнь: — Ты слышишь? Это люди, которым я обещал новый мир. Я не могу сбежать! — Люди?... Да они предадут тебя при первой возможности! Может... Может, на самом деле не придут, решив, что безопасность им дороже, что нет смысла так рисковать, шагая в никуда ради эфемерной мечты, но Икар пообещал. И он выполнит. — Но ты... Ты ведь не предашь? — голос невольно сорвался, выдавая настоящие эмоции. Икар знал, какой выбор навис над Брутом. Знал, что этот звонок очень рискованный. Но все же сейчас ощущал себя маленьким ребёнком, который цепляется в руку единственного друга, умоляя не уходить, остаться, ведь иначе придут страшные кошмары, которые захватят разум и утащат, утащат глубоко, в тёмную бездну... — Икар, послушай... — Принеси мне крылья. Но завтра. — Будь по-твоему... А на компьютере Икар уже открывает камеру из комнаты, где находится Брут. Видит, как тот медленно опускает руку с гаджетом от уха, как несколько секунд смотрит в пустоту. Затем Икар выключает трансляцию. Не хочет видеть. Не может видеть. Не желает знать, предаст его друг или нет. Паника накрывает в ванной. Внезапно напрыгивая со спины, сжимая шею своими цепкими пальцами, не давая возможности вдохнуть и выдохнуть. У Икара подкашиваются ноги, он, облокачиваясь на стену, медленно сползает по ней на пол. К горлу подкатывает ком, глаза щиплет от слёз. Икар не хочет умирать. Он не готов, он совсем юн, он так и не смог пройти этот путь до конца... На полу неудобно и холодно. Нужно взять себя в руки, принять душ, подготовиться к завтрашнему полёту... Да хоть написать пару прощальных слов для Музы, Брута и Лии! Он должен попрощаться, он должен хотя бы сказать «спасибо» за то, что эти люди сделали в его жизни... Он... На голову лилась горячая вода, почти что кипяток. Но всё равно было холодно, он просто не мог согреться. Волосы липли ко лбу, к лицу и спине, укладка полностью сбилась. Икар обхватил руками себя за плечи, вонзаясь ногтями в кожу. Страх... И паника... Икар читал про смертную казнь, в архивах Фемиды была информация про то, как в прошлом расправлялись с предателями и преступниками. Наверное, когда им зачитывали приговор, они ощущали себя также. Кто в Полисе хочет умереть? Это глупо! Нет, когда появилась возможность сравнить их жизнь с выживанием Изгоев, Икар нашёл много недостатков в высокотехнологичном городе. Но, даже учитывая браслеты и ограничения, здесь было всё для жизни. Почти всё... Именно браслеты и могли подкашивать желание жить у некоторых горожан. Обычно всё блокировалось сразу, но было несколько личностей, которых браслет просто уничтожил изнутри, что для душевного освобождения они выбрали смерть... Такие случаи можно по пальцам перечесть, и всё же последний до сих пор стоял у Икара перед глазами. Вроде же всё есть у человека: хорошая работа, высокий статус, признание в обществе, друзья! Не было только свободы. Свободы мысли, свободы действий, свободы творчества... Отсутствие свободы и сгубило того дизайнера, который несколько раз даже работал вместе с Икаром, точнее, с Брутом. Помогал с разработкой презентаций для каких-то гаджетов. Он был живым. И ушёл внезапно. Как звезда, что резко сорвалась и стремительно рухнула вниз, так и он рухнул с крыши одного из зданий. Не должно такого случаться! Не должны люди умирать по собственному желанию! И поэтому Икар должен повести их в новый мир, в мир лучше! Он выключил воду, завернулся в полотенце и вышел из ванной. Снова ошибся. Не он поведёт. Муза. Его самого завтра не станет. Дальнейшие действия были механическими, настолько привычными, что из мыслей даже пропал пунктик, что, вообще-то, он делает это в последний раз. Заваривает чай, сушит волосы, переодевается в пижаму... Себя он осознал сидящим на краю кровати. Ложиться ли спать сейчас? Толку? Последний день, надо насладиться им максимально. Точнее, заняться делами. Расписать свои идеи для Музы, подготовить прощальные письма для неё, для Брута и Лии. Даже для Тесея, возможно... Пусть он и отдал такой ужасный приказ, но его понять можно. Всё на благо Полиса. Пусть теперь такое понятие, как «благо», в понимании Архонта и его бывшего подопечного совершенно различается. Что для одного благо, для другого — опасность для мирной жизни и безопасности города. Интересно, а умирать очень больно? Или всё закончится сразу же? Что будет там, после смерти? Рай и Ад, про который он читал? Перерождение? Или вечная пустота? Если первое, то он, возможно, вновь встретит Барда... И сможет познакомиться с родителями... Они все точно должны были попасть в Рай. Но не окажется ли, что путь для Икара туда закрыт? Вдруг высшие силы решат, что он недостаточно старался? Что поступил глупо и опрометчиво? Никто не мог дать ответ на этот вопрос. Оттуда ещё никто не возвращался. Снова этот липкий страх. Подбирается со спины, сжимается на шее, душит, душит... Заполняет лёгкие, заменяет воздух. Икар не может дышать. Он закрывает глаза, поддаётся панике, позволяет ей делать с ним что-угодно. Ему больше нечего терять. В ушах стучит пульс, да так громко, будто его слышит весь Полис. Раньше его сердце билось в такт с пульсом стального гиганта, теперь всё иначе. Как странно... Он же теперь как Бродяга, как этот гордый и независимый волк с ледяным колким взглядом. Интересно, что с ним сейчас? Как только сменился фокус внимания, страх немного отступил. Трансляция на мониторе явила взору Икара камеру, в которой томился сломленный революционер. Он не жилец. Браслет погубил в нем всё человеческое, выжег изнутри. Икар смотрел на тело, пустую оболочку, на марионетку, способную теперь исполнять только простые приказы. По сути, Бродяга сам виноват. Разжёг костёр, бросил спичку... Вот теперь и горел. Ненависти к нему не чувствовалось. Икар не желал мести, потому что не смог бы наказать Бродягу больше, чем тот получил вместе с обраслечиванием. Ах да. Теперь его следует называть Персеем. Бродяга остался в прошлом. Там, за Куполом, в лагере Изгоев, тыкая напильником в Икара и самодовольно вещая про «тварей дрожащих и право имеющих». Бродяга привёл в Полис Волков. Привёл на верную смерть. Они шли за ним, зная, что риск слишком велик, но шли. Так и люди, согласившиеся лететь с ним. Куда их приведёт Муза? Найдут ли они новый дом? Что будет в будущем? Как жаль, что Икар этого никогда не узнает... Подготовленные письма лежали в отложке, завтра днем они должны прийти к своим адресатам. А вот для Музы послание у него было написано от руки. Он завтра ей передаст лично. И обязательно обнимет на прощание... Электронные часы показывали почти пять утра. Икар сидел на полу, прислонившись спиной к кровати. Сидел, прижав к груди колени, обняв их. Сидел и молча смотрел в никуда. В голове было пусто, в висках стучал пульс. Совсем скоро. Время течёт медленно. Час за часом. Минута за минутой. Секунда за секундой... Он не двигался. Он не знал, что делать в оставшиеся часы его жизни. После него останутся чертежи, записи, идеи, графики, заметки, фотографии... Воспоминания... Он столько всего не успеет... Слёз уже не было, все выплаканы. Только пустота и жуткая усталость. Мир, казалось, замер, не двигался, бросил Икара тут одного... Навсегда... И вот — пора. Пора вставать, пора идти на Главную Площадь. Пора умирать. — Икар, я принёс тебе крылья... — Спасибо, друг. Всё в порядке? — Икар смотрит ему в глаза, а Брут отводит взгляд, делает неуверенный шаг назад. Что же... Икар всё понял. Он догадывался. — Да, конечно... — А ты? Ты, Брут, полетишь со мной? — и снова он маленький ребёнок, который боится расставаться с единственным близким для него человеком... — Нет-нет, что ты, я... Я останусь здесь. Икар надевает крылья. Руки не слушаются, с первого раза не получается... — Этот подвиг не нужен Полису... Я прошу, измени решение! Я ещё раз прошу, одумайся! А если послушаться Брута? Остаться? Не полететь? Возможно, Тесей действительно вернёт ему статус, ум Икара полезен для города. Всё станет как раньше. Карьера... Любовь... Человек, заменивший отца... Но Икар только качает головой, отвечая одновременно и Бруту, и своим мыслям: — Кто, если не я?... — Икар! Посмотри вокруг! Твой полёт никому не нужен, здесь никого нет, только ты и я. — Но почему никто не пришёл? Неужели им не нужна свобода? Неужели они не хотят вырваться из-под Купола?! — Не знаю, Икар, но у них всё хорошо. Это твои мечты! Не надо их навязывать другим! — Но ещё совсем недавно они кричали «Долой браслеты!»... — Нет! — Собирались лететь со мной, искать новые миры... Они лгали? — Икар цепляется в его руку, заглядывает в глаза, ищет, ищет ответы, подсказки, спасение... Он не готов. Да нельзя быть готовым к такому! Он боится, он хочет жить, просто жить! Но у него миссия... Он полетит... — Нет, нет... Они думали, что всё это – просто новая забавная игра! А когда они поняли, что они потеряют всё ради чужой безумной мечты, они остались дома! Ты один... — Икар отходит, ещё раз оглядывает площадь. Действительно никого... Почему...? — Всё, пойдём... Домой. И правда лучше уйти... Раз никто не пришёл... Даже Муза... Муза! — Что это? Ты слышишь? — Нет, я ничего не слышу, пожалуйста, пойдём! — Икар видит, что Брут не выдерживает, что срывается в истерику. Тоже боится. Но протянутая рука золотого мальчика остаётся проигнорированной. — Это Муза. Я слышу её голос! А вокруг появляются люди... Люди с крыльями за спиной... Брут ошибался. Им нужен этот полёт! Они хотят менять свою жизнь, открывать новые миры! Икар бросается к первому попавшемуся, отдаёт ему письмо, просит отдать Музе. На вопрос, почему это не может сделать Икар самостоятельно, он только неловко улыбается. Теперь и он может лететь. Расправить крылья за спиной, вспомнить нужный код... И вперёд... На взлёт. Выше... Выше... Только вверх... Икар смотрит на Полис под собой. Улыбается вслед Музе, которая поднялась чуть выше. Опускает голову: там, внизу, остался Брут... О, и Лия пришла! Прощайте, ребята... Прощайте навсегда... Выше... Выше... Только вверх... Взрыв. Икар распахивает глаза и поднимает голову. Музы нет... Смотрит вниз — сломанные крылья... И тело в неестественной позе... Музы больше нет. Кто поведёт людей за собой? Тех, кто уже взлетел? Нет... Ему кажется... Музы не умирают... Они всегда рядом... На самом деле она всё ещё в небе... И он летит к ней... Выше... Выше... Только вверх... Икар смотрит ввысь, на звёзды, которые до этого скрывал Купол. Звёзды так близко... Они зовут к себе... Выше! Выше! Только вверх! Икар улыбается в последний раз. Резкая вспышка боли. И темнота...